Любовник

      Темнота. Кёнсу ничего не видел. Только чувствовал его запах и его присутствие. Он был рядом, касался взглядом. Омега хотел открыть глаза и увидеть его, но не мог. Спустя столько времени он рядом, а Кёнсу так беспомощен.       Чёрная маска на его глазах была слишком плотной, а кисти руки туго связаны за спиной.       - Чанёль... Я хочу увидеть тебя.       - Нельзя.       - Пожалуйста.       - Проси о другом.       Холодный тон альфы заставлял всё тело покрываться мурашками, а грудь сжиматься в неизведанном ранее чувстве.       - Чанёль, пожалуйста, я хочу видеть тебя.       - Нет, ты забыл, это твоё наказание.       Кёнсу хныкал от боли и возбуждения. У него дыхание перехватило, когда чужие шершавые руки коснулись его ступней. Он касался его спустя... Омега не знал, сколько времени прошло с их расставания, казалось, целая вечность. Вечность, что продолжалась даже во сне. Сон, который был так сладок для Кёнсу, до того момента, пока омега не просыпается от настойчивого звонка. Он принимает вызов не глядя и шепчет хриплое «алло», но то, что он слышит в ответ, его поражает настолько, что парень тут же садится, удивлённо разглядывая экран телефона. Там белым по чёрному написано, что звонит «муж». Он был уверен, что всё ещё спит, но нет. Снова приложив телефон к уху, услышал такой родной голос.       - Кёнсу? Ты меня слышишь?       Слышать любимого спустя три месяца было волнительно. Кёнсу будто задышал, он не знал, что сказать, его голос точно будет дрожать. После их последней встречи он чувствовал себя так неловко и глупо.       - Да. – Омега очень надеялся, что его услышали.       - У нас запланирован визит к японцами, ты помнишь? Я заеду за тобой в обед.       - Что? Как? Мы же…       - Я ничего не смог сделать. Ты же знаешь, это традиция. Мы не можем ничего изменить. Будь готов.       - Хорошо.       Омега снова упал на подушку, что была обмотана рубашкой альфы. Кёнсу спал с ней каждую ночь, она почти потеряла весь его запах. Но создавала хоть какую-то иллюзию его присутствия.       Не успел он подняться с постели, как его телефон снова зазвонил.       - Кёнсу, я поссорился с Се, можно я поживу у тебя пару дней?       Это уже была не первая просьба Бэкхёна. Кёнсу привык к их постоянным ссорам и нытью омеги.       - Конечно.       Тем более сейчас Бэкхён был так необходим.       Кёнсу собирался как никогда быстро. Вещи побольше и поприличнее, чтобы всё скрыть, чтобы ничего не выделялось. Потому что живот уже достаточно округлился, а там будет пресса и папарацци. А они ещё ни разу после скандала на публике не появлялись. Кёнсу сильно переживает. Он и Чанёля давно уже не видел. Сходил с ума от его отсутствия каждый день. Даже нашёл себе занятие. Наконец-то занялся его подарком. Огромный дом требовал много сил, вложений и времени.       Все кредитки омега показательно швырнул альфе в лицо после того их разговора, а дома нашёл свою зарплатную, ту которую все эти пять лет не трогал, он даже забыл про её существование. А там скопилась такая сумма. Её хватит на всё, что запланировал омега. Пусть обустройство дома будет его подарком.       Правда, Кёнсу уже порядком устал. Выбор мебели, интерьер, дизайн, шторы, посуда. Ему хотелось создать идеальный дом для них и начать там всё сначала.       Только согласится ли Чанёль, нужен ли он ему вообще? Эта поездка как раз и будет их шансом всё выяснить. Как же Кёнсу боится, ему страшно, что это всё, конец. Что скажет Чанёль на пресс-конференции??? Омега упал на кровать, закрывая глаза и сжимая кулаки. Нужно было успокоиться. Но, как же это было тяжело. Его мысли прервал звонок в дверь. Кёнсу быстро спустился по лестнице, кидая взгляд на детей, что сонно возились в тарелках.       В чусок сады не работали и Бэкхён в любом случае бы не отвертелся. Родителей Кёнсу напрягать не хотел, у них были свои планы.       - Кёнсу!!! - Бэкхён кинулся на шею омеги и начал реветь, рассказывая какой Сехун подлец. На деле вины альфы не было, и омега в очередной раз всё себе накрутил.       Кёнсу простодушно улыбнулся и затащил чемодан Бэкхёна в дом.       - Слушай, может ты бы оставил свой саквояж у меня, а то, сколько можно разбирать его и собирать.       - Ты шутишь, это хорошо.       Бэкхён единственный кто, понимал состояние Кёнсу, видел и чувствовал.       - Ага. Я буду с ним. Целых три дня. Я не верю.       - Боишься?       - Ужасно.       - Не бойся, ты прекрасно выглядишь.       - Дети, дядя Бэкхён пришёл, он побудет с вами, пока я съезжу к папе.       - Пап, а нам точно с тобой нельзя?       - Что ваш отец сказал?       - Сказал, что купит нам подарки. Но с тобой нам нельзя.       - Ну, вот и всё. Ведите себя хорошо, ладно? Следите за дядей Бэкхёном.       - Эйй, это я тут старший.       - Да-да, идите сюда я вас всех обниму.       - Ну, всё, ладно. Иди уже. Удачи. - Бэкхён закрыл за омегой дверь и повернулся к детям.       - Ну, что малыши повеселимся, пока папы нет?

***

      Чёрный мерседес уже стоял у ворот, когда омега вышел из дома. У него колени подгибались, и ладони потели, ещё немного и он увидит его, сможет вдохнуть каплю родного запаха. Водитель быстро вышел из машины и открыл для омеги заднюю дверь, чтобы Кёнсу, наконец, увидел его. Альфа в строгом костюме и пальто с идеальной укладкой выглядел просто превосходно, как и всегда, но внимания на него не обратил. Даже не посмотрел, когда Кёнсу сел рядом и потянулся за ремнём. Будто ему было всё равно.       - Привет. – Вышло как-то глухо из-за вмиг севшего голоса.       - Привет. Держи, вот твоя копия сценария пресс-конференции. Если какого-либо вопроса нет в тексте, можешь на него не отвечать. Пресса под нашим контролем, но всё же.       - Понятно. – Кёнсу не знал, что ещё сказать.       - С кем детей оставил? – Чанёль еле удерживал себя, от всех порывов, что просто разрывали его, он так хотел посмотреть на него.       - С Бэкхёном.       На этом разговор закончился, и им пришлось ехать в давящей тишине до самого аэропорта.       А там ужасная толпа репортёров, вспышки камер, давка, и, наконец, они в самолёте. Но и там, Чанёль просто надевает маску на глаза и не снимает до самой посадки. Снова аэропорт, снова репортёры, но это даже не так страшно, как встреча с партнёрами и конференция. Кёнсу ужасно боится их, какие вопросы от них можно ожидать. И, как оказывается, боится не зря. Всё по сценарию, он отвечает на каждый заданный ему вопрос верно и точно, но его голос пропадает, как только задают самый страшный вопрос.       - Почему вы так быстро разорвали контракт с Ким Чонином? Реклама же была успешной, или у вас и правда была связь с ним?       Кёнсу теряется, смотрит вокруг, в глазах рябит от того, как быстро начали работать затворы фотоаппаратов. Чанёль совсем не помогает, даже не смотрит на него, и Кёнсу считает, что может сказать правду.       - Он мой альфа.       Шум в толпе становится невыносимо громким, как и поток вопросов.       - Что это значит?       - Ничего. Я… - Омега замолкает на секунду, смотрит на Чанёля, ловит его тяжёлый взгляд, и решается сказать.       - У нас с Чанёлем семья и мы ждём прибавление, так что это уже не имеет значения. – Кёнсу выдохнул, как только закончил говорить.       - Конференция закончена.       Даже после этих слов Кёнсу не мог спокойно выдохнуть. Им же придётся два дня гостить у семьи Такахаси, а это значит быть под их пристальным надзором и наблюдением. Да ещё и Като глава семьи начнёт устраивать допрос, о том, как так могло выйти. И да омега был прав, ужин шёл отлично, до того момента, как их прямо спросили «Чьего ребёнка носит Кёнсу?». А тут и нечему удивляться, это японцы. Хорошо, что отдуваться пришлось Чанёлю, Кёнсу продолжал делать вид, что не силён в японском. После ужина Кёнсу с мужем Като отправился в выделенную им комнату, а Чанёль с самим Като отправились в кабинет для обсуждения серьёзных вопросов.       Сато был хорошим омегой, очень спокойным, покладистым, он был идеальным, красивым, умным и просто отлично вёл домашние дела. Но Кёнсу видел, что он не любит мужа. Замуж он вышел по решению родителей в юном возрасте. И стоило им только зайти в комнату, как он тут же усадил Кёнсу на матрас и с такими яркими глазами прошептал «расскажи». Кёнсу улыбнулся и кивнул. Он рассказал всё, от самого начала и до конца. И какого же было удивление второго омеги, когда он узнал, что Кёнсу влюбился не в истинного альфу, а в своего мужа. Сато не верил.       Единственное о чём Кёнсу умолчал, так это об их нынешних отношениях с альфой. Да сейчас у них мягко говоря не всё гладко. Но им знать об этом совсем не обязательно. Скоро всё наладится. Скоро Чанёль будет рядом. Для омеги была приготовлена национальная пижама, и Кёнсу в ней выглядел так прекрасно. Как очередной вынос мозга для альфы. Стоило Чанёлю только войти в их совместную комнату на ближайшие два дня. Он увидел его такого хрупкого в этом кимоно и всё. Видит бог, Чанёль собрал последние силы, чтобы быть холодным. Чтобы практически не глядя на омегу, снять пиджак, положить на пол и улечься спиной, к всё ещё стоявшему омеге. Кёнсу был в шоке, такого поведения он точно не ожидал.       - Чанёль…?       Альфа не откликался, лишь только зажмурился. Он не должен расслабляться, не сейчас, когда они так близко к финалу.       - Чанёль, ты же слышишь! Сколько так будет продолжаться?! Я устал! Ты настолько меня ненавидишь? Я же просил простить меня! Я …       - Кёнсу, хватит, ложись спать и не истери, тебе нельзя. – Альфа произнёс эти слова, даже не глядя на него.       - Тогда, ты может, поговоришь со мной, раз так заботишься. Сколько можно ещё наказывать меня?! – Омега уже не сдерживал слёзы. Он, держась за живот, примостился на матрас, сидел и плакал, ждал когда альфа подаст хоть какие-нибудь признаки заинтересованности. Но ничего, абсолютно ничего, будто они чужие друг другу люди. Кёнсу устал. Тихо лёг, накрылся одеялом и продолжил всхлипывать.       Чанёлю пришлось приложить всю свою выдержку, чтобы не подорваться и не начать утешать. Он считал, что всё это уже бессмысленно, он был готов простить и вернуться без всяких там признаний. Вряд ли Кёнсу вообще когда-нибудь скажет что любит, конечно, как он может его любить после того как он сделал это с ним. А он ведь сам обещал сделать его счастливым, чтобы он только улыбался… Но всё пошло наперекосяк. Стоило ли сейчас всё выяснять? Может правда бросить эту затею? Он ведь так соскучился по нему и детям. Терпение заканчивалось нервов не хватало, он просто хотел быть рядом с любимым. Теперь ему было всё равно, он просто подкатился к мужу, посмотрел на него и прижался головой к груди, прикрытой лишь слоем дорогого шёлка. Чанёль слышал стук его сердца, родной запах и хотел быть ещё ближе. Ему было всё равно, он просто лёг рядом, притягивая спящего омегу в свои объятья. Тогда всё перестало иметь смысл. Он смотрел на него и чувствовал себя самым счастливым человеком на свете, нет чуть-чуть меньше. Кёнсу ведь его не любит. А Чанёль без его любви жить не может.       - Почему ты так и не полюбил меня до сих пор? – Альфа приподнял омегу за подбородок, разглядывая пушистые реснички слепившиеся слезинками. Какой же он всё-таки идеально красивый. Его розовые щёчки так и манят прикоснуться к ним, и эти пухлые губы сводят с ума.       Чанёль всё готов за это отдать.       - Прости меня. – Мужчина тянется к лицу омеги и прикасается к сухим губам своими, кажется, время для них останавливается. Кёнсу пытается скрыть дрожь и притворяется спящим, потому что он не знает что ответить. Полюбил ли он? Ещё совсем недавно он был уверен что «да», но сейчас, он не представлял как сказать об этом. Он никогда и ничего ни к кому не чувствовал, даже к Чонину своему истинному альфе, никакой любви никаких чувств, только страсть. Он бы и хотел признаться Чанёлю, да боялся, что ошибается и это внезапное чувство не любовь, а просто чувство вины. И врать мужу он не хотел, он и так сделал слишком много плохих вещей.       Кёнсу было тяжело дышать, но Чанёль не прекращал, он так скучал, что сейчас просто расцеловывал лицо и губы омеги страстно-нежными поцелуями и сжимал его в объятьях. Альфа гладил округлившийся живот и понимал, что пора заканчивать. Ведь он не дурак и понимает, что Кёнсу совсем не спит, но раз ничего не говорит, значит сказать нечего и Чанёлю нечего ждать. - Я люблю тебя… - Совсем тихо на выдохе в губы, что так не хотелось прекращать целовать.

***

      С того момента прошло ещё два месяца, весь Сеул погрузился в рождественскую атмосферу, как и дом Кёнсу. Его живот стал выделяться ещё больше, и он был даже немного доволен этим фактом. Теперь все уступали место в очереди в магазинах. Учитывая, что приближалось рождество, а у него не готово ровным счётом ничего, потому что он всё своё время тратил на новый дом. Мотаться туда обратно было так утомительно. Сидеть за рулём ещё сложнее. Нужно было найти водителя, но времени всё никак не находилось. Ещё и машина сломалась, а садиться за машину мужа Кёнсу не решался.       Сейчас он, улыбаясь, пробирался через огромную очередь и почти достиг кассира, но один упёртый высокий альфа не хотел его пропускать. Кёнсу нахмурился и потряс мужчину за плечо. Тот развернулся, и Кёнсу раскрыл рот в удивлении. Перед ним стоял его бывший одногруппник. Его хороший друг, с которым он просидел добрую половину студенческой жизни.       - Кёнсу?!       Омегу со скоростью света прижали к твёрдой груди и с силой сжали.       - Ким Сонхо, тебя не учили беременных омег в очереди пропускать и не зажимать так сильно?! – Кёнсу с улыбкой на лице обнимал альфу в ответ.       - Если бы я знал, что этот омега Пак Кёнсу, то сразу бы пропустил. Прости.       - Давай уже расплачиваться. На нас вся очередь косо смотрит.

***

      Чанёлю снился прекрасный сон. Кёнсу на коленях перед ним лишь в одной белой рубашке. Его острые коленки приминают ворсистый ковёр, а руки альфы сжимают кожаный ремень. Взгляд омеги направлен на его член, и альфа понимает, что возбуждён не только во сне.       - Так сильно хочешь? – Чанёль ловит этот жаждущий взгляд и не может контролировать себя.       - Ты не представляешь, как сильно.       «Представляю» кричит сознание Чанёля, потому что у него впервые так, чтобы пять месяцев без секса. Он чувствует, как сердце стучит в груди, дыхания не хватает, он хочет, что аж трясёт, но боится и шагу сделать, потому что одно неверное движение и всё, проснётся, и Кёнсу исчезнет, словно мираж. А он так его хочет, что ведёт, и лёгкие забиты до отказа запахом любимого, только вот аромат омеги тоже мерещится.       - Ко мне.       Взгляд Кёнсу меняется, а на лице играет самодовольная улыбка. Он знает, что может делать с этим мужчиной, даже не прикладывая особых усилий. Стоит только опуститься на руки и немного проползти, как Чанёль уже падает на колени в ожидании, когда омега наконец-то будет ближе. И как только он останавливается рядом с ним, чувствует грубую кожу ремня на шее. Чанёль не церемонится, резким движением подтягивает его к своему лицу и целует. Жёстко сминает губы, зарывается пальцами в шелковистые пряди волос и заставляет омегу стонать громче. Кёнсу ладонями ведёт по подтянутой груди и сбрасывает раскрытую рубашку с чужих плеч. Альфа млеет, наслаждается такими желанными ласками и валит омегу на пол, подминая под себя. Чанёль заводит руки омеги за голову и связывает их ремнём. Младший выгибается от беспомощности и возбуждения. У него всё чешется и требует, а Чанёль медлит. И Кёнсу это ненавидит, потому что он готов взорваться от этих раздирающих чувств.       - Трахни меня, сколько можно… - Омегу обрывают на полуслове, Чанёль подхватывает его левую ногу под коленкой и грубо входит, даже не прикасаясь пальцами к не растянутому колечку мышц. Кёнсу задыхается от переполняющих чувств. Ему и хорошо и плохо и слёзы не дают ему рассмотреть лицо альфы. Для него пять месяцев тоже перерыв. А альфа груб, он пальцами больно впивается в его бёдра, сжимает до криков и заводит безумно, так, что Кёнсу сам прижимается ближе и подмахивает, обхватывая чужую шею кольцом связанных рук. Их движения хаотичные, совершенно разные, но глубокие и быстрые. А крики и стоны Кёнсу громкие, как и рычание альфы, который, кажется, сходит с ума. Просыпаться он не хочет, только не сейчас, когда он видит, как лицо омеги заливается слезами и искажается гримасой удовольствия, а его крики оглушают и доводят до такого оргазма, что вся постель и тело мокрое.       Из сна выбрасывает от реального оргазма. Чанёля немного выгибает на кровати, и он приходит в себя только спустя время. Стоило сходить в зал и потренироваться, чтобы снять напряжение, тогда сейчас бы такого не было. Он чувствует жажду и безумную боль в груди. Ему нужно увидеть Кёнсу хотя бы на секундочку. Как он? Здоров ли? Хорошо ли себя чувствует? Готов ли к праздникам… Чанёлю даже не нужно искать причину. Ему в любом случае нужна была подпись омеги. Он ведь по-прежнему занимает должность главного архитектора, а им нужно контракт заключить с дизайнером, и без Кёнсу вот совсем никак. Поэтому альфа набирает смс и быстро отправляет его, чтобы не передумать.

***

      Кёнсу получает сообщение, когда стоит на парковке и разговаривает с Сонхо. У него целая куча пакетов и нет машины, и только час, чтобы добраться до ресторана, в котором Чанёль назначил встречу.       - Вот чёрт. – Кёнсу выругался и стал оглядываться по сторонам, пытаясь решить, что же ему делать.       - Что случилось?       - Да мне нужно на встречу, подписать кое-какие документы, а машина сломалась, да и пакеты...       - Подвезти тебя? – У Сонхо с утра было ужасное настроение, а эта встреча с бывшим одногруппником хоть немного приободрила его.       - Тебе не сложно? Сможешь подождать меня? Я думаю, там недолго.       - Конечно. Мне уже всё равно спешить некуда.       - Что-то случилось?       - Да, садись в машину, расскажу.       Кёнсу уложил пакеты, пристегнул ремень и приготовился слушать альфу.       - Уволили с работы, а у меня кредит за квартиру. Даже не знаю, что теперь делать, квартира под залогом и, если я не уплачу вовремя, её просто отберут.       - Да, ситуация…       - Ага, ещё и под новый год.       - Если бы мы с Чанёлем не поссорились, то я бы смог тебе помочь… А так… Прости.       - Что ты, спасибо. Придумаю что-нибудь, машину продам, в крайнем случае.       - Погоди продавать. У меня есть предложение. Будешь моим водителем? Просто в моём положении уже тяжело.       - Твоим водителем?       - Ага. Платить буду исправно, деньги у меня есть.       - Да? Если честно это как-то неудобно.       - Успокойся. Мы приехали.       Сонхо вышел из машины и открыл дверь для омеги, помогая выйти.       - Я быстро, а ты подумай пока.       Альфа улыбнулся и кивнул в знак согласия.

***

      Чанёль сидел в ресторане смотрел в окно, слушая надоедливую и раздражающую тайскую речь нового дизайнера. Майк не выделялся особым умом, но вот идеи у него были сумасшедшие и красивые, красивые, как его лицо. Да, он был таким привлекательным, и чем-то похож на Кёнсу, только внешностью, конечно. Кёнсу неповторим. Но где он? Почему его нет так долго? Ожидание казалось бесконечным. Но наконец, возле ресторана остановилась неприметная белая киа. Из неё вышел высокий мужчина, в длинном пальто и шарфе, и Чанёль по внешности сразу понял, что это альфа. Он был похож на очередного богатого красивого парня, что также приехал на встречу в этот ресторан. Бедные сюда не ездили. Но, то, что было дальше, поразило Чанёля. Высокий альфа обошёл свою машину, открыл дверь для пассажира, подал руку и на улице появился его муж. Кёнсу. Чанёль даже привстал со стула, разглядывая пару. Этот мужчина держал Кёнсу за руку и вёл к двери ресторана. Чанёль сжал руки в кулаки и сел на место. Майк удивлённо посмотрел на альфу, неужели тот всё это время не слушал его. Майк ведь всё знал. У Чанёля с мужем разлад, они даже не живут вместе, на грани развода. И значит Чанёль, почти свободен. А Майку нужна поддержка и просто мужчина, такой как Чанёль. Он единственный ему подходил. Ему, высокому красавцу, которому Кёнсу даже не ровня.       - Что-то случилось? – Майк положил ладонь на руку Чанёля ровно в тот момент, когда Кёнсу подошёл к их столику.       Омега сделал вид, что не заметил, и сел рядом с мужем прикрывая живот светло-коричневым пальто.       - Ничего что я не разделся? Просто я спешу. – Кёнсу улыбнулся и уложил руки на стол.       Чанёль тут же выдернул руку из чужого захвата и посмотрел на своего омегу. Он так хотел узнать, кто же этот незнакомец. Майк его вообще не интересовал. Он здесь как причина и прикрытие. Прикрытие, которое начинало действовать на нервы.       - Ничего. Нам нужна только Ваша подпись.       Кёнсу это, конечно, не понравилось, но он и виду не подал.       - Отлично, где подписать?       Чанёль передал омеге папку и почувствовал прикосновение к ноге. Он даже не поверил, что Кёнсу осмелился на это. А это вовсе и не Кёнсу. Альфа опустил взгляд вниз и раздосадовано выдохнул. Это не то, что он хотел увидеть. Майку видимо уже растрепали все подробности их нынешнего положения. Но неужели он настолько наглый, что пристаёт к нему при муже?       Бумаг оказывается так много, что Кёнсу надоедает ставить подписи и писать инициалы. Чанёль специально сделал десять экземпляров, чтобы омега был рядом подольше.       - Я хочу узнать Сеул получше. Составишь мне компанию сегодня вечером?       Кёнсу думает, что обращаются к нему, поднимает голову, смотрит на Майка и видит, что тот даже не смотрит на него. У них с его мужем гляделки. Они смотрят друг на друга и даже не обращают внимания на Кёнсу. У омеги от волнения падает ручка и он склоняется, чтобы её поднять, и то, что он видит, ещё больше поражает и злит, его уже вообще ни во что не ставят. Чанёль, что, так отомстить ему решил? У него это получилось. Омега возвращается на место и ловит на себе обеспокоенный взгляд альфы. Ну и зачем так смотреть? Делает только хуже, и Кёнсу чувствует себя таким жалким. Он опять чувствует себя игрушкой в руках Чанёля. Ну уж нет, не в этот раз. Он оставляет последнюю подпись, швыряет ручку куда-то на стол и поднимается. Коротко смотрит на мужа и застёгивает пальто.       - Я нанял водителя, – тихо бросает Кёнсу напоследок и почти выбегает из ресторана.       Он ревнует, безумно. У него разум в тумане. Он ведь знает, как сильно его любит муж, но эта сцена вывела его из себя. Почему он позволил чужому омеге делать такое с ним? Кёнсу чувствует себя оскорблённым и обиженным. В нём злость кипит, а в голове тысячи мыслей о том, как вернуть мужа и испортить этим двоим вечер. Интересно, Чанёль согласился? Конечно, согласился, но Кёнсу не позволит. Не так просто.       - Всё хорошо? – Сонхо замечает смену настроения омеги и не знает, что сказать, много времени прошло с того момента как они общались.       - Как сказать… С мужем проблемы.       - Я могу чем-то помочь?       - Нет, ты и так уже много сделал. Спасибо. Поехали домой.

***

      - Извини, но компанию на вечер я тебе не составлю. И запомни, никогда больше не прикасайся ко мне, у меня есть муж.       - Этот? А я слышал, вы в процессе развода. – Майк не понимал, почему Чанёль не клюнул на него. Муж у него никакой. Он же намного лучше.       - Ты бы меньше слушал, а больше работал, контракт с тобой не так уж сложно разорвать. Не заставляй меня это делать.       Чанёль, как и его муж, пятью минутами ранее швырнул деньги на стол и вышел из ресторана. Он был зол не меньше, чем Кёнсу. Какого ещё водителя он нанял? Уж слишком молод и красив этот водитель. Главное, когда Чанёль предлагал ему водителя, он отказывался, а тут сам нашёл. Это раздражало. Он даже ничего не знал об этом альфе. Нужно было срочно разузнать. К счастью Чанёль запомнил номер, а значит, к вечеру у него уже будет информация об этом парне. Уж глава полиции ему в этом поможет.

***

      У Кёнсу был план. Не идеальный, но лучше в его ситуации и не придумаешь. Ему просто нужно было отвлечь Чанёля на вечер.       Для начала он накормил и искупал детей, уложил в кровати. Теперь можно было приняться за осуществления плана. Кёнсу с досадой подозревал, что свидание его мужа и этого наглого тайца сейчас в самом разгаре, и он будет как раз вовремя.       Омега быстро переоделся в белую рубашку и голубые шорты и спустился вниз в ванную комнату. Там ещё было так влажно - после того, как он вымыл детей, не стал сливать воду. А теперь и вовсе собирался сломать кран. Портить вещи, конечно, совсем не хотелось, но другого выхода Кёнсу не видел. Поэтому спустя пять минут вода струилась в разные стороны, а омега набирал заученный наизусть номер.       - Алло? Чанёль? – Кёнсу постарался сделать голос более взволнованным.       - Что случилось? – Альфа прекрасно знал своего мужа, сейчас точно что-то произошло.       - Кран, он сломался, и я не могу ничего сделать. Родители уехали на Чеджу, ты же знаешь, а Сехун празднует с Бэкхёном, я не хочу их тревожить, а мастера я просто не дождусь.       - Так, я понял. Ты только не волнуйся, я через десять, максимум пятнадцать, минут буду.       Кёнсу сбросил вызов и дьявольски улыбнулся. Они ещё не знают его. Теперь оставалось только делать вид, что он усердно старается остановить воду полотенцами. При этом сам он был весь мокрый. Его волосы были в каплях воды, рубашка липла к телу, выделяя живот, как и голубые шорты, а розовые пяточки скользили по влажному кафелю.       Неизвестно, как альфе удалось с одного конца города на другой добраться за десять минут. Видимо, отсутствие движения и скоростной мотоцикл сделали своё дело и вот он уже стоял на пороге ванной. Кёнсу сразу же поднял взгляд на мужчину, и тот в мгновение ока оказался рядом с ним.       - Ты в порядке? – Чанёль обеспокоенно поднимал омегу с колен. Каким же сексуальным он был. Вымотанный, мокрый, с раскрасневшимися от пара губами и щёчками. В его белой рубашке, которая не скрывала ровным счётом ничего и была лишь для виду.       Кёнсу кивнул и обессилено прижался к альфе. Чанёль запрокинул голову и закатил глаза. Он так переживал.       - Иди к детям. Я сейчас всё сделаю. Аккуратно. – Альфа проводил омегу до лестницы, а сам быстро вернулся и достал инструменты. Ничего серьёзного, нужно просто потуже затянуть винт.       Омега ликовал, вот Чанёль тут, с ним. И никакой Майк не сможет его отобрать. Кёнсу достал два полотенца и сменные вещи для альфы и спустился вниз. Чанёль уже вымачивал последнюю воду. Он выглядел так сексуально в сером трико и какой-то растянутой белой футболке. Весь промокший и запыхавшийся.       - Я закончил. – Альфа вышел из ванной, пытаясь обтереть руки о футболку.       - Да? Что там случилось? – Кёнсу подошёл ближе, опираясь на дубовый комод и раскладывая вещи, продолжал слушать альфу.       - Да, видимо, болты расшатались. Фух… весь промок. – Альфа обтирал рукой лоб, когда Кёнсу приблизился совсем близко.       - Тебе нужно переодеться. Я помогу?       Чанёль не знал, что ответить, у него дыхание сбилось, поэтому просто молчал. И Кёнсу посчитал это разрешением. В коридоре горело только несколько бра, и создавалась интимная атмосфера.       Омега осторожно поддел пальцами края футболки и потянул вверх. Альфа поднял руки и Кёнсу снял влажную ткань с чужого тела. Чанёль изменился. Грудь стала твёрдой, стал проявляться пресс, и руки они намного больше, чем раньше. Теперь дышать тяжелее стало и Кёнсу. Он немного дрожащими руками потянулся за полотенцем и совсем неуверенно коснулся махровой тканью чужого плеча. Как же ему хотелось трогать эту кожу ладонями, а не тканью полотенца. Но он боялся даже просто посмотреть Чанёлю в глаза. А альфа и взгляда с него не сводил. Наблюдал за каждым вздохом и движением. Кажется, это мучение длилось вечно. Но стоило Кёнсу поднять голову, как их взгляды встретились, и полотенце выпало из рук. Глаза омеги бегали по лицу альфы и всё ждали разрешения. Но Чанёль ничего не предпринимал, не останавливал и не сдавался. Просто позволял. И Кёнсу не мог не воспользоваться этим коротким шансом. Его ладонь опустилась на чужую твёрдую грудь и замерла на несколько секунд. Потому что было страшно. Сердце готово было вырваться из груди омеги. Но Чанёль будто не видел этого. Почему он так спокоен, когда Кёнсу ведёт себя так… Неужели ему всё равно? Это конец? Омега не собирался сдаваться. Недолго думая, он коснулся губами места, где билось чужое сердце. Это был удар ниже пояса для альфы. Но он всё ещё стойко держался, не поддаваясь. И Кёнсу не собирался прекращать. Его губы поднялись выше, поцелуй в ключицу, выше на изгибе плеча, и, встав на носочки, в сильную шею, что так пахла. Кёнсу не мог понять чем, но этот аромат сводил с ума и заставлял колени дрожать и подгибаться. Чанёль сжал руки в кулаки, всё ещё сдерживая себя, но вся его оборона рухнула, стоило Кёнсу поднять на него свои невинные глаза. В одно движение Кёнсу с грохотом был прижат к невысокому дубовому комоду. В этот момент Чанёль видел искры в глазах омеги. Видимо, не он один радовался этой вспышке страсти. А главное то, что сам Кёнсу был её инициатором. Чанёль хотел заставить его прекратить. Кёнсу открыл рот, чтобы сказать что-то против, но альфа пальцем коснулся его губ призывая молчать. В ответ омега зло прикусил нижнюю губу. Ох, не стоило ему это делать. Они ведь были совершенно одни в этом большом затемнённом коридоре. И чёрт знает, что может произойти дальше. Чанёль сдержанно, насколько это возможно, сжимает омегу в своих объятиях и перетягивает на себя, целуя в шею. Кёнсу прикрывает глаза, и Чанёль наслаждается видом его дрожащих век, а в следующую секунду рвёт на нём мокрую рубашку, быстро стягивая с плеч. Кёнсу вдруг становится не по себе, как-то неловко и смущающе. Он даже вздрагивает от неожиданности и жмётся к альфе. А тот смотрит на него с таким обожанием и кладёт руку на выпуклый живот. Приятно мурашки пробегаются по рукам, и Кёнсу кладёт свою ладонь поверх чужой и гладит в тех местах, где хочется ему и малышу. Чанёль не сводит с него взгляда. А омега вдруг целует его шею раз за разом всё короче и чаще. Две ладони ползут ниже, и альфа касается выпуклости на штанах омеги. Нужно отдёрнуть руку и вернуться к себе, чтобы ждать, но нет, Чанёль слишком слаб, чтобы так поступить. Да и в конце концов имеет же он право, сделать своему мужу небольшой подарок на рождество?       Кёнсу улыбается, ощущая победу за собой. Он тянется руками к ширинке альфы, но тот быстро перехватывает его руки и заводит за спину, а сам гладит его пах и целует в губы впервые за весь вечер. Омега отвечает с таким же напором и страстью, чтобы Чанёль чувствовал себя необходимым. Он ведь словно воздух. Кёнсу только сейчас почувствовал себя снова живым. Только когда он был в руках мужа. У него на языке тысячи слов признаний в любви, но всё, что он может, это оставлять засосы на крепкой шее, чтобы показать всем, что ОН принадлежит ЕМУ. Чанёль его. А Кёнсу живёт только для него. Омега осознаёт это в каждом касании, которым его награждает альфа. Чанёль слишком сильно скучал, его ладонь не может насытиться всё ещё юным телом. Его сдерживают только голубые шорты. Но даже с ними он умудряется довести омегу до пика. Ладонь двигается всё чаще, и Кёнсу от удовольствия сжимает ноги и приподнимается на комоде, сильно кусая альфу в шею, оставляя багровый синяк. Этого хватает и Чанёлю. И от сознания того, что он кончил в штаны, даже не касаясь себя, альфе становится не по себе. У него так никогда и ни с кем не было. И, наверное, пора прекращать.