По краю дождя

В папином кабинете, эпицентром которого являлся стол в виде буквы Т, предназначенный для совещаний, я вошла с ощущением грядущих неприятностей. Иван галантно придержал мне дверь, но даже его присутствие в меня уверенность не вселяло, стоило только столкнуться взглядом с папой, который явно был уже осведомлен о том, что приехала я не одна. -Здравствуйте, -кивнул блондин, -извините. Про вашу просьбу держаться от Тани подальше я все еще помню, кстати, -он позволил себе некоторую насмешку, явно намекая, что не соблюдал эту самую просьбу ни разу. Я непослушными пальцами расстегнула молнию на куртке и опустилась на один из стульев, позволяя мужчинам самим между собой разбираться. Взяла бутылку с минеральной водой и неторопливо принялась скручивать крышечку, старательно избегая с папой зрительного контакта. -Сядь уже, -родитель скривился, кивнув Ивану на один из стульев, и откинулся на спинку своего кресла, скрещивая руки на груди; мятая голубая рубашка была с закатанными до локтей рукавами и без галстука, что говорило об усталости человека, который исполнял обязанности мэра города и был этому положению совершенно не рад. -Ты, я смотрю, от своей убежденности так и не отказалась? Имею в виду идею, что Евгений во всем этом замешан, -на меня устремили не самый добродушный взгляд. -Сам знаешь, что нет, -пробормотала я, вертя в пальцах крышку от бутылки, -и была права. Ты бы Изабеллу видел -она сама не своя, пап! -Да уж, я вообще не понимаю, как мог один из моих самых доверенных людей на такое пойти, -покачал головой папа, -если твоя Изабелла не врет, то я даже боюсь представить, что начнется, когда вся эта история всплывет. Вот нам сейчас меньше всего нужен скандал вокруг главного прокурора! -А Ольге Юрьевне меньше всего нужен ее заместитель за решеткой по ложному обвинению! -взорвалась я. -Друга своего жалеешь? А жену тебе не жалко?! -я эмоционально вскочила на ноги. -Таня, боже мой, конечно, как можно сравнивать! -папа успокаивающе схватил меня за руку, стоило только к его креслу приблизиться. -Если Евгений действительно затеял всю эту авантюру, то ему придется за это ответить. Запись я уже специалистам на экспертизу отправил, заключение будет у меня через пару часов. -Полагаю, что будет оно для вас неутешительным, -подал голос Иван, -забыли, с кем дело имеете? Уверен, все ваши специалисты уже давно с рук Евгения Степановича едят и бумагу накатают такую, которая в первую очередь ему будет выгодна. -Независимым экспертам я тоже отправил, но ждать придется на пару дней дольше, -папа позволил себе короткую улыбку, -вот и сравним. Сейчас я даже не знаю, что делать. Пока нет заключения по записи, бесполезно Евгению что -то предъявлять, основываясь только на словах его племянницы. А вдруг ты Изабелле угрожала, чтобы она всего тебе такого наговорила? -папа устало на меня посмотрел. -Сомневаюсь, что твоя подруга официально свои показания подтвердит. Одно дело -выпить вина и мило поболтать. Так сказать, между нами, девочками. И совсем другое -свидетельствовать против близкого родственника, причем открытым текстом обвинить его как минимум в двойном убийстве. Извини, дружба дружбой, но я бы сильно на твою подружку не рассчитывал. А значит, на данном этапе Евгению точно ничего не грозит -уверяю, он отмажется. -Ну кто бы сомневался, -скривилась я, его словами нимало не успокоенная. -То есть, он нам всем кровь хорошо так попортил, а ему мы даже предъявить ничего не можем?! -я на эмоциях смахнула со стола пустой стакан и рухнула на стул, не обращая внимания на то, что тонкое стекло разлетелось на осколки. Папа осуждающе покачал головой, мою вспышку не приветствуя, но комментировать не стал. Кажется, он тоже смутно понимал, что делать -обвинять Евгения Степановича в предательстве, убийстве и организации истории с арестом Орлова, основываясь только на диктофонной записи, он не мог. -Мне кажется, я знаю, как надо действовать, -Иван поочередно обвел нас с папой глазами, -но потребуется помощь вашей бывшей жены. -Софьи? -мы с папой синхронно удивились, но родитель первым взял себя в руки. -И каким же образом она может нам помочь? -Самым прямым, -Иван снял пальто, аккуратно повесил его на спинку стула и закатал рукава джемпера до локтей, настраиваясь на деловой разговор. Мы с папой замерли в ожидании, причем я в нетерпеливом, а родитель явно в подозрительном. -Тайпан ее не просто так снабдил бумагами на центральные телеканалы. Этот сукин сын, извиняюсь, просто так вообще делать ничего не умеет. Леопольд, ну сами подумайте -с какой радости ему делать вам такой подарок? Я наморщила лоб. О чем это он говорит вообще? Появление мамы, которая официально владела крупнейшими городскими средствами СМИ, позволило папе перетянуть сторонников Родиона Романовича на свою сторону, что здорово укрепило его позиции в преддверии внеочередной волны выборов. Но Иван, кажется, сейчас имеет в виду нечто другое... Что именно? -Танюша, погуляй пока, -папа, кажется, намек Ивана понял, -нам поговорить надо. Приподняв брови, я выразительно посмотрела на родителя, но поймала в ответ такой взгляд, что спорить мне решительно расхотелось. Пожав плечами, мол, обчихайтесь своими тайнами, я из кабинета вышла, с хрустом пройдясь по осколкам несчастного стакана, мной самолично и разбитого. Подумав, отправилась на первый этаж, где располагался буфет. Гулять мне, учитывая погодные условия, совсем уж не хочется, поэтому хоть чай попью, пока в кабинете мужчины ведут разговоры, для женских ушей не предназначенные. Сняв куртку, я устроилась за столиком, покрытым ярко -желтой льняной скатертью, сделала заказ и принялась сворачивать из бумажной салфетки самолетик. Настроение оставалось стабильно паршивым и я сомневалась, что в ближайшее время оно изменится. С мамой поругалась; Ольга Юрьевна в больнице и в ближайшее время ее оттуда не отпустят, учитывая попытку самоубийства; Изабелла официально свои слова ни за что не повторит, можно и не обольщаться. Ну назовите мне хоть один повод для радости?! -Что? -удивилась официантка, ставя передо мной поднос с фарфоровым чайником, сахарницу, блюдце с нарезанным лимоном и десерт. Видимо, последний вопрос я, задумавшись, умудрилась задать вслух. -Ничего, простите, -улыбнулась я, смотря, как темно -янтарная ароматная жидкость льется в белую чашку из тончайшего фарфора. Конечно, я бы сейчас не отказалась от мартини или вина, но папа уж точно не оценит, что дочь наливается алкоголем у него на работе. К тому же, напейся я хоть до розовых единорогов и танцев на столе -ситуация не изменится. А значит, надо взять себя в руки и как следует подумать, потому что безвыходных ситуаций не бывает. И пусть складывающиеся обстоятельства меня в этом успешно разубеждают, быть не может такого, чтобы Евгений Степанович предусмотрел точно и абсолютно все! Чай был вкусным, десерт из лесных ягод нежным, а мои попытки что -нибудь придумать безуспешными. Ну не понимала я, каким образом папа и Иван, используя маму, сумеют решить эту проблему! Тем не менее, решение у них имелось, причем явно в достаточной степени надежное, вот только меня посвящать в подробности никто из них не торопился. Вздохнув, я сделала еще глоток чая, испытывая желание шваркнуть чашку на пол. Останавливала только мысль, что мне это не сильно поможет, а значит, битьем посуды проблему не решить. К сожалению, я не мама, которая способна выжить при любых обстоятельствах -от нее мне досталась только внешность, толку от которой в моем случае практически нет. В лучшем случае одни проблемы. Или просто я по жизни такая неудачница? Мысли о маме потекли в другом направлении. Я вспомнила слова Ольги Юрьевны, которая была твердо убеждена, что родительница вернулась, преследуя определенную цель -пробудить в бывшем муже былые чувства. Учитывая поцелуй, невольной свидетельницей которого я стала, не верить словам мачехи у меня причин не было. А значит, мама и впрямь решила, что можно такое провернуть... И как я, черт возьми, должна к этому относиться? Папа женат, и Ольга Юрьевна мне вполне нравится, у них ровные и доверительные отношения. Оба профессиональные политики, способные решить любую проблему, и в нашем доме всегда тихо и спокойно. А мама? Она вечно находится в эпицентре урагана, "тихая гавань" вообще не ее случай, и если они с папой сойдутся (мысль о чем у меня в голове никак не укладывается даже в теории), то под крышей нашего дома вечно будет крайне эмоциональное выяснение отношений, но это компенсируется блеском в папиных глазах и... Боже мой, да о чем я вообще?! После всего, что между ними было, папа удавится, но сближаться с бывшей женой не станет. Ольгу Юрьевну он не бросит и не оставит, потому что а) мужчина в высшей степени умный и порядочный; б) понимает, что от мамы надо держаться подальше, потому что дважды разбитое сердце не склеишь. И я приму его решение, потому что мысль о том, что родители могут быть вместе, уже давно не актуальна -им лучше быть как можно дальше друг от друга. Разобравшись с десертом, я отправилась в зимний сад, устраиваясь на кожаном диване и устремляя взгляд в сторону большого аквариума, в котором наряду с разнообразными рыбками имелись еще и черепахи. Любование морскими пейзажами меня ничуть не успокоило и не умиротворило, не в том я была состоянии, чтобы ощущать себя, как во время сеанса по йоге. Стараясь не ломать пальцы, я попыталась себя убедить, что Иван и папа явно что -то придумали, и это обязательно сработает, потому что Евгений Степанович не мог предусмотреть точно и абсолютно все. И папа у меня уж точно не глупее главного прокурора, а значит, предатель получит по заслугам. Но каким образом мама должна в этом поучаствовать? Я не понимала. Когда я вернулась в кабинет, Иван и папа торопливо смахнули со стола несколько папок с документами, для меня явно не предназначенных, и синхронно посмотрели на часы, явно напрочь позабыв о времени. Я едва ли глаза не закатила -эти два трудоголика, кажется, умудрились позабыть еще о моем существовании. -Можете сидеть тут хоть до полуночи, -я решительно скрестила руки на груди, -но я поехала домой. -Да, милая, конечно, -папа виновато улыбнулся, -извини, заработались. -Ну ты понятно, -я кивнула, - а вот от тебя я такого не ожидала, -я обличительно ткнула в Ивана пальцем, но он поймал мою руку и, притянув к себе поближе, поцеловал в ладонь. Папа в кои -то веки решил сделать вид, что ничего не заметил, хотя судя по усмешке, появившейся на губах блондина, это была какая -то проверка. Я, фыркнув, свою руку из его пальцев выдрала, злясь на такое развитие событий. -И что вы придумали? - не спросить я не могла. -Скажем? -Иван вопросительно посмотрел на папу, который застегивал манжеты рубашки и надевал пиджак. На лице родителя отразилось определенное сомнение, я же переводила испытующий взгляд с одного на другого и понимала, что мое любопытство меня сейчас сожрет. Что такое они задумали, о чем даже мне говорить опасаются?! -Па? -я с нажимом посмотрела на родителя. -Ой, да ладно! Не скажу я никому! Развели тут тайны! -фыркнув, я демонстративно развернулась и направилась к дверям. -Пресс -конференция, -долетел до моего слуха голос Ивана. Я остановилась и развернулась, в полном непонимании вглядываясь в лицо блондина. Какая, к чертям, пресс -конференция?! -Что? -я посмотрела на него, как на сумасшедшего. -О боги, Таня, включи мозг, ладно? -Иван едва ли глаза не закатил. -Мы тут два часа что, нашу с тобой свадьбу обсуждали?! Папа, как раз решивший сделать глоток воды, ощутимо поперхнулся, бросив на блондина взгляд, который не сулил тому ничего хорошего. Я же, испытывая желание пнуть Ивана по ноге, фыркнула, мол, размечтался, и присела на край стола, ожидая продолжения. -Мы решили созвать пресс -конференцию, -Иван приблизился, опираясь руками на столешницу по обеим сторонам от меня и внимательно вглядываясь в лицо, присутствием папы ничуть не смущаясь, -на которой Родион Романович расскажет все о своем сотрудничестве с главным прокурором. Представляешь масштаб? Я икнула. Представляю ли я?! -Вы спятили, оба, -в полном шоке отозвалась я. -Это же... Это... -у меня слов просто не было. -Да, это бомба, -Иван усмехнулся, касаясь моего лица и убирая за ухо прядь волос, -и мы ее взорвем.