Sold! 41

jarlin21 автор
Реклама:
Гет — в центре истории романтические и/или сексуальные отношения между мужчиной и женщиной
Дайте Санни Шанс

Пэйринг и персонажи:
Элисон/Чед Дилан Купер, Элисон Монро, Тони Харт, Чед Дилан Купер, Нико Харрис
Рейтинг:
PG-13
Размер:
Мини, 24 страницы, 1 часть
Статус:
закончен
Метки: AU Underage Драма Дружба ОМП Романтика Учебные заведения Флафф

Награды от читателей:
 
Описание:
– Номер десять обворожительная Санни Монро. Преданный друг, отличный товарищ, ответственная девушка и просто очень хороший человек, – перечислял брюнет, с улыбкой поглядывая в зал. – Итак, кто даст двадцать долларов за свидание с этой прекрасной особой?

Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика

Примечания автора:
AU: шоу «Как попало!» нет. (Соответственно, и «Водопады Маккензи» тоже не снимаются). Мы с вами переносимся в одну из старших школ Лос-Анджелеса, где обучаются наши герои.
Я знаю, что в школах США существуют двенадцать классов, но, чтобы не запутаться, в своём рассказе я написала про одиннадцать классов, как и у нас. Так будет проще, я думаю.
Если говорить на чистоту, это не первый раз, когда я сажусь за этот рассказ. Предыдущая попытка не увенчалась успехом. (Я просто удалила черновик из 20 глав, так и не выложив ни одну из них). Однако в этот раз я решила написать для вас лишь малую долю того фанфикшена и намерена выложить её прежде, чем снова решу сослать это в Ад. Надеюсь, он вам понравится.

Upd: Кстати, у меня тут появился ещё один милый фанфикшен по этому сериалу. Я не настаиваю, но... https://ficbook.net/readfic/7565328 вот он.
14 августа 2017, 16:59
      Лето выдалось жарким.       В тот день даже вечерние сумерки не дарили прохладу. Прогуливаясь по парку, она с интересом разглядывала закатное небо и облака, окрашенные в фиолетово-розовые тона. От лёгкого дуновения ветерка девушка волей-неволей поёжилась, немного жалея, что надела пышную юбку, доходящую ей до колен, а не любимые джинсовые шорты, в которых проходила почти весь август. Однако сегодня она не могла и не хотела одеваться так же, как одевалась в любой другой день уходящих каникул. Они запланировали эту встречу ещё в июне, когда закончился последний учебный день. А разве на запланированную встречу приходят в чём попало?       Сегодня она не хотела выглядеть слишком разодетой или нарядной, но, едва увидев эту бледно-розовую юбку с россыпью из фиолетовых цветов по бокам в одном из бутиков в центре города, она передумала. Она моментально решила, что именно в ней пойдёт на столь ожидаемое долгожданное ли? свидание. И всё же ей бы не хотелось, чтобы он решил, будто всё лето Санни Монро думала только о нём. Ведь это была не правда. А обманывать его было бы ужасным преступлением с её стороны.       Она честно сдержала своё слово, данное ему в момент начала их «временного расставания». Она пообещала, что серьёзные отношения с Чедом не станут для неё преградой, если во время летних каникул она встретит какого-нибудь хорошего парня. Чед, в свою очередь, пообещал ей то же.       И она встретила. За несколько недель пребывания в Ванкувере, Санни познакомилась с очень милым и привлекательным юношей. Он любил называть её Элисон. Монро это безумно нравилось. Они незабываемо проводили время, прогуливаясь по городу, обедая в небольших ресторанчиках, посещая кино и театры, да просто смеясь и болтая. Однако, как и стоило ожидать, на определённом моменте их общение пришлось прекратить, потому что, как известно, отношений на расстоянии не существует. Точнее, они довольно редко встречаются в нынешнее время.       Именно поэтому Чед предложил Санни взять небольшой перерыв. Он утверждал, что если они и в правду СДДД (Созданы Друг Для Друга), в чём никто и не сомневался, тогда им нечего было бояться. Их чувства за это время смогут немного окрепнуть и наберут ещё больший вес. Чед и Санни успеют соскучиться друг по другу и будут ещё больше ценить моменты, проведённые вместе. Тем более, что приближался их последний год обучения в школе. Им нужно это ценить, ведь не факт, что они поступят в один институт или хотя бы будут жить в городах-соседях. А если всё пойдёт так, как расписывал Чед, то к началу учебного года, то есть к концу августа или началу сентября, они вновь сойдутся. Вновь будут любимыми всеми Ченни.       Брюнетка, сидя на их с Чедом скамейке, расположенной в тени деревьев в самом сердце парка, продолжала мечтательно смотреть на закатное небо над головой и гадать, на что похоже то или иное облако. Она замечталась настолько, что заметила парня не сразу. Он стоял по правую руку от неё и, держа в руках букет белых лилий, смущённо глядел на девушку.       Она посмотрела на него в ответ. Её шоколадно-карий взгляд встретился с его небесно-голубым. И она вдруг поняла. Это промелькнуло в её мыслях, как вспышка молнии посреди ясного неба.       Кроме него ей никто не был нужен. Тот красивый и добрый канадец не стоил и одного волоска на голове её любимого. Вот ради чего стоило брать этот дурацкий перерыв. Ради того, чтобы они оба смогли вновь ощутить глубину их чувств. Неужели она уже ощутила?       Но вдруг это не было взаимно?       Только сейчас до неё начало доходить то, что должно было возникнуть в её голове ещё в самом начале этой затеи. А что, если он встретил кого-нибудь за два летних месяца? Вдруг он явился сюда лишь затем, чтобы сообщить о своём счастье с кем-нибудь другим? С кем-нибудь, кто гораздо лучше, симпатичнее или худее Санни. С кем-нибудь, кто ни за что не поступит так глупо, как поступила она. Кто ни за что не отпустит Чеда. Её Чеда.       Она тут же отвела взгляд. Если это так, если он и в правду сейчас счастлив с кем-то другим, она не станет мешать его счастью. Она вновь его отпустит, скольких бы усилий ей это не стоило.       Парень, очевидно, думал о том же, продолжая наблюдать за брюнеткой. Ему безумно не хватало её. Ох как не хватало! Однако... что бы ни творилось в его голове, он ни за что не должен был терять своего достоинства в её глазах.       Он молча присел на скамью справа от девушки и неуклюже положил букет цветов ей на колени. Санни улыбнулась. Она любила цветы и радовалась, что парень не забыл об этом. В напряжённой тишине никто из них не знал, как следовало разрядить обстановку. С одной стороны, они были знакомы почти тысячу лет. А с другой – не виделись довольно долгое время и сейчас, всё же встретившись, боялись сказать что-нибудь не то. – Я скучал, – наконец, произнёс парень, наплевав на свою гордость с высокой колокольни. Всё же ей следует это знать. – Я очень скучал, – блондин снова заглянул в печальные глаза подруги.       Одинокая слеза скатилась по её щеке. Никто не говорил, что им будет так тяжело. В первый раз они влюблялись друг в друга постепенно, шаг за шагом шли вперёд и ступень за ступенью поднимались вверх. А сейчас... сейчас они словно каким-то волшебным образом переместились от подножья лестницы к её вершине всего за пару секунд.       Она взяла его за руку, а затем вдруг отпустила.       Она поняла, что прежде всего прочего она должна узнать ответ на мучавший её вопрос. И только потом – действовать. – Как провёл лето? – начала было издалека Санни, но всё же не выдержала и выпалила деланно-небрежным тоном: – Много свиданий устраивал? – Ну... была парочка, – честно признался парень, однако Монро недоверчиво поджала губы. – А ты... на многих свиданиях ты была? – небрежность у него получилась куда лучше, чем у Санни. Быть может, он действительно просто поддерживал разговор, но девушка была готова поклясться, что в его взгляде промелькнула злость, почти сразу же сменившаяся безразличием. Нет, скорее всего ей просто показалось. – Ну... – протянула брюнетка, думая над ответом. – Было пару, – повторила она, мысленно добавив: – пару троек... пару пятёрок...       Чед по-привычке взъерошил волосы на голове, лихорадочно придумывая тему для разговора. Но он не знал, что сказать. Может, им не стоило брать этот перерыв в отношениях? Как он вообще мог такое допустить?       Ещё в первый день каникул, сразу же после расставания, парень несколько раз срывался и набирал номер Санни, чтобы поговорить с ней о чём-нибудь. Он хотел пригласить её в кино, в парк или ещё куда, только бы она была рядом. Однако он ни разу так и не позвонил ей, потому что боялся услышать отказ. Не хотел быть отвергнутым.       Затем он, решив немного развлечься, тем же вечером вместе с Нико отправился в ночной клуб, где у них работал один общий знакомый. Лучший друг Нико – Грейди. Нико неплохо умел знакомиться с девчонками, а Грейди без проблем продавал алкоголь, так что после недели вечерних вылазок в этот ночной клуб Чед наконец, вошёл во вкус.       Он никогда не встречался с одной девушкой дважды. Не только потому, что мог себе это позволить, но и потому, что никто из этих глянцевых особ так и не сумел запасть в его душу настолько, чтобы он пригласил кого-то из них на второе свидание.       Всё шло по одному и тому же сценарию.       Они с Нико знакомились с двумя девушками и угощали их чем-нибудь из бара, чаще всего это были текила или мартини. Потом Нико предлагал одной из дам прокатиться в его машине, и та соглашалась. Когда же они уезжали в закат, оставшаяся с Чедом девушка ещё немного сидела за столиком вместе с ним, ожидая какого-нибудь интересного предложения, а затем уходила, так ничего и не дождавшись.       Грейди работал два дня через два, так что в свои выходные он сам нередко оставался в компании Чеда. Они слушали музыку и разговаривали о чём-то до тех пор, пока официант или бармен не объявляли о закрытии клуба. Тогда они расходились домам, чтобы вечером снова встретиться в клубе.       И так проходили каникулы Чеда. Не сказать, чтобы он скучал. Ему было весело в компании друзей Санни. Он и сам уже давно считал их своими друзьями. Эти двое постоянно попадали в какие-нибудь передряги, так что с ними точно невозможно было соскучиться.       Всё это время он тосковал. Он, конечно, не понимал этого и, безусловно, отрицал, как мог, но от правды не скроешься. Ему безумно её не хватало.       И сейчас, сидя всего в нескольких сантиметрах от неё, парень всё же признался себе в этом. Оставалось рассказать об этом ей, чтобы всё могло встать на свои места. Но вдруг она уже успела охладеть? Вдруг поняла, что больше ничего к нему не чувствует? По крайней мере держится она отстранённо, молчит и даже не смотрит в его сторону...       Он должен узнать об её чувствах прямо сейчас. – Санни, – тихо позвал блондин, и девушка тут же повернула голову, вопросительно приподнимая брови. – Думаю, сейчас нам стоит быть честными друг перед другом.       О, нет!       Санни всё поняла. По его нерешительному тону она поняла, что он хочет предложить остаться друзьями, но боится ранить её чувства. Она должна объяснить ему... внушить ему, чтобы он поверил ей и не чувствовал себя виноватым из-за неё... Она сыграет свою роль, как на уроках актёрского мастерства в школе. Только на этот раз ей никто не поставит «отлично» в аттестат. – Всё в порядке, – заявила брюнетка, улыбнувшись в ответ на растерянный взгляд парня. – Вообще-то я тоже должна тебе кое-что сказать, – она с трудом произносила слова, борясь с неприятным комом в горле. – Я не хочу, чтобы ты чувствовал себя виноватым или винил в чём-то меня. Нет. Думаю, ты и сам это понимаешь. – Понимаю что? – сердце парня предательски ёкнуло, вырываясь из груди наружу. Он закрыл глаза, сохраняя своё самообладание. Кажется, он догадался, что хочет сказать Санни. – Ты мне нравишься, – искренне заявила девушка, а затем нагло солгала. Не смотря ему в глаза, она поднялась на ноги. – Однако теперь по-другому... как друг, понимаешь? – Да, – как можно более спокойно кивнул парень, – понимаю.       Его словно ударили чем-то тяжёлым. Или сбросили с обрыва. И вот, в один момент, он сидел на краю и любовался прекраснейшим видом, а в другой – уже лежал на земле лицом вниз, а его кости были переломаны в нескольких местах. Больно. Нестерпимо больно. – Слушай, я... я, наверное, пойду, – шепнула девушка, попятившись. Ей хотелось как можно скорее убежать к себе домой и закрыться в своей комнате на втором этаже многоквартирного дома. – Да, – снова кивнул Чед. Он не стал ей мешать. Хотел, но не стал.       Санни ушла. В глубине души она надеялась, что он её остановит. Надеялась, что он попытается её остановить. Но этого не случилось.       Всю ночь девушка почти не спала. Ворочалась в кровати, вспоминая вечернюю встречу. Из-за недостатка сна у неё болела голова, и она плохо соображала. Мама заботливо вручила ей аспирин во время завтрака, переживая, как бы дочь не заболела, ведь она совсем ничего не ест.       В семь тридцать за девушкой заехала Тони на своём новеньком розовом кабриолете. Всю дорогу она без умолку болтала о своих каникулах, проведённых в Аспене, и даже не обратила внимание на молчаливость подруги.       В школе всё было по-прежнему. Всё те же бело-голубые стены, шкафчики цвета морской волны. Ничего не изменилось. Просто они стали на год старше и начали учёбу в выпускном классе. Просто Санни рассталась с Чедом.       Кстати, весть об их расставании довольно быстро распространилась по школе. Куда бы не ступала девушку, её везде преследовали жалостливые взгляды и негромкие перешёптывания за спиной.       Первый день в школе ничем не отличался от всех последующих. Разве что только нарядами.       Она просыпалась после нескольких часов сна, завтракала с мамой и уезжала в школу вместе с Тони на её машине. Всё те же уроки, косые взгляды окружающих, шепотки за спиной. Дошло до того, что несколько раз в неделю во время ланча они с Тони уезжали в ближайший МакДональд'с и обедали там, лишь бы не слышать разговоры сплетников, которые взяли моду вновь и вновь пересказывать друг другу подробности расставания Ченни*. Надо ли говорить, что ни слова правды в их пересказах не было?       Во вторую учебную пятницу на доске для объявлений написали о собрании десятого и одиннадцатого классов, проходящее в актовом зале, где обычно проводились уроки актёрского мастерства, которые так любила Санни. Не могла не любить, ведь она жила в Городе Ангелов.       Звонок возвестил об окончании последнего урока биологии. Встретившись у шкафчиков с Тони, Санни отправилась вместе с ней на собрание. Они заняли места в последнем ряду, ближе к выходу, чтобы первыми покинуть зал, когда всё закончится.       На сцене уже находился учитель актёрского мастерства, любимый всеми преподаватель, мистер Николсон. В стороне от него стоял его сын – Реджи. Симпатичный брюнет, точная копия отца. Высокий парень с иссиня-голубыми глазами. Санни точно не знала, в каком он был классе. Ни одного общего урока с ним у неё никогда не проводилось. Правда, несколько раз они вместе ездили на экскурсию мистера Николсона. – А он похорошел, – шепнула Тони на ухо подруге. – Даже очень. Держу пари, без диеты и фитнеса не обошлось. – Кто? – не поняла Санни. – Мистер Николсон? – Его сын. Ты только приглядись. – Да... – чисто по привычке согласилась брюнетка. – Действительно, – на этих словах она нечаянно посмотрела на Реджи. Тот, в свою очередь, посмотрел на неё и ухмыльнулся. Санни отвернулась. – Я слишком громко с тобой согласилась. Думаю, он слышал... – Детка, – Тони щёлкнула подругу по носу, – не парься на этот счёт. Он знает себе цену и без твоего одобрения, – она уже отвлеклась на кого-то другого в зале. Наверное, высматривала, нет ли у кого такого же платья или сумочки, как у неё.       Санни снова взглянула на парня на сцене. Он продолжал ей улыбаться, сверкая своими белоснежными зубами. Кто-то из сидящих спереди обернулся, проследив за взглядом парня. Чед. Ну, конечно. Кто же ещё?       Санни махнула ему рукой в знак приветствия, но он уже смотрел куда-то перед собой. Зато вот Реджи помахал ей в ответ. Девушка опустила руку и повернулась к Тони, разглядывавшей своё отражение в карманном зеркальце, подаренным кем-то из её бесчисленных ухажёров. – А ты, случайно, не знаешь, в каком он классе? – спросила Санни, теребя в руках телефон. – Реджи-то? Знаю, – Тони неспеша достала из сумочки свою любимую помаду и начала подкрашивать губы. – Одиннадцатый. В том году мы вместе ходили на испанский, я не говорила? – Да, наверное, – пожала плечами брюнетка, стараясь не краснеть.       Если честно, она не помнит, что сама говорила в том году, а тут ещё бесконечные разговоры Тони запоминай. Нет, она не была лицемерной или двуличной. Она действительно ценила дружбу с Харт, но... В том году все её мысли занимал лишь Чед, о чём-то другом она даже думать не хотела. Надо ли говорить, что учёба тоже не была у неё в приоритете?       Возможно, это было и к лучшему. В смысле, их расставание с Чедом. В выпускном классе она возьмётся за ум. В конце концов, ей ещё в колледж поступать.       Призвав зал к порядку, Николсон-старший начал свою речь. Обычная речь о значимости участия учеников в активной жизни школы. В том году она уже слышала его слова и уже приготовилась заглянуть в инстаграм, чтобы не заскучать, как вдруг кое-что в его речи девушку заинтересовало. – С этого года мы с директором школы и советом учеников решили ввести небольшие новшества. Как вы знаете, за неделю до Хеллоуина наша школа, по традиции, собирает пожертвования на подарки детям-сиротам. Но поскольку банальная сдача средств и раздача подарков – это уже не только не модно, но и не интересно, наш новый директор школы предложила устроить для них настоящий праздник с конкурсами и призами. Безусловно, насильно вас никто принуждать не станет, дело добровольное.       Он развёл руками, мол, вы все свободны в своих выборах. – Я предложил арендовать территорию ближайшего луна-парка со всеми его аттракционами на один день, чтобы детишки смогли вдоволь повеселиться там. Однако для этого нужны средства, что вновь возвращает нас к разговору о пожертвованиях. – Как будто мы от него отходили, – шепнула Тони, и Санни не смогла сдержать смешок. Николсон тем временем продолжал. – Ну, а чтобы вы охотнее расставались со своими сбережениями, мы решили провести одно внеклассное мероприятие. Я повторяю снова, это дело добровольное, – он ненадолго замолчал, выдерживая драматическую паузу. – Мне это не нравится, – нахмурилась Санни. – В нашей школе будет проводиться благотворительный вечер со всеми его прелестями. Официальные костюмы, торжественная часть, фуршет в актовом зале, – перечислял учитель. – Ну, а гвоздь программы – аукцион. Правда, не совсем обычный.       Санни почувствовала перемену настроения. Ученики в зале навострили уши, и Николсон – надо же! впервые! – смутился. – Лот на этом аукционе – это свидание с нашими милыми и весьма очаровательными дамами, которые согласятся, если говорить грубо и прямо, продать себя на один вечер.       И тут зал зашумел. Девушки выражали своё недовольство, а юноши – своё согласие.       Николсон замолчал и продолжил свою речи только тогда, когда вновь воцарилась тишина. – Я понимаю ваше смятение, дамы. Но давайте посмотрим правде в глаза. Если мы хотим организовать для детей настоящий праздник – мы должны пойти на какие-то жертвы. Не беспокойтесь, это всего лишь вечер. Одно свидание, даже, можно сказать, просто дружеская встреча. Вас не продают в рабство. Именно за этим мы вас всех сегодня и пригласили. Вы озвучите своё мнение на этот счёт, и руководство примет во внимание. Вы также можете отказаться от этой затеи, и тогда мы всё организуем по-старинке, – было видно, что ему очень бы не хотелось «по-старинке».       По залу поползли первые шепотки – это девушки обменивались друг с другом мнениями. Парни молчали. – Мистер Николсон? – позвала белокурая девочка, сидевшая в переднем ряду. Все взоры устремились на неё. – А когда будет проводиться этот аукцион? И как? – Мы планируем провести благотворительный вечер в субботу, двадцать восьмого октября, за несколько дней до Хеллоуина. И если наша школа соберёт достаточно средств, в праздник, тридцать первого октября мы арендуем парк аттракционов. Схема аукциона будет простая. Тот, кто назовёт большую цену – получает лот. Понимаю, звучит цинично, прошу прощения за это. Так что, дорогие девушки, вы согласны?       Санни переглянулась с подругой. По её лицу было видно, что с одной стороны она хочет устроить детям праздник, а с другой – не хочет в прямом смысле продавать себя какому-то парню. У Санни были аналогичные эмоции. Но тем не менее...       Она подняла руку вверх, в знак своего согласия. Тони, вздыхая, сделала то же самое. Затем ещё несколько рук взлетело вверх. В целом и общем из шестидесяти человек согласились около сорока, чего, собственно, было достаточно. – Что ж, спасибо, – Николсон заулыбался, – я очень рад. Вы все можете быть свободны. Я прошу остаться лишь тех, кто готов и, самое главное, хочет поучаствовать.       Зал зашумел. Большинство парней и девушек, переговариваясь между собой, ушли. Санни и Тони, конечно же, остались. Впрочем, как и Чед. И Реджи, продолжавший стоять в левом углу сцены. Когда за последним учеником хлопнула дверь, он вышел вперёд, вставая на место отца. – Если вам не трудно, все подойдите к сцене и напишите своими имена вот на этом формуляре, – попросил парень, указывая на лист бумаги в своих руках. – Кто не знает, меня зовут Реджи Николсон, я – президент Совета школы. А теперь распишитесь, и потом я вам всё подробно расскажу. – Ты знала? – шёпотом спросила Санни, закинув на плечо рюкзак и направившись по проходу к сцене. – Что он в школьном совете? Конечно, знала! Подруга, – Тони снова щёлкнула её по носу, – мы ведь с тобой вместе проголосовали за него. – Да, точно! – Санни смущённо улыбнулась. Она что, спала весь прошлый год, алло?       Выстроившись в очередь перед сценой, ученики заполняли графы на листе. Встав в колонну позади всех, Санни молча слушала подругу. Та вновь завела разговор о горнолыжном курорте. За последние две недели в школе Монро успела сделать вывод о том, что Тони безумно понравился отдых в Аспене.       Санни была последней в списке. Её номер – двадцать один. Она написала своё имя и вручила листок Реджи. Парень снова улыбнулся ей. – Привет, – поздоровался он. – Привет, – она вновь помахала ему рукой и отошла, заняв место рядом с Тони. Та как-то подозрительно на неё посмотрела, но ни словом не обмолвилась. – Итак, – начал свою речь парень, – мы, все здесь собравшиеся, с гордостью можем считать себя первопроходцами. Главное, мы должны помнить о том, ради чего мы всё это делаем. Не буду долго говорить, как это делает мой отец. Привет, пап! – ухмыльнулся брюнет, смотря куда-то за кулисы сцены. – Будет намного проще, если вы станете задавать мне вопросы, а я постараюсь на них ответить. – Благотворительный вечер? – тут же спросила белокурая одиннадцатиклассница, та самая девочка, задавшая вопрос Николсону-старшему. – Не понял? – он вопросительно вскинул брови. – Как он будет проходить? – Ну... – Реджи несколько замялся. – Думаю, мы поставим столы с закуской вон у той стены, – он указал на левую от себя сторону зала, – а в центре будет полностью свободно, чтобы оставалось место для танцев. Ближе к сцене мы оставим пару рядов кресел, чтобы во время аукциона люди не стояли. Когда всё начнётся, вы, девушки, поднимитесь на сцену и будете ждать за кулисами. Если хотите, можем, и там организовать несколько стульев, чтобы вы не уставали стоять на этих высоченных каблуках. И зачем вы вообще их носите?       Несколько человек хохотнули, но Санни оставалась серьёзной. – Кто будет приглашён? – спросил какой-то смуглый парень, а сидевший рядом Чед что-то шепнул ему на ухо. Санни его не знала. Возможно, это был новенький, переехавший в Лос-Анджелес откуда-то с Юга. О нём Тони рассказывала во второй день учёбы. И когда это её бывший успел с ним подружиться? – Все ученики старшей школы и учителя, возможно, они тоже пожелают прийти. – А кто сможет делать ставки в аукционе? – вот и Тони, наконец, озвучила то, что её тревожило больше всего. Даже ради детей-сирот она не готова пойти на свидание с восьмиклассником. Репутация была слишком дорога ей. – Только ученики десятого и одиннадцатого классов, – поспешил успокоить её Реджи.       Тони облегчённо вздохнула и расслабилась. Было видно, что ничего другого её, в общем-то, и не интересовало. Всё оставшееся время она лишь делала вид, что слушает Реджи. В прочем, как и Санни.       В следующий понедельник во время утренних новостей директор вкратце объявила о предстоящем благотворительном вечере. Она ни словом не обмолвилась о том, что вся подготовка к нему легла на плечи учеников. Реджи должен был составить прайс-лист и преподнести его директору на одобрение.       Следующая встреча по поводу всех организационных вопросов состоялась в пятницу, двадцать второго сентября, в шесть часов вечера. Ребята успели сходить домой и вновь вернуться в опустевшую школу. Ни один школьный кружок уже не работал в это время. Санни даже подумала, что в здании сейчас вообще никого нет, кроме учеников, собравшихся в актовом зале. – Всем привет! – бодро поздоровался только что вошедший в аудиторию Реджи. Ученики вяло поприветствовали его в ответ.       На этот раз Тони и Санни сели в переднем ряду прямо напротив сцены. Обе подруги молчали. Харт была в плохом расположении духа с самого утра, а Санни, сперва пытавшаяся завести с ней беседу, прекратила свои попытки её разговорить уже во время ланча. Спустя пару минут после начала собрания Монро снова стала ловить на себе косые взгляды старшекурсников. Неужели в этой школе больше нет других тем для обсуждения, кроме как её расставание с одним из самых популярных парней в школе?       «Господи, – взмолилась девушка, – скорее бы это закончилось!» – Есть ли среди вас те, кто хорошо рисует? – донёсся до Санни вопрос Реджи, сидевшего на стуле у подножия сцены. Он обращался ко всем присутствующим, и одна девочка из десятого кивнула. – Отлично! – обрадовался парень. – Ты не могла бы набросать несколько эскизов для главной вывески? Она будет висеть на входе в актовый зал. – Конечно. Без проблем, – рыжая девушка что-то записала в своём телефоне. – Срок до следующей пятницы. Можешь взять себе в помощники кого-нибудь ещё. – Хорошо, – она переглянулась со своей подругой, той белокурой девочкой, которую Санни помнила еще с прошлого собрания. – Теперь осталось разобраться с другими декорациями и закусками, – Реджи снова оглядел зал. – Челси, – обратился он к кому-то, – я знаю, что твоя мама владеет рестораном. Ты не могла бы поговорить с ней о нашем вечере? Я дам тебе меню и напишу наш бюджет, одобренный директором. – Я поговорю с мамой. Может быть, она сделает мне скидку, – сказала брюнетка, сидевшая чуть левее Санни. – Класс, а теперь декорации... Тони, – Реджи посмотрел на блондинку, копавшуюся в телефоне. Санни легонько пихнула её в бок, призывая подругу ко вниманию. Сама она изо всех сил старалась не пялиться на Реджи и разглядывала сцену позади него. – Да? – она угрюмо покосилась на Монро и перевела взгляд на брюнета. – Ты ведь любишь командовать? – улыбаясь, спросил Редди и лукаво подмигнул Тони. – Только ты сможешь с этим справиться. – Ну ещё бы, – ворчливо отозвалась блондинка, но уголки губ её чуть приподнялись. – Ладно, – вздохнула она, – я в деле. – Подумай над тематикой, над цветом и освещением, – начал было перечислять брюнет, но, заметив суровый взгляд девушки, замолчал. – Но ты и сама всё знаешь. Что ж, переходим к музыке.       Санни и сама не заметила, как перевела взгляд на парня, а затем, опомнившись, посмотрела на Чеда. Он о чем-то увлечённо беседовал со своим новым другом и даже не делал вид, что слушает Реджи. Да его вообще почти никто не слушал. Но Николсон-младший не обращал на это никакого внимания. Он разговаривал с двумя парнями из своего класса. Наверное, они должны будут заниматься подборкой мелодий на вечер.       В половину восьмого они все покинули аудиторию, договорившись встретиться через неделю в это же время. В голове Санни промелькнула мысль, что они специально собираются в вечер пятницы, когда в школе уже никого нет, чтобы никто из учеников не подслушал организационные вопросы и для всех остальных события благотворительного вечера оставались сюрпризом. Это было разумно.       В выпускном классе учёбы была трудной, а уж если совмещать её с делами школы – времени вообще не замечаешь. Санни и не заметила. Эти четыре недели пролетели для неё, как один день. С момента их первого собрания в актовом зале они встречались уже пять раз. Весь праздник был расписан чуть ли не по минутам. Но только не для самой Монро.       По началу девушка особо не парилась над выбором своего наряда, откладывая всё на последнюю неделю. Однако чем ближе становился день аукциона, тем сильнее она начинала нервничать. Тони, разумеется, уже приобрела для себя платье и не могла разделить переживаний подруги. Краем уха Санни слушала чужие разговоры. Другие девушки-участницы уже вовсю судачили о своих нарядах и причёсках.       Наконец, Санни не выдержала. Она обратилась за помощью Тони. Казалось, та только ждала этого. В субботу, двадцать первого октября, ровно за неделю до благотворительного вечера, подруга повела Санни по магазинам. Она перемерила бесчисленное множество платьев и юбок. Те наряды, которые нравились Санни, не привлекали Тони. И наоборот. Благо, магазинов было предостаточно.       Санни настолько устала от всего этого, что, входя в очередной бутик в одном торговом центре, поклялась найти нужное платье и туфли. Если ничего не купит здесь – пойдёт на благотворительный вечер в толстовке и джинсах. Её так и так вряд ли кто согласится купить, тогда какая разница, во что она будет одета?       Но ей повезло. Здесь их поиски и закончились. И даже Тони не смогла отвергнуть наряд, в который Санни буквально влюбилась. Персиковое платье с пышной юбкой до колен и бежевые балетки. Тони, конечно, предлагала подруге выбрать туфли на высоком каблуке, но та ответила ей категоричным отказом.       Свою находку они решили отметить чашечкой горячего кофе и ма-аленьким десертом. В это кафе Санни ни разу не заглядывала, но Тони, похоже, часто бывала здесь. – Сейчас сама всё увидишь, – улыбнулась подруга, когда они сели за столик у окна.       Санни уставилась на улицу, где то и дело сновали туристы, а сама размышляла о своих волосах. Может быть, их стоило оставить распущенными и лишь слегка завить книзу, но так, чтобы это всё не выглядело небрежно. Словно она даже не задумывалась, какой будет её причёска. Ей хотелось, чтобы за её спиной не начинали вновь всю эту завистливую болтовню. Школа только-только перестала обсуждать их с Чедом.       Наверное, отчасти потому, что в последние недели они опять начали общаться. Разговаривали на уроках, когда были в одном классе, болтали во время перемен. Санни даже казалось, что Чед всё ещё неровно дышит к ней, а потому постоянно интересуется её делами и новостями на личном фронте.       Тони в это не верила. Она считала, что этот парень просто не хочет, чтобы Санни была с кем-то другим, потому что он – жалкий собственник. Она уверяла подругу, чтобы та не наступала на одни и те же грабли. А на вопрос Санни, на какие же грабли ей наступать, отмалчивалась и отводила взгляд.       С самого начала сентября Тони нередко посылала подруге недвусмысленные намёки. Подкалывала Санни тем, что она и Реджи постоянно пялились друг на друга. Дошло до того, что Харт начала как бы случайно сталкивать их в коридоре и, внезапно находя дела поважнее, оставлять наедине. Взгляд у неё при этом всегда был какой-то взволнованный.       Вот и сейчас, когда к их столику подошёл официант, подруга, лукаво улыбаясь, то и дело пинала Санни ногой под столом, чтобы та наконец отвернулась от окна. – Привет, – поздоровался знакомый голос. Девушка удивлённо захлопала глазами, резко повернув голову к брюнету. – Что будете заказывать, девчонки? – Американо чёрный с корицей и без сахара для Санни, а мне капучино, тоже без сахара, – спокойно проговорила Тони, видимо, догадавшись, что подруга от удивления не может вымолвить не слова. Реджи кивнул и удалился, а Санни, уставившись ему вслед, спросила: – Ты ведь не пытаешься свести меня с ним? – Что? Нет! Конечно, нет, – ни одна эмоция на лице или в её голосе не выдала ложь Тони, но Санни всё равно ей не верила. – А что, – продолжая улыбаться, добавила блондинка, – он тебе нравится, да? – Возможно, – кивнула Санни, и подруга победоносно вскинула руки вверх. – Только позволь мне самой решать, где и когда я буду с ним видеться. Договорились? – Конечно-конечно, – поспешно заверила рассердившуюся подругу Тони и тут же отвлеклась на оповещение в телефоне. Она засмеялась. – Что там? – Не поверишь, – она продолжала хохотать, протягивая подруге телефон, – Реджи написал мне в директ то же самое.       Санни засмеялась в ответ. Она больше не злилась на Тони. Подруга не желала ей ничего плохого. Да и парень, в общем-то, был неплохим.       Но что же ей делать с Чедом?       Санни задержалась после звонка в классе биологии. Она никуда не спешила, в отличие от своих однокурсников, а потому неторопливо складывала в сумку учебники, размышляя о предстоящей контрольной по алгебре. Выходя из кабинета, девушка продолжала прикидывать возможные варианты заданий и совершенно не обращала внимание на посторонние шумы вокруг. Просто шла себе и шла.       Несколько раз кто-то позвал её по имени. Она обернулась на ходу и встретилась взглядом с Чедом, который ускорил шаг в попытке нагнать подругу. – Привет, – поздоровался он и вместе с Санни двинулся к выходу. Девушка лишь поджала губы в ответ. Не было никакого желания поддерживать разговор. – Всё в порядке? – заботливо спросил парень. – Да, – как можно энергичнее закивала брюнетка. Не хватало ещё, чтобы он начал расспрашивать у неё, что не так. Ему она не сможет солгать. – Просто... думаю о завтрашнем тесте по математике, – быстро нашлась Санни и, страшно довольная собой, улыбнулась. Теоретически, это правда. – Если хочешь, можем сегодня позаниматься у меня, как раньше, – сказал парень, и Санни стало ясно, что это просто дружеское приглашение, но от этого нисколько не легче.       Чед ничего такого не хотел, однако своими словами он воскресил в памяти девушки то, что она предпочла бы не вспоминать. Они часто готовились вместе и большую часть времени целовались, а не закрепляли знания. Санни зажмурилась, пытаясь отогнать воспоминания о тех вечерах прочь. Она давно должна была смириться с тем, что они расстались, но когда этот блондин вечно крутится рядом с тобой и постоянно даёт о себе знать, да ещё и приглашает к себе домой после уроков – сделать это было почти нереально. – Послушай, Чед, – она хмуро оглядела парковку. Ещё не хватало, чтобы её слова услышал какой-нибудь болтливый школьник и все снова начали судачить у неё за спиной. В радиусе десяти метров никого не было, и девушка продолжила. – Слушай, я не думаю, что это хорошая идея. Не стану скрывать, хотя ты и считаешь меня просто подругой, я не могу сказать того же о себе. Я всё ещё не научилась относиться к тебе... не так, как раньше. Поэтому... нам пока не следует оставаться наедине друг с другом. Прости... – она попятилась обратно к школе, избегая смотреть парню в глаза. В его чудесные голубые глаза. Нет. Она не станет заглядывать в них, даже для того, чтобы узнать реакцию Чеда на её слова. – Д-да, возможно, ты п-права, – немного заикаясь, согласился парень. – Только я тоже... – Санни! Вот ты где! – к ним на кабриолете подъехала Тони и, весело улыбнувшись, призывно похлопала ладошкой по пассажирскому сиденью. Брюнетка быстренько обошла машину и с лёгкостью запрыгнула на своё место. – Пока, Чедди! – как можно беспечнее прокричала на прощание девушка, даже не смотря на блондина, так и оставшегося стоять и смотреть им вслед. Она не знала, что собирался сказать ей Купер, боялась услышать что-то неприятное, потому и обрадовалась приезду Тони. – А знаешь, – спустя несколько минут молчаливой езды произнесла Санни, – я сегодня же позову Реджи в кино. Как думаешь, он согласится? – Ну ещё бы, – ухмыльнулась Тони и, нацепив на глаза солнцезащитные очки в розовой оправе, сильнее надавила на педаль газа.       Санни не солгала. Она набрала ему короткое приветственное сообщение в «iMessege» сразу же по приезду домой. Брюнетка с нетерпением ждала его ответа и весь день то и дело поглядывала на свой телефон. Она пыталась подготовить своё домашнее задание, но никак не могла заставить себя сосредоточиться на дурацкой геометрии. К семи вечера девушка бросила эту затею. Видимо, сегодня он очень занят, решила она и расстроилась, убирая молчавший телефон в карман.       Она сидела на диване перед телевизором и вместе с мамой смотрела предыдущий выпуск «Топ-модель по-американски». Точнее, делала вид, что смотрит. Спроси её, о чём говорила Тайра минуту назад, она бы кивнула и рассеянно улыбнулась в ответ.       К восьми часам Санни уже начала думать, что парень просто игнорировал её сообщение. К девяти она окончательно в это уверовала и, пожелав маме спокойной ночи, в расстроенных чувствах ушла в свою комнату, так и не досмотрев новую серию.       В половину десятого он всё же написал.       Парень извинялся, что не ответил раньше. Объяснял это тем, что на работе телефон разрядился, а он, как назло, забыл зарядку дома. Разумеется, Санни ему поверила, но... За весь день вся её решимость успела куда-то улетучиться, и она так и не пригласила Реджи в кино. Они немного попереписывались перед сном и на словах «доброй ночи» завершили свой разговор.       Надо ли говорить, что утреннюю контрольную, к которой она так и не смогла подготовиться, Санни завалила? Она, конечно же, попыталась выжать из своих знаний всё возможное, однако этого хватило лишь на «три с плюсом». Слабовато даже для обычного школьника, а уж для поступления в колледж – тем более.       Поставив на себе крест, она так и не написала Реджи больше ничего. Вместо этого девушка вплотную стала заниматься геометрией, и в четверг на следующей проверочной вытянула свою работу на «четвёрку», что, в общем-то, было неплохо.       Недовольная выбором подруги Тони не стала промывать ей мозги, прекрасно понимая, что это было бесполезно. Однако, несмотря на данное в субботу обещание, она то и дело пыталась подтолкнуть Реджи и Санни к общению друг с другом. Они ей не сопротивлялись, – как будто это вообще возможно! – но и не проявляли никакой инициативы со своей стороны.       Близился вечер пятницы. В тот день уроки сократили на пять минут, а встречу по поводу субботнего праздника перенесли с шести часов на пять. Ребята, как обычно, сходили домой и вновь вернулись в школу, готовые к усердной работе. Финальный рывок, так сказал бы мистер Николсон-старший.       Сегодня никто не мог позволить себе сидеть и переговариваться друг с другом. Для каждого нашлась работёнка.       Парни перетаскивали задние ряды стульев к правой от сцены стене, а девушки украшали зал по подготовленной Тони концепции. Цветовая гамма осталась неизменной традициям их школы. Голубой и белый.       На входе красовался здоровенный плакат, нарисованный теми двумя девушками – рыжей десятиклассницей Пейдж и её подругой-блондинкой Джилл. Далее гостю, вошедшему в зал, открывался чудесный вид на обрамляющие сцену гирлянды с мерцающими разноцветными лампочками. Вообще, по традиции это был атрибут Рождества, конечно, никто не спорит. Однако от такого обилия голубого цвета у всех присутствующих зарябило бы в глазах, потому Санни и предложила повесить эти гирлянды, а ребята согласились. На стенах висела ещё парочка агитационных плакатов, вроде «Твоя улыбка делает мир ярче», «Мир во всём Мире», «Мир, дружба, жвачка» и прочее, прочее...       Слева от сцены, как и говорил Реджи, стояли пять или шесть столов, принесённых из кафетерия. Каждый из них уже покрывала белоснежная скатерть с причудливыми золотистыми узорами. Там будут стоять напитки с закусками.       Первые ряды подле сцены никто не трогал и пальцем, потому что, когда всё начнётся, людям надо где-то сидеть. Да и в дальнем конце зала было полно свободного места, так что эти ряды никому не мешали.       Гелиевые воздушные шары, разумеется, голубого и синего цветов обещали доставить завтра с утра, чтобы за ночь они не успели потерять свой чудесный вид. Закуски от мамы Челси тоже прибудут только завтра, зато музыка уже вовсю играла, пока двадцать ребят трудились в поте лица.       Тони, разумеется, в основном указывала что и кому делать, а Реджи то и дело сверялся со списком в своих руках, опасаясь, как бы чего не забыть.       И только тогда, когда последние ленточки были подвешены на стены, а актовый зал приобрёл более менее презентабельный вид, все наконец смогли облегчённо выдохнуть. Безусловно, ими была пройдена всего лишь половина пути, а девушкам – и того хуже! – оставалось пройти почти столько же, но... Они не могли не радоваться своим успехам. У них получилось. Реджи даже предложил поаплодировать самим себе, что некоторые и сделали, а затем велел разойтись по домам и хорошенько выспаться перед завтрашним днём.       Но, словно назло ему, Санни никак не могла заснуть.       Сначала она долго лежала без движения. Затем она всё-таки встала и, немного побродив по своей комнате, снова легла на кровать. Опять встала, поменяла подушку и одеяло и вновь легла. Открыла и вскоре закрыла окно... Сон так и не шёл к ней сегодня.       Наконец, в полночь девушка психанула. Схватив с прикроватной тумбочки телефон, она набрала Реджи сообщение, но тот, наверное, уже спал и вновь не ответил ей.       Не зная, чем ещё занять себя, она решила написать «привет» и Чеду. Нажав на отправить, Санни уже горько жалела об этом, но было поздно. Мало того, что её сообщение доставлено, оно сразу же и прочитано, что приятно удивило девушку. Его ответное общение не заставило себя долго ждать.       «Ты не спишь?»       Спустя секунду она написала ответ.       «Нет, просто лежу. Никак не могу уснуть».       «Тоже. Можем пойти прогуляться, если хочешь.»       Санни зависла.       Она хотела пойти. Безумно хотела. Но что-то её останавливало. И нет, это была не её спящая в соседней комнате мама, и не ответственность перед завтрашним праздником. Нет. Это было что-то другое. Возможно, она боялась снова почувствовать ту боль, когда её жалкие надежды на будущие отношения с Чедом вновь упадут с Небес на Землю.       Что ж... значит, так тому и быть.       «Да, давай. У "Смуззи" через полчаса. Попробую улизнуть из дома через балкон».       Его ответ был неприлично коротким.       «О.К».       Кафе «Смуззи» было всего в пяти кварталах от дома Санни, а пешком это минут десять от силы. Куперу добираться до туда было значительно дольше девушки, но он не стал с ней спорить. Зато ему, кстати говоря, было проще неё уйти из дома. Он был парнем, это во-первых. Во-вторых, его родители частенько не находились дома в это время. И в-третьих, у него было больше практики, чем у Санни.       Но девушка не унывала. Она за несколько минут натянула на себя джинсы и любимый свитшот Чеда, который он однажды забыл у неё дома, а она благополучно его прихватизировала. С обувью, конечно, дела обстояли гораздо сложнее. Для того, чтобы взять свои кеды, ей нужно было выйти в коридор, пройти мимо комнаты мамы и постараться вернуться обратно к себе в комнату незамеченной.       Положив на всякий случай телефон и ключи от квартиры в задний карман джинс, она, крадучись, выскользнула в коридор и, как ей казалось, довольно громко скрипя половицами, двинулась ко входной двери. В своей комнате мама зашевелилась, в поисках ночника, висевшего у себя над кроватью. Зажёгся свет.       Понимая, что дело – дрянь, а её никудышный план начинал принимать плачевный для неё оборот, Санни быстро юркнула в кухню и спряталась за столовой тумбой. Благо, мама миновала кухню и, по-видимому, пошаркала в туалет, однако она в любой момент могла появиться здесь, чтобы взять стакан воды или ещё чего-нибудь вкусненького. Нет. В кухне определённо становилось небезопасно.       Прохладный ветерок, подувший с улицы через открытое окно, приятно охладил лицо девушки. И тут она смекнула.       Не до конца понимая и почти не осознавая свои действия, она, как это ни странно, бесшумно распахнула оконную дверь настежь и ступила на пожарную лестницу. И вовремя. В кухне тоже зажёгся свет.       Санни моментально присела вниз и аккуратно вытянула голову, высматривая мать. Та, налив для себя стакан минеральной воды из холодильника, бросила косой взгляд на окно и направилась прямиком к нему.       Девушка испугалась. Сердце застучало сто двадцать ударов в секунду. Почти не дыша, Санни вжалась в стену и молила Господа-Бога, чтобы мама её не заметила. Видимо, Всемогущий услышал её молитвы.       Конни Монро так и не заметила свою сбежавшую дочь, спрятавшуюся в нескольких сантиметрах от неё. Она всего-навсего закрыла кухонное окно и защёлкнула шпингалет, тем самым отрезав Санни путь к отступлению. Свет в кухне погас.       Брюнетка, понимая, что другого выхода нет, печально вздохнула и начала свой спуск вниз по пожарной лестнице прямо в одних носках.       Окей, это неплохое приключение. Одно из тех, которое можно будет рассказать своим внукам в далёком будущем. И из тех, которые помогают извлечь урок для недалёкого будущего.       Отныне в её комнате под кроватью обязательно будут лежать несколько пар обуви как раз для таких случаев. Точка.       До кафе она добралась без каких-либо приключений. Чед долго не мог перестать хохотать, когда девушка, сидя на переднем сидении его любимой тойоты, рассказала ему обо всех своих злоключениях. Санни и сама не смогла сдержать улыбку. Придвинувшись ближе к кондиционеру в машине, она с интересом разглядывала новую вывеску «Смуззи» через лобовое стекло автомобиля. – Я так давно тут не была, – вдруг прошептала девушка и отвернулась. В горле вновь застрял ком, который она с трудом смогла одолеть. – Да, – подтвердил блондин, кивая в знак солидарности, – я тоже.       Они не сказали этого вслух, но оба подумали об одном и том же. Атмосфера в машине стала напряжённой. Именно здесь они решили начать встречаться в ноябре прошлого года. Именно здесь они чаще всего зависали, будучи парой. И именно здесь они и расстались перед самым началом каникул. С того момента прошло уже четыре с половиной месяца. Санни зажмурилась, отгоняя прочь непрошенные слёзы. Чед бросил на неё беглый взгляд, но ничего не сказал. – Поговорим о чём-нибудь? – спросил он и, положив руку на радио приёмник, добавил: – Или послушаем что-нибудь? – Послушаем, – кивнула Санни и приобняла себя за плечи. – Хэй! – притворно возмутился Чед. – Это же мой свитер! – Ха! Уже нет!       Парень нашёл способ избавиться от неловкости, за что Санни и была ему благодарна. Теперь они просто друзья, и ей незачем даже вспоминать о прошлом. Они оба немного повеселели. Девушка согрелась, от чего её вдруг начало клонить в сон. Откинувшись на спинку кресла, она закрыла глаза и, кажется, задремала, положив правую руку себе под голову. Заметив это, Чед убавил громкость музыки и последовал примеру подруги.       Ему не сразу удалось заснуть. Он не мог перестать смотреть на спящую Санни, слишком боялся, что ему больше никогда не выпадет такой возможности. Она негромко посапывала и даже заулыбалась во сне, когда Чед, не удержавшись, кончиками пальцев дотронулся до её лица. Он взял девушку за руку и погрузился в слабую дрёму.       Единственный фонарь, слабо освещавший улицу, погас, а диктор на радио бодро пожелал всем своим слушателям доброго утра. Сейчас четыре тридцать. Санни резко распахнула глаза и улыбнулась, увидев Чеда на переднем сидении. Значит, это был не сон, и вчера ночью она вправду ускользнула из дома. – Боже мой! – вдруг закричала девушка. Теперь она проснулась окончательно, а заодно разбудила своим криком и Чеда. – Что такое? – сонно пробормотала парень и зевнул, прикрывая рот рукой. Он, видимо, не до конца понимал, где находится и какой сейчас год. – Я должна быть дома до того, как моя мама проснётся. Пожалуйста, Чед, – она потрепала блондина за плечо, чтобы он наконец пришёл в себя, – подвези меня. – Ла-адно, – всё ещё продолжая зевать, парень потянулся и, повернув ключ зажигания, выехал с парковки. Через несколько минут он уже припарковался у подъезда Санни. – Сделано, босс. – Чедди, – пролепетала Санни, открывая автомобильную дверцу, – ты чудо! – неожиданно даже для себя она чмокнула парня в щёку в знак благодарности и выскочила на улицу.       Взбираясь по пожарной лестнице, девушка искренне надеялась, что ночью мама всё же открыла кухонное окно вновь. И – о, чудо! – ей опять повезло.       Санни, крадучись, прошла через всю кухню, уже предвкушая долгожданный сон в своей кровати. Стоило ей выйти в коридор, как дверь в маминой комнаты открылась. Конни стояла в проёме и лукаво улыбалась дочери.       «Господи-Боже,» – брюнетка воззвала глазами к небу. – Как прогулка? – Норма-ально, – зевая, ответила Санни и потупила взгляд. Не зная чего ожидать от мамы в этот момент, девушка нахмурила и отчаянно пытылась держать глаза открытыми, чтобы не уснуть прямо здесь. – Ладно уж, – миссис Монро тяжело вздохнула. – Зови своего Ромео, пойду постелю ему в гостиной. Поговорим завтра утром.       Громко топая, Конни удалилась в гостиную, а Санни тут же бросилась в свою комнату. Достав из кармана телефон, она быстро написала Чеду.       «Ты не уехал?»       «Нет ещё».       «Мама застелила для тебя диван...»       Парень не ответил. Через несколько минут, когда Санни переоделась в шорты и футболку и уже легла под одеяло, в дверь позвонили. Конни всегда нравился Чед, что, кстати, было взаимно. Они могли часами болтать друг с другом. Вот и сейчас Санни слышала, как эти двое о чём-то весело переговариваются между собой в гостиной. Она хотела подняться с кровати и присоединиться к ним, но чувствовала такую сильную усталость, что даже рукой пошевелить не могла. Разговор внезапно затих, и Санни не заметила, как уснула.       Мама разбудила её и Чеда в десять. Она уже приготовила для них яичницу на завтрак и сварила свой фирменный кофе. Сидя за столом, Санни стыдливо опустила голову, избегая смотреть матери в глаза. Судя по виноватому взгляду Чеда, парень тоже испытывал угрызения совести.       Они оба боялись гнева миссис Монро и уже приготовились к самому худшему, когда Конни наконец заговорила. Однако она не злилась. Монро немного сердилась на свою дочь за её безответственность и взяла с них обоих обещание, что больше такого не повторится. Разумеется, и Санни, и Чед тут же закивали ей в ответ. Конни сделала вид, что поверила им, а сама то и дело лукаво улыбалась, глядя на провинившихся. Ей ли не знать, что в восемнадцать лет никто бывает дома ночам.       В половину двенадцатого Чед уехал к себе домой, а Санни отправилась в свою комнату готовиться к сегодняшнему вечеру. Она до сих пор не верила, что двадцать восьмое октября уже наступило.       Девушка приняла душ. Вымыла и высушила волосы феном. Надела то самое платье, купленное под чутким руководством Тони. И зависла, кусая губы. Что делать с волосами? По-хорошему, надо было записаться на приём в салон красоты, чтобы ей сделали причёску, но у неё совершенно вылетело это из головы. Пришлось просить маму. Конни бережно завила дочери волосы и даже помогла сделать подходящий макияж. Получилось не слишком броско, но и не слишком незаметно. Поблагодарив мать, Санни предложила и ей пойти на этот благотворительный вечер. Она отказалась, аргументируя свой ответ тем, что а) она довольно часто бывала на таких вечерах во времена своей молодости и б) она не хотела, чтобы дочь в её присутствии смущалась и отказывала себе в каких-либо удовольствиях. Единственное, что попросила Конни, это сильно не напиваться. Санни заверила мать, что на празднике алкоголя не будет и что руководство школы такое не одобрило бы. Конни закатила глаза и прошептала на ухо дочери: – Когда это кого-то останавливало?       Санни немного нахмурилась, но перечить не стала. Действительно, среди парней из школьной футбольной команды обязательно найдётся какой-нибудь умник, который сумеет протащить алкоголь в зал. Да и учителей в школе будет не так много, им ничего не сделается.       Тони, пообещавшая заехать за подругой, в четыре часа дня написала, что не сможет этого сделать. Санни подозревала, что Тони просто не хотела оставаться трезвой сегодня, а потому и отказалась быть за рулём. Девушка, ни капли не расстроившись, хотела отправиться в школу пешком, – идти недолго, да и она не на каблуках, – но мама, всё так же лукаво улыбаясь, предложила ей поговорить об этом с Чедом.       Санни нехотя написала ему смс, да и то только потому, что Конни никак от неё не отставала.       «Ты на машине сегодня?»       «Думаю, да. Тебя подвезти?»       «Если тебе не трудно».       Санни не хотела признаваться самой себе, что отзывчивость парня на самом деле тронула её. Она снова мгновенно представила, как парень берёт её за руку, по обыкновению целует в щёку и ведёт на прогулку куда-нибудь в парк.       «Было бы славно,» – подумала про себя девушка и грустно вздохнула.       Конни узнала об их с Чедом расставании одной из первых, но никогда особо не верила, что это в серьёз. Иначе она ни за что не отреагировала бы так спокойно на побег её дочери из дома. Если бы на месте Чеда оказался любой другой парень, миссис Монро посадила бы дочь под домашний арест как минимум на месяц. Она считала его хорошим мальчиком, а сегодня за завтраком и вовсе поняла, что он все ещё любит Санни. В его взгляде это читалось. Впрочем, как и читается во взгляде самой Санни. Только она никак не хочет себе в этом признаться.       В пять часов в дверь позвонили, Конни, сидевшая вместе с Санни на диване, тут же бросилась её открывать. Парень вновь вежливо поздоровался с миссис Монро и спросил о её здоровье, пока устало вздыхающая Санни надевала балетки. Она схватила блондина за руку и, коротко помахав матери на прощание, быстро потащила его к лестнице. Ей не хотелось, чтобы мать питала какие-то надежды на возвращение их отношений. – До свидания, Конни, – самодовольно улыбаясь, на ходу произнёс парень. – Пока-пока, – попрощалась Конни, закрывая за детьми дверь. – Какой хороший мальчик, – негромко сказала она. – Слышала? – спросил Чед, продолжая ухмыляться. – Я – хороший мальчик.       Санни закатила глаза.       В машине она достала из своей маленькой белой сумочки телефон и увидела одно новое сообщение. Это был Реджи. Извинялся за то, что снова опоздал с ответом, был очень занят. Санни решила проигнорировать его вопрос о том, как у неё дела.       Чед несколько раз пытался разговорить подругу, но у него это плохо получалось. – Что-то случилось? – в который раз спросил парень, когда автомобиль завернул на школьную парковку. – Просто скажи правду, и я отстану. – Не хочу портить нам обоим настроение, – буркнула девушка и попыталась выбраться из машины, когда они остановились. Чед заблокировал двери и с невозмутимым видом встретил её грозный взгляд. – Просто скажи мне. – Всё то же самое, что и в понедельник, – тихо произнесла Санни. – Мне трудно относиться к тебе, как к другу. А наше с тобой общение даёт моей маме ложную, надежду, понимаешь? – Постой, – он нахмурился, – но ведь в конце августа ты сама мне сказала, что нам лучше остаться друзьями. Если ты так не считала, зачем тогда говорила? – Мне просто хотелось опередить тебя... – В смысле? – не понял Чед. – Да брось, – Санни снова закатила глаза, стараясь не выглядеть перед ним слишком жалкой. – Ты хотел сказать мне, что больше не хочешь со мной встречаться, а я решила опередить тебя. – Погоди, погоди. То есть, ты хотела? – Уже неважно, – она приложила руку ко лбу. От переизбытка откровений у неё разболелась голова. – Выпусти меня, пожалуйста, – попросила Санни, избегая смотреть на Чеда.       Парень, видимо, собирался сказать ей что-то ещё, но потом передумал. Он первым вышел из машины и открыл перед девушкой дверь. До актового зала они шли молча, а затем и вовсе разбежались. Санни увидела блондинистую головку Тони в окружении подруг, а Чед двинулся к своим друзьям. Находясь в их компании, он в основном молчал. Ему нужно было переварить услышанное.       Если бы он тогда не замялся... если бы он сказал то, что собирался сказать... Они просто друг друга неправильно поняли. Она решила уйти с гордо поднятой головой, а он отпустил её.       Почему они просто не сели и не поговорили по душам раньше? Сейчас они могли бы быть вместе... Они должны быть вместе... и будут.       Он вернёт её.       Санни старалась не думать о разговоре в машине Чеда. Она смеялась над шутками подруг, слушала монолог Тони о походе в маникюрный салон, но всё равно то и дело оглядывала зал в поисках парня. Ей не хотелось, чтобы он возомнил о себе чёрт знает что. Подумает ещё, что Санни ведёт себя, как одна из тех жалких девчонок, убивающихся из-за парня. Ей хотелось, чтобы Чед заметил, как она веселится. Чтобы он не воображал себе, что целыми днями она только о нём и думает.       Расскажи она Тони о своих переживаниях, подруга бы посоветовала найти себе кого-нибудь на одну ночь и забыть уже о своём Купере. До чего же она его не любила...       Но Монро решила ничего не говорить лучшей подруге. Как-нибудь в другой раз. Возможно, завтра, иди в следующую субботу... или никогда.       Время до аукциона летело неумолимо быстро.       В один момент Санни, попивая из своего стакана пунш, стояла с подругами и веселилась, а в другой – на сцене в окружении ещё шестнадцати девушек. Все поголовно волновались перед выходом на сцену. Номер самой Санни – десять. Чуть больше половины участниц будут перед нею. Тони не повезло больше. Она – самая последняя в списке. Конечно, кто-нибудь другой на её месте, волновался бы за то, что все красивые парни уже будут заняты, и ей достанется какой-нибудь ботан. Кто-нибудь другой, неуверенный в себе и в своей красоте, но только не Тони. Эта девушка переживала только за блеск любимой помады на её губах. Она то и дело поглядывала в своё любимое зеркальце с позолотой и поправляла макияж.       Челси Александр, Пейдж Андерсон и Салли Бейкер уже вышли на сцену. Санни силилась услышать хотя бы что-то, но от волнения её сердце билось чрезвычайно быстро, и его стук эхом отдавался в ушах. Она даже не поняла, когда ведущий аукциона Реджи позвал следующих девушек. И вот уже Ханна Белфорд, Сэм Браун и Виктория Льюис спустились в зал к своим, с позволения сказать, покупателям. Следующими были Хейден МакДональд, Джил МакКинли и Элизабет Мастерсон. Стоило им уйти, как Санни вдруг охватил небывалый ужас. Она и сама толком не понимала, чего именно боится. Девушка уже собралась бежать, как вдруг Реджи назвал её имя.       И почему-то сердце девушки перестало лихо стучать, заглушая звуки внешнего мира.       Санни, улыбаясь, вышла на сцену в сопровождении своей блондинистой одноклассницы Лили Роук и новенькой девочкой из десятого Кортни Сантьяго. По алфавиту Санни шла первее, потому Реджи и начал с неё. Девушка старалась не смотреть в зал и вслушиваться в слова своего друга, улыбаясь при этом, как ненормальная. – Номер десять обворожительная Санни Монро. Преданный друг, отличный товарищ, ответственная девушка и просто очень хороший человек, – перечислял брюнет, с улыбкой поглядывая в зал. – Итак, кто даст двадцать долларов за свидание с этой прекрасной особой?       Какой-то незнакомый парень поднял руку.       Затем, к огромному удивлению Санни, вверх взлетела рука Нико. Они с Грейди сидели в первом ряду и улыбались своей подруге. Девушка хотела было помахать им рукой, но вовремя опомнилась. А Реджи всё продолжал.       Брюнет всё повышал ставку, и Нико раз за разом поднимал руку, не обращая внимания на остальных парней. Санни нахмурилась, искренне не понимая, зачем её друг это делает. Серьёзно, ему незачем тратить свои сбережения, они ведь итак постоянно ходят всей компанией в кино и в луна-парки. Из задумчивости её вывел короткий звон. Реджи нажал на серебряный звонок на своей стойке и улыбаясь, прокричал: – Продано за семьдесят пять долларов господину Харрису.       Нико помахал подруге и, поднявшись со своего места, взял её за руку, помогая спуститься со сцены. – Номер одиннадцать – очаровательная Лили Роук. Лили любит играть на гитаре. – У меня для тебя сюрприз, – быстро прошептал Нико, уводя брюнетку подальше от сцены. Он, продолжая улыбаться, проводил её до выхода из зала и остановился. – Иди, – кивнул он. – Сама всё поймёшь. – Что там? – Санни подозрительно прищурилась. – Если это опять ваши с Грейди шуточки, клянусь, я... – Это не шуточки, – поспешно успокоил её парень. – Тогда что это? – Скажем так, – произнёс Нико, пятясь назад, – твой счастливый билет.       Девушка немного потопталась в нерешительности и все же шагнул за порог. В коридоре было темно и безлюдно, и она уже собралась вернуться обратно в актовый зал, чтобы устроить этим двум приколистам разнос, как вдруг... – Санни, – произнёс до боли знакомый голос. Сердце девушки замерло.       Она повернулась. Чед сидел на ступенях лестницы и разглядывал что-то в своих руках. Санни неторопливо подошла к нему и остановилась, не решаясь сесть рядом. Тогда парень встал и, заглянув в её карие глаза, произнёс: – Если я когда-нибудь вновь заставлю тебя усомниться в моих чувствах, возьми вот это, – он вложил небольшой овальный камешек ей в руку, – и посильнее ударь меня им по лицу. – Я не понимаю... – Зато я пойму, – кивнул он и, не дав девушке вымолвить хотя бы слово, притянул её к себе. – Я не хочу быть для тебя просто другом. Никогда не хотел. – Тогда почему ты не остановил меня тогда? – срывающимся голосом спросила Санни. – Потому что думал, что ты этого не хочешь. – Дурак, – только и успела вымолвить Санни.       Чед накрыл её губы своими.       Они вернулись в зал, держась за руки. Чед так и ни разу не отпустил подругу дольше, чем на пару секунд. Они встали позади всех, наблюдая, как Грейс Фостер спускается со сцены. Купер приобнял Санни за талию и так и не выпускал. – Итак, последняя в топе, но не последняя в нашем хит-параде, – попытался пошутить Реджи, явно ожидая хоть какой-то реакции. Однако никто так и не понял сего прикола, поэтому он просто продолжил, ни капли не расстроившись. – Непревзойдённая Тони Харт. Эта девушка сводит с ума своей улыбкой и ослепляет своей красотой. Мы все знаем её, как самую модную старшеклассницу школы, но слышали ли вы когда-нибудь о её организаторском таланте? – О да, – шепнула Санни, глядя на Тони, улыбающуюся ей со сцены, – раз по двести на дню.       Парень понимающе хмыкнул. – И чтобы вы понимали, – продолжал Реджи, – все декорации, их местоположение и цвет придумала вот эта особа. Итак, начальная цена за свидание с этой блондиночкой – двадцать пять долларов. Кто даст тридцать? – Кстати, а зачем ты потратил столько денег? – с неподдельным интересом спросила девушка, переведя взгляд со сцены. – В смысле, если бы ты позвал меня, я бы и так согласилась, не понимаю, зачем... – Санни, – прервал её Чед. – Во-первых, это было эффектно. Видела бы ты своё лицо, когда Нико всё продолжал повышать ставку, – он улыбнулся и щёлкнул девушку по кончику носа. – Ты так удивилась. – А во-вторых? – Я не хотел, чтобы ты пошла на свидание с кем-то другим, – уже более серьёзно произнёс Чед, и Санни самодовольно улыбнулась. – Как на счёт ужина в «Смуззи»? – спросила девушка, как только Реджи официально объявил окончание аукциона. – Можно, – кивнул блондин, – но сперва... – Он протянул Санни руку. – Потанцуем?       И как по волшебству в этот момент в зале заиграла медленная музыка. – Продано! – весело ответила девушка, следуя за Чедом.
Примечания:
*Ченни - название пары Чед/Санни по канону.
Отношение автора к критике:
Приветствую критику в любой форме, укажите все недостатки моих работ.
Это обалденно! Я счастлив,как фанат данного шиппа. Автор великолепен,спасибо за такой чудесный фанфик.
Реклама:
Реклама:

© 2009-2020 Книга Фанфиков
support@ficbook.net

Реклама: