Трое из будущего. В бой иду не только я. +2

Гет — в центре истории романтические и/или сексуальные отношения между мужчиной и женщиной
Бесконечное лето

Основные персонажи:
Лена, Пионер, Семён
Рейтинг:
R
Жанры:
POV, Hurt/comfort
Предупреждения:
Смерть основного персонажа, Нецензурная лексика
Размер:
Миди, 43 страницы, 1 часть
Статус:
закончен

Награды от читателей:
 
Пока нет
Описание:
Третья и заключительная часть цикла "Трое из будущего". Пионер-таки добрался до Захара. Заставив того вечно скитаться по циклам, он развязывает войну, которая может стереть "Совёнок" с лица земли. Помощь приходится просить даже у собственной дочери. Трое парней снова встают на тропу войны. Этот бой будет последним.

Посвящение:
Спасибо тем, кто писал хорошие комментарии под прошлой работой, тем кто ставил плюсики и тем четырём людям, которые добавили меня в избранное)) Я люблю вас!
Спасибо группе STURMANN за трек Weiter и группе Raubtier за песню Bränder.

Публикация на других ресурсах:
Разрешено только в виде ссылки

Примечания автора:
Писав этот фик, я пытался понять, смогу-ли я держать на плаву истории двух персонажей одновременно. Как мне кажется эксперимент провалился. Может быть я смогу когда-нибудь написать хорошую историю двух персонажей но... это уже совсем другая история)) И ещё. Идея с ориджиналом откладывается на неопределённый срок. Есть неплохая идея, насчёт нового фика по БЛ, плюс я решил, что все мои фики по БЛ будут так или иначе связаны. Так-что простите.

Полный рассказ

13 августа 2017, 16:33
Примечания:
Чтобы понять, кто такие Захар и Рома - прочитайте мой цикл "Трое из будущего"

Трое из будущего. В бой идут одни новички.


Пролог.


Была тёмная и душная летняя ночь. На улице горел лишь один фонарь, освещая автобусную остановку. На ней, потягивая сигарету, стоял странный парень. Чёрные, как смоль волосы, лицо покрыто шрамами, спокойное выражение лица, которое навевает страх. Он озирался по сторонам, нервно смотрел на наручные часы и постукивал пальцами по какой-то коробке.
Со стороны домов послышались шаги. Парень напрягся, но рассмотрев, кто это, успокоился. К нему подошёл не менее странный парень. Седые волосы, шрам на лице, но, тем не менее, с кольцом на пальце.
- Мы теперь каждый раз, через четыре года будем видеться? – усмехнулся седой.
-Наверное. Я бы не отказался, допустим, выпить кружку пива с тобой, но обстоятельства принуждают… - пожал плечами второй.
Они пожали друг другу руки.
-Так, в чём дело? – поинтересовался седой.
-Пионер почти смог выбраться – сказал темноволосый.
Лицо седого тронул страх.
-Я жалею, что нельзя ещё больше поседеть – наконец вздохнул он.
-Повторяю, он ПОЧТИ выбрался. Он сейчас ходит, где-то неподалёку, и он намерен мстить.
-Да, что ж ему неймётся-то? Восемь лет живу в страхе, что однажды он придёт и убьёт либо меня, либо Лену с Настей, либо моих друзей – сплюнул седой.
-Более того, он создал, можно сказать, революционное движение в «Совёнке».Дебоширят, и верят, что таким образом они выбраться смогут. Старшие еле справляются. Вот – он хлопнул по коробке и подал её седому – тут все твои прибамбасы. Мечи, обрез, плащ на всякий случай, если нужно будет прикрыть оружие. Ну, или если холодно станет – улыбнулся второй.
-Ты всё-таки хочешь заграбастать меня в Старшие? – с подозрением в голосе поинтересовался он.
-Нет. Грядёт война Захар, она будет вестись на два фронта. Первая цель у тех, кто эту войну начал – ты и все, кто тебе дорог.
-Знаю… Артём.– усмехнулся Захар и принял коробку из его рук.
-Решай. И желательно тебе куда-нибудь спровадить Лену и Настю, благо сейчас лето – посоветовал Артём.
-Да, отправлю их к бабушке, в деревню – задумчиво глядя мимо Артёма, сказал Захар.
-Ну, ладно бывай – сказал через некоторое время Захар, развернулся и скрылся во тьме.
-Бывай – сказал Артём темноте.
Неожиданно к остановке подъехал автобус. Он приветливо распахнул двери перед Артёмом.
-Ухх, шайтан-машина. Век бы тебя не видеть! – злобно сплюнул Артём, но в автобус зашёл. Двери закрылись, и автобус поехал в неизвестность.

* * *


Дверь в квартиру сотрясает мощный удар. Будто средневековым тараном бьют.
Захар что-то быстро строчит в тетради. Уже второй день. В его голове крутиться только одна мысль: «только-бы успеть, только-бы успеть!»
Зазвонил телефон. Захар, не переставая писать, левой рукой взял телефон, сдвинул слайд приёма звонка:
-Захарыч, холд ап там! Мы с Тёмным и Семёном уже на подходе – сказал Рома.
-Ну, во-первых, не Тёмный, а Артём, а во-вторых я уже всё дописал, так что отпор дам достойный – сказал Захар, ставя последнюю закорючку в тетради.
-Всё, держись – выдохнул Рома и повесил трубку.
Захар спрятал тетрадь, плащ, какой-то медальон, записку и пару коротких мечей на поясе в коробку и задвинул её под-кровать.
«Всё, теперь точно всё. Мои у бабушки, послание в будущее дописано. Теперь держаться!»
Захар взвёл курки на обрезе, вышел в коридор и направил его на дверь.
Последний мощный удар срывает дверь с петель. Она падает внутрь, одновременно с этим Захар стреляет из двух стволов. На пороге, кто-то буквально зарычал, потом непонятное нечто ворвалось в квартиру и схватив Захара за горло, прижало к стене.
-Вот мы и встретились, Захарчик – притворно-доброжелательным голосом сказало нечто.
-И тебе не хворать – хрипло съязвил Захар, держась за длинную руку этого «не-пойми-что».
-Прежде, чем мы приступим, ты мне расскажешь, где ты хранишь этот треклятый амулет, а там глядишь… может быть ты и останешься в живых – улыбаясь сказало существо.
-Амулет?.. Х-хуй те в нос, а не амулет – злобно просипел Захар.
-Что ж, я ожидал подобного ответа. Ну-с приступим – деловитым голосом сказало оно и с лёгкостью швырнуло Захара в комнату. Он рухнул на стол, ломая его.
Он схватил но, упавший со стола, но его противник одним прыжком оказался рядом с ним и вырвав нож, воткнул его в ногу Захара.
-А-а-а! – зарычал Захар, скорее от бессилия, чем от боли.
-Ты убивал меня уже трижды! Сейчас и ты познаешь, как это неприятно – сказало оно и, наступив ногой ему на грудь, схватило руку и начало тянуть.
Послышались хрусты разрываемых хрящей и кости. Чудовище надавило сильнее и оторвало руку.
-А-А-А-А-А-А!!! – крик, полный боли и отчаяния разнёсся по дому.
Тварь стала яростно бить его-же рукой ему по голове.
В коридоре раздался топот.
-ЧЁРТ, НЕТ! – ворвавшийся в зал Рома направил на тварь пистолет и начал стрелять.
Тварь зарычала, и бросилась на него.
-Не так быстро – с холодным спокойствием сказал тёмный и бросившись вперёд, снёс его с ног и на инерции, разбив стекло, выпал с ним в окно.
-Захар! Блядь, братан! – Рома и Семён склонились над тем, что пять минут назад было Захаром.
Он приоткрыл один глаз:
-Ромыч… кхмередай… Лене… - прошамкал он остатками челюсти, целой рукой залез в карман, дрожащими пальцами нащупал искомое и протянул Роме. Этим оказался листок в формате А4, в который было завёрнуто что-то.
Рома взял листок. Глаза Захара закатились и закрылись.
-Чёрт, нет! Семён скорую! – заорал Рома.
-Уже вызвал, ещё на подходе к дому – сказал Семён и проверил пульс. Его не было.
-Ром, он… всё – сокрушённо сказал Семён, оседая на пол, перед ним.
-ЧЁРТ! Н-Е-Е-Е-Е-ЕТ!!!– крик полный отчаяния разнёсся, наверное, по всему дому.
Телефон на столе зашёлся трелью. Семён подошёл, взял телефон.
-Это Лена… - севшим голосом сказал он.
Со второй попытки он передвинул ползунок ответа и поднёс телефон к уху.
-Захар, что происходит? Мне наши соседи звонили, сказали, у нас кто-то сильно кричит и слышны выстрелы? – взволнованно спросила Лена.
-Лен, это Семён. Захар он… его больше нет – вздохнул Семён.
В трубке повисло молчание.
-Ч-что, з-значит нет?.. – нервным голосом спросила Лена.
-Его убил этот недоносок – сказал Семён.
-Вы же должны были ему помочь! – Лена сорвалась на крик.
-Когда мы прибежали, он его уже добивал.
В трубке послышался хлопок и гудки. Видимо Лена уронила телефон.
На улице слышны звуки сирены и грома. Начинался дождь.
Погода ещё два дня оплакивала бедного человечка, который всегда оставался семнадцатилетним пионером.

Глава 1.


Несмотря на то, что мне было восемь лет, когда убили моего отца, я до сих пор прекрасно его помню. Высокий, худой, но оттого не менее сильный, седой, со шрамом на лице, который только подчёркивал его имидж.
И вот однажды этого человека не стало. Я просто помню, что он отправил нас с мамой на дачу, сказал, что сам позже приедет и… через два дня мама звонит ему, трубку берёт Семён и сообщает, что его убили!
Я помню похороны, тогда мама не выдержала и зарыдав бросилась к его телу и начав колотить в его грудь кричать:
-Ты обещал быть со мной всегда! ТЫ ОБЕЩАЛ! – Алиса с Мику её еле оттащили.
Я ещё не до конца тогда понимала всё это. Я думала, что это… какой-то розыгрыш.
Но, состояние мамы и состояние его лучшего друга – Ромы говорили за всех.
Мы лишились опоры. На то время мама стала прекрасным писателем, но из-за сложившейся ситуации писать она не могла.
Вместе с отцом умерла частица её души. Очень важная частица. Она почти два года по ночам плакала в подушку, а мне приходилось делать вид, что я ничего не замечаю, играть наивную дурочку.
Сегодня мой восемнадцатый день рождения. Мама зачем-то позвала меня.
-Доченька, надо серьёзно поговорить – вздохнула она.
-Да, мам, что такое? – спросила я присаживаясь рядом с ней.
Она собралась с мыслями и начала:
-В тот день, когда твоего отца… убили – она чуть прервалась, но тут-же взяла себя в руки и продолжила – он сказал Роме передать мне эту записку – она подала мне сложенный в несколько раз листок формата А4. Я развенуа его. Из него выпал ещё один листок, чуть поменьше. Я взяла его и раскрыла. То оказалась сама записка:
«Лена. Если ты это читаешь, значит, я мёртв. К сожалению, отголоски прошлого дат о себе знать. До этого я встречался с Тёмным. Что-то происходит в «Совёнке» ,что-то очень хреновое. Он рассказал мне, что этот Пионер почти смог выбраться. Он меня и убил. Под кроватью стоит кое-что упакованное в коробку. Отдай эту коробку Насте, когда ей 18 исполнится. Там будут все объяснения. Если она захочет, она с тобой поделится. Прощай Лен. Поцелуй Настю за меня. Будь сильной.

-Захар»


Вопросы прибавлялись и прибавлялись. Какой «Совёнок»? Какой Пионер, и почему с большой буквы? Отец, что был сумасшедшим?
Между тем, мама подошла к шкафу и вытащила с верхней полки коробку.
-Вот. Это та самая коробка. Я её не открывала, ни разу. Надеюсь, что он там написал объяснения всему этому… потому, что мне будет тяжеловато рассказывать тебе всё это – вздохнула мама.
Я взяла коробку и пошла в свою комнату. Меня переполняли эмоции. Столько лет об отце напоминала единственная фотография на компьютере.
А тут… целая посылка из прошлого! Я села на диванчик и открыла коробку. Сверху лежала ещё одна записка:
«Настя. Это будет очень проблематично понять, но… это правда.
В общем, я с твоей мамой познакомился при очень необычных обстоятельствах. Однажды Рома пригласил меня на тусовку. Я сел на 410 автобус, но проснулся уже в Советском «Икарусе»! Потом оказалось, что меня закинуло в Советский Союз в пионерлагерь «Совёнок». Там я и познакомился с Леной. Но, тогда у нас возникло некоторое… недопонимание, и она… покончила с собой. Потом я нашёл в старой сторожке обрез и застрелился. Потом снова оказался дома. Много раз пытался тоже покончить с собой, но ничего не выходило. Спустя год, Рома снова пригласил меня на дискач, чтобы хоть как-то раскачать меня. Я поехал и… снова оказался там! Только уже не один. Со мной туда попал Семён. В общем, я смог всё исправить. Мы там пробыли две недели. На вторую неделю прибыл Рома. Он поехал отдать мне мой нетбук и заодно узнать, почему я не приехал. И в итоге тоже попал в лагерь. Семён выстроил отношения с Алисой, Рома с Мику. Потом мы приехали обратно и четыре года жили спокойно. Но потом с циклами в этом лагере, что-то случилось и Тёмному, (это воплощение всего дерьмового, что есть во мне, хоть по началу так не скажешь) пришлось экстренно нас забрать обратно, подстроив аварию (сам он в этом не признаётся, но я знаю, что это он). Мы навели там порядок и вернулись обратно. Каким образом мы наводили порядок в обеих случаях, ты можешь судить по рисунку, который я отдал маме вместе с её запиской» – и тут до меня дошло, что я не посмотрела, что на том листке. Я развернула его. Черновой набросок, изображающий трёх парней.
Один с незаштрихованными волосами и шрамом на лице. Держит огромную бензопилу. Другой, довольно худой, но уверенно держит здоровое мачете, третий «гора мяса» держит в руках непонятный агрегат. По краям листка к ним тянулись руки. Рисунок довольно старый, от бумаги уже начинает пахнуть старьём, а некоторые линии стёрлись.
Но в этих набросках без проблем угадывается отец, Семён и Рома. Только лет на десять моложе.
Я вернулась к прочтению записки:
«… но во всех случаях, палки в колёсам нам ставил Пионер. Да-да это его имя. Он застрял в циклах в этом лагере и сошёл с ума. Мы бы могли его вытащить, но я лучше волосы покрашу, чем это сделаю.
В общем, ты должна отправиться в «Совёнок» и помочь им. Если они к тому времени ещё останутся. Возможно, что я не умру окончательно. Наверное, сейчас я один из Старших. Они там за порядком приглядывают. Отправиться туда ты сможешь с помощью медальона. Просто надень его и сядь на 410 автобус. Уехать оттуда точно так-же. Только в конце смены. Ну, а если не отправишься, то я тебя понимаю. Не каждому захочется убивать в таком возрасте. Ну, на сим, всё. Если что-то непонятно, то либо извини, либо я постараюсь ответить на эти вопросы, когда встретимся. Я люблю тебя и маму.

-Папа


Я отложила записку. В том, что это правда, сомневаться не приходится, такое выдумать – это надо уметь! Я должна туда отправиться! Обязана! Наконец-то я увижу его! Или нет… в таком случае, исполню его волю. Я запустила руку в коробку и достала… пояс с короткими мечами! Или длинными ножами?
Ничего себе, папочка наследство оставил! Я вытащила правый меч. Сталь, начищенная до кристального блеска, смотрелась устрашающе. На деревянной рукоятке маленькими буквами было выведено «Shavsara».
Я загнала меч обратно в ножны и отложила их. Так-с, что у нас там ещё?
Если мечи повергли меня в шок, то обрез чуть не лишил меня дара речи.
Он был в менее хорошем состоянии. Как там в фильмах?.. Я отодвинула рычажок держателя и он надломился. Патронов не было. В прочем обнаружившиеся двенадцать патронов меня удовлетворили.
Дальше обнаружился плащ, очень качественный и стильный. Всегда любила подобную одежду. Плащ на мне доставал почти до пола. Это я так понимаю, чтобы прикрыть мечи и пушку.
На самом дне обнаружилась тетрадь, с прикреплённым к ней медальоном. Медальон представлял из себя круг, с тремя пёрышками, выходящими из него.
На тетради было написано: «Инструкция по выживанию в «Совёнке»»
Автор сего документа был неизвестен, но я была уверена, что это отец её написал.
Остаток дня я провела, читая эту тетрадь, рассказывая всё маме и в попытках почистить обрез по инструкции в интернете. Кстати много нового про Алису узнала. И про маму.
На следующий день я заявила маме, что отправляюсь в «Совёнок». Она не стала меня останавливать, просто сказала, чтобы я была осторожнее.
Я стою на остановке, на мне плащ, пояс с мечами и обрез надёжно им укрыты, на шее болтается амулет. Скажите мне, что мой отец не был сумасшедшим, и я не просто прокачусь.
Вот и автобус. Я захожу в него. Никого нет. Что ж, тем же лучше.
Я сажусь на сидение, мечи негромко клацают. Меня нестерпимо клонит в сон. Наверное, это и есть предвестник того, что я попаду в этот лагерь? Будет очень интересно увидеть свою маму… в восемнадцать… лет…

Глава 2.


Ох, почему так жарко? Я с трудом разлепила глаза и непонимающим взглядом оглядела салон неизвестного автобуса.
«Наверное, это и есть «Икарус!»»
Я резко вскочила и выбежала из салона. Передо мной были ворота.
«Совёнок» гласила надпись.
Господи! Это правда! Я правда в прошлом!
Я осмотрелась. Зелень вокруг лютовала. Сочные, зелёные заросли простирались на километры вокруг.
Я развернулась к воротам. И только сейчас до меня дошло, что я собираюсь идти в лагерь со всем своим арсеналом. Я скинула плащ, сняла пояс с мечами и обрезом, завернула это всё в плащ и спрятала за статуей пионера.
Я уже хотела зайти, но столкнулась с какой-то девушкой. Приятная славянская внешность, две длинные косы за спиной и… внушительные формы.
«Зависть… чёрт, не о том думаю!»
-Ой, а ты должно быть новенькая? – мило поинтересовалась она.
«Нет, я просто в деревню уходила»
-Да. Меня Настя зовут – сказала я, пытаясь приветливо улыбаться.
-А меня Славя. Вообще-то Славяна, но все меня Славей зовут. И ты зови – и приветливо улыбнулась.
Люблю таких людей. Добрые, открытые, не смотря ни на что, жизнерадостные. Прямо как мой отец.
-Приятно познакомиться – сказала я. И в этой фразе не было ни капли сарказма.
-Тебе к вожатой нужно, она всё объяснит. Вот смотри, идёшь… - она объясняла, где находится домик вожатой, но я её не слушала. Меня переполняли эмоции. Как-же мне найти отца? А если он действительно умер с концами? А вот спрошу у Слави. Может он сейчас преспокойно на пляжикепурхается.
-Славя, слушай, а нет у вас такого… мальчика. Волосы седые, на щеке шрам, зовут Захаром? – спросила я.
-Мы ждали одного Захара Боярчука. Он должен был приехать с тобой, но видимо, что-то случилось – пожала она плечами.
Ага, значит, его ждали. А значит, что он точно тут! Я чуть в голос не заорала «Ура».
-А откуда ты знаешь? Вы с ним родня или… ой, ну ладно. Запомнила, как дойти до домика? – махнула она рукой.
-Да-да. Увидимся – сказала я проходя мимо.
Ох, как же здесь хорошо. И жарко. Сейчас бы шорты, вместо джинсов и на пляж. Он ту есть, я это прочитала в тетради, которую мне отец оставил в наследство. То есть отец, мне не только тетрадь в наследство оставил. Он мне целую утопию подарил! Всем бы такое наследство.
Словно из-под земли выросло какое-то здание. Итак, это у нас… «Клубы».
Ну, надеюсь не те, в которых танцуют. На дух их не переношу.
Двери открылись и оттуда вышла… моя мама «17 лет эдишн».
Заметив меня, она… улыбнулась? Я помахала ей рукой и улыбнулась в ответ.
В тетради говорилось, что она очень застенчивая.Хорошо, разберёмся потом.
Сейчас – вожатая. Я отошла от клубов. Внезапно сзади послышался визг. Я резко обернулась. Мимо меня пронеслась Лена. Сзади неё стояла, какая-то красноволосая девочка и заливалась хохотом. Поймав мой взгляд, она подмигнула мне и скрылась в кустах. Видимо местный генератор проблем.
Так, куда-там идти то? Налево или направо? Нормальный человек пошёл бы направо. Но, я люблю ломать правила. Значит налево!
Ломать правила иногда бывает полезным. Стройные ряды домиков говорили мне, что я не ошиблась. Так, в тетради было написано, что Алиса должна встретить меня, толчком в спину.
Только я подумала об этом, как мне на плечо опустилась рука. Я обернулась.
Ну да. Двачевская. В рельной жизни она всегда распологала меня к себе, тем, что даже в тридцать лет она остаётся бунтаркой, и категорически не хочет следовать правилам.
-Ты у нас тут новенькая? – усмехнувшись, спросила она.
-Ну, да я – промямлила я. С таким типом людей крайне тяжело общаться.
-Меня Алиса зовут – но, в то же время они сами дают топливо для разговора.
-А меня Настя – сказала я.
-Ты кстати очень на нашу Лену похожа. Цветом волос – сказала она указывая рукой на мои волосы.
Она тянет время. Я чувствую. Сзади послышался металлический лязг. Я прыгнула в сторону. И вовремя.
Девочка, которая напугала Лену, занесла надо мной ведро с водой. Не справившись с инерцией, она окатила водой Алису. Её лицо надо было видеть. Сначала на нём появилось непонимание, потом осознание произошедшего, а потом я решила побежать! Жизнь дороже!
Я слышала сзади топот, но обернуться не позволял инстинкт самосохранения.
Я завернула за угол и нырнула в кусты. Алиса с этой девочкой пронеслись мимо.Я выбралась из кустов и вытащила из волос мелкие сучки и листву.
Оказалось, что я выбралась прямо рядом с нужным мне домиком.
Треугольная крыша, кусты сирени по бокам. Создавалось ощущение умиротворённости.
Я постучалась. Получив приглашение войти, я толкнула дверь.
-Доехала-таки – улыбнулась вожатая.
-Ну да.
-Ты Настя, верно?
-Да.
-Что ж, я Ольга Дмитриевна, твоя вожатая. Вот – она подала мне ключ – твой домик соседний от моего. Жить будешь со Славей, она ведь тебя встретила у ворот?
-Да, встретила. Очень приятный человек!
-Ну, вот и хорошо. Форму и всё остальное найдёшь там-же.
Я взяла ключ, поблагодарила вожатую и вышла. С такими деловыми людьми трудно поддерживать контакт, они всё переводят в деловое русло. Ну и ладно. Не особо-то хотелось лезть в подстилки к местному кулаку порядка.
Домик Слави выглядел как-то… по-деревенски, что ли?
Хотя не удивлюсь, если она деревенская. Я постучалась. Ответа не последовало.
«Молчание – знак согласия» - пожала плечами я и вошла.
Никого. Кровать с правой стороны была небрежно закинута одеялом.
Окей, располагаемся. Я достала из шкафа одеяло, наволочку, подушку и простынь. Застелила простынь, надела наволочку на подушку, кинула её и одеяло на кровать. Всё, перфект.
Я вышла на улицу и вдохнула полной грудью. Какой здесь свежий, лёгкий воздух. Действительно, отец оставил мне в наследство целый кусочек Советского Союза.
Я пошла, куда глаза глядят. Познакомлюсь с лагерем. Главное не нарваться на этих с вёдрами. Площадь. Только сейчас я обратила внимание на памятник, возвышающийся в центре.
«Генда?» Клянусь чем угодно, но такого человека в истории не было.
Внезапно из громкоговорителей прозвучал какой-то сигнал.
«Наверное, к ужину»
Желудок поддержал такую мысль. Так, а где же здесь столовая? Что ж, пойду туда, куда все идут.
Вместе с группой каких-то пионеров, мы вышли к зданию. То, что это столовая можно было понять по толпе, стоящей у дверей и по райским запахам, исходящих оттуда.
Я взяла свой поднос с едой и села за стол. Ко мне подсела та самая мелкая егоза.
-Привет! Я Ульяна – задорно сказала она.
-А я Настя – я подняла руку в приветствии.
-А ловко ты там увернулась. Алиса чуть от злости не лопнула – хохотнула она.
-Годы тренировок и жизни на краю гибели – усмехнулась я.
-На краю гибели?? – ужаснулась она. Шутки не поняла, чтоли?
-Да шучу я – успокаивающе улыбнулась я.
Она успокоилась, и мы уткнулись в тарелки. В тетради говорилось, что она должна была стырить у меня котлету, а потом принести новую, но с подложенной сколопендрой. Что ж, пронесло. Или события здесь далеко не цикличны?
Закончив трапезу, я сдала посуду, и хотела было уйти, но меня поймала Ульяна:
-Пойдём с нами в футбол играть – предложила она.
Я подвижностью не особо отличалась. Люблю более спокойные игры, вроде бадминтона.
-Как-нибудь, в другой раз –уклончиво ответила я.
Я не спеша прогуливалась по лагерю. Вечер уже брал своё, солнце потихоньку заходило за горизонт.
Я вспомнила, что оставила отцовские вещи около остановки. Надо за ними сходить и спрятать получше.
Я поспешила к воротам. Залезла в кусты, в которых оставила своё добро. Вот оно. Хорошо, что я ещё не переоделась в местную форму. Со стороны свёрток в руках почти не выделяется.
Я быстро добежала до домика и сунула всё это под кровать. Пыльно там, конечно, но за неимением лучшего варианта…
Теперь, всё же переоденусь. Кожаная юбка, белая воздушная рубашка, значок Ильича и красный галстук. Надев это всё на себя, я покрасовалась перед зеркалом. Юбка чересчур короткая. Мне всегда казалось, что пионерки носили юбки до колен. А тут почти мини-юбка!
Благодаря интернету, я почти с первого раза завязала галстук на шее.
Целый день я сидела и размусоливала всю эту пионерскую лабуду, что бы сегодня быть своей среди чужих.
Но местные люди ощущаются как-то… по-другому. Ощущение, что меня вытащили из мира, в котором правит тиран, который всем приказал быть ублюдочными гадами и желать ближнему смерти.
Местные пионеры воспринимаются как нормальные люди в моём понимании. Даже Алиса, что тут, что в реальности не вызывает у меня желания её ударит. Пока что.
Я вышла на улицу и пошла по тропинке, по направлению к лесу.
Где же ты папа? И действительно ли ты тут? Я сжала амулет болтающийся у меня на шее.
Топая. Куда глаза глядят и думая о своём, я совершенно не подмечала дорогу. Вскоре я поняла, что заблудилась. Ох, прекрасно.
Я начала идти примерно в том направлении, по которому шла. Но,по моему ещё больше заплутала. Тем временем, как-то необычно быстро темнело.
В тетради было написано, что иногда лагерь устраивает либо подлянку либо, что-нибудь приятное по ситуации.
Остаться сейчас, в полной темноте, в лесу мне не улыбалось. Сбоку раздался хруст кустов. Я взвизгнула и повернулась, выставляя вперёд кулаки и пытаясь встать в боевую стойку. Из-за дерева вышла Лена. Увидев моё лицо, и мои потуги она прыснула:
-Что ты делаешь? – прикрывая рот ладошкой, спросила она.
-Да-а… я тут это… заблудилась в общем, а ты начала выходить и я испугалась – наконец выдохнула я.
-Ясно. Давай я тебя провожу – предложила она.
Я хотела ответить, но вдруг сзади ко-мне кто-то подпрыгнул и заломил руки. Я вскрикнула от боли и осела на одно колено.
-Никуда она не идёт – сказал мужской голос.
Лена посерьезнела:
-Вы кто такие? – спросила она.
-Тебя это не должно волновать. Иди, пока цела – спокойно сказал тот, кто держал меня.
Краем глаза я уловила, что Лена высматривает, как бы лучше напасть и неуловимым движением тянет руку за спину.
К сожалению, это движение уловил один из них. Послышался металлический щелчок и в ногу Лены вонзился штырь.
Она закричала и упала на живот. Второй штырь прилетел уже в голову.
-Н-е-е-е-т!!! – не своим голосом закричала я.
-Заткнись сука! – злобно прошипел тот, кто меня держал и дал мне пощёчину.
-Кукол убивать уговора не было – возмущённо сказал кто-то слева.
-Я всегда ненавидел эту суку, а она ещё и за ножом тянулась – сказал кто-то справа.
Они её просто убили! В тетради отец писал, что все они всего лишь куклы, но… нельзя же так!
-Так, а теперь, кто ты такая и… - он взял в руки амулет и расположил его перед моими глазами – откуда у тебя это?
-Пошли вы нахуй! – зло сплюнула я.
Он наотмашь ударил меня по лицу сбоку. Я упала на бок, попыталась встать, но мне не дали. Пнули в живот и наступили на спину.
-Повторяю вопрос шлюха драная, кто ты и откуда у тебя это?! – он сорвал у меня с шеи амулет и покрутил у меня пере глазами.
-Х-х-х-х… - дыхание спёрло от пинка по животу, а ещё он на спину наступил.
И тут… в того кто стоял на мне ударила… молния?! Только не с небес, а из кустов. Послышался звук сильного электрического заряда.
Пресс на спине исчез. Я перевернулась и отползла под дерево.
Тот, что стоял на мне дёргался в конвульсиях, изо-рта лилась пена.
-Блять, это этот седой ненормальный! Съёбываемся! – заорал второй и вместе с третьим побежал вглубь леса. Я почувствовала, какое-то странное ощущение. В том направлении, в котором убежали эти ублюдки, раздались крики, полные ужаса и боли.
Всё стихло так-же неожиданно, как и началось.Послышались шаги и на поляну вышел кто-то.
Он был одет в плащ, стилизованный под викторианский стиль, длинные белые волосы, прикрывающие лицо. В руке он держал здоровый тесак, с которого капала кровь, за спиной висел громоздкий агрегат непонятного назначения.
Он посмотрел на меня:
-Настёна? – спросил он до боли знакомым голосом.
Только один человек во вселенной называет меня «Настёной»!
-П-папа?! – заикаясь и не веря своим глазам и ушам, спросила я в ответ.
Он откинул волосы с лица. Да это он! Только моложе лет на десять!
Я бросилась к нему в объятия. Он придал меня к себе и я, наконец, дала волю слезам. Мама всегда говорила мне «будь сильной!». Поэтому я редко позволяла себе плакать. Но тут было невозможно не заплакать!
-Родная моя… Настенька… - по голосу было слышно, что он тоже еле сдерживается.
-Папа… папочка – всё шептала я.
Наконец мы отстранились.
Он осмотрел меня:
-Да-а. Копия мама. Такая-же красивая – с умилением сказал он.
-А ты наоборот… помолодел – усмехнулась я.
-А где ж, тут стареть? Циклы повторяются, все раны заживают, только шрамы остаются – вздохнул он.
Я почувствовала, как у меня начинает болеть бок. Я сморщилась и схватилась за бок.
-Больно? – обеспокоенно спросил отец – иди-ка сюда – он легко и непринуждённо поднял меня на руки и так же легко и быстро побежал куда-то.
-А мы куда? – шипя, спросила я.
-В местный медпункт – ответил он.
-А насчёт твоего внешнего вида?..
-Придётся ей кое-что рассказать. И тебе тоже объясню, когда станет легче – сказал он.
Мы приближались к какой-то неприметной избушке. Если-бы не флаг с красным крестом на крыше, никогда-бы не подумала, что это медпункт.
Отец зашёл на крыльцо и довольно грубо пнул ногой дверь. Я заметила, что носки его сапог были подкованы металлом, так что удар получился довольно сильным и звучным. За дверью щёлкнул выключатель, и дверь открылась.
-Вы что… - начала было возмущаться местная медсестра, но увидев меня, на руках какого-то странного, седого парня, одежда которого похожа на боевое облачение ассасина, замолчала.
Отец прошёл мимо неё и положил меня на кушетку. Бок начал саднить ещё сильнее.
-Ч-что с ней – с запинкой спросила она.
-Её пнули в бок – сказал отец.
-Родная, я сейчас на пять минут отлучусь. Надо позаботится о Лене – сказал он, обращаясь, ко мне.
Я кивнула. Он сделал, какое-то движение рукой и в мгновение оказался на пороге. Ещё движение и его уже нет.
Медсестра подошла ко мне.
-Подними рубашку – сказала она.
Я расстегнула рубашку. Она прощупала мне живот, спрашивая, где болит.
Пару раз неудовлетворительно качнув головой она провела ещё пару манипуляций и велела застёгивать рубашку.
Дверь открылась и зашёл отец.
-Как ты? – спросил он.
Виола поманила его. Он подошёл к ней и она ему что-то шепнула. Он сначала нахмурился, но потом, картинно выставив перед ней руку в жесте «погодите», подошёл ко мне. Он протянул руку и стал превращаться в сгусток цифр. Я зачарованно смотрела на то, как его рука проходит в мой живот и… АХХХХ! Больно!!!
Я вскрикнула, стиснула зубы, чтобы не заорать в голос. Но потом резко стало так хорошо, приятно. Вся боль прошла, так-же неожиданно, как и появилась.
Отец довольно кивнул, вытащил руку из моего живота и стал принимать привычный облик.
Я хотела-было открыть рот но он меня опередил:
-Да-да, я обязательно научу тебя таким штукам – улыбнулся он.
-Я обожаю тебя папа – улыбнулась я в ответ.
-Папа? Мне кто-нибудь объяснит, что здесь происходит и кто-ты такой – нервно спросила медсестра.
-Да Виола, конечно. Пойдёмте-ка… - он жестом пригласил её в соседнюю комнату.
Дверь за ними захлопнулась. Минут пять я слышала поочерёдно, то его голос то её. Наконец, мне это надоело. Я поднялась иподойдя к двери прислушалась:
-…поэтому я и седой – закончил начатое ранее предложение отец.
-Но… как это возможно? Я не верю не во что мистическое! – это уже Виола.
-Ну, во-первых, тут нет почти никакой мистики. Всё построено на чистой математике. Я вмешался в эту математику и стал крутить ей, как хочу.
-Бог во-плоти… и что же нам всем делать? – после непродолжительного молчания задала вопрос Виола.
-Перво-наперво - не вмешивайтесь. И ещё, штаб придётся организовать в этом лагере, поэтому скажите всем, чтобы отгоняли Ульянку от склада… «всего-что-может-стрелять». Оружием то, что у нас есть, язык не поворачивается назвать.
-Хорошо. Я поговорю с ней. Ох, Господи, мне нужно это запить – сказала Виола и чем-то загремела.
-Твоё здоровье Захар – сказала она.
Послышались приближающиеся шаги.Я отскочила от двери. Она открылась и вышел отец.
-Ну как? – спросил он, указывая на живот.
-Как-будто ничего и не было. А что Виола тебе говорила насчёт этого? – спросила я.
-Она сказала, что у тебя было лёгкое внутреннее кровотечение. Но, я тут единственный Старшой, у которого есть мозги, а с мозгами и сила приходит – пожал он плечами.
-А что ты с Леной сделал? – спросила я.
-Хе, завтра ты её снова увидишь. Маленько подправил память, так что она теперь думает, что это всё сон. Хотя я думаю, зря. Всё равно они станут свидетелями битвы между Старшими и… придурками – напыщенно сказал он.
Мы вышли из медпункта.
-Пап, расскажи мне побольше про всю эту…войну – попросила я.
-Ну, начнём с того, что начал её тот, кто меня в реальной жизни… - он многозначительно замолчал – его приверженцы считают, что смогут выбраться, разрушив все циклы. Этот лагерь – один из последних. Где-то ведётся война, где-то подготовка. В общем – это место на грани разрушения. И дело не в том, что этого места не станет. Дело в том, что если они уничтожат все циклы, нас всех просто сотрёт из мироздания! То есть на всех. Кто тут застрял пропадут документы, родственники резко тебя забудут. И всё! Больше не будет существовать переменной, известной как допустим Артём «Тёмный» Тёмнович.
-Что ещё за «Тёмный-Тёмнович» - спросила я.
-Это моя тёмная копия. Десять лет назад, когда я в третий раз попал сюда, пришлось придумать ему имя. В итоге он придумал себе целый паспорт и легенду, если надо будет кому-то что-то себе рассказать.
-Почему тёмная копия? Он что, злой?
-Должен быть. Однажды мы с Семёном и Ромой наблюдали аномалию, которая можно сказать создаёт «флешбэки». Так вот, в одном из них видно, как он буквально посылает на три буквы пионера и убив тёмнуюСлавю убегает.
-Да-а, дела – протянула я.
-Ну, а теперь ты мне расскажи, как там, в мире живых? – хохотнул отец.
-Ну, вроде всё нормально. «Doom 5» кстати вышел два года назад – как бы между-прочим сказала я.
Отец издал рык раненого зверя.
-Я непросто убью этого Пионера. Я вырву его кишки, засуну их ему в жопу, потом снова выну и заставлю сожрать, и так, пока мир существовать не перестанет! – он начал бить кулаком об ладонь.
-Спокойно, он провалился – успокоила я его.
-Не понял. Почему? – удивился он.
-Потому, что он стал похож на бездумнуюбродилку с пушками, а не на тот ураганный шутер, что был до этого – объяснила я.
-Ну ладно. Как там Леночка? Рома? Семён? – спросил он.
-Мама до сих пор плачет по ночам в подушку. А когда спит, тебя зовёт. Ей очень плохо без тебя – сказала я.
-Но ведь прошло уже почти десять лет… - поймав мой взгляд, он осёкся - извини. Я ведь тоже очень хочу быть с вами. Одно дело это окончательно умереть, а другое это быть полуживым и обитать в том месте, где всё и началось. Видеть Лену… - в его голос прорезались слезливые нотки – господи! За что же мне это! – он устало опустился на лавочку. Ножны и непонятнаявундервафля на спине возмущённо брякнули.
Присела рядом с ним. Он пытался спрятать слёзы, но у него это плохо получалось.
-А что пацаны? – спросил он наконец.
-Они очень тяжело восприняли твою гибель. Даже пить начали. Правда Семёна Алиса на второй день пьянки так избила, что напрочь отбила всё желание пить. А Мику с Ромой даже мама помогала – рассказала я.
-Мда, значит Пионер должен мне две с половиной жизни – зло сказал он в пустоту.
-В смысле две с половиной?
-Первая – моя, вторая – однажды Тёмный высвободил во мне моё второе «Я». Я тебя назвал в честь неё. Так вот, когда меня убили, она умерла тоже. Только с концами. Ну и он морально уничтожил Лену, убив меня – отец до хруста сжал кулаки.
-Я обещаю. Я помогу тебе во всём, по мере моих сил – пообещала я.
-Силы у тебя будут, не сомневайся – усмехнулся он вставая.
-Кстати, а что это такое? – спросила я, указывая на эту вундервафлю.
-Это дорогая моя, гордость всех Старших – довольно сказал он, снимая её с плеча – можно сказать, почти лазерное оружие. Только стреляет чистым электричеством – он направил сдвоенные концы куда-то в сторону, зажал какую-то ручку и дождавшись ровного гудения, отпустил её. Мощный разряд ударил в землю, рядом с фонарём, на секунду зажёг его.
-Кру-у-то – протянула я, завороженно наблюдая за всем этим.
-На самом деле, в реальном мире, это не более чем детская пугалка. Но, так как это «Совёнок» я смог в десять раз увеличить возможности этой штуки – он тряхнул ею и закинул обратно, за спину.
На другой стороне тропинки послышались шаги.
-Ох, на сим позвольте откланяться. Мне нежелательно палиться. Завтра увидимся – сказал он и махнув рукой, растворился на цифры.
На тропинке показалась Ольга Дмитриевна, со Славей.
-Настя? Тут что-то мигало? – спросила вожатая.
-Да, тут фонарь мигнул – сказала я.
-А, что у тебя с лицом? – спросила Славя.
-Эээ… я просто… задумалась и нечаянно врезалась в столб – сказала я, указывая на фонарь.
-Ничего себе, синяк, почти на всё лицо, пусть и не сильно заметный – покачала головой Ольга Дмитриевна.
-Сходи к Виоле, она хоть и любит пошутить… - Славя сделала недвусмысленный жест в воздухе – но дело своё знает.
Я кивнула и пошла по направлению к медпункту. Идти туда я не собиралась, синяк не давал о себе знать в болевом плане, а о внешнем виде я особо не беспокоилась.
Главная цель этого дня была выполнена – я наконец-то встретилась с отцом!
Правда, очень тяжело отсюда будет уезжать, без него. Но ведь он сказал в письме, что я могу когда хочу отправляться сюда. Надо ещё будет спросить, может ли этим пользоваться мама, а если нет, то попросить амулет и для неё.
С такими мыслями я обошла весь лагерь по кругу и вернулась в то же место.
Давно уже стемнело. Я решила, что лучше на завтра быть со свежей головой. Что-то должно было случиться. Не сказала бы, что плохое, но мои ожидания имеют свойства сбываться.
Я зашла в домик. Слави ещё не было. Раздевшись, я нырнула под одеяло, закрыла глаза и стала мечтать обо-всякой ерунде.
Мысли постепенно складывались в один стройный поток, который уносил меня в царство Морфея…

Глава 3. (от лица Захара)


«Глеб Жиглов и Володя не спят…» и Захар тоже. После того, как я попал сюда окончательно и бесповоротно, я трачу на сон в среднем по четыре часа.
Как же противно вспоминать. Так просто смог меня ушатать! Это ни в какие ворота! Я потом два цикла сидел в домике и пытался осмыслить происходящее. Я умер? Умер. Я в «Совёнке»? В «Совёнке». Я Старшой?Старшой. Жизнь кончена? Кончена!
Я вёл свой календарь. Я тут уже почти десять лет. Мотаюсь по циклам, слежу, чтобы не было никаких чокнутых пионеров, а если и начинают появляться, то стараюсь заграбастать их в Старшие. Но этот чёртов Пионер, что-то там себе на придумывал, совершенно не разбираясь в природе лагеря. Теперь собирает армию сумасшедших, чтобы уничтожить все лагеря.
И у него это успешно получается! За эти десять неполных лет осталось десять лагерей. Из бесчисленного множества! Старшие сдают позиции. Этот лагерь мы должны удержать. Хотя-бы потому, что тут моя дочь.
Остальные Старшие должны подтянуться через день. Придётся превратить этот лагерь в военный лагерь. Придётся уже непойми-какой раз рассказывать им кто мы такие и что сейчас будет.
Десять Старших, против бесчисленного множества двинутых фанатиков, которые хотят вернуться домой. Это надо будет видеть.
Я вздохнул. Я сидел возле бани, голый по торс и наводил ревизию над своим снаряжением. Мечи блестят и сверкают, старая знакомая «Дружба» тоже сверкает остро наточенными зубьями и блестит смазкой и излишками горючего. Я отсоединил аккумулятор от электро-пушки и выкинул в кусты. Надеюсь, никто не найдёт. Вставил на место новый, защёлкнул держатель, вскинул её в боевое положение. Пушка довольно хрюкнула и начала заряжаться. Я отпустил ручку. Разряд ударил в лужу, чуть не вскипятив её.
Я удовлетворённо кивнул и отставил её. Взял в руки «Дружбу». Спасибо, тому, что я программист и смог вернуть всё то, что было у меня на мой второй приход сюда. Ловкость и сила, лишь малая часть того, что я с собой и не только с собой намудрил.
Я дёрнул шнур. Заурчав, будто довольный кот она завелась и начала мерно порыкивать. Я зажал ручку. Она взревела и начала пилить. И тут удовлетворённо кивнув, я остановил её.
Взмахнув пару-раз здоровым тесаком, я остался доволен. Хоть сейчас в бой.
Но, лучше не надо. Я бы с удовольствием вздремнул сейчас часок-другой.
Я надел футболку, накинул плащ и привычным движением накинул волосы на лицо. Мне почти всё видно, а лица моего не видно.
Из-за того, что я стал защищать девчонок по лагерям, в некоторых из них изменилась легенда. Теперь там легенда не о девочке-кошке, а о парне с седыми волосами, который помогает тем, кому нужна помощь и убивает тех, кто вредит жителям лагеря. Так оно и есть в принципе.
Я взвалил на спину пушку, взял в руки бензопилу и пошёл в направлении склада. Там я организовал себе временный стан.
Я зашёл на склад, скинул пилу и пушку на полку. Снял плащ, повесил его на гвоздь. Всю дорогу меня не покидало ощущение, что за мной кто-то следит.
Сделаем вид, что я ничего не заметил, останемся максимально безоружными, и он сам себя обнаружит.
Я улёгся на подобие гамака, закрыл глаза и прислушался. Через пять минут, дверь на грани слуха заскрипела. Я был прав, как и всегда!
По полу послышались лёгкие шаги. Если это лагерные обитатели, то это кто-то маленький и шкодливый. Например Ульяна. Рядом послышались шаги потяжелее, но всё равно почти неслышные. Она, что кого-то с собой привела?
Я слышал, как они шепчутся о чём-то. Я услышал приближающиеся шаги. Кто-то из них ко мне идёт. Кто-то коснулся моего лба и убрал пряди волос с моего лица. Я почувствовал запах. Хозяйственное мыло, вперемешку с клубникой. Алиса. Я что уже по запаху научился определять, кто стоит передо-мной? Она остановилась надо мной и видимо разглядывала меня.
Потом погладила меня по щеке и... поцеловала?! Чёрт! Чёртовы споры с Ульянкой! Я лежал, без единого движения, нельзя выдавать себя!
Послышалось хихиканье. Алиса пробурчала, что-то вроде «иди ты!» и отошла от меня.
-И ничего он не призрак! Вполне обычный человек. Только почему седой? Ему же наверное как мне – донёсся до меня шёпот Алисы.
-Ну он же нас всех охраняет, поэтому волосы длинные, чтобы скрывать лицо… или шрам – сказала Ульянка.
Догадливая мелкота!
-И ведь красивый – задумчиво сказала Алиса.
-Что понравился? – захихикала Ульяна.
-Да иди ты! Ничего подобного! – запротестовала она, но видимо Ульяна отскочила и что-то задела.
Послышался грохот. Ну, теперь можно и «проснуться».
Я открыл глаза и резко сел в гамаке.
Алиса посмотрела сначала на меня, потом на Ульянку. Потом они хором завизжали.
-МОЛЧАТЬ! – рявкнул я. Переборщил. Вон, уже дрожат, как осиновый лист.
-Н-н-н-е уби-в-вайте нас – заикаясь попросила Ульяна.
-Ну во-первых, я вас защищаю, а во-вторых, что вы здесь забыли? – спросил я.
Они молчали, рассматривая меня.
-Ну? – подбодрил я.
-Что? – спросила Алиса.
-Что вам от меня надо? – теряя терпение спросил я.
-М-мы просто хотели ув-видеть седого парня, про которого легенда в лагере ходит – промямлила Алиса.
-Увидели? Всё, выметайтесь отседава – махнул я рукой – и да, Алиса, я очень ценю твою любовь ко мне, но моё сердце принадлежит другой – сказал я, укладываясь обратно.
Даже боковым зрением можно было заметить, как она покраснела и заметить в глазах… грусть? Ну, если она и вправду в меня влюбилась, то будет очень неприятно. Ей неприятно, не мне.
Они вышли, закрыв за собой дверь. Я услышал, как на улице Ульяна закричала:
-Офигеть! Мы видели этого парня, а ты его ещё и поце… - она не договорила, видимо Алиса заткнула ей рот.
Я приподнялся и посмотрел, что там Ульяна уронила. Грабли. А, не моё не жалко! Я уже хотел-было провалиться в сон, но появившийся в углу силуэт, заставил меня повременить. Это был Тёмный (или Артём). Я не видел его, но знал, что это он. Хотя-бы потому, что ко мне немногие вот так в наглую телепортируются. Чревато.
-Привет Шавсяра. Или Захар? – поприветствовал он.
-Привет Тёмный. Или Артём? – в ответку поприветствовал я и мы пожали руки.
-Ты зачем вот так, в открытую им всё рассказываешь? – спросил он.
-Послезавтра… ой, нет уже завтра – посмотрев на часы, сказал я – прибывает целый батальон таких, как мы, причём по лесам они сидеть не будут, так что уже всё равно – махнул я рукой.
-Я слышал, твоя дочка приехала? – продолжил расспрос он.
-Ага. Прямо вылитая Лена, вкупе с моим характером – улыбнулся я.
Действительно, я очень рад видеть свою дочь. Но я понимаю, что придётся и её в предстоящую резню пихать.
-Ты же не собираешься и её в бой толкать? – озвучил мои мысли Тёмный.
-Придётся. Нас очень мало, но мы продвинуты технологически, так что я смогу её защитить – пожал плечами я.
-Что ж ты за отец такой? – укоризненно покачал головой он.
-Я не понял, это что за наезды? – я приподнялся и заглянул ему в глаза. Вернее туда, где они у него находятся. Его глаза скрывала чёлка – ты думаешь, мне приятно отправлять свою дочь в бой? Я ведь понимаю, что биться мы будем наверняка, ведь я сам сказал, что перед боем сотру код, который после смерти перезапускает цикл владельца. Мне, думаешь нормально понимать, что моя дочь из-за меня может погибнуть?
-Почему из-за тебя?Братан, твоя проблема в том, что в каждой смерти ты винишь себя! Даже в смерти этих кукол – он махнул рукой на дверь.
-Потому, что это моя вина. Не уследил, не уберёг, не смог защитить – упрямо сказал я.
-Да почему? Ты ведь один! Ты не можешь уследить за всеми. В конце концов, ты с помощью кодировки возрождать их можешь – не унимался Тёмный.
-Кто, если не я? Да если бы я не носился по лагерям, как сайгак, то лагерей бы осталось сейчас не двадцать, а намного меньше – пожал плечами я.
-Уже пятнадцать. Ещё пять лагерей отправились в бездну час назад – вздохнул Тёмный.
-Я просто похлопаю, ва-ха-ха-ха! – с притворной радостью похлопал я.
-Ладно, на сим я тебя оставлю. Обучай свою дочку и готовься – похлопал он меня по плечу и растворился.
Сон не шёл. За окном уже мелькали просветы.
«Значит сегодня не спим.»
Я взял свой старый нетбук, открыл его и вошёл в кодовую составляющую «Совёнка». У меня тут всё было распределено на графы. Я мог отследить кого угодно и узнать чем он занимается. Большинство сейчас активно подчиняются команде «sleep», что неудивительно, они в отличие от меня ничем не поддерживаются.
Я заглянул в код Двачевской. «dv_crying». Эти две строчки чуть не вызвали у меня инфаркт. Плачет?! Почему? Я захлопнул ноутбук, подхватил его под мышку и побежал к её с Ульяной домику. Заглянул в окно. В домике была только Ульяна. Я снова открыл нетбук. Пролистал строки кода чуть выше: «mv_center». «Центром» код называет площадь. Я ринулся на площадь.
Алиса сидела на лавочке и плакала. Господи, неужели это из-за меня? Когда я сказал ей, что моё сердце другой принадлежит? Да нет, она бы не стала из-за этого плакать!
Я подошёл к ней:
-Эй, ты чего? – спросил я.
Она дёрнулась, испуганно на меня посмотрела.
-Ты что меня преследуешь? – наконец спросила она, утирая слёзы.
-Моя работа помогать всем в этом лагере – пожал я плечами – я открываю ноутбук – я картинно открыл его и перешёл в код Алисы – и вижу вот эти две строчки – я показал ей «dv_crying». Она ничего не понимала. Что это за вещь у меняна руках, что это за буквы и что мне от неё надо. Это всё промелькнуло у неё на лице и в коде.
-Там… какие-то парни. Они меня по лицу ударили и шлюхой назвали. Просто потому, что я их окликнула – она зарыдала ещё сильнее.
Я приобнял её и погладил по спине, шепча, что-то успокаивающее. Мои слова на обитателей лагеря действуют в десятикратном усилении. Если я начну кого-то успокаивать, то уже через минуту он встанет, утрёт слёзы и излучая оптимизм пойдёт радоваться жизни. Если я кого-то пошлю на три буквы, то у него от обиды случится инсульт.
Так и тут. Всхлипов становилось всё меньше, в итоге она положила голову мне на плечо и уснула. Ох, лишний вес тягать. Я провёл ей по голове рукой, нагоняя здоровый, крепкий сон и взял её на руки. Думаю, мой ноут никто не украдёт. Небольшая прогулка, под мерное сопение Алисы. В окне её домика горел свет. Ах, чёрт! Ещё и с Улькой объяснятся. Я ногой постучал в дверь.
-Алиска… ой – запнулась Ульяна, когда увидела Алису у меня на руках.
-Прошу прощения, но пришлось немного усыпить твою подругу. Можно? – сказал я, кивая внутрь домика.
Она, во все глаза осматривая меня, посторонилась. Я вошёл и уложил Алису в кровать. Снял сандалии и укрыл одеялом.
Ульяна внимательно наблюдала за моими действиями.
-Ну, чего смотришь. Будто у меня рога выросли? – усмехнулся я.
-Ну, знаешь. Не каждый день приходится наблюдать рядом с собой легенду лагеря. То прячешься, то наоборот в открытую ходишь к нам – сказала она.
-Я никогда не прячусь. Просто по большей части времени я вам не нужен и вы не думаете обо мне – пожал я плечами.
-Но, ведь ты же защищаешь нас всех. Как это ты нам не нужен? – удивилась она.
-Я защищаю, только когда вам грозит смертельная опасность. Я хоть и не до конца, но человек. Мне тоже отдых нужен – я акцентировал внимание на слове «смертельная».
-Как это смертельная? – напугалась она.
-Вот так. Не бойся. Завтра прибывают мои друзья. Отстоим – ободряюще улыбнулся я и вышел.
Ох, проклятый переменчивый климат. Утром жарит, как в духовке, под фольгой, а тут холодина. Как назло я забыл плащ накинуть, в одной футболке шастаю. Ноутбук, мигая индикатором зарядки стоял на том-же месте. Я закрыл его и пошёл восвояси.
Я зашёл на склад и поставил ноут на зарядку. Удостоверившись, что он действительно заряжается я рухнул на гамак, закрываясь плащом. Всё, теперь точно спать. Хотя-бы часик.

Глава 4. (от лица Насти)


Солнце светило мне в глаза и, похоже, не собиралось отступать, пока я не проснусь. Я перевернулась на бок и накрылась одеялом с головой. Ага, а дышать чем? Я скинула одеяло и потянулась. Приятное ощущение, когда просыпаешься в таком классном месте. Я посмотрела на соседнюю кровать. Слави уже не было, но то, что она вообще приходила было под сомнением. Как по мне, кровать застелена, так-же как вчера.
Я встала, оделась и вышла из домика. Было прохладно, но я думаю мне это на пользу. Быстрее взбодрюсь. По направлению к домику послышались быстрые шаги. Кто-то бежал сюда. Это была Славя. В спортивном костюме.
-Физкульт-привет! – весело сказала она.
-Привет-привет – улыбнулась я.
-Как спалось на новом месте? – спросила она.
-Более, чем хорошо. Никогда ещё так хорошо не спала – ответила я. И это была чистая правда.
-Ну, ладно. Иди быстрее умывайся, сейчас линейка будет – махнула мне рукой Славя и забежала в домик.
Я хотела было пойти, но… куда идти-то? Я не знаю где умывальники!
-Доброе утро Настёна – сказали за спиной.
Я обернулась. Папа.
-Доброе пап – улыбнулась я.
-Пойдём, провожу до умывальников, заодно расскажу кое-что – он рукой поманил меня за собой.
-Я сегодня ночью Алису плачущей застал. Она сказала, что её назвали шлюхой, и ударили по лицу. Как она сказала «какие-то парни», но я думаю, я знаю кто это – сказал он.
-Думаешь, это такие-же, как те, кто убил Лену и меня бил? И Ты так запросто к ней вышел? – удивилась я.
-Ну, да. Она с Ульянкой поспорила, что если они меня в спящем положении застанут, то она меня поцелует. Я код посмотрел с диалогом. Ну, я притворился спящим, она меня поцеловала. Потом Ульяна что-то уронила, я «проснулся» они в панику, Ульяна: «не убивай нас!». Про меня же легенды в циклах ходят иногда, вместо Юли…
-А кто такая Юля? – спросила я.
-Это местное чудо. Девочка-кошка – сказал он.
-Как в аниме? – задала я тупой вопрос.
-Ну да. Так вот, они сначала шастали по лесу, неся всякую ерунду по-типу: «явись к нам седовласый, что плохих парней мочит» и так далее. Потом устали, вышли к бане и увидели меня. Я преспокойно сидел и проверял своё вооружение. Потом они проследили за мной до самого склада, я там себе штаб устроил. Ну и всё – развёл он руками.
Мы дошли до умывальников. Отец набрал полную пригоршню воды и выплеснул себе на лицо. Его затрясло. Но, спустя секунду, на меня смотрел уже вполне осмысленный взгляд. Пусть и из-под мокрых волос.
-Когда всё это закончится, отстригу волосы – раздражённо сказал он, закидывая их назад.
Я включила воду. Аххх, ледяная! Тем же лучше! Я сделала, так же как отец. Ясность ума вернулась в мгновение ока.
-Её что, из Антарктиды подземными путями перегоняют? – задала я риторический вопрос.
Отец никак не отреагировал. Что-то его беспокоит, я вижу.
-Пап, что-то случилось? – спросила я.
-Пока-что нет – вздохнул он и пошёл в лес. Что-то мне подсказывало, что его там уже нет.
Я пошла на площадь. Мой отряд уже выстроился. Я подошла и встала с другого конца. Ольга Дмитриевна начала свою проникновенную речь, которую если кто-то и слушал, то без особого интереса.
Алиса с Ульяной вели себя вполне обычно. Не скажешь, что они вчера видели страшного, седого парня.
Что ж, после завтрака выясним, что вы там видели, а что нет. Сейчас меня интересует только местный храм чревоугодия.
Заиграла знакомая мелодия. Одновременно с этим Ольга Дмитриевна заявила, что линейка окончена.
Мы потопали к столовой. Я заметила, что Алиса с Ульяной отбились от толпы и что-то обсуждают. Точнее Ульяна, что-то рассказывает ей. Я, сохраняя максимально беспечный вид, чуть отстала от основной толпы и пошла так, чтобы слышать, о чём они говорят:
-…в дверь. Я открываю, думала ты пришла. А там он, с тобой на руках. Я подумала он тебя убил, но увидела, как ты дышишь. Он прошёл, положил тебя на кровать, снял с тебя сандалии и укрыл. Я на него смотрю, а он подмигивает мне и спрашивает «Ну чего смотришь? У меня рога не выросли»
Он со мной так разговаривал, будто меня всю жизнь знает. Потом он сказал, что нам грозит смертельная опасность и что завтра должны прийти его друзья и помогут нас защищать! Во!
Алиса сначала обдумывала всё услышанное. Потом заговорила.
-А я решила прогуляться. Выхожу, дошла до поворота на площадь, а там какие-то парни стоят. Я подошла к ним, окликнула, а один: «Чё тебе надо шлюха?» и наотмашь мне по лицу… - она помрачнела и взялась за щеку – я побежала на площадь, села на лавочку и заплакала. Потом, наверное через минуту подошёл он. Спросил: «Эй, ты чего?» Я посмотрела на него. Спросила: «Ты что, следишь за мной?», он ответил, что его работа помогать тут всем и «я открываю…» как же он это назвал то? В общем он сказал что открыл какую-то штуку и увидел, что я плачу. Поэтому и пришёл. Я рассказал ему про тех парней. Он начал успокаивать меня, а потом как то сразу стало спокойно, хорошо. А потом… кажется я уснула. И всё.
-Дела-а-а – протянула Ульяна.
У меня тоже возникло желание протянуть что-то похожее, но выдавать себя мне не улыбалось. Около столовой процессия внезапно остановилась. Кто-то впереди ахнул. Я вытянулась, чтобы посмотреть, что там такое.
Отец с остервенением молотил какого-то парня головой об стену. Рядом валялся ещё один, с ножом в горле. Перестав бить бедолагу он нагнулся к уху и проорал:
-Где третий?!
-Он на склад пошёл… кхе… за деталями – прошамкал парень.
-Аххх, пиздаten! – злобно выкрикнул отец и свернул ему шею.
В толпе, кто-то вскрикнул. Отец резко повернулся, посмотрел на нас, потом откинул труп, который начал растворятся на цифры, потом рывком оказался около второго трупа, «с мясом» вырвал нож из второго, который уже тоже начал исчезать, и со скоростью автомобиля рванул назад. Лена завизжала.
-Вы ЭТО видели?! – заорал какой-то пионер – это тот самый седой парень, который приходит, когда всё становится очень плохо! Я его видел! Я тут теперь самый крутой!
-Ага, щаз! Он вчера Алиску на руках домой принёс! – пискнула Ульяна, и получила подзатыльник от Алисы.
«А я чем хуже?»
-Фи! Он мой отец – махнув рукой, сказала я.
Все очумело уставились на меня.
-Ну, ну конечно – усмехнулась Алиса.
-Ну конечно. Прям пиздёж! – с иронией сказал отец, появляясь сзади меня и целуя меня в макушку.
Я покраснела.
-Что правда? Отец?! Но ведь тебе лет, примерно столько же, сколько мне! – ошалело сказала Алиса.
-Долгая история, полная драмы, крови и неясных моментов. А теперь по цвету волос давайте отгадаем, чья это дочь – с улыбкой сказал он.
Все моментально посмотрели на Лену. На неё было страшно смотреть. На лице промелькнуло непонимание, потом обнаружение большого внимания и наконец осознание, почему на неё смотрят.
-Нет… Нет! Не было такого! Да и как? – она заозиралась по сторонам, ища поддержку.
-Да, действительно. Именно ТЫ тут не причём. Я был в ДРУГОМ «Совёнке» и там встречался с ДРУГОЙ Леной. Это очень сложно объяснить – сказал отец.
-Эй! Захар! – крикнул кто-то сзади. Все как по команде посмотрели туда.
Там стоял какой-то парень, очень похожий на отца. Но волосы были чернее ночи, а лицо не позволяло разглядеть солнце. Так-же как и двух других парней, у него за спиной.
-Принимай… не совсем новичков – он хлопнул двух других по спинам. Они вышли в зону видимости. Рома отдал отцу честь, Семён ослепительно сверкнул зубами.
-Ромыч! Сёмка! Как я рад вас видеть! - заорал отец и кинулся к ним.
-Захарыч! Братан! – они крепко, по-мужски обнялись.
-Так, что здесь происходит? – строго спросила, подошедшая вожатая.
-Молчи женщина. Я десять лет их не видел – всхлипнул отец.
-Кто ты такой и как ты со старшими разговариваешь?! – повысила голос вожатая.
-Это ещё как посмотреть, кто тут старше. Если бы его не убили, то ему бы сейчас лет сорок было – с умным видом заметил темноволосый.
-Что значит, не убили? И кто вы такие? – взвилась вожатая.
-Слышала легенду о седоволосом парне, который тут всем помогает? Так вот он перед тобой – сказал отец.
-Поподробнее можно? – заинтересованно спросил Семён.
-Потом. А это те, благодаря кому я умер лишь десять лет спустя, после возвращения оттуда. Рома мой лучший друг, Семён не менее лучший друг. И воплощение моих самых… убийственных идей – Артём, по прозвищу Тёмный.
Артём помахал всем и улыбнулся.
-Так. Что здесь происходит? – ещё раз задала вопрос вожатая.
-Хорошо, я вам всё расскажу, но пойдёмте ка к Виоле, чтобы она могла вам доказать каждое моё слово, ну и если вам плохо от моего рассказа станет – отец пригласительным жестом указал в сторону медпункта – Настён, ты тоже с нами. Темнота, после завтрака расскажешь им всю ситуацию?
-Без проблем – махнул Артём.
Мы отправились в медпункт.
-А зачем я тебе нужна? – спросила я.
-В общем, как бы не неприятно было тебе это говорить, но тебе придётся биться с нами. Но, с твоими нынешними рефлексами и физическим состоянием… в общем я дам тебе умения паркура, а так-же некоторые боевые приёмы с мечами – сказал он.
-Ух ты! Паркур! А зачем тогда меня в медпункт?
-Затем, что мозг воспринимает резкие перемены в организме крайне… болезненно. Я в первый раз потерял сознание от боли – нахмурился он, видимо что-то вспоминая.
-Ох… понятно. Что ж, приготовимся морально – пожала я плечами.
В конце концов ради того, чтобы отстоять это место стоит потерпеть.
Отец толкнул дверь, пропуская меня и вожатую вперёд.
-Приветствую Виола – поднял он руку в приветственном знаке.
-Здравствуй… пионер – с подозрением посмотрела она на него и на вожатую.
-Эх, какой я вам пионер?.. В общем, вожатой требуются объяснения. Пройдёмте – он указал на дверь в соседнее помещение.
Не было никакого желания подслушивать. Я знала каждое слово, которое скажет отец в ответ на её вопросы. Я присела на кушетку и стала думать о предстоящем. Страх это нормальная реакция на неизвестность, причём в этой неизвестности придётся драться. В школе я могла за себя постоять, благо отец пока ещё был живой, меня учил: «Если шакала не пнуть под зад, он всю жизнь будет тебя грызть». Поэтому, каждый мальчишка, который не давал мне житья получал по загривку. Да ещё и Алиса научила меня паре болевых захватов.
Прошло минут двадцать. Из комнаты слышался какой-то бубнёж, иногда прерываемый возмущёнными вскриками вожатой, которые в свою очередь спокойно прерывал отец.
Наконец они вышли. Ольга выглядела подавленной, Виола сохраняла нейтральное выражение лица, отец виновато смотрел в спину вожатой.
-Пап, ты чего? – спросила я, когда Ольга вышла.
-Да… неприятно сообщать местным жителям неприятные новости. Даже спустя десять лет – вздохнул он.
Мы помолчали.
-Ну, ты готова? – осторожно спросил он.
-Да! – храбро ответила я.
-Лучше прилечь – посоветовал он.
Я легла. Он вытянул руку по направлению ко мне и резко сжал кулак. Голову пронзила нереальная боль! Наверное такую боль чувствуют мученики Ада!
Я закричала, схватилась за голову и… потеряла сознание.

** *


-Настёна! Родная, ты меня слышишь? – раздался голос.
-Я… что… где я? – задала я вопрос в пустоту.
Меня окружала тьма. Я не видела даже своей руки, хотя я не уверена, что она у меня вообще есть.
Голос облегчённо вздохнул.
-Спокойно. Это можно сказать твой разум. У тебя в твоей-же голове нет физической оболочки. Знаю это неприятно, но я не могу тебя сейчас разбудить – сказал отец.
-Мой разум? Интересно. Но, как то пустынно – я успокоилась. Если тут мой отец, то и волноваться не стоит.
-Ну конечно. Ты же без сознания.
Мы замолчали.
-Пап? – позвала я.
-М? – откликнулся он.
-А ты не считаешь свои… циклы? – я не знаю, почему я это спросила. Просто мне надо что-то говорить и кого-то слышать.
-Более того, я веду свой календарь. Благодаря этому, многие Старшие знают, что они здесь уже десять лет – усмехнулся он.
-А ты хочешь вернуться обратно. В наш мир?
-Что за вопросы? Конечно. Меня не может существовать без Лены, а Лены соответственно… без меня – вздохнул он.
-Ну, это ты загнул! Мама же до сих пор в порядке – с сомнением покачала головой я. Или не головой?
-Готов поспорить, что её на этом свете держишь только ты – отрезал он.
Ему неприятна эта тема. Господи, да когда уже можно очнуться?
-О наконец-то! ОЧНИСЬ!!! – неожиданно заорал отец.
Я резко открыла глаза. Я лежала на кушетке в медпункте. Рядом сидел отец и потирал виски.
-Очнулась спящая красавица? – улыбнулся он.
-Ааа… да – я не совсем понимала, что происходит. Мысли путались, сворачиваясь в непонятно что.
Он протянул мне стакан с водой. Я с жадностью осушила его.
-Ещё?
-Нет, не надо – отдышавшись сказала я.
Так, время не ждёт. Что я тут сопли распустила? Встать немедленно!
Я встала. Мир поплыл перед глазами, я чуть шатнулась, но уже через секунду всё нормализовалось.
Я сделала пару шагов. Тело ощущалось как-то по новому. Приятная гибкость и ощущение, что я сейчас взлечу.
-Что со мной? – спросила я.
-Ты не ощущаешь ломоту в суставах, покалывание? – вопросом на вопрос ответил отец.
-Нет.
-Везёт. Ну, что ж всё. Теперь мы кое-что проверим – потирая руки сказал он пошёл к выходу, поманив меня за собой.
-А теперь на-перегонки до твоего, со Славей домика. Кто последний, тот кретин! – с азартом сказал отец и с огромной скоростью рванул от медпункта. Такое положение дел меня не устраивало!
Я побежала, чувствуя, как тело наливается энергией, хотя по идее должно быть наоборот.
Я пронеслась за свои отцом, мимо Алисы с Ульяной, Лены, неизвестной девочки с длинными аквамариновыми волосами.
Финишная прямая! Я поднажала и когда поравнялась с отцом, толкнула его в спину. Такого вероломства он не ожидал и рухнув на живот прокатился на нём до самого домика.
Я резко затормозила. Тело бросило в жар. Я повернулась и насмешливо посмотрела на отца, который, не скрывая улыбки обтряхивался.
-Вот это моя дочь! – он показал мне большой палец.
-Ох, как хорошо! – с наслаждением сказала я, потягиваясь.
-Лучше переоденься в цивильное. Тренироваться в пионерской форме… как минимум неудобно.
Мы стояли на спортплощадке. Отец скинул плащ, однако зачем-то сказал мне взять мой.
-Пока-что, без плащей двигаться научимся. Потом, как говорится в полном боевом обмундировании – весело сказал он.
-Давай уже! Не терпится начать – нетерпеливо покачалась я.
-Повторяй за мной. По идее всё должно быть у тебя на рефлексах – сказал он, взял разгон и пробежал пару метров по стене спортзала. Оглянувшись, он поманил меня. Я повторила его действия. Нога соскользнула со стены и я упала, но тут же злобно скрипнув зубами, поднялась и повторила. На этот раз всё вышло гладко. Отец показал мне большой палец.
-А так сможешь?
Он разбежался, пару раз оттолкнулся ногами от стены и повис на карнизе, подтянулся и помахал мне сверху рукой. Это я повторила с первого раза.
-А ну-ка, так?
Он разбежался, прыгнул с края крыши и в воздухе сделал хватающий жест, благодаря чему сделал рывок вперёд, и упав ушёл в перекат.
Я не до конца уследила за его движением, поэтому приготовилась к болезненному падению. Я прыгнула, сделала хватающий жест, но видимо сначала взяла недостаточный разбег, поэтому рывка не получилось. Я начала падать, но будто на рефлексах смогла сгруппироваться и уйти в перекат.
-Ты в порядке? – обеспокоенно спросил отец.
Я кивнула, резво вскочила и снова забралась на крышу. Разбег прыжок, снова неудача.
-Погоди. Вот – он забрался на крышу и снова повторил трюк.
-Делай так, будто кого-то резко отталкиваешь локтём – посоветовал он.
Я в один прыжок снова оказалась на крыше, разбежалась, прыгнула и о чудо! Тело рванулось вперёд, преодолевая расстояние в пару метров. Я сгруппировалась и ушла в перекат, точно также как и отец.
Он одобрительно качнул головой.
-Остальные трюки будут приходить тебе в голову сами по себе. Теперь научим тебя драться – он кивнул на мой плащ и ножи, лежащие на лавке. Я надела пояс с ножами и плащ.
Отец, тоже одел свой и ножны со своим мечом. По-другому такой нож нельзя назвать.
-Боевая стойка? – спросила я. Он кивнул.
Я резко провела руками по рукояткам. Ножи выпрыгнули из ножен и повинуясь энергии повернулись рукоятками вниз. Я схватила их и выставив вперёд один, и сделала жест «иди сюда».
Отец усмехнулся и резко выдернул свой меч. Он, визуально удлинившись, вспорол землю, оставляя страшную царапину. Я невольно сделала шаг назад.
-Попробуй показать, что умеешь. Потом, если что, научу чему-нибудь новому – посоветовал он.
Я ринулась на него. Он взмахнул мечом, пытаясь задеть меня по ногам, но тело оттолкнулось от земли и силой заехало ногой прямо в лицо отцу.
Он, отлетел назад, но воткнув меч в землю затормозил.
-Ой папа, проси! Я не хотела – забеспокоилась я. Но он махнул рукой.
-Так и надо! Ведь враг тебе поблажек давать не будет – усмехнулся он.
-А ты мне поблажки даёшь? – удивлённо спросила я.
-Ну да. Я не хочу тебя на следующий цикл отправить – пожал он плечами – давай ещё раз!
Он резко поднялся, вытащил меч и понёсся на меня, петляя. Когда он был рядом, я попыталась, задеть его ноги, но он подпрыгнул точно так-же, как я и резкотопнул ногой, отчего меня откинуло. Я откатилась. И вовремя – там, где я лежала секунду назад, торчал меч. Я зажала его своими мечами (я их умудрилась не выпустить) и рванула. Меч подлетел в воздух, в этот момент я засунула один свой в ножны и поймала меч отца и не соображая, что я делаю нанесла мощный рубящий удар. Отец в последний момент успел сделать какой-то жест, благодаря чему при ударе об него выбились искры и он отлетел к противоположной стенке. Поняв, что я сделала, я рванулась к нему:
-Папа! Господи, ты живой? – обеспокоенно спросила я. Его голова была опущена. Физических ран на теле не наблюдалось, но со лба какпала кровь, а сам он был без сознания.
-Нет! Я не могла тебя убить! Проснись! – я встряхнула его за плечи.
Он застонал, но приоткрыл один глаз. Попытался сфокусировать свой взгляд на мне, но взгляд бегал по сторонам, никак не желая останавливаться на мне.
-Аххх … да зачем Старшим я? Вот – он кивнул на меня – один прогиб и Пионер погиб – сказал он и уронил голову на грудь.
Снова потерял сознание?
-Ну, уделала батю и довольна? – посмеялись за спиной.
Я обернулась. Семён.
-Привет Семён. Да, вот… что-то на меня нашло – виновато сказала я.
-Ничего. Счас его к Вилке отнесём, и всё будет в шоколаде… - сказал он, взваливая отца на плечи.
Мы молча шли по лагерю, цепляя на себя недоумевающие взгляды.
-Интересно, что это было? – спросила я вслух шёпотом. Я видела, как удар выбил искры из руки отца и благодаря этому, я не разрубила его напополам.
-Ты про защиту? – догадался Семён – да это такая штука, которая вроде блокирует урон, а вроде и импульсом может тебя так пихнуть, что мало не покажется.
Мы дошли до медпункта. Виола очень удивилась характеру раны, но я не стала спрашивать, что именно её удивило. Как только отец открыл глаза он сразу же встал и спросив, готова ли я продолжить тренировку и получив утвердительный ответ.
К концу дня я уже умела – за секунду залечивать мелкие раны, причём не только себе, но и другим (Ульяна с разбитыми коленками вовремя подвернулась), ставить неплохой блок, который, однако, с лёгкостью пробивал отец, высоко прыгать, и делать короткие рывки не только в воздухе, но и на земле, а так-же, отточила свои боевые способности.
Семён с Ромой тоже времени даром не теряли. Проведя у кибернетиков целый день, они сконструировали что-то наподобие миномёта. Правда со снарядами они не определились, но отец успокоил их, сказав, что завтра у Старших непременно что-нибудь найдётся.
Чуть не падая с ног от усталости, я доковыляла до домика. Славя уже спала.
Не раздеваясь, я рухнула лицом в подушку и отключилась.

Глава 5 (от лица Захара)


Говорят, шоколад был создан, чтобы хоть немного заменить людям Эдем. Я с этой легендой согласен всеми силами.
Я сидел на лавочке и поглощал «Нутеллу» прямо из банки, ложечкой.
Везёт Тёмному. Он в реальный мир наведываться может, хоть и ненадолго.
Съев примерно половину, я закрыл крышку и подбросил ложку в воздух. Она исчезла, не коснувшись земли. Вот и не надо ничего мыть!
Я рванул на склад, положил остатки пасты в холодильник, который мне удалось скопировать с кухни (причём вместе с едой). Глянул на часы: 00:01.
Лагерь засыпает, просыпаются Старшие. Точнее Старшой.
Я открыл нетбук. Строчки кода перемигивались одинаковыми значениями.
Лена делала что-то с переменным «knife» в руках, но надеюсь ничего критичного. Ладно, уговорили! Я посмотрю, что с ней не так.
Двачевская спит. Улька спит. Славя, Мику, Шурик, Электроник – все спят.
Вот настоящие образцовые пионеры! Старшим проблем не создают. А вот Лену надобно отыскать, а то может сейчас её на части разбирают.
Я одел плащ, нацепил пояс с ножнами, повесил на плечо «Теслу» (Рома придумал название для моей пушки)
-Ох, вот и чего тебе не спится? – спросил Рома, позёвывая и пытаясь открыть банку с пивом.
-Я же Старшой. Пойду обход делать, а то мало ли эти идиоты вылезут – пожал я плечами и толкнул дверь склада. За отсутствием места, Семён и Рома живут у меня на складе.
Ночной лагерь мне всегда нравился. Стрёкот кузнечиков, прохладный воздух, изредка поскрипывание внутри домиков.
Я заглянул в домик Лены и Мику. Лены, как и ожидалось не было и Мику не спала. Ходила беспокойно по домику и выжидающе смотрела на дверь. В коде я усмотрел, что Лена сейчас где-то в лесу, но лес большой и мест, где можно затесаться полно.
Я постучался. Мику резко распахнула дверь:
-Лена!.. Ой, извиня… - она хотела извинится, но поняв, что она передо мной неглиже, замолчала и спряталась за дверью.
-Можешь не стеснятся меня Мику. Во всяком случае у меня никаких… мыслей не возникает – успокоил я её.
-А-ага… - она с опаской оглядела меня. Несмотря на то, что я их защищаю, они меня всё равно побаиваются.
-Мику не знаешь где Лена? – наконец спросил я.
-Н-нет, я проснулась и видела, как она куда-то вышла. Причём встала так, медленно, и так-же не говоря ни слова и смотря в одну точку вышла и ушла куда-то – сказала Мику.
Чёрт! Её Зовом цепанули! Причём, ставлю всё, что у меня осталось - они меня выманивают. Сейчас там наверняка полно этих недопионеров и Лена, скорее всего мертва. Хотя нет, если бы она умерла, это бы вкоде отобразилось.
-… ты думаешь, что-то нехорошее случилось? – долетел до меня обрывок фразы Мику.
-Я не думаю, я знаю. Закройся в домике и никому не открывай. Открывай, только если услышишь меня, Семёна или Рому. Дело пахнет кровью – сказал я, оставляя испуганную японку и набирая скорость, рванул к складу.
Чуть не выломав дверь, я заорал:
-ПАЦАНЫ! ТРЕВОГА, КРАСНЫЙ КОД! – Рома подскочил на импровизированной кровати, Семён свалился с верхатуры, где оборудовал себе спальное место.
-В чём дело? – пытаясь надеть футболку, спросил Рома.
-Лену Зовом зацепили. Они наверняка ждут меня. Нужна помощь.
-Без проблем! Тряхнём гадов! – бодро сказал Семён, размахнувшись мачете.
Рома схватил с полки улучшенную версию гвоздемёта, Семён взял динамит, я проверил пушку.
Удостоверившись, что всё в порядке, я отследил код. Выходило, что Лена сейчас на поляне, рядом со старым лагерем. Постоянно что-то серьёзное происходит на этой поляне.
Мы рванули в лес. Как оказалось, ещё на стадии «прибытия» они потребовали Тёмного вернуть им скорость, ловкость и всё остальное. Так что не пришлось тратить своё время и посвятить его обучению Насти. Да-а, этот удар я ещё долго не забуду.
Тем временем мы приблизились к месту. Рома с разбегу запрыгнул на дерево, чтобы прикрывать нас с гвоздемётом, Семён нырнул в кусты и начал обходить поляну, чтобы зайти с другой стороны. Я снял «Теслу» и зажав рычаг зарядил выстрел. Поляна была пуста, за исключением Лены, которая была привязана к дереву за руки и плакала.
«Иди, спасай её!» - вопило сердце. «Это ловушка!» - твердил мозг.
Я ещё раз внимательно осмотрел область и таки увидел гада! Он сидел на дереве, к которому была привязана Лена и если не приглядываться, то совершенно незаметен. Если бы я подошёл к ней, то он бы спрыгнул на меня и отрубил бы мне голову топором, который торчит у него за спиной.
-Захар, ты уснул? – поинтересовался Семён в голове. Ментальная связь, хорошая штука, но иногда пугаешься чужого голоса в своей башке.
-Триста-тридцать-три! – отсчитал я и шмальнул в того, что сидел на дереве.
Громкий «чщщхух» разнёсся по поляне, рукоять накалилась от высвобожденного потока энергии. Тот в кого я стрелял задёргался, издал утробный звук и свалился с дерева. Сверху лязгнул гвоздемёт, отправляя очередного пионера обратно, к Пионеру. Каламбурчик.
Из кустов выскочил Семён, отрубая летевшему на меня пионеру голову.
Я картинно закрыл глаза, когда кровь брызнула мне на лицо, обтряхнул капли крови, которые не успели впитаться.
Из-за дерева показался пионер с… арбалетом! Он почти не целясь выстрелил в крону дерева на котором сидел Рома. Судя по крику, попал.
Я ринулся на него, рывком достал нож и разрубил его пополам.
Я резко развернулся, ожидая новую порцию ублюдков, но никто не спешил на меня нападать. Оглядевшись по сторонам я пришёл к выводу, что мы всех убили.
Рома продолжал стонать, где-то на дереве.
-Рома! Ты жив? Так Захар, давай к Лене, я Рому спущу – скомандовал Семён и полез на дерево.
Я кинулся к Лене. Она уже не плакала. Я приподнял её голову. Она была без сознания и… синие губы! Чёрт!
-Сёмыч, Лену Кондрат хватил– вздохнул я.
-Понял. Рома сам может идти, стрела в плечо попала. Только помогу ему спуститься… - послышалась возня и стоны Ромы. Странно, почему стонет так, будто действительно больно? Способности притупляют боль, так что боль только раздражает, заставляя тебя сильнее бить.
-Ромыч, ты чего? По идее не должно быть уж сильно больно – задал я вопрос.
-Да, он какую-то хрень похоже на конец стрелы нанёс. Жжёт так, будто уголь раскалённый прикладывают и кажется температура поднимается – сказал Рома опираясь на Семёна.
Я снова посмотрел на Лену. Она хоть жива? Я прощупал пульс. Есть.
Я взял её на руки. Эх, как бы я хотел СВОЮ Лену на руках поносить.
Мы направились обратно. Лена не подавала признаков жизни, Рома скрипел зубами и иногда матерился от боли.
Я постучал носком ботинка в дверь медпункта. Виола открыла, причём не попытавшись отчитать меня за то, что ногами в дверь долблю:
-Что у вас опять? – устало, спросила она.
-Роме в ногу стрела прилетела, а Лену Кондрат хватил – спокойным голосом сказал я.
Виола посторонилась, жестом приглашая нас внутрь.
Я положил Лену на кушетку, Рома устроился на второй. Виола хотел подойти к Роме, но я её остановил:
-С Ромой я сам разберусь. Помогите Лене – сказал я указывая на Лену.
Виола пожала плечами, и пошла к Лене.
Я подошёл к Роме:
-Чувак, предупреждаю, сейчас будет ОЧЕНЬ больно! – сказал я, переходя в режим «призрака».
Он, наблюдая, как моё тело обволакивают цифры и значения кода, кивнул и крепче сжал зубы.
Я потянулся к его голени и сжав кое-какой пучок, чтобы кровь сразу не пошла, рванул стрелу.
Рома издал утробный рык и повалился на бок, держась за ногу. Я кое-что пошаманил с его раной, так что уже через пять минут он спокойно лежал и пытался качать права.
Я отмахнулся от него и подошёл к Виоле.
-Ну как успехи? – спросил я у Виолы, которая склонилась над Леной.
-Без сознания, но дышит. До завтрашнего утра не проснётся, судя по всему – пожала плечами Виола.
-Пускай. Натерпелась уже – сказал я, кивая головой.
-Эй, я всё – Рома наконец-то приподнялся и сделал несколько нетвёрдых шагов. Я вздохнул.
-Сёмен, отведи его, пожалуйста, на склад. Мне ещё обход продолжать – попросил я.
-Без проблем – сказал Семён и придерживая Рому, отправился на склад.
-Погоди Старшой – остановила меня Виола. Она, что всех пионерами или Старшими называет?
-Меня Захар зовут, если вы не знали – сказал я, поворачиваясь к ней.
-Не мог бы ты Лену до её домика донести? – с лёгкой улыбкой попросила она.
-Может ей лучше побыть тут? И я что, в грузчики записался? – встал в позу я.
-Как раз таки, утро ей лучше встретить в мягкой кровати, а почему ты? Да потому, что она в тебя влюбилась, да и по пути тебе – сказала Виола.
У меня дёрнулся глаз. Нет, то, что Лена в меня влюбляется, когда я по обычному живу в цикле, меня не удивляет, но чтобы вот в таком положении, да ещё и я опозорил её сегодня утром…
-С чего вы взяли? – с усмешкой спросил я.
Вместо ответа, Виола подошла к столу и взяла в руки что-то. Этим оказался альбом. Она перелистнула несколько страниц и показала мне черновой набросок. На нём был изображён несомненно я. Причём в боевой стойке.
Меч визуально выглядит длиннее, волосы закрывают искажённое гримасой ярости лицо, плащ мечется из стороны в сторону. У Лены же прекрасно получается рисовать! Почему со мной, она стала писателем?
-И что? Ей просто могло понравится моё такое состояние – пожал плечами я.
-Тюфяк ты Захар. И как тебя другая Лена полюбила?- вздохнула Виола.
-Во-первых, не трогайте мою семью. Во-вторых, наша любовь была взаимной, а сейчас я Старшой причём практически мёртвый – процедил я.
-Тебя так тяготит работа Старшого? И насколько я могу судить, ты сейчас вполне живой. Надеюсь, главный мужской механизм работает исправно? – лукаво усмехнулась Виола.
-Своими пошлыми шуточками засыпайте того, кто не провёл здесь десять лет. Хорошо я отнесу её – махнул я рукой.
-Вот и хорошо – улыбнулась она.
Я подошёл к Лене и взял её на руки. Холодная кожа, чуть подрагивающие веки и прерывистое дыхание. Мда, досталось ей.
Я вышел из медпункта и направился до домика Лены. Она, что-то простонала во сне. Я на ходу коснулся её головы, выкинул кошмар, который она видела, и вставил то, как она качается на качелях, глядя на спокойное озеро.
Лена дёрнулась и перестала стонать. На её лице мелькнула улыбка. Завтра как новенькая будет. Я постараюсь. Чувствую себя каким-то народным целителем, который одним касанием жизни спасает.
Я постучал ногой в дверь домика Лены. Послышалась негромкая возня и немного дрожащий голос японки спросил:
-К-кто там?
-Это я Захар. С Леной.
Послышался щелчок шпингалета и дверь открылась, пропуская меня.
-Лена! Что с тобой?! – закричала Мику.
-Шшшш! Тихо! Я ей в сновидение релаксацию небольшую послал. Так что не будить! Она и так натерпелась сегодня! – шикнул я на неё и уложил Лену. Снял обувь и накрыл одеялом.
Ох, второй день укладываю пионерок спать. Видимо у меня дочь не только Настя.
-А что случилось-то? И почему на тебе так много… крови?! Ты её от кого-то спас да? – забросала меня вопросами Мику.
-Да, только мы с пацанами всё это делали. А крови много, потому, что ни данное сокровище не хотели отдавать просто так – усмехнулся я, указывая на Лену.
-Ой, а ты не ранен? Может, помощь нужна? – не унималась она.
-Да какая там помощь? Всё нормально. Ладно, я пойду – сказал я и развернулся.
-Спасибо тебе за Лену – прилетело мне в спину.
Я заглянул в домик Слави и Насти. Всё более чем в порядке. Обе видят десятый сон. Ещё бы. Тронь они мою дочь, и я с каждого скальп сниму!
Алиса с Ульяной тоже спали, но что-то с Ульяной было не так. Я просочился сквозь стену и заглянул к ней в подсознание. Тьфу ты, всего лишь кошмар. Я уж думал, её тоже Зовом зацепить пытаются. Я не знаю, что может успокоить Ульяну, поэтому просто выкинул кошмар. Она перестала дёргаться. Я подошёл, к ней и поправил сползшее одеяло. Я буквально жопой ощущал взгляд Алисы. Интересно, будь я обычным человеком, я бы заметил, что она за мной смотрит?
Ну, так и есть. Когда я повернулся, то заметил как её веки дёргаются.
-Хе-хе, ДваЧе… - нарочито громко прошептал я и вышел из домика.
Ну, всё. Совесть чиста, все основные персонажи живы и невредимы, я могу идти спать.
Однако до склада я не дошёл. Я просто присел на лавочку, а потом кажется я упал на неё и всё…

Глава 6 (от лица Насти)


Не люблю, когда меня кто-то или что-то будит.
-Настя вставай! – тормошила меня Славя – сегодня же эти, как их… которые защищать нас собрались приходят.
-Ну и что-о-о… папа с ними разберётся – прошамкала я, переворачиваясь на другой бок.
-Настя! Я тебя сейчас водой оболью. Из наших умывальников! – пригрозила она. Эх, а она может.
Я присела на кровати.
-Всё-всё, чего ты сразу в крайности то?.. – возмутилась я, протирая глаза.
-Вот и хорошо – улыбнулась она, надела спортивный костюм и выпорхнула из домика.
Мне бы её энергию. По телу разливалась приятная лёгкость, которая одновременно не давала мне наконец прийти в себя и начать действовать.
Я позёвывая встала и надела на себя свою обычную одежду. Голова зачесалась. Надо будет спросить отца, есть ли тут баня. Хотя он же рассказывал, что чистил около бани свой стафф. Потом попрошу, чтобы показал, где она.
Я вышла на улицу. Жараааааа! Пощади солнце, мне ещё тренироваться!
Подойдя к умывальникам, я выкрутила кран на максимум и направила струю себе в лицо.
«Вещам капец» промелькнула мысль, прежде чем и они заморозились.
Лицо свело, пальцы уже не ощущались. Всё! Хватит, а то простыну.
Вот и жара пригодилась. Сейчас обсохну.
Я подумала, что раз я в лагере Советского Союза то… нужно быть готовым к труду и обороне, хе-хе. Я забежала в домик, скинула плащ, оставшись в джинсах и в топике, поспешила на спортплощадку.
Побегать лишний раз бывает полезным. Особенно под палящим солнцем! Жаришься как шашлык, но из принципа продолжаешь бежать. И все проблемы и вся сонливость и все заботы остаются позади тебя. Только если ты остановишься, всё опять к тебе прилипнет и не отлипнет, пока либо не доканает окончательно, либо пока не решишь всё, что можно решить.
Фух, всё хватит, а то сил на всё остальное не останется.
За стадионом послышались какие-то звуки. Я пошла на них.
Видимо не одна я решила, что нужно быть готовым к труду и обороне.
Около турников отжимался отец, на спине которого сидел Рома и со скучающим видом что-то тыкал в телефоне. Рядом стояла Ульянка и считала:
-… восемнадцать, девятнадцать, двадцать – на «двадцати» отец рухнул на живот и поднял руку. «Всё, не могу»
Рома слез с него и подал ему руку.
-Доброе утро пап – поприветствовала я. Подходя к ним.
-Доброе – отдышавшись, сказал отец, приветственно поднимаю руку.
-Когда там Старшие прибывают? – поинтересовалась я.
-По идее, после завтрака. У некоторых чрезвычайное положение, так что могут быть раненые – сказал отец, обтряхивая джинсы.
-Ух ребята, вы такие крутые! – с восхищением оглядывая парней.
-Мы такие потому, что приходится защищать вас. На деле, мы несильно отличаемся от других. Просто… - Семён запнулся – просто нам однажды повезло – пожал он плечами.
-А в чём? – не унималась она.
Семён взглядом призвал нас на помощь.
-В том, что мы родились в Советском Союзе – сказала я.
-Фи, я тоже в Советском Союзе родиласьи что? – фыркнула Ульяна.
-Радуйся, пока можешь. Ведь радоваться осталось недолго – вздохнул отец.
Ульяна, кажется, не поняла, к чему он сказал это.
Прозвучал горн на завтрак.
-Чёрт, линейку пропустила! – хлопнула я себя по лбу.
-На этой линейке ничего дельного ещё не говорили. Я не думаю, что сейчас она что-то информативное рассказала. Спросишь у кого-нибудь – пожал плечами Рома, спрыгивая с турника.
Я отправилась в столовую. Они со мной не пошли, так как «не хотят портить всем аппетит своим присутствием». Мне кажется, их наоборот должны все уважать, за то, что они все тут защищают. Даже Семён с Ромой прибыли, чтобы ему помочь. Кстати, что это за бинт у Ромы на ноге?
-Слушай пап, а где тут баня? – спросила я у него.
Завтрак закончился, делать особо нечего, поэтому решив прогуляться до площади,я нашла его.
-По тропинке, которая ведёт в старый лагерь и направо. И погоди – он остановил меня, что-то ввёл в ноутбуке – загляни в домик, я тут тебе наколдовал кое-чего… по гигиене – улыбнулся он.
-Спасибо – улыбнулась я.
Только я хотела отойти, как к нам подбежала Лена:
-Господи Захар, с тобой всё в порядке? Ты почему из медпункта вышел, тебе лежать надо?! – расстреляла она его вопросами.
-Во-первых, со мной всё в порядке, во-вторых, с чего я должен в медпункте лежать? – удивился он.
-Ну, мне Мику сегодня рассказала, как ты меня до домика донёс, весь окровавленный, а потом вышел и никто тебя ещё не видел – поникшим голосом сказала она.
-Мику преувеличивает, как всегда. Кровь была, только не моя, а не видел никто, потому, что я старюсь не смущать остальных своим присутствием – пожал плечами я.
-А… хорошо… ну, я тогда пойду? – смущённо спросила она.
-Конечно – улыбнулся ей отец.
Она, пряча взгляд удалилась.
Зайдя в домик, я обнаружила на столе полотенце, мочалку, мыло и шампунь. Неплохо. Взяв всё, я отправилась по пути, который указал отец.

(с этого момента повествование будет вестись только от лица Захара)


Проводив взглядом дочь, я захлопнул ноутбук и встал. Неплохо было-бы освежится. Но скорее всего своим видом, я распугаю всех пионеров. А какого, собственно чёрта? Я их тут защищаю и я ещё и отказывать себе должен?!
С этими мыслями, я встал и отправился на пляж.
Солнечно и классно. Я скинул с себя плащ, расстелил его на манер полотенца, положил на него меч и ноутбук, скинул с себя всю оставшуюся одежду и усилив прыжок, прыгнул в воду.
«Эх, наверняка всех распугал»
Где, же ты Настя? И некому поддержать мысленный разговор. Этот умудок заплатит сполна. Я не убью его сразу, он чёрт возьми целую неделю будет страдать, потом я ВОЗМОЖНО его убью. Или нет, я создам искусственный цикл с зомби-Ульянами и кину его туда, каждый раз, когда он будет на волосок от гибели от болевого шока, я буду его вытаскивать, восстанавливать и по новой!
Со всеми этими мыслями, я совсем забыл, что хоть я и фактически мёртвый, но потребность в воздухе испытываю. Я вынырнул отплёвываясь и восстанавливая дыхание.
Я ожидал, что такими действиями я пионеров распугаю, а они наоборот, вон плескаются неподалёку, да ещё и взгляды, полные уважения кидают.
Ко мне подплыла Ульяна:
-Круто! А сможешь меня подкинуть сильно? – задорно спросила она.
-Запросто! – усмехнулся я и сделав под водой неуловимое движение рукой, отправил её в невысокий полёт.
-УААХХХХААААА –взвизгнула она и приземлилась в то же место, с которого и стартовала.
Вынырнула и с восхищением посмотрела на меня.
-Офигенно! Давай ещё! – попросила она.
Я снова сделал жест рукой, но на этот раз отправил её немного по дуге.
Восторженно завизжав, она рухнула, прямо возле Слави, которая плавала неподалёку, сначала она испуганно посмотрела на то место, где Ульяна рухнула в воду, потом заозиралась по сторонам и увидела меня. Я лишь пожал плечами, делая глупую улыбку. Прямо перед ней резко вынырнула Ульяна, смыв её волной.
Неожиданно, громкоговоритель, стоящий рядом с пляжем ожил:
-Кхм-кхм… эта штука работает? – спросил репродуктор, голосом Артёма – так… это самое… все, кто находятся сейчас на площади, просьба сдриснуть от греха подальше, за то, что кто-то попадёт в другой лагерь, в котором возможно идёт полномасштабная война, Старшие ответственности не несут. И ещё Захар, пожалуйста явись на площадь, ибо я управы на нашими раздолбаями не имею. Конец связи – репродуктор зафонил и замолчал.
«Долг зовёт… хотя, если мы победим, уйду в недельный запой, чтобы забыть всё это»
Я вылез из воды и мгновенно просохнув, оделся и рванул с места на площадь.
На площади уже стояли Рома, Семён, Настя и Артём.
Я резко затормозил, кивнул всем присутствующим.
-Ну и? – спросил я, подходя к Артёму.
Вместо ответа, он кивнул мне за спину. Я обернулся.
В воздухе образовывалось что-то вроде трещины. С потрескиванием она расширялась, увеличивалась в размерах и наконец, из неё шагнул Старшой.
С тех пор, как он назвался мне Первым это прозвище ему и приелось. Первый помотал головой, приходя в себя, и оглядел нас.
-Привет. Давно не виделись – поприветствовал я его.
-Ага – сказал он? пожимая мне руку – я не опоздал?
-Более того, пришёл первым – хмыкнул Семён.
-О и вы здесь? Всё настолько серьёзно? – удивился он, пожимая руку Семёну и Роме.
-Настолько, что с нами будет драться моя дочь – я показал рукой на Настю.
-Привет – она улыбнулась и помахала рукой.
-Очень приятно. Настя так? – кивнул головой Первый.
-Так – кивнула она.
-За нашими спинами послышалось шипение. Мы обернулись
В воздухе образовывалось сразу две трещины. Ещё немного и из них на землю шагнули двое. На обеих были тяжёлые костюмы, собранные правда из того, что было под рукой. Шипы на рукавах, светящиеся красным и одновременно помогающие видеть в темноте глаза, и самодельные огнемёты в руках. Это видимо наши живые щиты.
-Grüße(нем. Приветствую) герр Захар! – поднял руку один изих.
Немец, так мы его и называем. То-ли, он действительно был немцем, когда сюда попал, то-ли лагерь что-то с ним сделал, но говорил он с неслабым немецким акцентом. Несмотря на это, он прекрасный врач и может буквальо на поле боя тебе кишки обратно зашить.
-Привет Немец! Чего это ты в танки подался?- спросил я, пожимая его руку, закованную в тяжёлую перчатку.
-Nein, танком у нас будет как раз ты – сказал он, указывая на меня – я лишь доставил данную rüstung (нем. броню).
-Ну, хорошо. Танком, так танком – пожал я плечами.
А второй разговорчивостью не отличался. Наверное, самый крепкий и живучий из нас. Медведь. Символично то, что он недолюбливает Немца.
-Так, где мы можем скинуть всё это – спросил он, потряхивая тушей.
-И тебе привет Медведь. На складе наш штаб – сказал я.
Немец, Медведь и Первый пошли на склад. Неожиданно сильное шипение заставило нас отскочить от образовывающейся трещины. Она была просо огромной! Когда она сформировалась, оттуда на полной скорости выехала машина! Сделав небольшой дрифт, водитель затормозил.
Машиной, несомненно, была белая «Волга», которая стояла около столовой.
Только задняя часть была распилена, на манер багажника пикапа, и оттуда, что-то торчало. Машина была щедро натыкана шипами, и на кузове с обеих сторон было написано белой краской «СТАРШИЕ».
Из кабины грохал «FiredUp»от «Hush».
Дверь открылась, и из кабины выбрался Механик. Ему зажигалку дай, и он тебе из неё пулемёт сделает. Видимо с этой машиной поработал он.
Из «багажника» спрыгнул Башка, держа какую-то трубу на плече. Умнее этого парня, наверное, только Альберт Эйнштейн. Любую стратегию просчитывает на миллион шагов вперёд, логически предугадывает любые действия противника. Золото, а не парень.
-Хай Захар! Тёмный! – поднял руку Механик.
-Не унывай жандармерия! Прорвёмся! – в своей обычной манере сказал Башка, тоже поднимая руку.
-Всем хай! Это что такое? – спросил я, кивая на трубу на плече Башки.
-Это самый настоящий миномёт! Стреляет чем угодно, и если правильно всё рассчитать, точно! Но лучше использовать специальные мины, моего-же производства! – самодовольно улыбнулся Башка, похлопывая трубу.
-Ага, а вкупе с моей тачкой, это просто монстр! Знаешь, если его на сошки поставить на остатки крыши и держать на манер наплечного гранатомёта, то просто танк получается! – с гордостью похлопал по капоту Механик.
-А где все остальные? – спросил Тёмный, не обращая внимание на все перечисленные технические достижения.
Они чуть помедлили с ответом.
-Уже здесь все остальные – наконец сказал Механик.
Воцарилось молчание.
-Из сотни Старших… в живых остались только мы?! – охренел я.
-Ну, кто-то у него в плену, так что есть возможность их вытащить… если мы победим – пожал плечами Башка.
-Я, Захар, Семён, Рома, Настя, Механик, Башка, Медведь, Немец, Первый…выходит десять человек. Учитывая то, что десять Старших должны были итак явиться. Шансы стремительно летят к нулю – хлопнул в ладони Артём.
-На нашей стороне сама основа этого лагеря – я похлопал по ноутбуку, который держал в руках.
-И что? Сил нам это немного прибавляет – отрезал Артём.
-У нас есть фактически танк! Плюс два, тяжело бронированных и вооружённых бойца – напомнил Механик.
-Против сотни мы ничего не сделаем! – продолжал упираться Артём.
-А что ты тогда предлагаешь? – неожиданно вступила в перепалку Настя.
Все опешили.
-Если тебе тут сдохнуть охота, то мне точно нет! Я дома оставила маму! Она уже однажды потеряла его – она указала на меня – если умру и я, она не выдержит! Так, что мы победим! Или умрём пытаясь!
Никто не нашёлся, что возразить.
-А, что всё это значит? – наконец спросил Механик.
-Она – моя, с Леной дочь – вздохнул я, указывая на Настю.
-Позволите узнать имя? – подобрался Башка.
-Настя – смутилась она.
Башка подошёл к ней и что-то начал ей говорить. Она улыбнулась. Я поймал себя на мысли, что представляю Башку на месте её парня! Нет, пусть сама решает свою судьбу, я лезть не буду. В своё время мне моя мама тоже предоставила свободу действий. Прямо за день до гибели. И я нашёл Лену! Пусть и не совсем обычным способом.
-Настя? Случаем не так звали твоё второе «Я»? – шепнул мне Механик.
-Не сыпь мне соль на рану – отмахнулся я.
-Ну, пошли? – предложил наконец Артём.
-Пошли… паникёр – усмехнулся я.
Механик с Башкой запрыгнули в машину, Механик врубил на всю катушку «DuHast» инемного пожгя резину рванул в сторону склада
Я махнул всем остальным и мы рванули за машиной. Догнать её мы не сумели. Откуда Механик взял для неё новый движок? Не может же она на своём так выжимать?
-Как думаешь они уживутся с пионерами? – спросила Настя, когда мы прибежали.
-Конечно. Мы на то и Старшие, чтобы их защищать – пожал плечами я.
-Просто некоторые уже меня побаиваются. Алиса меня не подкалывает, Ульяна не подшучивает, Дмитриевна не загружает делами, хотя ты в тетради писал. Что она будет тебя делами загружать, чтобы ты не мог нормально сосредоточится на поисках ответов. Надо им объявить, что не нужно боятся Старших – сказала она.
-Ты права. Привлечём к этому Немца, у него ораторские способности прекрасные, несмотря на довольно сильный акцент – сказал я, жестом пропуская её вперёд в помещение.
Там уже царил классический быт Старших. Рома с Башкой корпели над итак улучшенной версией его знаменитого гвоздемёта, пытаясь наворотить на него ещё что-нибудь. Семён с Механиком приваривали дополнительные листы металла на машину. Медведь с Немцем занимались армрестлингом, при этом воздух вокруг них был просто пропитан накодированной силой.
В итоге Медведь буквально снёс Немца на пол и победно поднял руки:
-Вина и шлюх мне! – самодовольно прогудел он.
Я открыл холодильник и достал бутылку не слишком хорошего вина.
«Компот и то крепче» - так его охарактеризовал Рома.
Я подал ему бутылку.
-А шлюхи от Старших шарахаются – хохотнул я.
Все захохотали. Он глотнул вина. Сморщился:
-Это что за хрень? Компот крепче будет! – сморщился Медведь.
-Я такого-же мнения – подал голос Рома.
-Проси, но это единственный алкоголь, помимо водки и спирта в медпункте – пожал плечами я.
-Kann? (нем. Можно?) – спросил Немец указывая на бутылку.
-Natürlich (нем. Конечно) – вздохнул я, подавая ему бутылку.
Он отпил немного.
-В самый раз, чтобы скоротать abend (нем. вечер) перед камином – довольно сказал он и поставил бутылку на стол.
-Вот и я говорю. Напиваться же никто не собирается – пожал я плечами, убирая бутылку в холодильник.
-Ты не представляешь, как мне хочется напиться – вздохнул Медведь, откидываясь на стуле.
-Всем нам хочется напиться. Но нельзя. Сейчас ситуация вдвойне опасная. Я уже два раза отражал пробные набеги этих обмудков – сказал я серьёзно.
-Не считай себя умнее других. Понимаю я. Помирать жуть как не хочется, хотя я тут уже наверное лет восемь – вздохнул Медведь.
-БЛЯДЬ ЛОЖИСЬ!!! – вдруг заорал Башка и выпрыгнул из кузова «Волги».
МЫ все резко попадали на пол. Из импровизированного миномёта вылетел снаряд, проломил крышу и исчез из поля зрения. Послышался взрыв.
Мы выбежали из склада и разбежались по сторонам, ища нанесённый снарядом урон. «Урон» обнаружился на площади. От «Генды» остался только постамент. Рядом стояла разгневанная вожатая и Алиса, у которой на лице отпечатался ужас. Лена, Славя и все остальные взирали на всё это с расстояния и опаской на лицах.
Я подбежал к вожатой:
-Никто не пострадал? – спросил я.
-Вроде нет. Вот видишь Двачевская, к чему приводит твоя безответственность… - хотела было продолжить отчитывать её вожатая, но я её остановил:
-Спокойно, это не она. Это у нас небольшие… неполадки с вооружением – почесал затылок я.
-Ну и что теперь делать? – горестно спросила вожатая. Смотря на груду обломков.
-Относить всё это подальше отсюда нет ни у кого, ни сил, ни желания – отрезал я.
-И что, всё это тут так и будет лежать? – возмутилась Ольга Дмитриевна.
-Ничего. Я приварю отвал на машину специальный, мы всё это быстро куда надо отгребём. Потом отвал просто отпилю – пожал плечами Механик.
-Хорошо…э… как я могу вас звать? – спросила Ольга Дмитриевна.
-Во-первых, называйте меня на ты. Мы в реальном мире были бы примерно одинакового возраста. Во-вторых, моё имя – Механик – сказал он.
-Да… Механик. Всё это можно хоть куда, но подальше от лагеря – вздохнула вожатая – арматуры в конструкции много, маленькие могут пораниться.
-А что? Вот, я помню в «cовке» с арматурами двор на двор шли. Дохли правда пачками… - с умным видом заметил подошедший Башка, но увидев квадратные глаза Ольги, поправился – да шучу я. Я вообще когда в сознательный возраст вошёл, Советский Союз развалился.
Механик вздохнул и потянул за собой Медведя, дабы тот помог ему с поиском отвала.
Весь оставшийся день мы посвятили выгребанию останков «Генды» за пределы лагеря. Под конец уставшие, завалились на склад и попадали кто-куда. У Насти даже хватило сил дойти до домика.
Да ну нахрен этот обход, мне тоже нужен отдых!

Глава 7.


Я проснулся от ужасного крика:
-РОТА ПОДЪЁМ!!! – это орал Артём.
Все сразу вскочили, а Немец ещё и в ответ заорал:
-Soldaten! Höraufmeine Befehle! (нем. Солдаты! слушай мой приказ!)
-Приказы здесь раздаёт Захар, но он тоже бока давит – со скучающим видом заметил Первый.
-Простите. Просто не ожидаль – поправился Немец.
-Сольдатен, всем спать! – махнул я рукой и перевернулся в гамаке.
-Никаких «спать»! Сегодня ночью нападают! – возмутился Артём.
-Вот ночью и встанем – отрезал я.
Тёмный подошёл ко мне и перевернул гамак, вместе со мной.
-Вставай валенок! Надо готовиться – взмолился он.
В дверь постучали.
-Чё надо?! – рыкнул я в сторону двери.
Дверь приоткрылась и заглянула Настя.
-Пап, там какие-то пионеры пришли. Похожи на тех, что меня тогда в лесу били… - она не договорила. Её пропихнули внутрь те самые пионеры:
-Мы к вам по делу – начал видимо их главный.
-Мне параллельно по делу или нет. Мой вам совет – напилите побольше гробов – сказал я, скидывая плащ.
-Главный предлагает сдаться и примкнуть к нам. Мы сможем наконец разрушить этот лагерь и выбраться! – не обращая внимания на мою реплику сказал он.
-Передай главному, чтобы забил себе картофелину в выхлопную трубу. Всё, пиздуйте, пока я вас на лоскуты не порезал – вклинился Семён тряхнув ножнами за спиной.
-Вы пожалеете – сказал пионер.
Рома красноречиво лязгнул гвоздемётом. Они вышли.
-Ну? На пробежку? – весело спросил Башка, скидывая майку и остался голым по торс.
Возражений не было.
Через пять минут, я, лязгая по земле подбитыми металлом сапогами, бежал за своими подчинёнными к спортплощадке. На площади как раз проходила линейка. Пионеры проводили нас взглядом. Парни с уважением, девушки с интересом.
Простите дамы, нам не до плотских утех. Нам бы вас всех защитить. Даже вон тех безликих, не запоминающихся пионеров.
Медведь с разбега запрыгнул на турник и сделал «солнышко». Первый прыгнул рядом с ним и за пять секунд подтянулся десять раз.
Зачем тренировать уже натренированное тело? Чтобы с ума не сойти. И чтобы быть готовым ко всему. Например, к локальной аномалии с Ульянками.
Или той фигни, когда город на горизонте маячит.
Я упал на руки и начал отжиматься. Раз. Два. Три. Четыре. Пять. Шесть. Семь… двадцать. Всё, предел!
Я поднялся. Рома с Семёном отрабатывали боевые приёмы, Медведь с Немцем качали пресс… на спор. Господи, они когда-нибудь спорить прекратят? Или это у них в крови? Русские перед немцами выделываются?
Минут через десять Медведь сдался.
-Ха! Я победить! – триумфально поднял руки Немец.
-Оххх… от-тыграюсь… ещё – выдохнул Медведь.
-Вы когда-нибудь спорить прекратите? – усмехнулся Механик.
-Нет! – одновременно ответили они.
Я усмехнулся. Только сейчас я заметил, что снами нет Насти.
Из-за стадиона послышалась возня, потом удивлённый вскрик и из-за стены вылетел какой-то пионер. Потом вышла Настя, поправляя топик.
Я подлетел к ним:
-Настён, что случилось? – взволнованно спросил я.
-Видимо ему не хватает женского внимания – усмехнулась она, кивая на него.
Мне казалось, что я знаю его. Я взял пытающегося подняться пионера за волосы и развернул к себе лицом. Ну точно! Он! Противное лицо уверенного в себе, самодовольного ублюдка, схожее поведение… при встрече со мной.
-Ах ты блядское отродье – я ударил ему в лицо. Он замычал, хватаясь руками за раскуроченный нос.
Стоп! А если…
-Колись гнида, ты что-то сделал с Леной? – с напором спросил я.
Он молчал. Всё-таки сделал.
Меня в ярости надо видеть, это не описать словами. Я схватил его за шею и волоком потащил за собой.
Настя хотела мне что-то сказать, но её остановил Башка:
-Не трогай его в таком состоянии… - долетел до меня обрывок фразы.
Я шел широкими шагами, высекая искры из плитки. По пути мне встретились Славя с Алисой. Они о чём-то разговаривали, но увидев меня удивлённо замолчали.
-Захар? Что случилось? – спросила Славя, поровнявшись со мной, когда я прошёл мимо них.
-Молитесь, чтобы ничего не случилось – процедил я.
Я наотмашь саданул рукой по двери домика Лены. Она лежала на кровати в позе эмбриона и плакала. Услышав как дверь распахивается, она посмотрела на нас заплаканными глазами:
-Он? – коротко бросил я, тряхнув пионером.
Она, увидев его, зарыдала ещё сильнее.
Я резко развернулся, чуть не сбив удивлённо заглядывающую через моё плечо Алису, и швырнул его об дерево. Он заорал и схватился за спину. Сломал позвоночник. Да не, не может быть. Такой силы недостаточно для этого.
-Башка! Он твой – сказал я, указывая на него.
Я не знаю всей истории попадания сюда башки, но доподлинно знаю, что связано это дело с насильниками.
Башка плотоядно улыбнулся. На его лице промелькнула тень безумия. Я усмехнулся. Башка о нём точно «позаботится». Башка взвалил его на плечо и неспешно отправился в сторону склада.
-Мой вам совет. Не ходите на склад в ближайшие пару часов – вздохнул я – и другим скажите.
Я обернулся обратно. Алиса сидела рядом с Леной и пыталась одновременно и успокоить её и узнать, что случилось.
Я подошёл и наклонился к Алисе:
-Он её изнасиловал.
Алиса дёрнулась, как от удара током.
Я присел с другого конца кровати и приобнял Лену за плечи.
-Спокойно Леночка, он заплатит сполна. Тихо, тихо… - я погладил её по голове. Она крепче прижалась ко мне, продолжая плакать.
-Ты к Виоле ходила, после… этого? – прошептал я.
Она хотела, что-то сказать, но лишь мотнула головой.
-Надо сходить Лен. Мало-ли что – умоляющим тоном сказал я.
Она подняла на меня глаза:
-Х-хорош-шо… Он… он ведь в м-меня… - она не договорила и снова зарыдала.
«Ублюдок! Ну, ничего. Башка ему устроит рай»
Лена поднялась и пошатнулась. Я придержал её. Так поддерживая её, я повёл её к медпункту. Мы проходя мимо склада увидели, как вожатая пытается пройти мимо Медведя внутрь. Тут-же раздался душераздирающий вопль.
-Так тебе и надо – прошептала Лена.
Алиса шла рядом, шепча ей что-то, только им двоим известное.
Я вздохнул. Они куклы. Ненастоящие марионетки. Так, почему спустя даже десять треклятых лет, я продолжаю за них переживать? Я беспокоюсь за каждого обитателя этого лагеря. Даже сейчас, я очень волнуюсь за Лену. Её довольно легко выбить из равновесия. Особенно таким… как бы она что-нибудь с собой не сделала.
-Лен. Обещай, что ничего с собой не сделаешь – сказал я, когда мы подошли к медпункту.
Она горестно вздохнула:
-Я себя… такой грязной чувствую – хныкнула она.
-Спокойно Лен, Виола как минимум облегчит последствия – подбодрил я её и толкнул дверь.
Виола повернулась к нам, посмотрела на Лену и вопросительно на меня.
-Её изнасиловали – сказал я.
Виола сразу подобралась:
-Так. Её на кушетку и потом все вон.
Я подвёл её к кушетке, она легла и благодарно посмотрела на меня.
-Будь сильной – шепнул я и вышел.
На Лену это всегда действовало как адреналин.
-Как она? – спросила Алиса, скорее для того, чтобы хоть что-то сказать или спросить.
-Позже проведаем её. Виола её на ноги поставит – уверенно сказал я.
-Бедняга. Я этого гада убью! – зло топнула Алиса.
-Этим уже занимается Башка… - задумчиво сказал я. Что-то не даёт мне покоя. Почему он пошёл на это, зная, что Старшие под боком сидят. Или он думал, что Старшие тут всех защищают и его не тронут?
И Настю попытался, гад! Надо с ним поговорить. Надеюсь Башка ещё не убил его.
-Ты чего? – смущённо спросила Алиса. Оказывается я, задумавшись, пристально смотрел на неё.
-Задумался. Надо будет переговорить с ним – сказал я и развернувшись, пошагал на склад.
Медведь посторонился, пропуская меня.
Башка раскинулся на стуле и потягивал то самое дешёвое вино. Увидев меня, он приветственно поднял руку.
-Здрав буди, Боярин – поприветствовал он меня.
-Рома научил? – усмехнулся я.
-Он самый. Слушай, хорошо, что ты зашёл. Я хотел с тобой поделиться кое-чем – он наклонился ближе ко мне – тебе не кажется странным, что он пошёл на изнасилование, зная, что Старшие с него шкуру спустят?
-Читаешь мои мысли. Я хотел это с ним обсудить – сказал я.
-Я думаю, что Пионер научился подчинять своей воле кукол. Не путай с Зовом, это совсем другое. Я издевался над ним самыми извращёнными способами, которые можно позволить в этом лагере. Он орал благим матом, но! – он поднял палец – но не проронил ни слова. Он ничего не сказал, не пытался умолять меня прекратить, не оправдывался. Просто орал от боли. Он воспринимает это, как должное – сказал Башка.
Я почесал затылок.
-Я понял, к чему ты ведёшь. Не факт, что Пионер может управлять только куклами– догадался я.
-В точку. Причём, судя по всему, он только экспериментирует. Он бы мог заставить Лену сделать пояс Шахида, забежать к нам на склад и взорваться. Но он видимо сам ещё не знает, какие границы имеют его силы – сказал Башка, отпивая из бутыли.
-Ты говорил с ним, насчёт того, почему он это сделал? – спросил я.
-Не-а. Он ещё живой, там висит на стене – сказал Башка, указывая на дверь в конце склада – только я думаю, без сознания.
-Разберёмся – сказал я, вставая и направляясь к двери. Толкнул её.
Удручающее зрелище. Башка использовал всё. От плоскогубцев, до самодельного шокера из аккумулятора. На щеке виднелся след от паяльника, бедро левой ноги было разворочено, оттуда торчала какая-то небольшая арматура. Он умирает медленно и мучительно. Башка постарался на славу.
Я сделал шаг. Он поднял голову и посмотрел на меня, не говоря ни слова.
Я подошёл к нему. Он не отрываясь, смотрел на меня.
-Зачем ты это сделал, если знал, что Старшие у тебя под боком? – спросил я.
Он молчал. Я повторил вопрос. Снова молчание.
-Это Пионер? – спрашиваем напрямую. Всё-равно он умрёт.
Он старательно молчал на меня.
Меня охватила злоба. Я выхватил свой меч и одним ударом отсёк ему голову.
-Увидимся в Аду – сплюнул я.
Я вышел оттуда. Башка посмотрел на меня, на меч в моей руке и махнул рукой:
-Всё равно, он бы сдох.
Я прыгнул на гамак. Нужно готовится к сегодняшней ночной бойне. Я могу умереть, Настя может умереть, все могут умереть! А собственно, как готовится? Драться все умеют, т одного удара точно никто не умрёт, поддерживать нас в боевом состоянии будут Виола и Немец. Но ведь Виола занята с Леной. И куда мне её деть, чтобы она была в покое?
-Немец был прав, вино хорошо, чтобы просто расслабиться, а не напиваться. Хочешь? – спросил Башка, протягивая мне ополовиненную бутыль.
-Не-а. Я стараюсь не пить, а если и пью, то капитально и глобально – отрезал я.
В помещение вошёл Немец с Артёмом.
-Захар, мы там наворотили баррикад около ворот. Они пойдут от ворот, это точно известно. Вы не должны дать им пройти дальше медпункта, иначе дальше обороняться будет бессмысленно. Я опять буду вашим связным – он положил на стол пакет в котором что-то звякнуло.
Я поднялся и запустив в пакет руку, вытащил знакомую наголовную камеру.
-Что ж… «Шавсяра» снова в деле – усмехнулся я.
Динамики на улице ожили:
-Внимание! Говорит Старшой, по прозвищу «Первый». С этого момента на территории объявляется чрезвычайное положение. Всем оставаться на территории лагеря и не покидать её. В противном случае вас могут убить. Как только вы услышите тревогу, срочно закрывайтесь в своих домиках и не выходите оттуда, до тех пор, пока не закончатся боевые действия. Если вам не повезло и вы оказались на поле боя, обратитесь к Старшому, он сопроводит вас в безопасное место. Не бойтесь нас, мы призваны вас защищать. Спасибо за внимание! – динамики запищали и выключились.
-Ну и загнул Первый. «Боевые действия», ха-ха – хохотнул Артём.
-Вообще-то у нас тут действительно krieg (нем. война), если ты не заметил – мрачно сказал Немец.
Я вздохнул и вышел на улицу.
Весь оставшийся день, мы инструктировали пионеров, готовили баррикады, оттачивали боевые навыки, готовили экипировку. Каждому по шприцу адреналина, на крайний случай, обезболивающее, бинт.
Я стоял, на пристани и наблюдал, как солнце опускается за горизонт. Сегодня всё решится. Противостояние, длиной в девятнадцать лет скоро закончится. Как именно – неизвестно. Но Настя права. Мы победим! Или умрём, пытаясь.
-Ты готов? – сзади послышался тяжёлые шаги и лязг металлических частей.
Я обернулся. Рома.
-Да – кивнул я.
Мы пошли к воротам.

Глава 8.


Время близится к первому часу ночи. Мы засели на баррикаде. Рома ощетинился своим гвоздемётом, который они с Башкой переделали в настоящий пулемёт. Сбоку свисает самодельная лента, в которой вместо патронов – гвозди, сам он стоит на баррикаде на самодельных сошках.
Я стою рядом, побрякивая тяжёлой бронёй и нервно дёргая рычажок запальника на огнемёте. Красноватая видимость раздражает, но без этого никак. За любое преимущество, по крайней мере в нашем случае, приходится платить. Камера над ухом знакомо тихо попискивает, наверное, даже нагрелась немного, как и тогда.
-Проверка связи. Отзовитесь Старшие – сказал наушник в ухе, голосом Артёма.
-Захар на связи – ответил я.
-Рома тут – сказал Рома.
-Башка жив – усмехнулся Башка.
-Механик тут – сказал Механик.
-Немец in verbindung(нем. на связи) – отозвался немец.
-Настя на связи – сказала Настя.
-Медведь у аппарата – сказал Медведь, потряхивая огнемётом.
-Пацаны! Я в старом корпусе целый ящик динамита нашёл! – вместо ответа проорал Первый.
-Отлично, будет вместо гранат. Неси сюда, будем делить – сказал я.
Он подбежал к нам через минуту. Мы разделили динамит, я отправил его с остатками к Башке с Механиком. Они там на своей машине сидят в засаде и будут нас прикрывать огнём.
-Пап мне… мне страшно. Мне ведь никогда людей убивать не приходилось – сказала Настя в наушнике.
-Спокойно Настёна, мы людей не убиваем. Это не люди, это зомби, которым мозги промыли и они готовы идти на всё, что угодно, чтобы выбраться отсюда – успокоил я её.
-Да, ты прав… наверное – вздохнула она.
Молчание и спокойствие становилось невыносимым. И тут началось!
-Старшие приём! Замечен энергетический скачок на входе в лагерь. Они идут! – взволнованно сказал Артём.
Мы подобрались.
-Темнота, врубай сирену и активируй код, чтобы никто не мог ожить – сказал я, подбивая поплотнее баллон с напалмом.
Динамики свистнули и над лагерем разнёсся протяжный вой сирены «воздушной атаки». Тут же у меняв глазах поплыло, но я предупредил всех?что это побочный эффект от вмешательства в систему лагеря.
Закрытые ворота взлетели на воздух от мощного взрыва. Мы с Медведем вышли вперёд.
Толпа. Неисчислимая толпа. На самом деле их тут что-то около двух сотен, но все они в ярости и готовы убивать, чтобы получить свою мифическую свободу.
Вперёд вышел Пионер. Я непроизвольно крепче сжал огнемёт.
Он раскинул руки в стороны:
-Может, ускорим процесс, и вы просто сдадитесь? – насмешливо спросил он.
-Сдаться? Хуй те в нос, а не сдаться – сплюнул Семён, вставая рядом со мной.
Дежа-вю! Очень сильное!
-Ваше право – пожал он плечами и… ринулся в атаку!
Я резко ушёл в сторону и плюнул пламенем туда, где он по идее должен был остановиться. В том-то и дело, что «по идее». В итоге я чуть не спалил Семёна.
-Смотри куда стреляешь!
Старшие, что стояли позади меня ринулись в атаку. Даже Немец, он отказался сидеть в медпункте.
-Огневая задача! – послышался голос Насти в наушнике – три метра от нашей позиции!
-Огонь! Приём! – весело воскликнул Башка. Послышался хлопок, потом свист и с неба на них сверзился снаряд. Крики умирающих, чавканье отрываемых конечностей, рёв пламени огнемётов, стрёкот гвоздемёта, свист мечей – всё это связалось в один смертельный оркестр, в котором к счастью дирижировали мы.
-Подбодрю-ка я вас немного. В особенности Немца – сказал Тёмный.
Динамики ожили и под тяжёлые гитарные переборы певец запел:

Dethoppsomvitänderförkolnaribränder


Ennattisänder, minutförminut


Om kortasekundergårvärldsalltet under


Ochalltär slut


Alltärslut


-О да! Mein lieblingslied! (нем. Моя любимая песня!) – радостно вскликнул Немец и разрубил ближайшего к нему пионера на две части.
-Обожаю немецкий рок! – крякнул Рома, рывком снимая гвоздемёт с сошек и спрыгивая к нам.
-А ну-ка, проверим снова вас на выдержку – противно хихикнул голос Пионера.
Вперёд обычных пешек вышлитёмные. На этот раз все вместе, а не по отдельности.
Мику вытащила из-за спины катану, у Лены в руках был здоровый тесак. Алиса держала арбалет наперевес.
Артём в наушнике тяжело вздохнул.

Неожиданно резко, Лена ринулась на меня. Я не успел среагировать. Одним ударом ноги, она выбила у меня из рук огнемёт, и резко саданувлоктём в бронированную маску, повалила меня. Я завалился на спину. И откуда у неё столько силы?
-Обещаю, что сейчас меня не так просто будет убить – сладким и одновременно безумным голосом сказал она.
-Обещаю, что докажу тебе обратное – огрызнулся я и попытался рывком встать.
Страшный удар лезвием по шлему оглушил меня и не дал поднятся.
-Заха… а-а-а… чёрт! Пошли вон от меня! – Медведь хотел мне что-то сказать, но на него накинулось сразу три пионера.
Лена села на меня и начала наносить ножом удары. Удары были сильные, а нож и не думал сломаться или погнуться. Метила она в сочления брони, но я всячески этому препятствовал. Наконец, я освободил из под её ноги руку и резко ударил её. Она слетела с меня, я резко поднялся. Голова немного кружилась из-за такого количества ударов, но биться я мог. Я рванул в сторону валяющегося огнемёта, но Лена опередила меня. Она бросила нож прямо в баллон. Взрывом меня кинуло на землю. Ах, чёртова броня! Будто под водой хожу!
Лена прыгнула, намереваясь со всей силы воткнуть нож в меня, но прямо в воздухе в неё прилетел один из пионеров.
Я краем глаза глянул на Медведя. Я знаю, что в бою он страшен. Но чтобы так…
Он просто брал и разрывал пионеров, как игрушечных. Он лишился наколенника и шлема с маской, всё лицо забрызгано чужой кровью.
Я вскочил и ринулся к тёмной Лене. Она попыталась резко встать, но пинок в лицо откинул её назад. О да, я знаю как это больно. Подкованный железом ботинок – это тебе не замшевая туфля хе-хе.
Она довольно быстро пришла в себя, но я схватил её за шею и кинул вперёд.
-Огневая задача! Три метра от меня! – крикнул я.
-Огонь!
Лена встала, сплюнула кровью и хотела снова на меня рвануться, но снаряд опередил её, забирая за собой ещё нескольких пионеров.
-Чёрт! У нас проблемы! Несколько пионеров нашли нас! Сейчас мы с ними разберёмся, но вам придётся побыть без миномёта! – сказал Механик.
-Понял – сказали мы все одновременно.
Я разбежался и запрыгнул за баррикаду. Броня была в плачевном состоянии. Шлем держался на волоске, стёкла в маске треснули, красный свет погас, унеся за собой преимущество в ориентировании в темноте.
Пора перевоплощаться. Из тяжёлого танка, я превращусь в менее тяжёлого танка. Я скинул с себя броню и схватил стоящую наготове бензопилу. Дёрнул шнур. Она взрыкнула, просыпаясь и довольно урча мотором.
Я запрыгнул с ней наперевес на баррикаду и оглядел поле брани.
Семён ловко увернулся от удара прикладом арбалета и рубанул тёмнойАлисе по плечу. Таким ударом он отсёк ей руку. Она заорала, но Семён оборвал этот крик отрубив ей голову.
Рома палил в разные стороны, пытаясь задеть буквально летающую тёмную Мику. Вот она тут, он стреляет, а она уже там. Она заскочила ему за спину и занесла катану. Я занёс здоровенную бензопилу и прыгнул, в полёте нажимая на рычаг. Бензопила взревела, цепь с лезвиями легко поплыла по кругу. Она не успела среагировать. Страшный удар с сочным чавканьем разрубил её по диагонали.
Я снова вскинул бензопилу и посмотрел на Рому. Он тряхнул гвоздемётом:
-Кого ждём?!
Мы с Семёном и Ромой пошли вперёд, разнося всех, кто стоял на пути. Я иду к тебе Пионер. И на этот раз перезапуском ты не отделаешься!
-Не так быстро – словно прочитав мои мысли сказал Пионер
Неожиданно прямо на меня выпрыгнул пионер. Я не успевал среагировать в любом случае. Чёрт… но удара не было. Вместо этого застонал Рома.
Я опомнился и насадил этого пионера на бензопилу. Рома осел, держась за живот. Из него торчала рукоятка ножа.
-Ромыч, нет! Ты чё наделал!
Я поднял его, закинул руку на плечо и повёл его.
-Аххх, зараза, как же больно! – застонал он, делая шаг.
Мы с горем пополам забрались за баррикаду. Там уже сидел Медведь, которого перевязывал Немец.
-О герр Захар! Что с Ромой? – забеспокоился он.
-Нож в пузе – сказал я, ссаживая его.
-Внимание парни! Мы идём рашить! Уберите от баррикады раненых, если такие есть. Готовность – тридцать секунд! – объявил Механик и судя по звуку завёл двигатель.
-Если они говорят, что надо, значит надо – сказал я, поднимая Рому и относя его за дерево – кто там держит пионеров? – спросил я.
-Я – отозвалась Настя, Первый и Семён.
-Все осторожнее! Сейчас наши техники дадут просраться – сказал я.
Немец осторожно вытащил нож, воткнул ватный тампон и забинтовал Рому.
-Это всё, что я могу сделайт сейчас – сказал Немец.
-Внимание! Все с дороги! – заорал Механик, так, что я его услышал не только в наушнике.
На дороге взревел двигатель, Механик выжал из машины всё, что можно, Башка шмальнул из миномёта с плеча по большому скоплению пионеров. Крики, крики, крики… голова уже болит.
-Чтобы ни одного потерянного Старшого! – запоздало предупредил я. Надо было это сказать ещё в начале боя.
-Отступаем! Этих в медпункт! – сказал Немец, закидывая руку Медведя на плечо.
-Погоди… я ещё могу биться – с этими словами он вытащил шприц с адреналином и воткнул себе в шею.
Его глаза полыхнули искрами. Он легко вскочил, выхватил у меня из рук бензопилу и понёсся в самую толпу. Послышались крики, звуки бензопилы и его рычание:
-Ты хочешь кусок меня? Хуй тебе! Сдохните все!!!
Рома опёрся об меня и мы пошли в медпункт.
-Виола! Заштопайте его! – заорал я с порога.
-Успокойся. Клади его – она указала на кушетку.
Я уложил стонущего Рому на ту кушетку, на которой намедни оставил Лену.
-Прости Ромыч, долг зовёт – сказал я, прыгая к двери.
Он слабо кивнул.
Бой уже переместился на площадь. Вот тут, то мы и разгуляемся!
Я вытащил меч и издав нечленораздельный, воинственный звук рванулся в гущу. Полетели руки, ноги, бошки, всё, что можно отрубить у человека! Рука прилипла к рукоятке из-за крови, плащ, которому самое место в музее был превращён в лохмотья.
Медведь где-то посеяв бензопилу, вооружился гвоздемётом Ромы и расстреливал всех направо и налево. Из-за поворота вырулила машина, на которой со всех сторон на шипах висели трупы. Башка выстрелил наугад с плеча. Рвануло совсем рядом. В ушах зазвенело.
-Осторожно Башка, своих убьёшь! – возмутился Тёмный.
Я поднял голову. Он стоял передо-мной и подавал руку.
Я поднялся.
-Ты чего тут? – спросил я.
-Первый мёртв. Я за него – сказал он, подавая мне меч.
-Что?! – опешил я.
Первого я почти не знал, но он был нашим другом!
Я посмотрел на очень поредевшую толпу противников. Вон он. В среднем ряду. Ухмыляется гандон!
-Я заставлю тебя заплатить за меня, за Первого, за всех остальных Старших, которым не смогли прийти на помощь! – прошептал я. Я уверен, он меня услышал.
Я скинул со своих плеч остатки плаща.
-Настя? – позвал я.
-Да? – откликнулась она.
Я мысленно послал ей образ.
-Ты слева, я справа – сказал я.
-Поняла!
МЫ разбежались и прыгнули над толпой, целя в него. В последний момент, я заметил ухмылку на его лице. Словно в замедленной съёмке я вижу. Как Настя направляет в него два ножа, мой меч неохотно, будто в желе поднимается, готовясь осесть на голову этого мудака. Вдруг мне в грудь будто бревно врезается. Дыхание спёрло. Кажется, я ненадолго отключился.

** *


Я открыл глаза и резко встал. Тьма, везде и всюду, такая, что я не могу вытянутую руку разглядеть. Но ведь, Настя, которая была моим внутренним миром, умерла? Сзади послышался кашель. Я обернулся.
На освещённом участке, на коленях стояли Рома и Настя (которая моя дочь). Я хотел подойти к ним, но что-то мне не давало. Я окликнул их. Они не отреагировали.
-Они тебя не услышат – послышался знакомый голос.
Сзади них появился Пионер. Вернее то, что было на него похоже. Точно в таком-же обличие он пришёл ко мне в ту роковую ночь.
-Я убью тебя – спокойно сказал я.
-Я очень в этом сомневаюсь. Ты не представляешь, как было приятно наблюдать за тобой, когда ты только входил в течение бесконечных циклов.
«Ой, Леночка моя бедная! Ой, Настенька моя несчастная» - передразнил он.
-Что тебе надо? – процедил я.
-Сегодня я тебя ещё больше уничтожу… прежде чем убить тебя совсем – он усмехнулся – посмотри у себя в кармане.
Я запустил руку в карман. Нащупал что-то. Вытащил. Пистолет!
-Как ты?.. Невозможно создать огнестрел в «Совёнке»! – удивился я.
-Ты не представляешь, как это было сложно. Но сейчас всё окупится сполна – он захохотал – одна пуля – одна смерть! Решай – кто из них умрёт – он обвёл здоровой ручищей Рому с Настей – выстрелишь в меня – умрут оба!
Нет… Нет? Нет! Это всё не должно закончится так! Думай Захар! ДУМАЙ!!!
Я вспомнил слова Тёмного: «…сломать правила, как ты и любишь». Он сказал это, когда мы попали в этот лагерь во второй раз и избавляли циклы от быдлоты!
-Эй Пионер. Знаешь, что я больше всего люблю? – спросил я, крутя пистолет на пальце.
Он смотрел на меня изучающим взглядом и не думал отвечать.
-Я люблю ломать правила! – сказал я и приставил пистолет к виску.
-Нет! НЕ-Е-Е-Е-Т!!! – заорал он и ринулся ко мне.
Значит, я всё правильно понял. Я нажал на спусковой крючок.
Темнота.

** *


-…он выживет? – спросил знакомый голос.
-Конечно! Это же Захар. Обязан! – сказал Рома. Его голос был слаб, но уже набирал свой привычный лукавый оборот.
Я кашлянул.
-Он приходит в себя! Виола! Немец! – заголосил Рома.
Послышался топот. Я приоткрыл один глаз, хрипло спросил у Ромы, пытаясь изобразить подобие улыбки:
-Чё ты орёшь?Подохнуть спокойно не дадут – вздохнул я и захохотал.
Он, отсмеявшись подал мне руку. Я присел на кровати.
-Как ты себя чувствовать герр Захар? – спросил Немец, смотря мне в глаза.
Я поднял большой палец.
-А ну-ка встать можешь? – поинтересовался Рома. Ему явно не терпелось мне что-то показать.
-Да. Я и воевать могу – сказал я вставая.
-Ну, воевать не придётся. В общем, когда ты с Настей прыгнул на этого пионера, вы пропали. И как оказалось Рома из медпункта тоже. В общем, через некоторое время их главный заорал «Nei-i-i-i-in» и они все испарились – рассказал Немец.
Я же рассказал им всё от своего лица.
-В любом случае – всё кончено. Мы победили – сказал Рома.
Это известие должно по идее меня подбодрить, но я ничего не чувствую. Победили и ладно.
Я встал:
-Пошли. Я же вижу, что тебе не терпится мне что-то показать – сказал я Роме.
Мы вышли из медпункта.
Перед ним стояла толпа из пионеров и Старших. Они приветствовали меня одобрительными криками и аплодисментами.
-УРА-А-А-А-А!!! –ухала толпа.
Из толпы выбежала Настя и кинулась ко мне в объятия. Краем глаза я уловил завистливый взгляд Лены.
-Папа… ты жив – она плакала, уткнувшись мне в плечо.
-Жив, жив – кивал я.
Сегодня день отъезда, так, что день мы провели скудно. Все в основном поздравляли нас. Парни пожимали руки, девчонки подбегали и целовали. Просто так. Ведь мы спасли им жизнь.
Лена выглядела вполне неплохо, несмотря на вчерашний инцидент. Башка ей что-то рассказывал. Наверное то, как тот ублюдок орал, когда Башка ему арматурой ногу разворачивал.
Остановка, автобус. На этот раз действительно слёзы.
-Жаль, что Советский Союз так и не узнает своих героев – вздохнула Ольга Дмитриевна, смотря на нас.
-Зато «Совёнок» их знает – сказал я.
-Я не хочу уезжать. Ведь ты тут, нам с мамой так плохо без тебя – всхлипнула Настя.
-Тише Настён, тише. Знаю, но ничего поделать не могу. Но если останешься тут, у тебя будущего не будет. А мама? Ты не можешь её оставить. Ей в своё время хватило… - прошептал я.
Я больше не могу держаться. Я не пролил ни слезинки за эти девять лет. Я принимал каждое поражение, как должное и не позволял себе такой слабости. «Настоящие мужики не плачут!». Тот, кто придумал эту фразу, должен гореть в Аду в одном котле с Гитлером и прочими личностями!
Наконец я отпустил её:
-Иди. Скажи маме, что я её люблю.
На её лице промелькнуло что-то странное. Она кивнула.
-Давай Боярин! – хлопнул меня по плечу Рома.
-Увидимся. Обязательно увидимся – пожал мне руку Семён.
-Удачи вам пацаны – махнул я рукой.
Двери закрылись. Автобус тронулся. Мы стояли и махали в след уезжающему автобусу.
-Знаешь Захар. А ведь мне так и не хватило смелости сказать, что я влюблён в твою дочь – вздохнул Башка.
-Не совсем подходящее время для этого было – вздохнул я
Мы развернулись и пошли в пустой лагерь – ждать перезагрузки.

Эпилог. Часть 1 (от лица Насти)


Тряска автобуса уже раздражала. Когда же это закончится? Стоп!
Я открыла глаза. Старый ЛИаЗпобрякивая ехал по вступающему в обладание ночи городу. Противная слабость разливалась по всему телу. Я распахнула плащ: ножи и обрез были на месте. Да, с него мне так и не удалось пострелять. Зато я точно знаю, что если ты убиваешь ради какой-то цели то это делать не страшно.
Медальон висел на шее. Я обязательно отправлю туда маму! Н ведь очень сильно по ней соскучился.
Я буквально влетела в подъезд и забарабанила по двери. Дверь почти сразу открыла испуганная мама:
-Н-настя, ты чего так долбишься? – удивилась она.
-Сколько меня не было? – вопросом на вопрос ответила я.
-Во-первых заходи – она пропустила меня в квартиру – а во-вторых что-то около часа тебя не было, а что?
Я рассказала ей всё, что произошло с нами.
-Мам. Папе очень плохо без тебя – начала я – ты должна поехать к нему.
-Я бы с удовольствием, но как? – вздохнула она.
Я подала ей амулет.
-Надень его, сядь на четыреста десятый и усни – сказала я.
Она молча встала, взяла медальон, пошла, оделась и так-же молча ушла.
А мне что-то спать хочется. Я пошла в свою комнату, завела будильник на следующий час и провалилась в сон.

Эпилог. Часть 2 (от лица Захара)


Я сидел на остановке и потягивал сигарету. Цикл перезапустился. Сейчас должна выйти Славя. Эту неделю я решил провести как обычный пионер. Этот ненормальный повержен, никому опасность не угрожает. Так-что побуду хоть раз обычным человеком, а не Старшим.
Кусты сбоку зашуршали. Я насторожился.
-Эй Захар – позвал меня приятный девичий голос.
-Юля? – догадался я.
-Ага. Иди сюда – позвала она.
Я зашёл за дерево.
-Давно ты не появлялась – улыбнулся я, поглаживая её по голове.
-Опасно было. Вы ведь воевали – промурлыкала она, млея под моими прикосновениями.
-Чем же обязан визиту? – спросил я.
-В награду за твои труды я устрою тебе сюрприз. Не знаю насколько он хороший для тебя, но у тебя теперь появился свой личный лагерь – улыбнулась она.
-Этот? – спросил я, указывая на ворота.
-Ага. Там никого нет. В столовой, в медпункте и в бункере лежат заказные тетради. Напиши в них что-нибудь и на следующий день «заказ» появится. Только не заказывай допустим в медпункте еду – ничего не придёт – сказала она.
-Ничего себе… а что можно заказать в бункере? – удивился я.
-Оружие… - она произнесла это слово с отвращением – и технику.
-Оружие огнестрельное?
-Да…
-Скажи, а у Пионера был такой лагерь?
-Нет, конечно! Такие выделяются только самым лучшим Старшим. Твои друзья их кстати тоже получили.
-Да, наконец-то будет место, где я смогу нормально отдохнуть – улыбнулся я.
-И ещё. Я тебе отметила один лагерь. Переместись туда, как будет свободное время – улыбнулась она.
Сзади послышался скрип ворот. Я обернулся. Ветер толкал ржавую створку. Когда я обернулся назад, Юли уже не было.
«И спасибо сказать не успел»
Я закрыл глаза и заглянул в «сетку». Один лагерь был отмечен будто бы Полярной звездой. Потом сгоняю, сейчас освоимся.
Место постоянного проживания я выбрал не раздумывая. Я подошёл и толкнул дверь в домик Лены и Мику. Все вещи были на месте, словно пионеры просто ушли куда-то. Я упал на кровать Лены, зарываясь лицом в подушку. Она пахла её шампунем. Этот запах подействовал на меня лучше всякого алкоголя. Я мгновенно уснул.
Я проснулся от того, что… солнце светило мне в глаза. Аааа, как же это кайфово! Просыпаться и знать, что тебе не надо убить какого-нибудь Пионера. Я потянулся и втянул носом воздух. Ох, Лена-Лена. Как же мне тебя не хватает! По лицу наконец-то скатилась скупая слеза.
Так, Юля сказала, что мне надо наведаться в какой-то лагерь. Я снова глянул на «сетку». Лагерь всё-ещё был отмечен и так и говорил своим видом:«Переместись ко мне!!». Переместимся. Но сначала…
Я рванул в столовую. На окне выдачи обнаружилась тетрадка и ручка. Наверное сюда надо писать.
Я записал: «Курица-гриль и лёгкое вино». Подумав, усмехнулся и написал по-украински: «сало з горiлкой».
Зарыл тетрадь и положил там-же, где взял. Так теперь… Я закрыл глаза, вызвал «сетку» и потянулся к тому лагерю, на который мне указала Юля.
Свист в ушах… всё. Я открыл глаза. Лагерь, как лагерь. Я вошёл. Около клубов стояли кибернетики и что-то рассматривали на двери.
-Бонжур учёные – сказал я.
Они вздрогнули и посмотрели на меня. Их глаза округлились:
-Ты же ведь Захар да?Старшой?? – глядя на меня во все глаза спросил Электроник.
-Аааэээ… - протянул я –вы меня помните?
-Конечно! – воскликнул Шурик – короче…
Они рассказали мне, что как только все они уснули, сразу же оказались в начале смены. Сначала все испугались, но потом пришла девочка с кошачьими хвостом и ушами и всё объяснила. Пришлось смириться. Да никто в прочем и не жалуется. Скука никогда не достаёт, живёшь по сути вечно и вечно молодым.
-… вот только Лена куда-то пропала – сказал Шурик поникшим голосом.
-Как это пропала? – опешил я.
-Её не было с нами, когда всё началось сначала – пожал плечами Электроник.
Странностей было много, но надеюсь исчезновение Лены, это временно. Весь день я провёл в этом лагере, отвечая на вопросы, на которые не ответила Юля, общаясь с другими и рассказывая истории из того периода, когда я уже стал Старшим. В общем, почти как обычный человек.
Вечер. Я вышел из клуба кибернетиков. Ох, ведь сами же умнее меня раза в два, но нет! Понадобилась им моя помощь. Я хотел было уже возвращаться в свой лагерь, но… звук двигателя?!
Я вышел на остановку. Там стоял автобус. Я увидел, как в окно робко выглядывает девушка с двумя хвостиками, цвета фиалки… Лена? Почему так поздно? Она увидела меня, на её лице промелькнуло сильное удивление. Она вскочила и выбежала из автобуса. Что-то в её взгляде казалось мне знакомым. Это… это моя Лена. Моя!
-З-захар? – прошептала она.
-Лена – тоже прошептал я и широким шагом, оказался рядом с ней и крепко обнял.
По моему плечу потекли слёзы. Я чуть отпустил её, но только для того, чтобы впиться в губы поцелуем. Мысленно я вызвал «сетку» и отправил нас обратно в свой лагерь.
Она легонько коснулась моего плеча, давая понять, что воздух нужен всем.
Мы оторвались друг от друга:
-Наконец-то я встретилась с тобой – прошептала она.
-Аналогично – тоже прошептал я, утирая слезу.
-А где автобус? – наконец спросила она, смотря мне за спину.
-Это мой личный лагерь. Нас здесь никто не найдёт – игриво усмехнулся я.
Она уловила мой тон и подыграла мне.
Этой ночью никто не спал. Этой ночью она забрала у меня всё за все эти девять лет в одиночестве.
Мы лежали, тяжело дыша. На востоке уже виднелся восход.
-Тыс меня сегодня за все девять лет предъявила? – улыбнувшись, спросил я.
-Ага. И имею на это полное право. Девять лет без… этого – смутилась она.
-И я тоже. Хоть и соблазн перед Алисой был велик – нарочито горестно вздохнул я.
-Ну! – она пихнула меня в бок.
-Не драться! Не хватило драк по самые помидоры – не терпящим возражения голосом сказал я и не дав ей ничего сказать, закрыл ей рот поцелуем.
На следующий день Лена призналась, что хочет остаться со мной тут. Навсегда. Но волнуется за Настю.
-Не волнуйся, я знаю, кому я могу доверить свою дочь – успокоил я её.
Я потратил целый день, чтобы найти Башку. Нашёл я его в тот момент, когда он крутил «Скрилекса» на местной дискотеке.
Я отозвал его в сторону:
-Чувак, ты же действительно любишь мою дочь?
Он с готовностью кивнул. Я подал ему медальон и записку от Лены.
-С этим медальоном ты выберешься. Записку передай Насте. И запомни, если ты с ней что-нибудь сделаешь… - я не договорил. Я получил смачный хук снизу.
-Ты чё рухнул?! – возмутился я.
-Никогда… Слышишь, никогда не думай так обо мне! Я её люблю! – он был очень зол.
-Всё-всё, теперь вижу, что действительно любишь – усмехнулся я.
-Спасибо Захар – сказал он, отходя от меня.
Я кивнул.
Больше Башку в циклах не встречали. Интересно какое имя он себе выбрал?Или наконец назвал своё настоящее?
Неважно. Главное, что Лена со мной. Ей ничто не угрожает. И никому не угрожает. Благодаря троим из будущего.
У каждой истории есть начало и конец. Вот и настал конец этой истории. Каждому нужен отдых. Я нуждаюсь в нём как никто другой. Я создал себе личный рай. Я его заслужил. Всё, ухожу на покой.