strange love. +10

Смешанная направленность — несколько равнозначных романтических линий (гет, слэш, фемслэш)
Life Is Strange

Пэйринг и персонажи:
хлоя|макс; рэйчел/хлоя; уоррен/макс, Максин Колфилд, Рэйчел Эмбер, Уоррен Грэхэм, Хлоя Прайс
Рейтинг:
R
Жанры:
Ангст, Hurt/comfort, AU, Любовь/Ненависть
Предупреждения:
Смерть основного персонажа
Размер:
Мини, 3 страницы, 1 часть
Статус:
закончен

Награды от читателей:
 
Пока нет
Описание:
и не хватало сил лишь взять её за руку. протянуть — и вот, ваши пальцы уже сплетены, а по телу пробегает будто электрический разряд, но каждый раз в миллиметре от чужой ладони одёргивала себя. макс понимала — с её стороны это не любовь. макс понимала — это всего лишь игра. макс понимала, что каждую ночь выдирала из глотки лезущие лепестки василька и захлёбывалась слезами. (hanahaki byou AU!)

Посвящение:
бро, это тебе. прости, что печально.

с днём рождения, чудо моё.

Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика

Примечания автора:
окей, ладно, спонтанно.
@
окей, ладно, я не умею писать фанфики.
@
ОКЕЙ, ЛАДНО, Я БЕЗДАРНОСТЬ.
@
@
я пытался, собственно, держите хренотень.
@
получите и распишитесь, да.
2 сентября 2017, 22:59
Дрожащие руки и синие лепестки. Красные глаза и растрёпанные волосы. Ободранные колени и не заживающие на запястьях раны.

Здравствуйте, типичные ночи Максин Колфилд.



С утра как обычно пару кружек кофе и ничтожно отломленный кусочек булочки с корицей, хоть и кусок в горло не лезет. В течение дня уже осточертевшие за пару месяцев лекции и шум, шум, шум, отзывающийся болью в висках. Уже даже Уоррен поднадоел своими вечными сообщениями. И ещё один важный факт её жизни.

Хлоя.



Этот синеволосый бумеранг, прибегающий после лекций и хватающий под локоть, утаскивая до глубокого вечера. В принципе, Макс была не против. В принципе, она даже не прочь пошляться по свалке. В принципе, ей немного мешала Рэйчел Эмбер.

Эта девушка со звонким голосом и очаровательной улыбкой цепляла абсолютно всех в Аркадии Бэй. Всех, но не Макс. Опять же, в принципе, Макс могла понять, почему Хлоя влюбилась в неё. Но не могла понять, почему это оказалось взаимно.

Она не могла смотреть на эту счастливую парочку. Уходила, ссылаясь на плохое самочувствие, по пути глотая лепестки и слёзы.

***



В этот же вечер она впервые напилась. И не одна. С Уорреном. Парень уже не в первый раз выслушивал накопившиеся однородные страдания девушки. В принципе, он был не против. В принципе, он всегда готов ей помочь. В принципе, он был влюблён в неё.

В принципе, они оба не заметили, как успели оказаться на кровати и тот момент, когда их губы соприкоснулись.



На утро им точно будет стыдно. Но сейчас это крайне не важно.

Она не любила его. Он сгорал от любви к ней. А она ревновала ту, которая никогда не будет ей принадлежать.

Две стороны одной медали.



Сдержанные стоны, больные конечности и искусанные в кровь губы. Это явно не то, что она ожидала от сегодняшней ночи. Чужие (не)желанные руки скользили по её телу, доставляя невообразимое удовольствие. Как бы странно ни звучало, но Макс явно это нравилось. Ключевая фраза «прощай, девственность» явно будет её преследовать весь оставшийся учебный год.

Внезапно острая боль пронзила всё живое в ней, заставляя уже надоевшие лепестки застрять в рёбрах, так не успев выйти наружу. От лёгких толчков тело содрогалось, а пальцы сжимали простынь до побеления костяшек, в то время как рот раскрылся в немом крике.

Всё, что произошло после, она помнила с трудом.



***



— Нет, нет, нет... Мать твою, нет! — приглушённый крик разнёсся по комнате, оглушая рядом сидящего. — Послушай, Уоррен, — девушка перевела на парня взгляд, — давай сделаем вид, как будто ничего не было, хорошо? — и протянула ладонь для рукопожатия.

В принципе, Уоррен был не виноват. В принципе, это всё алкоголь. В принципе, она не оказывала сопротивления. Он ни в чём не виноват.

Точно, как будто ничего и не было.

Но синяки под глазами и бледный вид явно начал беспокоить Хлою и Рэйчел. Девушка заметно похудела, осунулась. Горячо любимая Макс кофта теперь бесформенно висела на ней. Совершенно некрасиво. Ужасно. Отвратительно.

— Макс, ты точно в порядке?

— Да, Хлоя, всё как всегда на высоте, — а лёгкое прикосновение к плечу снова заставило тело содрогнуться.

— Такое ощущение, как будто ты себя диетами мучаешь. Вон как исхудала. Тебе поесть нормально надо.

— Я не хочу.

Одна и та же история. Одни и те же вздохи Хлои и сочувствующий взгляд Рэйчел.

***



Первый обморок за неделю. Надо же.

— Ой, очнулась. Ты как, милочка? — мягкий голос медсестры медленно выводил уже из полуобморочного состояния.

— Где я?

— Ты в медицинском кабинете. Как самочувствие?

— В виски немного долбит, а так нормально.

— Мм, так, — женщина села за стул и быстро что-то написала на бумажке. — Вот, возьми, — протянула руку, — там лекарства. Принимай два раза в день. С утра и перед сном. В течение недели. Сами медикаменты стоят на столике около выхода. Удачи.

— Да, спасибо большое.

Встав с койки, прихватив лекарства и попрощавшись с медсестрой, она вышла из кабинета. Можно было даже подумать, что её состояние кого-то беспокоило.

— Макс, господи, Макс! Ты как? В порядке?

— Рэйчел? А, да, уже всё хорошо. Вон, лекарства прописали.

— Ох и напугала ты меня. Пошли, нам уже ехать пора, Хлоя ждёт.

— Ты поезжай, а я, пожалуй, пойду в комнату.

***



Макс устала. Устала плакать. Устала от этих лепестков ненавистных ею васильков, которые так любила Хлоя.

Она никогда не будет твоей.



Девушка заходится в новом приступе кашля. Лепестки выходят с кровью. Грязные, противные, но такие нежные на ощупь.

— Да, Максин Колфилд, ты влипла по самое не хочу, — собственный голос больно бьёт по ушам, заставляя заткнуть их руками.

Макс устала. Просто устала.

***



Букет васильков и записка в розовом конверте покоились теперь уже на полу, аккурат рядом с плачущей Хлоей и утешающей её Рэйчел.

«Здравствуй, солнце. Увы, ещё при жизни я не смогла сказать тебе эти три главных слова. Знаешь, даже сейчас мне всё это трудно даётся. На данный момент мои спутники по жизни лежащее рядом лезвие и васильки в рёбрах. Хах, иронично, не правда ли? Понимаешь, я... я просто хочу, чтобы ты была счастлива. Пусть и не со мной, но это уже не так важно. Знай: я люблю тебя. Этот букет горячо любимых тобою васильков. И передай Уоррену, что он и правда ни в чём не виноват. Прощай. И прости.

Вечно любящая тебя,
Макс.»
По желанию автора, комментировать могут только зарегистрированные пользователи.