Анархия

      Бетти Купер шла по одиноким улицам Ривердэйла. Девушка не знала, сколько продолжалась ее небольшая прогулка, но боль в ногах говорила о том, что ее еще ненадолго хватит. Шаг за шагом Бетти двигалась по уже знакомым закоулкам города. Конечно, здесь прошло почти все ее детство. И в то время, это место казалось просто сказкой. Ривердэйл был особенно красив осенью. Много разных деревьев. Клены были в особенности изумительными, когда—то Бетти обожала стоять под ним и рассматривать, как багряная листва медленно переливалась на слегка зеленую, будто бы лето никак не хотело отдавать осени свою власть. Да, это были волшебные времена. Когда ты смотришь в небо в один из самых пасмурных дней и солнце все равно слепит тебе глаза. Бетти улыбнулась, когда прошла возле очередного клена, вспоминая, какой тогда было простой жизнь. Сейчас клены не казались ей удивительными, всего лишь деревья. Наверное, в такие моменты и осознаешь, что на самом деле повзрослел.       На некоторое время мысли о прошлой жизни отвлекли девушку от последних событий. Старая фотография вновь вернулась в ее сознание, и Бетти скривилась от внезапной боли в ноге. Но ее путь закончился. Девушка подняла глаза и увидела белый дом. Сейчас, в этом сером омуте, дом казался еще более серым и незнакомым. Удивительно, едва успел пройти месяц в Цитадели, как она забыла, что такое настоящий покой и жизнь. Наверное, это они и делают. Власть. Заставляют подростков забывать, что такое настоящая жизнь, а когда ваша служба в Цитадели окончена, то отправляют на все четыре стороны. Конечно, Бетти знала — все, что происходит там считается нормой, когда—то ее родители тоже проходили эти испытания, все проходили, но эти мысли никак не успокаивали сознание девушки. Она сделала еще несколько шагов и поднялась по трем маленьким ступенькам к дому. Бетти подняла руку, чтобы постучать, как вдруг вспомнила, что существует такая вещь, как звонок. В этой Цитадели, где все выглядело слишком средневеково, она будто бы поверила, что и сама является частью того времени. Неловко девушка нажала на звонок и услышала отдалённые шаги. Да, это был такой знакомый стук каблуков ее мамы. Дверь распахнулась и Бетти замерла.На глазах у ее всегда спокойной и железной матери, были слезы.       — Бетти… — прошептала она и накинулась на девушку с объятиями. — Где ты была? Цитадель сказала, что они отвезли тебя в Ривердэйл несколько часов назад.       — Я хотела прогуляться, — лишь смогла ответить Бетти.        -Прогуляться? — миссис Купер отодвинулась и рассмотрела дочь в полный рост. — Но твоя нога…       — Все в порядке. Я могу ходить и мне почти не больно. Все хорошо, — конечно миссис Купер была слишком умной, чтобы поверить в такую явную ложь, да что уж там, даже сама Бетти не верила в свои слова.       — Проходи. Думаю, тебе нужно лечь. Твоя нога… Наверное, ты устала.       — А где папа? — перебила ее Бетти.       — Он на кухне. Мы очень волновались, — внезапно во взгляде мамы, Бетти увидела не столько боли, сколько злости. Было непонятно на кого именно злиться миссис Купер, но факт оставался фактом.       Осторожно Бетти направилась на кухню. Девушка пыталась не показывать свою боль, чтобы еще раз не убедить ее маму в том, что она лгала. Да и самой Бетти было лучше чувствовать себя смелой и не взирать на боль, будто бы это пустяк.       Кухня немного изменилась с того времени, как Бетти была здесь в последний раз. Стол другой, а еще посуды явно стало меньше. Отец сидел на одном из стульев и набирал чей—то номер. Черт, Бетти так давно не видела телефонов, что ей показалось, что она и вовсе видит такое впервые. Сначала, мистер Купер не заметил дочь, его глаза были сосредоточены и внимательные.       — Папа…       Голубые глаза мужчины поднялись и расплылись в удивлении, а потом сменились радостью.       — Бетти, ты жива? — он поднялся со стула.       — Ну как видишь.       Мужчина сделал несколько шагов и заключил дочь в крепкие объятия. Бетти даже не думала, что ей так этого не хватало. Но внезапно в голову вернулись воспоминания. То письмо, его точно писал ее отец, а значит… Нет, это ничего не значит, кроме того, что у ее семьи так же есть секреты. Мужчина отпустил Бетти и пригласил присесть. Девушке понравилось, что он не стал спрашивать о ноге, хотя прекрасно видел костыли и маленькие слезинки, которые появились на ее глазах от боли. Мистер Купер сел рядом и Бетти почувствовала на себе чей—то взгляд. Она обернулась и увидела, что ее мама нервно на нее пялиться.       — Мам…       — Я приготовила обед или ужин. Это вам уже решать, — перебила миссис Купер и Бетти удивилась насколько быстро меняется настроение ее матери.       Проходили длинные часы. Они так и сидели на кухне, разговаривали и ели то, что приготовила миссис Купер. Все это время Бетти думала, как обманчиво она раньше жила. Ведь сейчас, смотря на ее родителей, ей даже мысль в голову не могла прийти, что они что—то от нее скрывают. Мама дала ей несколько советов к последним испытаниям Цитадели и напугала девушку тем, что один из парламента белых охотников сказал ей, что последние испытания будут сложнее, чем в прошлом году. «Но ты справишься, Бетти. А с тестами у тебя и вовсе не должно быть проблем. Ты же умница», — добавила миссис Купер и девушка больше не могла просто так сидеть, будто бы ничего не происходит. Сотни вопросов взорвались в ее голове.       — Я могу вам доверять? — вдруг спросила Бетти и родители переглянулись, кажется такого они точно не ожидали.       — Конечно, — уверенно ответила миссис Купер.       — Вы уверены? И что, вы никогда от меня ничего не скрывали? — Бетти пока и сама не понимала к чему она ведет и в чем именно подозревает родителей, но ей нужны были ответы.       — Бетти, что происходит?       — Хорошо, я спрошу по—другому. В Цитадели я познакомилась с девушкой. Ее фамилия — Блоссом.       Бетти пыталась разглядеть в родителях хоть какую—то реакцию, но ее не было. Ни один нерв на их лицах не дернулся и это еще больше начало бесить Бетти. Она знала, что они лгут, каждая их часть лжет, но ничего не могла с этим сделать.       — Бетти, ты принимала сегодня свои лекарства? — спокойно спросила миссис Купер.       — Мне не больно, мам, — неожиданно для себя, закричала Бетти и стукнула кулаком по столу. — Простите, я просто хочу знать правду.       — Какую еще правду?       — Стой, Элис. Кажется, мы знаем Блоссомов.       Миссис Купер в замешательстве посмотрела на мужа, впервые на ее лице появилась хоть какая—то эмоция.       — Джейсон Блоссом. Он встречается с нашей дочерью… Он никогда мне не нравился.       На секунду, Бетти показалось, что ее мама облегченно выдохнула, а отец оставался все таким же спокойным. Девушке захотелось закричать, что он мертв, Джейсон Блоссон мертв, а ее родители лжецы. Но теперь ей было понятно, что они ничего не скажут. Что—то пугало их больше, чем злость дочери. И Бетти сразу вспомнила письмо. Ее отец был напуган и что еще за пророчество?       — Наверное, вы правы. Я лучше пойду в свою комнату, — на полдороги к выходу Бетти остановилась. — Я давно не видела Полли в Цитадели. От нее что—то слышно?       Родители вновь переглянулись, будто бы спорили о том, кто именно должен говорить.       — Я разговаривала с ней несколько дней назад. Они с Джейсоном и еще несколькими ребятами поехали на задание ближе к Северному городу.       — Понятно, — спокойно ответила Бетти. Теперь она заметила, на сколько они с родителями похожи. — Передавай ей привет.       — Хорошо.       Теперь мысль о том, что ее родители лгут нашла очередное подтверждение. Джейсон мертв, а Полли не понятно где. И самое главное, ее родители что — то скрывают.

***

      Сон почти сразу накрыл Бетти после очередного обезболивающего. Она проспала несколько часов, как вдруг чей—то голос разбудил девушку и она поднялась с кровати. Сначала, все казалось, как во сне. «Наверное, после укола еще не отошла», — подумала Бетти и направилась в коридор, чтобы понять откуда идет голос. Второй этаж был пустым и девушка пошла ближе к лестнице, слегка перевалилась через перила и увидела в гостиной яркий свет. Ее мама сидела на большом диване и нервно стучала по столу ногтями. Отец мерил шагами комнату и Бетти увидела возле его уха телефон. Стало понятно, что голос принадлежал именно ему.       — Хватит, я просто хочу понять, почему моя дочь после общения с твоей начала задавать вопросы? — почти кричал мистер Купер. — Если ты ей сказал, что-либо… Клиффорд, ты же знаешь, что один звонок и Цитадель будет знать о твоих делишках. Тебя убьют самой жестокой смертью, которой ты только заслуживаешь.       Бетти не слышала, что именно сказал Блоссом, но по лицу ее отца было понятно, что ничего приятного там не прозвучало.       — Ты уверен, что он мертв? Ты ведь убил его тогда? Потому что, если он жив, то начнется война. Это уже не касается наших детей, это касается каждого в этом чертовом мире. И если министр узнает, что мы скрыли, то нам не жить…