Из-за тебя, Александр, моя магия немного шалит

      Сегодня в квартире царила немного нетипичная для Магнуса обстановка: никакого шика и блеска, только белый кожаный диван; чёрный деревянный журнальный столик и такого же цвета пара стеллажей у дальней стены; много, но всё же в меру, зелёных, не известных Алеку растений; и самое потрясающие – гигантское окно с панорамным видом на вечерний Нью-Йорк. Да, никакого блеска, зато стильно.       Алек бросил ключи в сторону привходной тумбы. Меткость Сумеречного охотника не подвела и ключики попали точно в стеклянную чашу. Председатель Мяо, раньше привередничавший, лениво терся о черные брюки гостя, оставляя на них серые волоски шерсти.       — Магнус? Магнус, ты дома? — так непривычно опять находиться здесь. И не потому, что каждый раз квартира – это что-то новое. После того, что случилось в Эдоме, после того, как Магнус чуть не погиб, между ним и Алеком будто разверзлась пропасть, хотя, казалось бы, всё должно было быть наоборот.       — Алек? Неужели ты решил навестить меня без сопровождения кучки этих надоедливых снобов-охотников? Рад тебя видеть, — Магнус, одетый в шёлковый, по крайней мере Алеку показалось, что это шёлк, чёрный халат, стоял в дверном проёме, ведущем на кухню, помешивая что-то в деревянной миске, — проходи, я как раз собирался приготовить какой-нибудь кекс. Видел кулинарное шоу по телевизору, домашние кексы станут вишенкой на мой следующей вечеринке. Домашние неоновые кексы с искрящейся пудрой от Магнуса Бейна.       — С каких пор ты смотришь телевизор?       — С тех, когда решил, что кексы могут стать еще одной из моих многочисленных фишек. То есть с позавчера.       Магнус прошлёпал босыми ногами обратно на кухню, помешивая содержимое миски и маня Алека пальцем за собой. Охотник сглотнул, ещё раз обвёл взглядом гостиную и проследовал за магом.       — Знаешь, Магнус, возможно, тебе пока что стоит повременить с готовкой? — под слоем муки можно было различить очертания кухонной плиты и барных стульев. Пол заляпан неудачно разбитыми яйцами, а вся раковина залита молоком.       — Брось, Александр, я хорош во всем, тебе ли не знать, — в кошачьих глазах Магнуса блеснул озорной огонек, но Алека бросило в жар уже после того, как маг произнес его имя. «Александр» - и, хотя оно принадлежит ему от рождения никто, кроме Магнуса не пользуется полным вариантом. Это что вроде его – Магнуса – секретного слова.       Алек застыл. Кровь прилила к лицу. И почему он стесняется? Или это не стеснение?       — Александр?       Так резко и неожиданно для самого себя Алек подтянул к себе Магнуса, ухватившись за пояс халата. Их губы находились в каких-то жалких миллиметрах друг от друга. Горячее сладкое дыхание смешивалось, они дышали одним воздухом, они были близко, очень близко друг к другу, но так далеко. Далеко, пока Магнус первым ни поддался вперед. Медленный и тягучий, словно смесь для кексов, поцелуй мостом протянулся между возлюбленными и соединил их вновь, доказывая, что прошлое ничего не значит, что события, произошедшие в Эдоме, только сильнее скрепили их.       «Тягучий, как смесь для кексов. Кексы. Миска»       — Ох, Джейс еще неделю будет мне вспоминать, что я явился в институт в форме, измазанной чем-то белым, отнюдь не напоминающим тесто для кексов, — Алек подцепил пальцем каплю будущего кулинарного шедевра и стряхнул ее на пол. Охотник, нахмурившись, осмотрел себя: чёрная водолазка была в тесте, оно же стекало на брюки и обувь. Лайтвуд стянул водолазку через голову и бросил на пол, от которого тут же поднялось мучное облако. Взгляд Магнуса был прикован к телу Алека, типичного Сумеречного охотника. Точно так же мог выглядеть и Джейс, и другие охотники, но Алек был таким родным и привычным: смуглая кожа обтягивает не перекаченные мышцы торса, ребра немного выпирают вперед, руны рассыпаны по телу, вены оплетают предплечья, а на ключицы падает луч заходящего солнца.       — Из-за тебя, Александр, моя магия немного шалит, — прошептал чуть хрипловатым голосом Магнус, указывая взглядом на свои длинные тонкие пальцы. От тех отскакивали сине-белые искры. Миска зависла в воздухе, окружённая легким мучным вихрем.       Алек улыбнулся — он редко улыбался, но только не для Магнуса — именно той улыбкой, которую дарил только ему: левый уголок рта приподнят выше правого, рот слегка приоткрыт. Однажды маг назвал это «Улыбкой самого сексуального из всех Сумеречного охотника для самого сексуального мага».       Алек потянул за пояс халата и тот распахнулся. Нетрудно было догадаться, что под ним маг без одежды. Тёплое тянущее чувство нарастало где-то внутри Алека. Их губы опять соприкоснулись уже в более страстном поцелуе. Пальцы Магнуса пробежались по торсу Лайтвуда, оставляя след слабых покалываний. Алек запустил руки в волосы мага, слегка потягивая их, запрокидывая голову Магнуса назад, чтобы легче было придаваться горячим поцелуям. По губам скользил лёгкий ток шалящей магии.       И хотя в квартире находиться все равно было непривычно, но поцелуи и прикосновения казались самыми знакомыми ощущениями, какие только когда-либо испытывал Алек.       Становилось слишком жарко, вздохи смешивались с тихими стонами, поцелуи становились горячее, страсть этих двоих нарастала с каждой секундой. Магнус поддел ремень Алека пальцами и потянул Лайтвуда в глубь квартиры. В спальню.       — Я люблю тебя, Магнус.       — Александр…