Любовник

      - Ты с ума сошёл? – Кёнсу рассмеялся и легко оттолкнул альфу. Нет, он не злился. Даже отчасти понимал его. Бэкхён сбежал при первой же возможности к другому, он один, подавлен и зол, и вот исход.       - Садись, мы как раз с детьми собирались ужинать. – Омега начал быстро собирать на стол, а Сехун сел на своё место, неловко почёсывая затылок.       - Почему? – Альфа не понимал, почему Кёнсу считал, что у них нет шанса.       - Что "почему"?       - Почему мы не можем быть вместе? – Альфа разглядывал спину омеги, и то, как он быстро нарезал овощи, тут же уже доставая готовый рис, и ставил тарелку перед ним.       - Потому что я не хочу терять такого друга, как ты. И я всё ещё замужем. – Кёнсу усмехнулся, наконец-то вспомнил, называется.       - Но ведь Чанёль ушёл, ты один…       - Если бы он ушёл, то забрал бы и детей. Но, как видишь, дети со мной. – Кёнсу вышел из кухни, чтобы позвать малышей кушать.       - Джэхён, Суён, пойдёмте ужинать. Дядя Сехун пришёл.       - Думаешь, он вернётся к тебе?       - Конечно, ведь я жду ещё одного ребёнка.       Сехун удивлённо посмотрел на омегу.       - Ещё одного?       - Да. Так что не думаю, что он бросит нас.       Дети забежали на кухню, играя в догонялки, или «кто быстрее прыгнет на руки к Сехуну». Альфа от неожиданности поднял на руки обоих и удивлённо посмотрел.       - Оппа! Наконец-то ты пришёл, пойдём, я покажу тебе свои новые игрушки и вещи.       - Суён! – Кёнсу прикрикнул на дочь. Чанёль совсем её разбаловал. - Сначала поужинайте. Дядя Сехун устал и промок. Ему нужно отдохнуть.       - Всё в порядке, Кёнсу.       - Не позволяй им многого. – Омега быстро шепнул на ухо альфы и сел рядом.       - Ешьте. Приятного аппетита. – Кёнсу проверил блюда детей, подложил мяса альфе, потому что тот внезапно начал стесняться, и сам принялся за еду.       А Сехун наблюдал за ними со стороны. Они выглядели так красиво и гармонично, то, как Кёнсу кормил детей, вытирал им личики, разговаривал о чём-то… В этот момент Сехун понял как сильно хочет себе такую семью. Как сильно он хочет детей. Он уже не так молод, пора задуматься, и Бэкхён единственный, кто может дать ему всё это.       Ужин проходил в относительном спокойствии. Перед детьми, что Кёнсу, что Сехун не могли показывать свои искренние эмоции. Но после того, как альфа помог уложить детей, и они вновь спустились на кухню, эмоции стали возвращаться. Кёнсу хотел бы напиться и забыться, да нельзя, а Сехун не любитель выпить. Вот и приходилось глушить боль в чае. Альфа нервничал и стучал по чашке, в то время когда Кёнсу уже съел пятую конфету, не считая всех тех пирожных, которые покупал детям.       - Как думаешь, он вернётся? – Альфа тёр переносицу, у него и так был сегодня очень сложный день, ещё и Бэкхён решил нервы потрепать.       - Я очень на это надеюсь. Может, он вообще уже сидит дома и ждёт тебя. – Омега лениво раскачивался на стуле. Настроение было ни к чёрту. Он представлял, как Чанёль изменял ему с Бэкхёном. И ему становилось так противно. Теперь он понимает мужа, он бы тоже не смог жить с изменником в одном доме.       - Тогда я, наверное, пойду. Поздно уже, и вдруг он, правда, дома. – Альфа поднялся из-за стола, и Кёнсу окинул его каким-то пустым взглядом, будто тот и не сидел с ним всё это время.       - Конечно, я провожу тебя.       - Не грузись так сильно по этому поводу. Если тебе нужна будет помощь с детьми или ещё что-то, не стесняйся, обращайся.       - Хорошо, обязательно.       Когда за Сехуном закрылась дверь, Кёнсу уже было выдохнул и понадеялся, что этот день закончился, но только его голова коснулась подушки, как в дверь позвонили.       На пороге пытался стоять пьяный Бэкхён. Омега держал в руках наполовину опустошённую бутылку, и очевидно, что она точно была не первая.       - Ну, привет, братишка… - Омега упал в руки Кёнсу, и тот только успел его удержать и затащить в гостиную.       - Какого чёрта, Бэкхён?! – Омега скинул тяжесть с плеч и сел рядом.       - Я так тебя ненавижу. Ненавижу, ненавижу, ненавижу. – Бэкхён плакал и кричал. Кёнсу взял его за руки и попытался успокоить. Такое происходило впервые, и он просто не знал, что делать. - Скажи, что ты сделал?! Чем ты лишил его рассудка? Он столько раз отталкивал меня и всё из-за тебя. Ненавижу, как я вас ненавижу! - Истерика становилась всё сильнее, Бэкхён уже не контролировал себя и скидывал руки Кёнсу, пытающиеся сдержать его.       Кёнсу не на шутку испугался, он не знал, как привести Бэкхёна в чувство. Он поднялся с дивана, но Бэкхёна это не остановило, он поднялся следом и кинулся на Кёнсу, толкая его в плечи. Омега еле удержался на ногах, но устоял, и это стало для него последней каплей. Он тут же отвесил Бэкхёну пощечину, такую сильную, что тот не удержался на ногах и упал. Кёнсу впервые бил кого-то, ему стало не по себе, он испугался за брата.       - Бэк… - Омега сел рядом притягивая содрогающегося в рыданиях парня к себе. Бэкхён не стал сопротивляться и расположился на ногах Кёнсу, прижимаясь к его груди.       Кёнсу же обхватил руками спину омеги и стал укачивать словно ребёнка.       - Прости меня, прости, я не хотел. Просто ты пьяный… - Кёнсу поцеловал омегу в висок и понял, как давно они вот так вот не сидели, наверное, ещё со старшей школы.       - Это ты меня прости. Просто я поехал к нему, стелился там перед ним, а он в очередной раз послал меня, ещё и уволил.       - Что?! Чёрт, как он посмел?! Никто ведь не сможет тебя заменить… Это всё моя вина. Я ведь видел, как ты смотришь на него, не стоило мне заводить с ним отношения.       - Нет, тут нет твоей вины, Кёнсу. Он так любит тебя. А я… У вас ведь семья, а я поступил как последняя… Ты понимаешь, он ведь не первый раз указывал мне на моё место, но я… Теперь всё будет по-другому, я больше не потревожу вас, обещаю. – Бэкхён всё не переставал всхлипывать, а Кёнсу укачивал его на руках словно младенца. У обоих на душе творилось невообразимое. Было невыносимо больно и тяжело. Их угораздило влюбиться в одного человека. И это стало причиной того, что они так сильно отдалились друг от друга, а они ведь совсем не чужие.       Бэкхён был сильно пьян и уже через несколько минут уснул. Кёнсу пришлось собрать все силы, чтобы переложить его на диван и уйти на кухню. Омега, кажется, готов был кричать, но он не мог. Он просто тихо плакал, сметая стаканы и тарелки с полки. Как он был зол, как он ненавидел и себя и Чанёля. Зачем он согласился на брак с ним?! Почему Чанёль так поступил?! Ведь знал же, что Бэкхён его омега, так почему испортил им всю жизнь?! Почему выбрал его, а не Бэкхёна?!       Эта ночь казалась бесконечно длинной. Кёнсу так мечтал, чтобы она побыстрее закончилась. Потому что каждый её час приносил всё больше страданий и боли. Омега не помнит, сколько он просидел на кухне. Только под утро он пришёл в себя, быстро собрал осколки и набрал номер Сехуна, стоило позвонить ему раньше. Ведь альфа так волновался.       Через двадцать минут мужчина снова стоял перед ним на кухне и ждал, что Кёнсу расскажет всё ему.       - Так что между ними произошло? – Сехун явно нервничал, Бэкхён был ему дорог, он даже любил его по-своему, а омега в ответ так топтал его чувства.       - Чанёль отказал ему и уволил. Бэкхён напился и пришёл сюда. Устроил истерику, я еле его успокоил. Он много выпил, не контролировал себя. Он многое потерял этой ночью, поэтому, пожалуйста, позаботься о нём. Сделай так, чтобы он забыл обо всём. – Кёнсу чувствовал себя виноватым. Он не хотел, чтобы Бэкхён страдал из-за него, но ничего изменить уже нельзя. У них с Чанёлем какая-никакая семья.       - Я постараюсь. – Сехун поднял Бэкхёна на руках и уложил на переднее сидение. Он ужасно волновался за омегу, всю ночь не мог уснуть. Пытался придумать, что им делать дальше. Ничего в голову не приходило. Он просто хотел его видеть, целым и невредимым. Сейчас он был рядом возле него, и Сехун был спокоен. Он даже был благодарен Чанёлю, что тот не тронул его. Но поведение омеги его не радовало, да, он сам тоже чуть не поддался искушению. Но Бэкхён, он при каждом удобном случае… Такое поведение было неприемлемо, и Сехун собирался хорошенько проучить омегу. Он этого заслуживал, ведь он вытрепал ему столько нервов.       - Ммм… Се… - Омега на соседнем сидении наконец-то начал подавать признаки жизни.       - Неужели очнулся? Как раз вовремя, мы почти дома. – Альфа усмехнулся, Бэкхён ведь ещё не подозревал, что его ждёт.       Он что-то мычал и сопротивлялся, когда альфа нёс его на руках. Барахтал руками и ногами до самой ванной.       - Так, а ну быстро успокоился. – Сехун стянул с омеги пальто и ботинки и поставил в душевую прямо в одежде.       - Оставь меня! Что ты делаешь?! – Бэкхён пытался выйти, но Сехун не позволял.       - Что я делаю?! Это что ты делаешь?!       Омега впервые видел Сехуна таким, поэтому серьёзно испугался и попытался вырваться, но сделал хуже лишь для себя. Альфа со злости включил холодную воду, и та потекла сверху на омегу словно водопад.       - Пусти! Что ты делаешь?! – Бэкхён кричал и вырывался. Он не понимал, чего добивался Сехун. Ему и так было тошно, так ещё и альфа пристал. Он даже не понимал, что причинил ему боль, что заставил переживать.       - Ты сам виноват! Что ты делаешь с нами?! Я ведь всё для тебя… У нас же свадьба скоро, а ты снова пошёл к нему и унижался. У тебя совсем гордости нет?!       Сехун пытался держать себя в руках. Наконец-то он мог высказать всё, что думает. Пришло его время показать себя. Бэкхён был слаб и напуган. Он растерянно смотрел на Сехуна, который кричал на него, который злился, который начал проявлять хоть какие-то чувства. Бэкхён был удивлён и зол, Сехун ведь знал, на что шёл? Почему же сейчас обижается?       - Я пока ещё не твой муж! Так что не смей на меня кричать! – Бэкхён всё толкал Сехуна в плечи, пока тот не схватил его и не сжал в своих руках так, что омега пискнул и поморщился от боли. Альфа быстро выключил воду и достал промокшее тело из душа. Омега весь дрожал, у него зуб на зуб не попадал, и Сехун начинал чувствовать себя виноватым. Но это было ровно до того момента, пока Бэкхён не захотел его ударить и сбежать. Сехун конечно успел среагировать раньше. Он сжал руки омеги за спиной и стал стягивать с него мокрую одежду, чтобы тот не заболел. Но тому было всё равно он царапался и кусался, пытался ударить и сбежать, но альфа, конечно же, был сильнее. Он полностью раздел его и поднял на руках. Бэкхён визжал и вырывался, но Сехун донёс его до кровати и мягко уложил. Омега тут же хотел подняться, но альфа зафиксировал его руки над головой.       - Ты думал, что я в очередной раз проигнорирую это? С меня хватит. Ты будешь наказан. – Альфа был так серьёзен, его зрачки стали абсолютно чёрными от ярости и возбуждения. Бэкхён не отставал от него и тоже начал возбуждаться от всего, что происходило, от их ссоры, от их драки, от этого грубого поцелуя, от властного Сехуна. Они, конечно, любили пожёстче, но чтобы прям так, у них никогда не было. Сехун не брал его насильно и не кричал на него. А сейчас он вёл себя совсем по-другому, и это заводило.       - Давай попробуй. – Бэкхён прогнулся в спине, ещё ближе прижимаясь к мужчине. Сехун был полностью одет и это бесило.       - Вздумал играть со мной? – Альфа отстранился, чтобы стянуть с себя футболку, а Бэкхён не теряя времени, принялся за его ширинку.       - Что ты, я и не посмею. – Омега закусил губу, оголяя бёдра альфы. Он их так сильно любил. Особенно его огромный член, которому, наверное, сам Пак Чанёль позавидует. Он был такой твёрдый, с покрасневшей головкой и капельками смазки. Бэкхён тут же обхватил его в кольцо из пальцев, но Сехун его отстранил, властно укладывая на кровать.       - Сегодня мы играем по моим правилам. – Альфа резко опустился вниз, облизывая живот омеги. Бэкхёну было горячо. Он смотрел на Сехуна, на то, как тот, не останавливаясь, играл языком с его пупком, спускался ниже и целовал. Альфа вдыхал его свежий запах возбуждения и сходил с ума.       - Бэкхён… - Сехун прорычал его имя где-то на уровне приподнятой поясницы и вновь сравнялся с ним. Альфа прижался губами к его уху, а пальцами пробрался к анусу и совсем не нежно проник в него двумя сразу, чтобы проверить, готов ли омега.       - По-моему кому-то нравится.       Внутри Бэкхён был словно горячий шёлк. Альфа не мог себе отказать в удовольствии немного поиздеваться над ним и растянуть. Омега стонал и шептал его имя, он был словно в бреду, и Сехун решил прекратить, иначе…       - Сейчас… - Альфа перевернул омегу полностью на живот и, раздвинув ягодицы в стороны, вошёл. Целиком и полностью заполнив омегу собой.       Бэкхён утонул лицом в ворохе из подушек, но Сехун тут же его оторвал от постели и сильнее натянул на себя. Мужчина не щадил его. Он трахал всё ещё пьяного и продрогшего от холодной воды омегу. С каждым толчком Бэкхён становился всё слабее, а его тело реагировало на каждое касание, которых Сехун для него не жалел.       Альфа растягивал ягодицы омеги в стороны и всё входил на всю длину, попадал по простате, и Бэкхён от этого кусал губы и сжимал простыни. Так хорошо не было никогда. Он чувствовал себя живым. Сехун, наконец, показал ему, что всё всерьёз. Он брал его сильно и грубо по-настоящему, как и хотел Бэкхён. Всё тело было вытянуто, словно струна и возбуждено до предела. Он будто взлетал, но Сехун крепко его держал и целовал в шею и за ухом.       - Ты будешь рожать мне каждый год, чтобы бегал только от кухни к детской, и чтобы даже ни одной мысли о других мужчинах не было. – Сехун только одним своим шёпотом доводил до пика удовольствия. И Бэкхён только мог кивать ему в ответ и глотать слёзы удовольствия. Он больше не посмотрит ни на кого, кроме него.

***

      Этой ночью Кёнсу практически не спал. Он думал, что утро и не настанет. А когда оно всё же наступило, он был так не готов к нему. Ему предстояло объясниться с родителями, это было сложно. Он ведь всегда был идеальным сыном. А тут позволил себе совершить такую ошибку. Но он никак не мог не объясниться с ними. Рано или поздно они всё равно бы узнали. Поэтому, как только он отвёз детей в сад, сразу поехал в родной дом. Он даже не знал с чего начать, даже папин успокаивающий чай совсем не помогал. А взгляд отца напрягал.       - Что случилось? Вчера вы с Чанёлем сами на себя похожи не были… - Чунмён сидел напротив сына за столом и не сводил с него взгляда.       - Кое-что случилось… Вы же знаете Ким Чонина? Он был моделью и снимался в нашей рекламе.       - Конечно, я знаю его. Я немного его фанат. Он очень красивый. Принц Азии.       Кёнсу неловко улыбнулся и удивился, потому что не знал, что его папа следит за всем этим.       - Ага, он самый, он мой истинный альфа.       Тут пришло время удивляться уже родителям омеги.       - Что? А как же Чанёль… - Чунмён не верил, что судьба была так зла с его сыном.       - Я изменил ему с Чонином. – Кёнсу сжал руки в кулаки, уже ожидая своей участи.       - Что!?! Повтори! – Ифань встал из-за стола, зло смотря на сына, от него он такого не ожидал точно.       - Я и-и-зменил ему...       - Как ты посмел?! – Альфа ударил руками по столу и навис над Кёнсу, не веря его словам.       Кёнсу чувствовал, как комок подходил к горлу, как ему хотелось плакать, как в детстве.       - Ифань, не кричи на него! – Чунмён встал на защиту своего сына. Он мог его понять как никто другой.       - А ты за него не заступайся! У тебя, что, совсем голова отключилась?! У вас же дети?! Чем ты вообще думал?!       - Отец… Я знаю, что это ужасно, но я не смог по-другому. – Кёнсу и не смел, поднять головы.       - Чанёль знает?       - Да.       - И что? Бросил тебя, решил развестись?       - Нет, просто съехал, сказал, что ему нужно время.       - Какое ещё время, у вас же семья, двое детей!       - Трое… - Кёнсу закусил губу, не зная, какой реакции ждать.       - Что?! – И Чунмён и Ифань не ожидали услышать такого.       - У нас будет ещё один ребёнок.       - У вас - это у кого? – Ифань сел на стул, упираясь руками о стол. С каждой минутой новости становились всё интереснее и интереснее. Как же много он пропустил в жизни своего ребёнка.       - Да какая разница, это же такое счастье. – Чунмён подошёл к сыну, обхватывая ладонями его лицо и целуя в щёки.       - Счастье счастьем, а воспитывать его кто будет?       - Это сын Чанёля.       - Слава богу. – Ифань облегчённо выдохнул, шанс вернуть всё на свои места ещё был.       - Сын? Альфа? – Чунмён со слезами на глазах смотрел на своего ребёнка.       - Да.       - Ну, теперь-то Минсок не сможет тебя потыкать и терроризировать.       - Ага, но именно его реакции я и боюсь больше всего. – Кёнсу прижался к отцу, и тот обнял его в ответ.       - Ладно, главное - не потерять семью. Я поеду к Чанёлю. – Ифань встал из-за стола и всё же не удержался и поцеловал сына в макушку. Он его и понимал, и жалел, и злился на него. Но всё же он его ребёнок, и он принимал его таким, какой он есть со всеми его ошибками.       - Хорошо, мы с Кёнсу пока немного отдохнём, он переволновался.       - Спасибо, пап. – Омега знал, что папа всегда его поддержит.       - Не за что, родной, пойдём на диван. Мне есть, что рассказать тебе.       Чунмён сел на диван, а Кёнсу улёгся ему на колени.       - Знаешь, ты правильно поступил, что не отказался от Чанёля ради своего истинного. Сейчас я думаю, пришло время рассказать, как всё было у нас с отцом. Мы с ним совсем не истинные как все думают.       - Что?! – Кёнсу удивлённо поднял голову с колен папы.       - Не истинные мы. Ложись. – Чунмён начал гладить сына по голове. - Он просто спас меня. Ты же знаешь, что мы с твоим отцом с детства друг друга знаем, да его дом был напротив моего. Их в семье было двое: твой отец Ифань и твой дядя Исин. Но вот твой дядя мог бы быть твоим отцом. Исин - мой истинный альфа. Мы ещё в четырнадцать это узнали и сначала были так рады этому. Да все вокруг были этому рады, кроме Ифаня, наверное, он был старше. Он даже уехал учиться в другую страну. А потом приехал, когда мне уже было восемнадцать, а ему двадцать пять. Представляешь, он всё это время любил меня. Пока я был влюблён в Исина, да я был уверен, что после школы мы поженимся и будем жить счастливо. Я так сильно его любил, что не замечал ни измен, ни постоянных пьянок… Я терпел и делал это зря. Ты же знаешь, что твои дедушка и бабушка рано умерли, и я остался один в огромном доме. Исин переехал ко мне. Было так удобно, а его родители продолжали жить напротив вместе с твоим папой. Я старался делать всё для Исина, да я даже забросил собственное образование, о чём жалею. Первый месяц нашей совместной жизни прошёл более-менее нормально, второй я просто старался терпеть. А на третий узнал, что беременный…       У Кёнсу замерло дыхание, он и представить не мог, что его папа столько всего пережил. В его голове не укладывалось, что когда-то давно его папу связывали отношения с дядей Исином. Наверное, именно поэтому они так редко видятся и почти не общаются.       - Что дальше пап? – Кёнсу успокаивающе гладил омегу по руке.       - Дальше ничего хорошего. Помню, я приготовил праздничный ужин, хотел рассказать ему такую новость как можно скорее… Но его всё не было. Пришёл только за полночь с одним из своих любовников. Конечно я устроил скандал, за что он меня ударил, а потом и толкнул я упал на кафельный пол и потерял своего малыша… Да я бы сам умер если бы не Ифань. Исин оставил меня истекать кровью, пока сам занимался сексом со своим любовником в нашей кровати. Не знаю, зачем Ифань тогда зашёл к нам, но он нашёл меня в луже крови, отвёз в больницу, а потом я вернулся домой, а от Исина и следа не осталось. Я не заявлял на него и решил больше не вспоминать, а дом продать и съехать. Единственный, кто был со мной всё это время, это Ифань. Он так заботился обо мне, помогал во всём. Я думал, он это просто делает, чтобы загладить вину брата, а на деле он всё ещё любил меня. Я съехал, но Ифань всё преследовал меня, где бы я ни был, он был рядом. Мы с ним ведь даже не встречались. Просто в один день он предложил мне стать его мужем, и я согласился, потому что с ним мне было так хорошо и спокойно. Хотя я даже не любил его. Поэтому я так рад, что ты выбрал Чанёля. Истинность это не главное. Я счастлив, что ты не наделал ошибок. А Чанёль, он вернётся. Пообижается немного и вернётся. Ему ведь нужно время чтобы остыть, он у тебя, видишь, какой горячий, ещё и собственник, да и дорожит он тобой больше, чем собой. Так что не расстраивайся малыш, хорошо? Кёнсу, слышишь? Кёнсу?       Чунмён осторожно нагнулся и увидел, что сын спит. Омега улыбнулся и осторожно переложил парня на диван.

***

      Ифань зашёл в приёмную Чанёля и, к своему удивлению, не обнаружил там Бэкхёна. Альфа постучал в кабинет зятя, и его попросили войти.       - Отец, здравствуйте. - Чанёль быстро встал из-за стола, подошёл к альфе и пожал ему руку.       - Здравствуй, сынок. Как ты?       - Ну... Так себе. Садитесь.       Чанёль, правда, выглядел довольно помято, ещё и перегаром от него несло.       Взрослый альфа долго на него смотрел, а затем покачал головой. Он видел в нём себя, лет так тридцать назад. Он не знал почему, но ему так хотелось рассказать их историю с Чунмёном Чанёлю. Может, тогда ему станет чуть легче.       - Я пришёл попросить прощение, за Кёнсу. Я неправильно его воспитал.       - Что Вы! Не говорите так. Он не виноват… - Чанёль был взволнован, всё же обсуждать эту проблему с кем-то было тяжело.       - Виноват. Я не знаю всего, но я уверен, что он любит тебя. Он у нас сейчас. Он жалеет об этом поступке, Чанёль.       - Я тоже виноват. Я ведь его муж, если бы я был достаточно внимателен к нему… Я правда виню себя, если он уходил к нему, значит, я был не достаточно хорош.       - Нет, это не так, будь ты хоть самым идеальным на земле, истинность всё перечеркнёт. Я это на своём опыте знаю.       - Вы? – Чанёль удивлённо посмотрел на альфу.       - Да. Ты думаешь, у нас с Чунмёном всё так просто и легко сложилось? Мы с ним даже не истинные.       - Не может быть.       - Может. Истинный Чунмёна мой брат Исин. Ты же знаешь его.       - Конечно, но я и подумать бы не мог. – Сейчас Чанёль видел некоторую связь между тем, что случилось, и что было в прошлом.       - У нас с Мёном большая разница в возрасте. Семь лет, прямо, как и у вас с Кёнсу. Он не замечал меня никогда. Для него всегда существовал только мой брат. Он был таким раздолбаем, а Чунмён был влюблён него. Ради их счастья я даже уехал, но всё же не выдержал и вернулся. Я бился за него до последнего и, как видишь, не зря. Я не жалею. Обидно было конечно, что он был с братом, а не со мной. Но истинных не выбирают. Вообще всё это чепуха. Кёнсу тоже это понимает, и он правда сожалеет, я видел это в его глазах. Ты хороший муж, Чанёль. Знаешь, я не хочу влезать в ваши отношения. Просто я надеюсь, что ты не бросишь Кёнсу, из-за его минутной слабости.       - Нет, конечно, нет, как я могу его бросить. Я люблю его.       - Сильно злишься?       - Скорее на себя. Во многом есть моя вина, и нашим расставанием я наказываю и себя.       - Смотри, не переусердствуй.       - Конечно. Как он вообще?       - Держится, он сильный. Но ему будет тяжело.       - Да, именно поэтому я хочу, чтобы Вы были с ним. Находите поводы, приезжайте чаще. Помогайте с детьми, с домом. Я сейчас буду максимально погружён в работу, много командировок и дел.       - Конечно, мы будем ему помогать, ну и ты смотри, не затягивай с наказанием.       - Я хочу дать ему время, пусть разберётся в себе и всё решит. – Чанёль действительно за прошедшую ночь всё переосмыслил. Им нужно это время, они слишком долго были вместе, слишком много напряжения, так нельзя.       - Хорошо, мы поможем.       - Спасибо, отец. – Чанёль пожал руку мужчине, и им пришлось на этом попрощаться, потому что у Чанёля была назначена встреча с кандидатами на должность секретаря и архитектора, а у Ифаня уже разрывался телефон в который раз.       Чанёлю, правда, было тяжело. Сейчас он потерял очень важных людей в компании. Бэкхён и Кёнсу полностью отдавались работе, делали даже больше чем нужно. А сейчас их не было, и что делать без них, альфа не знал, он уже даже не представлял, кто сможет их заменить. У него сегодня весь день будет посвящён только тому, что он будет отбирать наиболее подходящих кандидатов. Он посмотрел список, который почти полностью состоял только из омег. Это, конечно, не особо радовало, но других вариантов всё равно не было.       Но не успел Чанёль пригласить и первого кандидата, как в кабинет просто влетел растрёпанный Кёнсу. Альфа не был готов его увидеть. Он был уверен, что сейчас омега на него обижен и точно не придёт к нему. Потому что Кёнсу из тех людей, что если обидятся, то к ним лучше не подходить. Но он пришёл к нему, стоит, смотрит так зло, будто готов убить. Смотрит с такой ненавистью, и Чанёль счастлив, потому что от ненависти до любви один шаг.       - Какого чёрта, Чанёль? Почему меня уже отправили в декрет?! Не рано ли? – Кёнсу был в бешенстве, ладно, Чанёль ушёл из дома, но зачем лишать его работы, зачем смешивать личную жизнь и работу. Ещё и оповещать об этом через бухгалтерский отдел по смс.       - А, ты об этом? - Альфа медленно вышел из-за стола, он хотел хоть на миллиметр быть ближе. За какую-то ночь он так соскучился, спать без него под боком было так неспокойно и холодно. А ещё вид маленького, милого, разъяренного и злого омеги так будоражил.       - Наши личные отношения никак не касаются работы, у меня проекты не закончены. – У Кёнсу дыхание сбивалось с каждым шагом альфы. Он так хотел, чтобы тот подошёл ближе, коснулся хотя бы его руки.       - Твои проекты закончит другой специалист. – Чанёль старался быть спокойным, старался заглушить в себе бешенную страсть.       - Кто? Кто этот специалист? Один из тех молоденьких омежек за стенкой? Они не способны на это. – Кёнсу кричал, но даже не замечал этого, ему было всё равно, пусть слышат.       А Чанёля всё это так возбуждало и забавляло. Наконец-то он видел Кёнсу, видел, что он тоже чувствует. У Кёнсу зрачка видно не было, его глаза стали такими тёмными, скорее всего от злости и ревности.       - Не кричи. – Чанёль подошёл совсем близко, так, что они чувствовали дыхание друг друга. Альфа уже готов был забыть всё, просить прощения, подхватить омегу на руках прижать к стене, поцеловать и хорошенько… Его фантазия уже вырисовывала самые пошлые картины, и ему пришлось приложить немало сил, чтобы взять себя в руки.       - Чанёль! Давай хотя бы на работе продолжим…       - Господин Пак, если уж на то пошло. И это моё право допускать Вас к работе или нет, Вы не можете меня переубедить.       - Чанёль…       - Я твой босс, и сейчас я хочу, чтобы ты ушёл, приказы начальства не обсуждаются.       - Неужели ты настолько меня возненавидел? – Омега нежно и неуверенно приложил ладонь к щетинистой щеке.       Чанёль прикрыл глаза, наслаждаясь такой желанной лаской. Совсем чуть-чуть, секунду, чтобы тут же схватить руку омеги и сжать в своей.       - Скажи что нет… - Кёнсу был так близко, он приближался к его губам, альфа чувствовал его дрожащее дыхание и сам приоткрыл губы желая поцеловать, но целовалось лишь их дыхание, не больше. Альфа держал его, не позволяя приблизиться.       - Где сейчас твоя гордость? – Чанёль почему-то хотел видеть того Кёнсу, которого он нашёл тогда много лет назад в огромной аудитории.       Кёнсу не знал ответа, его глаза бегали из стороны в сторону, а грудь вздымалась от частых вздохов. И правда, кажется, он потерял себя, а всё из-за чего…       - Ты растоптал её. – Омега оттолкнул мужчину, что теперь совершенно по-иному смотрел на него.       Раз он хочет прежнего его, то пусть так и будет. Только кто первый не выдержит. Сам ещё прибежит.       Чанёль навсегда запомнит тот взгляд, которым посмотрел на него омега. Он читал в нём разочарование и угрозу. Впрочем, этого он и хотел. 3 месяца спустя       - Се! Где моя рубашка?! – Бэкхён бегал по комнате от одного шкафа к другому.       - Лежала на диване, любимый.       - Какого чёрта она на диване?!       - Ты погладил и сам её туда положил.       - Чёрт, она не подходит мне. – Бэкхён быстро натянул вещь на себя и смотрел в зеркало оценивающим взглядом. Сегодня у них встреча с организатором свадьбы. К нему такая очередь, что не пробиться. И эта встреча состоится только потому, что похлопотали родители альфы.       - Успокойся, она идеально подходит тебе.       - Не надо меня успокаивать. – Бэкхён скинул руки альфы, что пытались обвить его плечи.       - Хорошо-хорошо. – Сехун поднял руки в примирительном жесте.       Ехали они на встречу в напряжении. Всё же это такой день, к которому они столько шли. А Бэкхён всё ещё привыкал к родителям альфы. Они были потрясающими людьми. Стоит только взглянуть на Сехуна. Они вырастили такого сына. А кто такой Бэкхён? Омега без работы и квартиры, так ещё и старше.       Встреча проходила в ресторане. Они зашли, поздоровались сели, и тут начался настоящий ад. Все ближайшие даты были заняты.       - Чем вам не нравится февраль? – Организатор показывал Бэкхёну множество разных фотографий красивых свадеб зимой. Но омеге ничего из этого не нравилось.       - Я не хочу зимнюю свадьбу! – Бэкхён сидел надутый и даже не хотел никого слушать. Свадьба ему нужна была сейчас.       - Ну, милый посмотри как красиво. – Сехун подсовывал всё больше разных фотографий, но омега не хотел смотреть.       - Ладно, тогда, что насчёт весны? Март - отличное время для свадеб. – Парень изо всех сил старался найти удобный вариант, он этот омега всё продолжал мотать нервы.       - Ага, я не хочу ходить на своей свадьбе с огромным животом. Все будут говорить, что по залёту!       - Что? Что значит с огромным животом? – Сехун удивлённо уставился на омегу, как и его родители.       - Чёрт.       - Бэкхён!       - Да, да! Будет у нас ребёнок скоро, доволен?! – Омега встал из-за стола и направился к выходу.       - Бэкхён, а как же дата свадьбы?       - Поговорим после того как я рожу.