Когда жизнь теряет свой смысл.

-Я не хочу чтоб ты опять уходил, чтобы мы опять расставались. Миа лежала на широкой кровати и выводила узоры на груди парня, спираль за ромбиком, овал за веточкой дерева. Он в свою очередь вдыхал запах её волос. Правой рукой гладил кожу щеки, а левая покоилась на её талии. Как он её любил, как боялся потерять, как боялся упустить хоть миг, проведённый с ней наедине. Парень понимал, что найдёт ей замену, но она не будет такой, как она. Она будет его меньше бесить и меньше о нём знать. Что она будет постоянно ревновать и показывать это, а если и нет, но не будет это так умело скрывать. Она будет вечно недовольна тем, что редко его видит, а из-за этого он будет реже приезжать. Или наоборот, она будет во всём потакать и давать ему полную свободу действий от чего у Хаято снесёт крышу. Он не понимал, как же девушке удаётся делать всё, что его так бесит и в то же время она привязала его к себе. Когда она говорит какие-то нежности, хочется заткнуть её чем-нибудь, ударить тяжёлым предметом по голове. Когда она надевает маску безразличия, то хочется видеть её в домашней одежде и розовых тапочках, которые она никогда в жизни не наденет. Что она такое сделала, что вызывает у него такие чувства, а ведь он никогда не говорил «люблю». А она? Говорила ли она ему, что любит и что он её отвечал на это? Нет, Миа бы никогда не сказала первая, а он? Он тоже. Оба гордые идиоты, которые и без слов знают, что никуда не денутся. Хотя она боялась. Боялась, что он не вернётся. Возьмёт и больше никогда не придёт в их дом, она никогда не будет вот так лежать в тишине и чувствовать биение его сердца, он не будет ласкать её в темноте. Больше никогда она не почувствует того жара, что возникает между ними каждый раз, когда они встречаются после долгой разлуки, даже если это кабинет переговоров и идёт совещание. Каждое его прикосновение к её коже заставляет девушку испытывать неимоверное наслаждение. Каждый её стон звучит ещё несколько минут в его голове. Один наркотик другого. -Глупая женщина, - и опять смешок. -Твоя же, - не без улыбки проговорила Миа.