Из Ехо с приветом...

      Как всё закончилось, я даже и не поняла. Когда я пришла в себя, всё было уже давно кончено и даже Джуффин с Сотофой заканчивали свою работу по сшиванию Ехо с его Темной Стороной.       Алекс вернулся с нами в Ехо. Он, конечно, ничего не рассказал о том, что произошло там, и я догадываюсь, что не расскажет. Это действительно слишком конфиденциальная информация. Хотя Джуффин его и подлатал, выглядел он все еще неважно, хотя время, как говорится, все лечит.       Мне приятно было осознавать, что своими действиями я запустила череду событий, приведшую нас к тому, что мы сейчас имеем. К полной и безоговорочной капитуляции мирового зла. Правда, я сама не понимаю, в какой момент времени я это сделала. Но Алекс и Джуффин в один голос утверждают, что когда я (по чистой случайности, разумеется) загрузила себя в подсознание «великого зла», то ненароком задела ту часть, в которой был заключен Алекс, тем самым нарушив ее целостность и выпустив его на свободу. Это оказалось слишком сложно для моего понимания, поэтому я просто записываю для вас слово в слово, что они мне сейчас наперебой диктуют. Надеюсь, хоть кто-нибудь из вас разберется.       Кайю, хоть и не взяли на работу в Тайный Сыск, как она мечтала, но зато леди Сотофа предложила ей стать послушницей в Ордене Семилистника. С радостью сообщаю вам, что она согласилась и в тот же вечер со всеми своими вещами переехала в Иафах, устроив напоследок поджог возле «Обжоры Бунбы». Разумеется, от счастья, и, разумеется, ничего ей за это не было.       Я решила пока остаться в Ехо и подождать пока все наладится, а здоровье и нервная система придут в норму. Лонли-Локли сказал, что от меня все еще попахивает безумием, и, прежде чем возвращаться домой я должна все-таки окончательно выздороветь.       Макс хохотал как безумный, узнав от меня про отношения Шурфа с пивом, и пообещал достать еще, когда ему понадобятся услуги по разрушению мира.       Пока я благоразумно исцелялась, совершая долгие прогулки в компании моих новых друзей или даже в одиночестве, мне в голову пришла идея записать все, что произошло, что я собственно сейчас и делаю. Для полноты картины мне пришлось восстанавливать события не только с моей точки зрения. Я изрядно помучила Макса, заставляя того вспоминать, что произошло с нами за последние пару дюжин дней. Однажды мне даже попался под руку Мелифаро, который благосклонно вспомнил день нашего знакомства и описал его в самых ярких красках. А я, разумеется, записала.       Ещё мы наконец-то устроили вечеринку в честь возвращения Макса обратно в Ехо. Понимаете, раньше было не до нее, а сейчас самое то. Заодно и победу отпраздновали. Меламори, с которой мы очень быстро нашли общий язык, пожаловалась мне, что «мужчины опять разрулили все без нее, а ей и вспомнить-то нечего».       Всё наконец-то встало на свои места. И когда я уже решила, что записывать больше нечего, и Безумием от меня уже не пахло, подумала о том, что пора и мне вернуться на свое место. Домой.       Вершитель и его Тень не могут подолгу находиться в одном мире — это даже не правило, это просто веление Судьбы. С каждым днем мы все отчетливее осознавали, что нас отталкивает друг от друга все дальше и дальше и не за горами был день, когда один из нас мог случайно проснуться в другом мире и больше никогда не вернуться обратно.       Поэтому было пора домой.       Ровно в полдень, после прощальной вечеринки, устроенной в мою честь (ей-богу, я прослезилась), мы с Максом переступили через порог его комнаты в Мохнатом Доме и сразу же оказались у меня дома.       Я нарочно опустила момент прощания, но если я напишу об этом, то снова разрыдаюсь. Но вам наверняка хватит воображения, чтобы представить себе суету отъезда и слезы, льющиеся рекой.       Лоохи я сложила в шкаф и больше никогда не доставала его.       Забегая вперед, скажу: в Ехо я больше не возвращалась. Пару раз ко мне заглядывали сэр Шурф, Алекс и Макс, но чаще всего мы встречались в «Кофейной гуще» у Франка.       Знаете, я счастлива, что в моей жизни было такое приключение. Иногда очень полезно чувствовать себя частью чего-то большого и великого.       Что-то во мне поменялось после этого путешествия, ведь как говорил Андэ Пу в моем вольном пересказе: «Мы никогда не возвращаемся, возвращается кто-то другой». Вот так и со мной.       Я всегда жила с неумолимой верой в чудеса. И не зря. Ведь никогда не знаешь, где тебе повезет.

КОНЕЦ.