Над облаками

POV Рия Не знаю, что обиднее: то, что он использует меня как женщину, падшую женщину, или то, что относится ко мне тоже подобным образом. Закрываю за ним дверь и начинаю собирать вещи. Моя работа здесь по-любому окончена, что деловая часть, что интимная. Звоню Трис уже из такси, мы разговариваем всю дорогу. Говорю, что я приняла решение уйти от Макса. — Рия, ты чего? Он же любит тебя. — Любит? Скорее он любит то, что я так искусно преподносила. Но думаю он даже не знает, кто я на самом деле. — А кто, по-твоему, знает? Твой Эрик? Детка, прости конечно, но он тот ещё тиран. Не разрушай семью из-за него. — Трис, как ты не понимаешь. Если не я, то он скажет, как только откажусь ублажать его! — я, блядь, в отчаянии. — Думаю, он блефует, — говорит подруга. — Сама подумай, зачем ему это — Макс же друг его папаши, и как, по-твоему, они отреагируют? Будет скандал. — Да, в этом есть смысл, — и я решаю подождать. На следующий день звоню Донне и сообщаю, что не вернусь на работу. Тем более что муж воспринимает эту новость с радостью. Он уверен, что я слишком ленива. Говорю же, Макс не знает меня. Проходит ещё неделя, от Эрика, слава богу, тоже нет новостей. Дышу спокойно, если можно так сказать. То, что я в по уши влюблена в этого гада, сомнений нет. Только возражения есть. Как я так вляпалась? Каждый день ловлю себя на мысли, что хочу послать всё к чертям собачьим и уехать домой, но что-то держит меня здесь, или кто-то. Макс сегодня звонит и сообщает о вечеринке у друга, я должна сопровождать его, и всё бы хорошо, да только этим другом оказывается мистер Стилс. Я могу отказаться, но аргументировать никак не получится — я и так избегаю с ним совместные выходы в свет и интима. Боюсь, он догадается, что-что, а дураком Макса не назовёшь. К вечеру я готова: на мне синее платье чуть выше колена с неглубоким декольте. Помню комментарии мужа, мол, скромнее даже жены священников не надевают. Обувь на высоком каблуке, и волосы распушены. Никакого яркого макияжа — хочу быть незаметной, а то мне кажется, что куда бы я не шла, все вокруг знают о моей измене. Оказывается, его дом тоже на побережье, правда, в нескольких километрах от нашего. И какого чёрта Эрик пробегал каждое утро в такую даль? Кто его знает, чёртов засранец. Кстати о нём, стоит весь такой красивый, в костюме, разговаривает с пожилой парочкой, он настолько завораживает меня, что взгляд не могу оторвать, похоже, он чувствует, как на него пялятся и смотрит прямо на меня. Не просто, а как в тот первый день — взглядом хищного зверя. Голодного хищного зверя. Потом просто отворачивается, и на этом всё. Весь вечер флиртует с девушками, самоуверенный, а почему же нет? Он молод, красив и умён. И, естественно, такая как я, ему ни к чему. Только вот почему-то я от ревности сгораю. А ведь Макс то и дело уделяет знаки внимания одной блондинистой особе, а мне так всё равно. Когда Эрик обнимает одну из своих дам и идёт в дом, я понимаю, что мне нужно что-то покрепче шампанского. Решаю пойти на кухню и взять. В конце концов, не зря же я была его подстилкой, пусть хотя бы выпить я заслужила право. Как оказывается, если в тебе полбутылки шампанского, надо сперва в ванную, а потом, если ты в чужом доме, ещё постараться найти кухню и не заблудиться. Вот, например, комната, дверь в которую я открываю, оказывается кабинетом, но это не страшно, а вот Эрик, вбивающийся в блондинку — действительно страшная картина, мне бы уйти, убежать, да не могу: смотрю как зачарованная, и больно, и обидно, но так возбуждающе. Должно быть, сказывается моё недельное воздержание, потому я невольно облизываюсь как раз в тот момент, когда он поворачивается ко мне. — Рия, или присоединяйся, или закрой дверь. «Сука, ненавижу» — мои мысли, пока ухожу прочь. Я не спешу, за мной никто не гонится, кухня оказывается довольно-таки большой и безлюдной, весь персонал на обслуживании гостей у бассейна. Пока ищу алкоголь, не замечаю, как он заходит и запирает дверь. — Почему отказалась от предложения? — от неожиданности я аж подпрыгиваю. — Ты совсем идиот? Или притворяешься? — Следи за словами, детка, — от игривого он становится строгим. — Если не буду? Скажешь Максу, что трахал меня? Как и всех баб на этой гребаной вечеринке? — с каждым его шагом я всё больше ненависти чувствую. — Ты ревнуешь? — теперь он точно издевается. — Не смей приближаться ко мне, ты только что трогал её, боже мой, да ты только что… — мне даже не хочется произносить это в слух. Но Эрику, похоже, всё равно — он прижимает меня к раковине. — Теперь понимаешь, что чувствую я? — я правда пытаюсь понять, когда он резко поворачивает меня лицом к окну, теперь я вижу вечеринку и всех гостей как на ладони. Эрик шепчет мне в ухо, пока пытаюсь вырваться из его хватки. — Вон твой муж, Рия. Теперь я буду тебя трахать, пока он флиртует с кем попало. — Эрик, не надо! — я не знаю, что мне больше противно: то, что он только что был в другой или то, что мой муж за стеклом? А может факт того, что мне чертовски хочется его прикосновений. Всего, что он может дать. Он поднимает мне платье и упирается членом между бёдер. — Пожалуйста, ты достаточно унизил меня. — Не делай резких движений, может никто и не заметит меня за тобой, — я пытаюсь убрать с себя его руки, но всё тщетно. Он начинает медленно входить, а я закрываю глаза от восторга. Боже, как я хочу его. Но здравый смысл снова возвращается. — Не хочу после неё. — Я был в резине и помылся. Нечего больше не могу сказать. И остановиться тоже, — в резине, так в резине. Вот так он начинает меня трахать, пока я наблюдаю за гостями, частично за мужем. Даже не знаю, как я могу, но наслаждаюсь его близостью так как никогда раньше, он груб больше обычного, вернее, его движения отчаянные. Я кончаю снова и снова. Кажется, четвёртый раз с ним. Но он не отстраняется. — Я не кончил с ней, ни с одной из них, с тех пор как попробовал тебя! — я хочу что-то сказать, когда он добавляет. — Прости, что сломал твою жизнь. - В этот момент я понимаю, о чём он. И я не знаю, что я чувствую. Просто поворачиваюсь к нему и влепляю пощечину. Хорошую пощечину. После того, как привожу себя в порядок, сообщаю мужу, что нам пора. Когда он пытается отговаривать меня, сообщаю, что есть разговор. Хочу первая ему сказать. Теперь, когда знаю, что Эрик отправил запись. Всю дорогу думаю, как скажу, а все оказывается просто. — Макс, хочу развода. — Чего? — он смотрит на меня офигевшим взглядом. — Хочу развода, я изменила тебе, — а дальше я жалею, что не сказала это в телефон с другого конца света. Он влепляет мне пощечину. И, к сожалению, это не всё. Когда мой муж заканчивает со мной, я прихожу в себя не сразу. Не знаю, как добираюсь до телефона, всё тело болит. И осознание того, что тебя избил и изнасиловал собственный муж, просто убивает. Не знаю куда звонить. В скорую? И что сказать? Или в милицию? И что там сказать? Лежу с телефоном, когда слышу шаги. Думаю, мне конец, да, если честно, всё равно. Но когда в комнату вбегает он и замирает, глядя на меня, я понимаю, что хотя бы этот бой я выиграла, пусть даже такой ценой. Такого взгляда я ещё не видела. Там всё: безумие, боль, сожаление и ещё много чего. Он садится на колени рядом со мной, хочет коснутся, но я отстраняюсь, сразу же чувствуя острую боль во всем теле. От звука моего приглушенного стона, он на секунду закрывает глаза. — Я убью его, — говорит он низким, хриплым голосом. — Надеюсь, ты добился, чего хотел. - Хочу звучать спокойной, но, блядь, голос дрожит, а от осознания того, что твой любимый мужчина рядом, но не успел во время, и вообще заварил эту кашу, хочется заснуть и не проснуться. — Уходи, Эрик. Я серьёзно. Просто уходи! — закрываю глаза, мне почему-то стыдно от осознания того, что я полуголая. — Ты пойдёшь со мной. — Да? И куда же? Сдашь меня в бордель? Или сделаешь своей личной наложницей? Убирайся из моего дома, сейчас может мой муж вернуться, — если умный — не вернётся, прикончу суку, теперь нет чувства вины, я отплатила. Но он, естественно, не уходит, держит меня крепко и нежно одновременно, сажает себе на колени, и я впервые чувствую, что свободна. От всего: от мужа, от запретных отношений, от постоянного давления высшего общества. Эрик помогает забрать самое необходимое и сажает меня в своё Volvo, пока мы едем, даже не знаю, зачем он всё время смотрит на меня. Я переоделась в брюки и блузку, волосы специально собрала. Теперь он видит разбитую губу и красное пятно на щеке, что завтра будет огромным синяком. — Спрашивай, — я нарушаю тишину. — Он, Рия, он… — Насиловал ли он меня? Да. Но после тебя я не чувствовала его вообще, а вот боль от обиды и побоев чувствую и сейчас. — Почему, Рия? Почему? Я же всё спланировал, ты должна была быть рядом со мной, когда он узнал бы. — Зачем, Эрик? Зачем ты это сделал? Всё дело в Стилсе, не так ли? — он согласно кивает, затем тормозит перед одним домом. — Сиди здесь, — это всё, но когда вижу, как он врезает ногой по двери, вышибая её, естественно, сидеть не получается. Когда захожу, слышу крики женщины, а потом голос моего благоверного. Не знаю, каким чудом мне удаётся оттащить Эрика от него, но удаётся. Нет, не силой, просто я говорю, что мне больно и надо в больницу, он слышит это даже в таком состоянии. Едем, как оказывается, в его дом, после меня он идёт в душ, когда звонит мой телефон. — Во что ты втянула моего сына? Сука ты дешёвая, из-за тебя я лишу его всего. Он останется нищим, если ты сейчас же не покинешь его дом.