Они играют с нами, не поддавайся.

День спустя. Вечеринка по случаю дня рождения одного из Пенетраторов. – Ребят, кто знает где Тео? – громко интересуется Рик, осматривая небольшую толпу из ребят, сидящих в помещении, пока остальные отжигают на улице. Попиваю клубничный коктейль и слушаю оглушающую тишину. Поднимаю взгляд и натыкаюсь на Нуру, сидящую на коленях Вильяма, на Исака с бутылкой пива в руках, Юнаса, говорящего что-то Магнусу, Вильде, не отрываясь наблюдающую за вторым, двух Пенетраторов и того, чье имя так больно пульсирует в висках. Он смотрит на меня, через взгляд выплевывая всю злость и тянется за очередной бутылкой вина. Нервно поджимаю губы и поднимаю голову вверх, дабы снова не ощутить на пламенных щеках жгучие влажные дорожки. – У него с щекой какие-то проблемы, – отвечает один из компашки Пенетраторов, кидая взгляд на задавшего вопрос. – Там такой синяк, что мне аж самому больно стало.. – А что произошло? – интересуется Юнас, пытаясь хоть как-то влиться в компанию. – А вы не знали? – встревает Исак, переводя взгляд на меня. Слышу его голос и тут же замираю, медленно поднимая голову на него. Распахиваю глаза и морщусь, чувствуя, что слезы неминуемы. – Не знали что? – интересуется Вильям, притягивая к себе Нуру и вдыхая аромат её пепельных волос. POV CHRIS – Он домогался до Эвы в пятницу и она влепила ему нехилую пощечину. Судя по всему, очень метко, раз уж у него такой синяк... – блондин продолжает что-то говорить, но я не слышу. Уши будто свинцом залили. А меня ошпаривает ебучим кипятком. Сердце делает миллион кульбитов и загорается, неприятно покалывая в груди. Слетаю с орбиты, распрощавшись со здоровым рассудком. В висках пульсирует. Пальцы на руках схватывают тремор. Впервые всей душой чувствую адское отвращение к кому-то из наших. Перевожу взгляд на Эву и вижу наливающиеся слезы. Вижу, как она пытается сдержаться и не заплакать. Вижу, как она мнет подол платья и поджимает колени, словно потерянная. Вижу, как дрожат её пальцы и бью кулаком по рядом стоящему столу. Вспоминаю её, оперевшуюся о косяк в тот роковой вечер и хочется кричать. Рвать волосы на своей идиотской бошке. Сдирать с себя кожу. Заживо гореть. Понимаю, что её так пиздецки подставили. Судя по всему так же, как и меня, сказав, что я жду её. Каждая молекула тела пропитывается непередаваемой яростью, и я сжимаю кулаки, упираясь короткими ноготками в кожу и прорезая её до крови. Снова ударяю по столу, не обращая внимания на шокированные взгляды. Костяшки адски чешутся и я глубоко вдыхаю, скалясь. Подлетаю с места и направляюсь к выходу, зная свою дальнейшую цель. На половине пути чувствую, как Вильям встает передо мной, испуганно таращась. Все еще отдаленно слышу голоса, как в предобморочном состоянии. – Крис, твою мать! – слышу крик и поднимаю злой взгляд на Вильяма. – Ты куда? – ничего не отвечаю, отталкивая его. Останавливаюсь у двери и кидаю взгляд на до смерти напуганную, судя по всему моим резким поведением, Эву и стискиваю зубы, увидев слезы на её покрасневших щеках. Сильнее сжимаю кулак, не имея сил терпеть зуд, охвативший костяшки и вылетаю из помещения, направляясь к машине. – Куда ты собрался? Ты с ума сошел? Шистад! – Вильям кричит и, хлопая дверью, влетает на переднее сидение машины. – Ты обезумел? – Да, блять! – выкрикиваю со всей силы ударяя по рулю. – Он ответит за это. – Крис.. – Магнуссон выдыхает, переводя взгляд на меня. – Что ты собираешься делать с ним в 2 часа ночи? – Убью. – короткое и такое спокойное. Вильям ухмыляется и цокает, закатывая глаза. Завожу мотор и чувствую, как кровь, бегущая по венам, ускорилась до предела.