Судьба героинь книг Чарской после Революции +17

Джен — в центре истории действие или сюжет, без упора на романтическую линию
Исторические события, Чарская Лидия «Княжна Джаваха», Чарская Лидия «Люда Влассовская», Чарская Лидия «Сибирочка» (кроссовер)

Основные персонажи:
Гражданская война в России, Октябрьская революция , СССР
Рейтинг:
PG-13
Жанры:
Ангст, Даркфик, POV, Исторические эпохи
Предупреждения:
OOC, Насилие
Размер:
Мини, 11 страниц, 11 частей
Статус:
закончен

Награды от читателей:
 
Пока нет
Описание:
Что же случилось с героинями книг Лидии Чарской после революции? Кем они стали и как сложилась их судьба

Посвящение:
Всем, кто читал упомянутые книги))

Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика

Нина Израил-заде (Вторая Нина)

25 ноября 2017, 01:49
С тех самых пор, как я стала обитательницей Джаваховского гнезда, я не знала нужды ни в чём. Я много слышала о прежней обитательнице, её тоже звали Нина, Люда, моя гувернантка и хорошая подруга, много рассказывала о ней. И я хотела быть похожей на свою предшественницу. Я даже в том же институте училась. Жизнь моя была беспечна и блаженна.

Но когда-нибудь светлая полоса кончается. Наступили тяжёлые дни войны. На Кавказе процветали бандитизм и грабежи, особенно жестоки были горцы Северного Кавказа. Остановить их было некому, все стремились урвать свой куш. Слава Богам, мы отстояли свою страну, не пустив ни красных, ни белых. Да и Ленин одним росчерком пера подтвердил отказ от претензий на Грузию. Но если бы только он всё решал…

В 1920 году мне казалось, что над нами, подобно алчному коршуну, кружит Орджоникидзе. Советы противились идее вторжения, но Орджоникидзе не сдавался. Я с замиранием сердца следила за ходом событий. Троцкий и Сталин «ЗА»… Это звучало, как приговор.

Тихим февральским утром ничто не предвещало беды. Меня разбудили выстрелы. На улицах — крики, ругань, стрельба. Причём я отчётливо слышала грузинскую речь. К нам в дом ворвались четверо. Командовал ими здоровенный мужчина средних лет, с виду простоватый, казалось, с умысла и мухи не обидит, а за ним — юнцы, вчерашние гимназисты. Я не успела ничего предпринять, как командир схватил меня и, глядя в лицо, с усмешкой произнёс:

— А ты красивая. Замужем?

— А может, женимся? — рассмеялся кто-то из позади стоящих.

— В очередь, дурень! — крикнул тогда командир, крепче сдавливая мне горло, чтоб я не могла сопротивляться. — Не расстраивайся, красавица, — говорил он, разрывая на мне одежду. — Право победителя, никуда от этого не денешься.

Не хочу вспоминать, что они со мной творили. Они вели себя, как псы, спущенные с цепи. Я чувствовала себя раздавленной, убитой. Мне не хочется больше жить. Вот так в один миг всё рушится. Я вставляю в барабан один единственный патрон. Секунда — и всё будет кончено.