Любовник

      - Скажи правду, зачем врать? Хуже уже не будет. Или ты боишься его? Ведь он рано или поздно узнает, что это не его ребёнок, и тогда тебе будет только хуже. – Чонин смотрел на омегу с огромным желанием присвоить себе и его и ребёнка.       - Мне не зачем врать. Этот ребёнок мой и Чанёля. Уходи, я прошу тебя. – Омега обливался слезами, чувствовал, как они стекают по его щекам.       - А что если это всё-таки мой ребёнок? – Альфа не успокаивался. Он просто не верил, что Кёнсу отказывается от них. От того, что было между ними… Хотя, кажется, он сам всё испортил.       - Я сказал, уходи! – Кёнсу становилось хуже, он кричал, и его начинало трясти. Чанёль видел состояние омеги и не мог оставаться в стороне. Это ведь всё ещё его муж.       - Слушай, проваливай. Он же сказал тебе уходить.       - Он мой омега, так что я буду здесь столько, сколько захочу…       Тон альфы всерьёз выводил Чанёля из себя.       - Может он и твой истинный, но штамп в паспорте говорит об обратном. И носит он моего ребёнка. Так что он мой омега. И вообще если не хочешь лишиться всего, уходи быстрее, иначе, ты знаешь, что я могу сделать. От тебя и следа не останется.       Такой Чанёль пугал. С одной стороны Кёнсу боялся его, а с другой понимал, что по-другому с Чонином нельзя. Тот перешёл все границы. Ещё омегу радовало то, что Чанёль защищал его. Что он по-прежнему называл своим омегой, а не отказывался от него.       Альфа смотрел зверем на Чонина. У того не было шанса. Чанёль никогда не отдаст то, что принадлежит ему. Даже если бы Кёнсу выбрал Чонина, он бы всё равно боролся до последнего. Но омега выбрал его, значит, он имеет полное право.       - Я уже и так всего лишился после выхода статей. Но я уйду.       - Да, давай.       Чонин со слезами на глазах смотрел на Кёнсу, понимал что теряет. Не хотел в это верить… Поэтому просто быстро вышел из палаты и поклялся забыть всё и навсегда.       - Чёрт, статьи.       Чанёль достал телефон из кармана и набрал номер Сехуна. Тот всё-таки их главный программист.       - Алло. Ты уже видел статьи? Так вот, чтобы я их больше не видел. Делай, что хочешь. Выпусти опровержение. Да выкупи ты эти порталы! Мне не важно, во сколько это обойдётся. Но я не хочу, чтобы это где-то осталось. Отлично, перезвонишь, как всё будет готово.       Кёнсу не знал, что ему делать, куда смотреть, что говорить. Ему было так стыдно и страшно. Его пугала неизвестность. Чанёль смотрел в окно, молчал, не знал что сказать. И омегу это молчание напрягало.       - Прости, я создал столько проблем.       - Тебя действительно только это сейчас беспокоит? Ты не знаешь от кого залетел, подумай лучше об этом.       У омеги руки тряслись, он не ожидал такого от Чанёля. Хотя сам виноват. Не нужно было к Чонину в кровать ложиться.       - Это правда, твой ребёнок, твой сын, Чанёль, послушай меня…       - Я не хочу ничего слышать. Молчи, ни слова больше.       Кёнсу смотрел на альфу зло и расстроено. Он впервые так обращался с ним.       Чанёль такого взгляда выдержать не мог, потому что Кёнсу хотелось тут же прижать к себе и начать успокаивать, а он ещё не заслужил этого.       Альфа вышел из палаты и пошёл к доктору, который всегда их обслуживал. После двух беременностей омеги, они достаточно сблизились. Омега даже несколько раз был у них дома, когда Кёнсу было плохо. Чанёль постучался в дверь кабинета и после разрешения вошёл. Хонбин ходил по кабинету из стороны в сторону. Ситуация с Кёнсу его сильно тревожила. Омега был так слаб. Третья беременность, его ослабленное и шаткое состояние. Он всерьёз опасался за него.       - Скажи, как он? – Чанёль сел в кресло и опустил голову на ладони. Он устал, но старался не показывать этого.       - А ты сам не видел?! Посмотри, до чего ты его довёл!       - Почему ты на меня кричишь? В чём моя вина?! – Альфа тоже не мог сдерживаться.       - Не поверю, что ты не знал, что у него появился любовник.       - Знал, ну и что? Он не маленький, своя голова на плечах есть. Лучше скажи мне, чей это ребёнок.       - Ты мог всё прекратить, не доводить до такого. Что, если я скажу, что это не твой сын? Отберёшь старшеньких, а его бросишь одного с младенцем на руках?!       - Почему ты такой? Ты же доктор, просто ответь, это мой ребёнок?       - А ты сам не чувствуешь? Ты же должен понять по запаху, твой он или нет.       - Я чувствую… Но вдруг я ошибаюсь, он ведь был с ним.       - Был и не раз. Но он не хотел от него ребёнка. Кёнсу не такой глупый, как ты думаешь. Это твой ребёнок Чанёль, можешь не сомневаться.       - Правда?       - Правда. Ты рад?       - Не знаю…       - Ты ведь всегда хотел наследника. В этот раз у вас будет альфа.       - Я чувствовал. – Чанёль покачал утвердительно головой. Он знал.       - Надеюсь, ты поймёшь Кёнсу и не причинишь ему ещё больше боли. Он очень слаб и уязвим сейчас, ему нельзя нервничать и перенапрягаться.       - Не бойся, я не собираюсь разводиться с ним или отбирать детей. Но мне придётся съехать от него на какое-то время, ты же понимаешь, что я злюсь, и его стоит немного проучить. Вы ведь поможете мне в этом, доктор? После каждого приёма будете звонить мне и отчитываться о его состоянии и состоянии ребёнка. – Чанёль умел заставлять людей делать именно то, что нужно ему. То, как он говорил, его тон, этому отказать было просто невозможно.       - Хорошо, но я хочу точно знать, что ты не бросишь его.       - Конечно, я его не брошу, он ведь мой муж.       - Ладно, забирай его, и поезжайте домой. Всё, что могли, мы сделали. Теперь дело за тобой.       - Спасибо.       Чанёль вышел из кабинета врача и выдохнул, сейчас ему нужно было идти к омеге. Смотреть на него, злиться, пытаться быть холодным.       Кёнсу уже был одет в свою одежду и сидел на кровати. Ждал альфу. Он не знал, что будет дальше. Чанёль был так не уверен в нём. Конечно, теперь он ему не доверял и не верил. Кёнсу не знал к чему готовиться.       - Мы можем ехать? – Чанёль заглянул в палату, но заходить не стал.       - Да. – Кёнсу быстро вышел из палаты и последовал за альфой. Тот, конечно, не помогал ему идти, как сделал бы раньше. Но шёл медленно. Подстраивался под него. Думал о том, как ему может быть больно. Он даже открыл ему дверь в машине, но придерживать или помогать не стал. Сразу сел за руль. Омега смог усесться сам.       Чанёль ехал медленно. Он был напряжён, как и омега. Они впервые ехали в машине в тишине. Обычно они активно что-нибудь обсуждали, ну или слушали музыку или новости. Такой тишины ещё не было никогда.       Слава богу, что ехать было недалеко, иначе Кёнсу бы не выдержал всего этого напряжения.       Когда они зашли домой, дети что-то громко обсуждали с дедушкой. Тот смеялся, но его смех сразу прекратился, как только он увидел Кёнсу.       Чанёль коротко поздоровался с Чунмёном и сразу ушёл на второй этаж. Омега тут же почуял неладное. Обычно альфа долго приветствовал его, обнимал, спрашивал, как дела.       - Кёнсу? Что-то случилось? – Омега обеспокоенно смотрел на сына.       - Да, пап, случилось. Давай я завтра приеду и всё расскажу, хорошо? А сейчас поезжай домой, уже поздно.       Чунмён понимал, что случилось что-то серьёзное, но выпытывать у Кёнсу не собирался, не сейчас. Видел, что сын не в лучшем состоянии.       - Хорошо, детки, пока. – Омега поцеловал детей на прощание и уехал.       Кёнсу проверил детей, оставил их в гостиной у телевизора, а сам поднялся в их с Чанёлем спальню.       Альфа собирал чемодан, этого омега боялся больше всего.       Но он не знал что сказать. Да и Чанёль запретил ему говорить. А он не хотел ещё больше злить. Альфа заметил его краем глаза. Видел, как Кёнсу с опущенной головой сел на кровать, как упёрся о неё руками. Видел, как ему было плохо. Но чем он мог помочь, если жертва он сам?       Чанёль быстро собрал чемодан и только направился к двери, как Кёнсу обхватил его поперёк живота и прижался к спине. Омега дрожал и плакал, но крепко держал и даже не собирался отпускать. Его слёзы и всхлипы тонули в складках ткани, а Чанёль не знал что делать. Он не думал, что Кёнсу будет так реагировать.       - Пожалуйста, не уходи… - Кёнсу хватался за мужчину и жался всё сильнее, и, кажется, Чанёль вот-вот упадёт.       Омега сжимает свои руки на чужом животе и зажмуривается. Он не хочет, чтобы всё заканчивалось вот так.       - Надо было раньше об этом думать. А теперь… Я думаю, мы должны пожить отдельно некоторое время. Я буду жить на старой квартире. Мне нужно время, Кёнсу… - Омега расслабился, а Чанёль быстро скинул его руки и покинул комнату. Тогда Кёнсу только хватило сил осесть на пол. Казалось, вся жизнь уходит из под ног. Если Чанёля нет рядом тогда зачем ему жить… Не успела эта мысль прочно закрепиться в голове, как в комнату забежали дети.

***

      Тяжело представить, с каким сердцем Чанёль спускался вниз. Подошёл к двери в гостиную долго смотрел на детей, не представлял, как оставит их на такое долгое время. Бедные, они сидели на диване смотрели мультики и даже не думали, что отец сегодня не будет их укладывать, как обычно. Альфа долго не решался подойти к ним. Не знал, как объяснить всё. Но те заметили его первыми и тут же вскочили.       - Папа, папа, что случилось? – Суён, как старшая, взяла маленького Джэхёна за ручку и смотрела такими глазками, что Чанёль собрался пойти и разобрать вещи. Но пришлось собрать всего себя, как бы сложно это не было.       - Папе нужно уехать. Надолго, в командировку. Вы должны мне помочь. Присмотрите за папой Су? Хорошо?       Чанёль не мог на них насмотреться. Его маленькие детки. Ни в чём не повинные. Но, что поделать, другого выхода не было.       - Когда ты вернёшься?       - Не знаю, любимые, правда, я постараюсь скорее. А вы слушайте папу Су и помогайте ему. Потому что у вас скоро… Скоро у вас будет ещё один братик.       - Братик? Ещё один? Вот это да!       - А как же мы? – Маленький Джэхён хмурил носик, он не понимал, как это будет, если появится кто-то ещё.       - А вы мои любимые сыночек и доченька. Но за папой всё равно следить. Давайте идите к нему. – Альфа поцеловал обоих детей и проследил, как они поднялись на второй этаж.       Сам закрыл дверь и поехал на старую квартиру. Там они с Кёнсу много не жили, несколько месяцев пока не достроили дом.       Но всё же там они были вместе. В квартире было холодно и пыльно, но это лучше чем ехать в отель. Почему-то именно в гостиничный номер не хотелось. Тем более в этой квартире сохранился старый бар.       Чанёль нашёл виски и стаканы и открыл ноутбук. Вставил флеш карту с их фото и начал пересматривать, и тут все воспоминания навалились на него, как снежный ком. Он вспомнил, как впервые увидел омегу. Кажется, это было так недавно. А на деле целых восемь лет назад. Альфа помнит, как совершенно случайно попал на какое-то мероприятие университета, где раньше учился. Он стал одним из лучших выпускников, и его пригласили на оценочное мероприятие. Плюс у него была своя компания, и это был первый год его сотрудничества с университетом. Будущие выпускники представляли себя и свои проекты, а работодатели могли подыскать кого-нибудь и для себя. У Чанёля штат в фирме был укомплектован, и пошёл он только для того, чтобы встретиться со старыми знакомыми, и никак не ожидал встретить там его. Единственный омега на факультете, который дошёл до выпуска. Альфу поразила его уверенность, то, как он представляет свой «дом мечты», как смотрит на комиссию, как уверенно говорит, как ведёт себя. Он помогал с организацией и потом в конце остался, чтобы разобрать технику. Чанёль не торопился уходить, подошёл первым и представился. Но Кёнсу почти не обратил на него внимания. Никак не среагировал. Просто принял визитку, сказал, чтобы он связался с университетом насчёт работы, и направился к выходу из аудитории. А когда Чанёль остановил его, попросил его номер и пригласил на ужин, омега озадаченно посмотрел на него, сказал, что «это» его не интересует, и потом демонстративно скрутил визитку и выкинул в урну для мусора. Тогда он и зацепил Чанёля. Такой недоступный. Альфа твёрдо решил, что заполучит его. Сначала это не было влюблённостью. Влюблялся он в него постепенно. Чанёль помнит, как долго отбивал Кёнсу у других компаний. Как умолял директора университета отправить его на стажировку именно в его фирму. Помнит, как он играл с ним, а Кёнсу делал всё, чтобы получить отличную оценку за практику. А потом у него не было другого выхода, и он начал работать у них. Простым архитектором, но все его проекты были такими идеальными, такими продуманными. Все их клиенты были довольны его работой. Никаких жалоб, и это выводило Чанёля из себя. Он не знал к чему придраться. А тут Кёнсу сам пришёл к нему и просил денег. Тогда Чанёль и потерял остатки разума. Он столько терпел, а тут такой шанс. Конечно, он им воспользовался, а потом пожалел. Кёнсу сломался и сдался ему, они поженились, но омега оставался всё также холоден к нему. Даже после того, как у них появились дети. Они лишь создавали какую-то иллюзию счастливой жизни. Точнее Чанёль старался изо всех сил, но ничего не получалось. А потом в их жизни появился Ким Чонин. Это был их последний шанс. Чанёль всё продумал. Он буквально собственными руками свёл их. Тогда в ресторане он сразу всё понял и придумал весь этот сценарий. Только этот молодой альфа мог заставить понять, как важен сам Чанёль для Кёнсу. А если нет, то всё, конец их отношениям. Чанёль долго терпел, закрывал глаза на каждый их раз. У него ведь лучшая охранная фирма, которая отлично следила за омегой и его похождениями. И с каждым днём на столе альфы появлялось всё больше фото и видео. Слава Богу, Чонин оказался настоящим ублюдком, а Кёнсу, наконец, ожил. По-другому это назвать нельзя было. Конечно, это дорогого стоило. Собственноручно подложить своего мужа другому альфе. Это была настоящая пытка. Сидеть в кабинете и знать, что где-то там его муж развлекается с молоденьким любовником. Но зато сейчас… Сейчас Кёнсу понял, кто действительно его альфа, теперь он будет бегать за Чанёлем. На самом деле альфе не нужно ничего, кроме признания. Чанёль хочет, чтобы Кёнсу наконец-то осознал, что любит его и признался ему в этом. Сейчас омега где-то в начале пути, но Чанёль будет терпеливо ждать. Он даже пошёл на расставание, только лишь бы они смогли нормально жить. Чтобы у их детей были любящие друг друга родители. Сейчас всё идёт по плану, но Чанёлю всё равно мерзко. И он не винит Кёнсу. Ему противно от самого себя, от того что он сам сделал всё это. И, конечно, от того, что омега изменял ему. Был с другим. Чанёлю так тошно и противно, но, чёрт возьми, он любит его. Значит, простит.       Через час фотографии заканчиваются, как и бутылка виски. Мужчина, порядком уставший и опьяневший, собирается спать, как раздаётся звонок в дверь. Неужели это Кёнсу? Об этой квартире мало кто знал. Чанёль открывает дверь и видит своего омегу. Не мужа, а омегу. Бэкхён стоит перед ним взволнованный и тяжело дышит. Его глаза блестят и бегают из стороны в сторону. Чанёль не собирается его прогонять, но и звать в гости тоже не собирается. Он просто уходит в комнату и садится на диван. Бэкхён только закусывает губу, понимает, как бесчестно поступает по отношению к Сехуну, но ничего с собой поделать не может.       Омега заходит в гостиную и смотрит, как Чанёль, вальяжно раскинув ноги, сидит. Он тихо крадётся и усаживается на колени у ног альфы.       - Я видел новости… - Бэкхён словно крался из далека, он был шокирован, но ещё больше окрылён возможностью.       - Твой жених позаботился, чтобы больше их никто не увидел, так что не волнуйся. – Чанёль ехидно улыбнулся и посмотрел на омегу сверху вниз.       Бэкхён закусил губу, не зная как начать. Но его тело реагировало быстрее. Проворные тонкие пальцы гладили чужое колено, внутреннюю сторону бедра и пробирались выше.       - Что делаешь?       Чанёль усмехнулся, намерения омеги были ясны как белый день. Только вот он не собирался терять голову и изменять Кёнсу. Даже из чувства мести. Он не хочет ранить Бэкхёна ещё больше. Хотя кажется, куда уж больше. Он ведь отказывается от него. Просто они слишком разные. Чанёлю нужны ограничения. Иначе он просто выйдет из-под контроля. Бэкхён же для него непозволительная роскошь. Чанёль не представлял их вместе никогда. И в истинность их не верил. Да, Бэкхён пах сладко и маняще, но это чувство не могло заменить то, что он чувствовал, когда дышал Кёнсу. Омега пах домом и уютом, заботой и лаской, тем, чего ему так не хватало в детстве.       Омега не знал, что ответить, и просто продолжал расстегивать ширинку. Пока чужие руки его не остановили.       - Не делай того, о чём пожалеешь. – Чанёль смотрел предупреждающе, видит Бог, он не хотел этого. Он просто всё это время держал Бэкхёна рядом, присматривал за ним. А сейчас, кажется, уже Сехун должен этим заниматься.       Но Бэкхён не слушал. Он потянулся к лицу альфы и резко поцеловал его в губы. Так страстно впился, но его резко оборвали. Чанёль оттолкнул его, и он упал на пол, обиженно смотря вверх.       - Видишь это? – Чанёль поднял руку и указал на красивое обручальное кольцо.       - Пока оно на мне, Кёнсу мой муж. И я не собираюсь изменять. Он единственный, кого я полюбил.       - Но он же изменил тебе! – Бэкхён не хотел этого слышать.       - И что? Он ведь всё равно вернулся ко мне. – Чанёль был так спокоен, в то время, когда Бэкхён сходил с ума. Невероятная боль в груди сковывала тело, и он не мог подняться.       - Неужели, ты ничего не чувствуешь? - Омеге так хотелось высказать всё, что накопилось.       - Чувствую, но это ничто по сравнению с тем, что я чувствую к Кёнсу.       - Ненавижу тебя.       - Ты уволен. Уходи. – Чанёль решил прекратить всё это. Не мучить больше ни себя, ни омегу.       Бэкхён так ненавидел его сейчас. Вот же сволочь. Как он мог так с ним поступить? Ведь омега в который раз сам открылся. Кёнсу точно его околдовал. Чанёль не смотрел на него. Укладывал подушку и собирался спать. И у Бэкхёна не было другого выхода, как уйти. Уйти в бар, чтобы напиться и хоть немного забыть, что сегодня потерял всё.

***

      Кёнсу сидел на полу и не знал что делать. Он ведь никогда не был один. А сейчас он свободен. А свобода предполагала ответственность. Он не знал как будет справляться с детьми, с домом… А ещё он боялся реакции родителей. Что они скажут? Кто он теперь в их глазах? А родители Чанёля… Теперь они точно не позволят сыну вернуться к нему. Этого Кёнсу боялся больше всего. Потерять Чанёля, это значит потерять всё. Он любил его. Всё это время любил, но не понимал. А теперь потерял и не знает, что делать. Куда пойти, что сказать? Чтобы вернуть всё, как было. Для Кёнсу это была настоящая трагедия. Он и не думал, что будет так больно. Единственным спасением сейчас были они. Его два маленьких ангела, которые давали надежду.       - Папа, я кушать хочу. – Малышка Суён дёрнула его за руку, и он на автомате улыбнулся, стирая слёзы с лица.       - Точно, вы же остались без ужина. Сейчас. – Кёнсу резко встал, а Джэхён схватил его за ногу.       - Папа, ты должен быть осторожнее. Подумай о братике.       Омега удивлённо смотрел на ребёнка, а тот в ответ так укоризненно смотрел на него.       - Откуда вы знаете?       - Отец нам всё рассказал.       Тут Кёнсу стало не по себе. Неужели прям всё рассказал?       - И про командировку свою, и ещё сказал, чтобы мы позаботились о тебе.       - Вы мои солнышки. – Омега присел на корточки и поцеловал обоих детей в лоб, а затем взял их за руки и спустился вниз на кухню.       Дети сразу же убежали в гостиную, смотреть телевизор, а Кёнсу собирался готовить ужин как в дверь позвонили.       Омега не знал, кто мог потревожить его в такой поздний час. Наверное, он ожидал увидеть кого угодно, но не Сехуна. На улице лил проливной дождь, и дул сильный ветер. Альфа весь промок и дрожал от холода.       - Заходи скорее. – Кёнсу пропустил альфу в дом и зашёл следом.       - Иди на кухню, я принесу тебе полотенце и плед.       Сехун кивнул, а Кёнсу проследил за мокрыми следами на паркете и покачал головой. Он быстро взял всё необходимое и вернулся на кухню. Сехун сидел за столом и трясся от холода.       - Держи.       - Спасибо. – Сехун, наконец, поднял взгляд на омегу и стащил с себя куртку.       - Что случилось? – Кёнсу обеспокоенно смотрел на альфу. Тот был таким бледным и испуганным.       - Бэкхёна нигде нет. Я уже весь город обзвонил и объездил, его нигде нет и трубку он не берёт, как и Чанёль. Я думаю, он с ним…       Сехун сжимал челюсти и кулаки, и старался не смотреть на Кёнсу. Потому что тот сам побледнел и схватился пальцами за край столешницы. Он ведь не слепой и не глупый и видел всё, и понимал. Бэкхён всегда был не безразличен к Чанёлю. Но тогда Кёнсу было всё равно, а сейчас было больно. Но он не верил. Чанёль не мог.       - Ну и что? Не факт, что они вместе. Чанёль бы не поступил так со мной…       - Не после того что случилось, Кёнсу…       - Нет, я не верю. – Омега стоял на своём. Хотя нервы его подводили. Слёзы собирались в уголках глаз, и он быстро отвернулся к плите, чтобы снять чайник, в итоге рука дрогнула, он обжёгся, крикнул, повернулся и заплакал совсем как ребёнок. От безысходности.       Сехун подбежал к нему и быстро стал ополаскивать руку под краном холодной водой. А потом поднял чужую кисть повыше и стал рассматривать. Кёнсу стоял неподвижно и не сопротивлялся. А альфа смотрел на него и поражался мыслям, что приходили в его голову. Может быть, это и их шанс, шанс начать всё сначала? Его глаза разглядывали лицо омеги. Всё такое же невинно-детское, красивое и грустное. Его лёгкий аромат, что по-прежнему манил и притягивал, и Сехун не сопротивлялся этому, прижался ближе, чувствуя сбитое дыхание Кёнсу на своей шее. Омега видел всё настолько смазано, из-за слёз, что текли беспристанно, что не заметил, как альфа приближался к нему. Как рассматривал и пытался сдержаться, но не устоял, и, схватив его за талию, прижал к себе, плотно обнял и поцеловал. По-настоящему, взасос, с языком. Так, как у них не было никогда до этого момента. Их детские поцелуи с этим ни за что бы не сравнились. Они повзрослели. Особенно Сехун. Он стал настоящим мужчиной. А Кёнсу просто поддался какому-то вихрю из чувств и сейчас глотал свои слёзы и чужую слюну. Сехун активно пропихивал в него свой язык и сжимал тело. Это было больше, чем поцелуй. Слишком много стресса. Альфа часто дышал в его губы и всё никак не отстранялся. Даже когда руки омеги легли на его волосы и оттянули назад.       - Давай всё вернём назад… - Сехун отстранился и посмотрел в глаза омеги, пытаясь отыскать там ещё один шанс.