Ты мой кошмар

- Билл! - голос Беверли звучит непривычно высоко на фоне общей тишины. - Билл! Где вы? - Пошли, не думаю, что оно надолго оставило нас ознакамливаться с планировкой, - Ричи хлопает по плечу, напоминая о своем присутствии. - Или ты уже успел соскучиться?       Еще затуманенный, но уже полный укора взгляд не заставляет себя ждать. Ричи мог бы поклясться, что получай он за каждый такой взгляд по пять центов, он давно бы уже смотался из этой проклятой дыры. Подальше от плотоядных клоунов, наркоманских домов и канализаций, к коим питает такую неприязнь Эдс. Эдди, - Тозиер уже ощущает на себе взгляд Сони Каспбрак, полный жажды возмездия за изуверское обращение с ее сыном. Видит Бог, Ричи с куда большим рвением кинулся бы в пасть клоуна, нежели в объятия этой женщины. - Билл! Ричи! - Марш на долю секунды замирает в проеме. Живы. Глаза начинает слегка пощипывать от подступающих слез. Не долго думая, девушка преодолевает разделяющее их расстояние, заключая парней в объятия. - Все хорошо? Вы не ранены? - Как сказать, - улыбка Ричи становится лишь шире под очередным прожигающим взглядом. - Мы в порядке, Бев, не беспокойся. - Всего лишь с-ссадина, - замечая прикованное к самодельной повязке внимание, уверяет Билл. - С-скоро пройдёт. - Считай это данью параноидальной мнительности Эдса, - Ричи делает пару шагов по направлению к выходу. - Вы идете?

***

- Вы! Вы это сделали! - Ричи обреченно втягивает воздух, да, именно такого он и ожидал. - Вы же знаете какой он хрупкий! -Н-на нас напали, м-миссис Кейп, - не теряя надежды вразумить женщину, робко вставляет Билл. - Нет, не надо, не пытайся обвинить кого-то еще, - Эдди не успевает уловить момент, когда родительские руки принудительно-заботливо отправляют его в машину. Нужно что-то сказать, сейчас или никогда.       Слова застревают в горле, стоило их обладателю заметить до боли знакомый кусок материи на запястье Денбро. Внутри все разом обрывается. Горечь желчью оседает в горле, вынуждая проглотить, казалось бы, столь нужные слова. Эдди всматривается в лицо соулмейта, точно гипнотизируя.       Ричи готов выть от беспомощности. Он чувствует взгляд, ощущает его на себе, полный безмолвной мольбы и, черт возьми, ничего не может сделать. Последняя капля, желание прижать к себе и все рассказать становится нестерпимым, он уже было поворачивается в сторону Каспбрака, нужно дать понять, что это необходимость, Эдди поймет. Ну же, Ричи, хоть какой-то знак, - Тозиер до крови закусывает язык, сливаясь с металлическим привкусом. Нельзя. Он не может подвести Билла.       Мимолетный контакт, и Ричи вновь фокусирует свое внимание на миссис Каспбрак. По спине Эдди проносится холод, остриями игл впиваясь в кожу. Резкий хлопок. Звук заводящейся машины. Импульс, вжимающий в кресло в момент начала движения. Внутри что-то надрывается, с оглушительным треском разносясь россыпью осколков.

***

      В костяшках руки заметно чувствуется боль после удара, впрочем, это не идет в сравнение с ощущением, раздирающим запястье. Он не смел так говорить, - разминая руку, убеждает себя Билл, отгоняя мысли о доле правды в высказанном. Ричи был прав во всей своей грубой манере. Вероятность того, что Джорджи жив, была крайне мала, и все же она имела место.       Билл прикрывает глаза, он слишком устал, чтобы сейчас что-то анализировать.       Оставляя позади очередной цветущий куст, юноша сворачивает к крыльцу дома. Ступени приветственным поскрипыванием встречают одного из своих хозяев, пропуская в тень навеса.       Билл вплотную подходит к двери, ощущая волну неприязни к этому месту. С момента пропажи Джорджи эти стены по праву можно было бы назвать стенами его личного склепа. Каждая минута, проведенная внутри, казалась вечностью. Он ненавидел этот дом. Ненавидел за его безмолвие, в которой точно застывшее время хранило память о бесследно исчезнувшем мальчике.       Ключ без особых усилий входит в замочную скважину. Поворот. Билл хмурится, когда обнаруживает дверь не запертой. Он стоит, не решаясь ее отворить. После недолгих раздумий, парень все же проходит в помещение, сталкиваясь с уже привычным холодом.       Дома на удивление тихо, за исключением плеска воды, доносящегося со стороны кухни. Билл поправляет изрядно сползший с предназначенного места платок, отмечая отсутствие какого-либо дискомфорта на месте ожога, словно он и вовсе... Не болит, - Денбро замирает на месте, не в состоянии сделать шаг. Тело прошибает мелкая дрожь, комками заползающая под кожу. Со стороны кухни продолжает доноситься плеск, теперь уже кажущийся невыносимо громким. - Билли, ты дома? - голос матери прорезается сквозь шум воды. Ноги опасно подкашиваются, норовя вот-вот обрушить тело на пол, Билл судорожно вздыхает, направляясь к кухне. - Д-да мам, я т-только, - внутри все сжимается в комок при виде знакомого взгляда. -Я забыла предупредить, сегодня у нас гости, - вытерев полотенцем очередную тарелку, женщина отложила ее в сторону. - Я подумала, ты будешь рад провести вечер в компании старого знакомого. Присаживайся, ужин почти готов.       Билл не слушал. Все его мысли были обращены в сторону фигуры, удобно расположившийся за противоположным краем стола. Все казалось порождением одного из тех ночных кошмаров, что истязают на протяжение всей ночи, растворяясь в первых лучах солнца. - Билли, не стой в дверях, - не отвлекаясь от мытья посуды, продолжила Сара, всей своей интонацией взывая к манерам сына. Билл тронулся в сторону стола. - Здравствуй, Уильям, - стоило парню опуститься на стул, начал гость напротив. - Сегодня ты особенно бледен, ты не заболел? Денбро не смог бы сейчас ничего ответить, даже желая этого. - Может, это метка на тебя так влияет, обычно ты куда красноречивее, - на сей раз парень кинул быстрый взгляд в сторону матери, вызывая на непривычно чистом от грима лице улыбку. - О, не волнуйся, она не слышит. Женщина и правда словно не замечала происходящего, порхая подле духового шкафа, время от времени отвлекаясь на прочие приготовления. - Ч-что тебе нужно? - убедившись в правдивости слов, наконец заговорил парень. Голос звучал на удивление сухо, учитывая нарастающее напряжение. - Я пришел поговорить, Билли, - улыбка растянулась шире, обнажая клыки, напоминающие о природе своего обладателя. - Как тебе мой новый образ? Как по мне, скучновато. Не находишь? Билл невольно пробежался глазами по человеку напротив. Парень лет двадцати имел довольно приятную внешность, за исключением глаз. Они показались Денбро стеклянными, будто чужими на этом лице. - Или лучше так? Удлиняясь, волосы плавно изменили оттенок, переходя из русого в кукольно-белый. Черты лица заметно утончились, представляя взору теперь уже девушку, немногим старше его самого. - А может тебе больше нравятся рыженькие? - голос девушки звучал почти красиво, напоминая необычайно нежное созвучие слившихся воедино колокольчиков, завораживая и пленяя одновременно. Белые локоны стремительно начали опадать, приобретая очертания уже знакомой прически. Напротив него сидела Беверли, чуть приподняв уголок губ. Глупо было отрицать свою симпатию к ней, Билл неуютно сглотнул. - Она красавица, верно? - получив долгожданную реакцию, новоиспечённая Бев откинулась на спинку стула. - Прелестная девочка. Тебе ведь нравятся девочки, Билли? Судя по следам моих пальцев на твоем запястье, так и не скажешь. Чувствуя, как раздражение медленно наполняет каждую клеточку тела новой волной энергии, Билл невольно напрягся, изо всех сил пытаясь вернуть ускользающее самообладание. - Ты слишком напряжен, мальчик, - наигранная забота лезвием прошлась по и без того находящимся на пределе нервам. - Возможно, так тебе будет комфортнее. Билл с ужасом наблюдал за лицом, обретающем знакомые черты. Джорджи казался почти настоящим, единственным, во что еще хотелось верить. Кулаки инстинктивно сжались в попытке вернуть контроль, было слишком поздно. Подступившие к горлу слезы начинали душить, не находя выхода. - А вот и ужин, - Сара заботливо поместила кусок пирога на тарелку. Пряный запах, в мгновение заполняющий комнату, не заставляет себя ждать. - Благодарю, - дождавшись своего куска, подал голос Джорджи, перемещая в руки салфетку со стола. - Выглядит превосходно. Женщина как ни в чем не бывало одарила гостя улыбкой, возвращаясь к приготовлениям. Билл вздрагивает, сталкиваясь с бесцветными радужками глаз. Джорджи улыбается. Не так, как прежде, в его улыбке едва ли улавливается хоть что-то человеческое. Кожа серыми шматками покидает детское лицо, местами оголяя белизну черепа. Отвалившаяся подобным образом рука становится последней каплей. Денбро подскакивает из-за стола, опрокидывая тарелку. - Билли? - Сара озадаченно смотрит на сына. Страх, ненависть, отвращение - все смешивается воедино, поглощая парня. - Билли, с тобой все хорошо? - Вашему сыну, кажется, нездоровится. Я зайду в следующий раз, - существо поднимается из-за стола уже в прежнем образе молодого человека. - Спасибо за ужин, миссис Денбро. Еще увидимся, Билли. Боль пронизывает запястье, приводя в себя. Оно ушло. Билл закрывает глаза, ощущая на ресницах уже проступившие капли слез. Он уничтожит Его, всему свое время. Открыв глаза, Билл не находит ни матери, ни следа произошедшего. Лишь сложенный из салфетки кораблик напоминает о недавнем визите. По дому разносится звук отпирающегося замка входной двери. - Билли, ты дома?