Маленькая повесть о маленьком вороне

~ Глава 4. Вороны не сдаются ~

      Благодаря тому, что я научилась летать, прошлые тревоги словно бесследно исчезли. Было так хорошо парить в воздухе, ни о чем не думая. Летать было уже совсем несложно, все получалось достаточно легко. Сперва адреналин бил громким сердцебиением по вискам, но потом, когда я буквально приняла свою новую сущность, я поняла, как это потрясающе бросаться вниз, прижав к телу крылья, а потом тормозить, расправляя их и снова взлетая ввысь.       Небо начали заволакивать серые кучевые облака, а в воздухе запахло дождем. А ведь такая хорошая погода была, однако теперь нас ждала серая и унылая. Чтобы избежать неприятных последствий, я поторопилась вернуться к Итачи-сану. Промокнуть совсем не хотелось.       Я немного покружила над головой Учихи и потом приземлилась около него. Я снова посмотрела на небо: похоже, дождь и впрямь польет. Сейчас я уже начинала немного вспоминать, что должно случиться в будущем и что успело произойти до этого момента.       Треххвостого уже поймали, а Саске убил Орочимару. Он же убил Змея до того, как Итачи и Кисаме схватили Четыреххвостого, да? Вроде так. Это значило, что Дейдара с Тоби будут искать Саске, после чего не за горами была битва братьев Учиха. Ками-сама, получается, у меня так мало времени осталось!       Думайте, птичьи мозги. Думайте, что же можно было бы предпринять, будучи вороном…       Дурацкие птичьи мозги! Я ведь даже говорить не могла… Хм, говорить… Точно! Я же могла писать! Но везде одна трава, не было ни одного кусочка голой земли. А нет, вон в десятке метров виднелся маленький участок.       Я быстро добежала до леса, нашла отвалившуюся от дерева веточку и полетела к тому куску земли. Перехватив поудобнее в клюве свой «карандаш», я приступила к главному: «Итачи-сан, тебе не надо одному нести это бремя. Не сражайся с Саске, расскажи ему все. Он сможет понятькогда-нибудь обязательно поймет. Иначе ты будешь сожалеть об этом после смерти, не имея возможности ничего исправить». Фух, закончила. Я отбросила веточку и отошла на пару шажков.       Ни черта же не понятно!       Вместо нормальных иероглифов были только какие-то каракули! Так дело не пойдет. Стереть все немедленно! Я запрыгала по своим художествам, которые больше походили на тексты для призыва Короля Ада, а потом «подмела» хвостом, чтобы разгладить разрыхленную землю.       Следовало бы придумать что-то маленькое, чтобы написать большим шрифтом. Но что? Мг.       Неожиданно я услышала шаги. Это пришел Кисаме с пойманным джинчурики Четырххвестого и сейчас направлялся к Итачи. Бедный старик. Было больно смотреть на покалеченного человека, который небрежно висел на мече Хошигаки. Такое обращение к старшим недопустимо. Чертовы Акацуки. Мало кто достоин из них остаться в живых.       Итачи также увидел своего напарника и поднялся. Я же поспешила к нему и встала рядом с ним.       – Это что, тот самый ворон? – поинтересовался Кисаме и усмехнулся.       Он скинул на землю джинчурики и закрепил свой меч за спиной.       – Грух-кру-грух! – закричала я и подбежала к бедному старику, потом повернула голову к Кисаме и добавила: – Ток-ток-ток!       На самом деле я пыталась сказать: «Какого черта ты творишь, синекожий! Старших уважать надо!» – но сойдет и так, как получилось.       – Он следовал за мной от места сражения, – рассказал Итачи.       – Вот как, хех. А он, я смотрю, бойкий. Как закричал-то, когда я бросил на землю этого джинчурики. Жалеет его что ли?       – Кто знает, – ответил Учиха и вновь перевел на меня внимательный взгляд, как будто пытаясь прочесть меня и понять причину моих действий.       Итачи активировал шаринган и посмотрел на меня. Я повернулась к нему и удивленно склонила голову. Мне даже любопытно стало, если он попытается использовать на мне гендзюцу или еще что, то сработает ли оно на мне. Было бы хорошо, если бы у меня был шанс поговорить с ним, пусть даже в иллюзорном мире. Но… ничего не происходило. Не получилось или Итачи даже ничего не пробовал? Мг, ну и ладно.       Я повернулась обратно к старику и пристроилась возле него. Джинчурики выглядел совсем неважно, а я ничего не могла сделать. Ужасно.       – Что такое, Итачи-сан? – спросил Кисаме.       – Ничего, – ответил Учиха и отвернувшись от меня, посмотрел наверх.       Небо уже совсем заволокло черно-серыми облаками, которые угрожающе нависали над нами. Выглядело это весьма устрашающе, к тому же еще и ветер стал подниматься.       Кисаме тоже посмотрел на небо и сказал:       – Хм, кажется будет дождь.       – Скорее шторм, – не согласился с ним Учиха.       И сразу после его слов на землю стали падать капли одна за другой, а через несколько секунд пошел настоящий ливень. Я как можно сильнее вжалась в старика, чтобы меня меньше заливало. Еще несколько секунд, и сильный ветер загудел, а косой дождь залил меня полностью. Чтоб их… Холодно к тому же стало.       – Пойдем, укроемся где-нибудь… – произнес Кисаме, доставая из-за спины свой меч. – Дождь холодный.       Ох, я всеми своими крылья поддерживаю эту идею!       – Кар!       – Идем, – сказал Итачи.       Неожиданно Кисаме занес надо мной меч. От меня что, решили избавиться?! Без какого-либо сигнала или предупреждения? Рано мне умирать, синекожий. Я так просто не сдамся!       – Грух-кру-кру! – угрожающее закричала я, подпрыгивая и отлетая от меча. – Кар! Ток-ток!       Вороны так просто не сдаются!