Ненавижу тебя, но без тебя скучно

Утром Даня проснулся в Ваниной кровати. Это было... странно. Он приподнялся на локте и увидел Ваню, съёжившегося на диване. Он не помнил, как заснул. Ей Богу, не помнил. Ваня встрепенулся и распахнул глаза. На самом деле, он всю ночь спал хреново: ворочался и просыпался от каждого шороха. Даня закрыл глаза и притворился спящим. Зачем? Да вообще без понятия. Просто стало интересно, что будет делать Ваня. Мда... извращенец! Ваня встал с дивана и подошёл к Даниле. Тот лежал, укрытый его одеялом, словно маленький ангелочек. Маленький побитый ангелочек. Иванов аккуратно провел пальцами по светлым волосам брата, потом погладил его по щеке тыльной стороной ладони. Даня не проснулся. Что ж, может оно и к лучшему. И тут было принято спонтанное решение (Ваня любил принимать спонтанные решения, но это было абсолютно нетипичным для него). Он решил убраться в комнате. Зачем? Он знал, что Даньку бесит беспорядок, а сейчас, учитывая в каком состоянии он находился и, учитывая из-за кого, Ване как никогда захотелось сделать ему что-то приятное. Данила приоткрыл один глаз. Минуточку, Ваня что... убирается?! И вот как раз в тот самый момент, когда Даня хотел его об этом спросить, дверь в комнату открылась и на пороге появилась мама Полина. – Мальчики, вставайте, а то в школу опоздаете. Даня хотел уже было встать и, наверное бы так и сделал, если бы Ваня не пересек комнату и не зашипел на мать: – Тихо! Даньку разбудишь! – Вань... я не понимаю.. – Пошли. Объясню. Ваня вывел маму за дверь, и Данила остался в комнате один. – Что у вас происходит? Почему Даня спит в твоей кровати? И почему я не должна его будить? – поток вопросов от матери заставил Ивана потупить взгляд. Надо признаться. И... Ваня всё ей рассказал. Конечно, без подробностей, только суть, но... в общем-то да. – Какой кошмар! Ваня! Почему вчера ты никому ничего не сказал?! – Боялся. – коротко ответил он. Мама вздохнула и обняла его. – С ним всё хорошо? – Ну так. – Ваня сделал тот же самый жест, что и Данила вчера. – Жить будет. – Сегодня папа отвезёт его в больницу. – Я тоже поеду! – заявил Ваня. – Нет, Вань. Ты пойдёшь в школу. – мама с легкой улыбкой потрепала его по волосам. – Мам! – возмутился парень. – Как ты не понимаешь? Сейчас я должен быть с Даней! – С ним есть кому быть. – возразила та. – Нянек полон дом! Дед, четверо родителей, прислуга, в конце концов! – Прислуга? Ты серьёзно? Мам, ему не прислуга нужна. Ему я нужен, понимаешь? Мама Полина устало вздохнула. – Хорошо. Останешься с ним, если папа Антон разрешит. А это вряд ли, сам понимаешь. Мама пошла вниз, а Ваня вернулся в комнату. Даня слышал всё. Весь разговор Вани с мамой. Он хочет остаться с ним? Или просто не хочет идти в школу? Кто бы его знал. Ваня вернулся к уборке, и вот теперь Дане точно ничего не мешало задать ему вопрос, который так сильно хотелось задать. – Вань? Что ты делаешь? Ваня подскочил от неожиданности и спрятал руки с одеждой за спину. – Ничего! Решаю, что надеть. – Да нет. – хитро улыбнулся Данила. – Ты убирался, я видел. – Тебе показалось. – отрезал Ваня и вышел из комнаты. Даня снова остался в комнате один. Просто лежать не хотелось, поэтому он, не без труда, конечно, встал с кровати и похромал к шкафу. Он дотянулся до полки, но пока доставал одежду, часть вещей выпала из шкафа. – Чёрт! – выругался Даня и наклонился, чтобы поднять вещи. В этот момент в комнату зашёл Ваня. – Ты дурак? – Ваня бросился к нему. – Что ты делаешь? – Хотел одеться. – в недоумении захлопал глазами Данила. Нет, понятное дело, ему больно, но это ведь не повод ходить целый день в пижаме, верно? Ваня забрал джинсы и футболку у него из рук. – Я помогу. – Да не надо! Я сам справлюсь! – Опять начинается. – Ваня закатил глаза. – Что, как вчера, да? Даня уставился на брата. – А что было вчера? – Ооо, так ты не помнишь? Наверно обезбол так подействовал. Да ты бы в жизни не надел пижаму, если бы не я. Нет, ты, конечно, по началу артачился, прямо как сейчас - я сам, я сам, но в итоге... – Серьёзно? Ваня дёрнул плечами. – Вань... спасибо. Но ты не обязан делать всё это для меня. – Даня нагнулся, чтобы убрать выпавшую одежду на место, или просто, чтобы не встречаться с Ваней взглядом. – Сядь! – возмутился Ваня. – Я уберу. Даня сел на кровать, понимая, что сейчас с братом спорить не стоит. Ваня поднял вещи и АККУРАТНО (обалдеть, Даня и не думал, что он так умеет) сложил их на Данину полку. А после произошло что-то запредельное. Сердце Данилы бешено колотилось о рёбра, когда Ваня помогал ему переодеваться. Неужели, вчера было тоже самое? Но как? Как он мог такое забыть?! Тонкие умелые пальцы справлялись с одеждой на раз-два. Годы тренировок - подумал Данила, и от этого стало как-то неприятно. Хотелось верить, что эти руки, пальцы, эта улыбка - всё это принадлежит только ему. Боже! Что за отвратительные мысли? Нет! Конечно нет! Это... неправильно. – Всё! – улыбнулся Ваня. Данила ответил не сразу. – Спасибо. Ваня сел рядом с ним и обнял его за плечи. – Данёк... прости за вчерашнее... – Да сколько можно просить прощения? На тебя это совсем не похоже. – Мне до сих пор стыдно, представляешь? – щёки Ивана покрылись румянцем. – Да, брось! За что? Ваня встал с кровати и начал ходить взад-вперёд по комнате. – За всё. Дверь их комнаты открылась и на пороге показался папа Антон. – О, Данила, ты уже собрался? Отлично. Сейчас поедем в больницу. – Пап! – подал голос Ваня. – Можно я с вами поеду? – Нет, Иван. – отрезал отец. – Ты пойдёшь в школу. – Пап, ну пожалуйста! Для меня Даня важнее школы! – Для тебя всё важнее школы. Готов прогулять при любой возможности! – Неправда! То есть... – Ваня замялся. – Сейчас это ни при чём! Я должен быть с Данилой, мама что тебе не рассказала? – Рассказала. – папа Антон вздохнул. Он видел, как для Вани это важно. – Ладно, чёрт с тобой. Собирайся! – Спасибо, папочка! – Ваня бросился на шею отцу. – Ну всё, всё! Чтобы через пять минут оба были готовы. * * * Даня и представить не мог, что у него перелом. Голос врача звучал как будто издалека, он едва различал его слова. Наставления классические: полный покой и ежедневные прогулки. – Как же тебя угораздило то? – проворчал папа, когда они выходили из больницы. Стоило им приехать домой, как Даню сразу обступила толпа родителей, желающих помочь. Но Дане хотелось побыть с Ваней наедине. Хотелось спросить о многом, о чём не спросил вчера. – Мне сказали гулять. Можно? – Да, но один ты не пойдёшь! – подала голос мама Лида. – Конечно, нет. Я пойду с ним. – заявил Ваня, словно прочитав его мысли. Взрослые спорить не стали, да и вряд ли бы они сейчас смогли их переубедить. – Вырвались. – улыбнулся Иван, подставляя Даниле плечо. – Куда пойдём? – В парк. – без малейшего колебания ответил Даня. – В парк? Ты... ты уверен? Даня кивнул. Он хотел, чтобы этот разговор состоялся именно там. * * * В парке они сели именно на ту лавочку, где вчера сидел Данила перед тем, как на него напали. Символично. И не даёт забыть о вопросах, так тревожащих и постоянно всплывающих в мыслях. – Почему ты пошёл меня искать? – первый из них и, пожалуй, самый важный. – Почему? – Ваня уставился на него затуманенным взглядом. – Может, сам ответишь на этот вопрос? Данила молчал, и не потому что не знал ответа. Возможно, и знал, просто хотелось услышать, что скажет Ваня. – Вот скажи, если бы я поздно вечером сбежал куда-то после нашей ссоры, ты бы пошёл меня искать? Даня сглотнул ком, подступивший к горлу. – Ну, да. Пошёл бы. – Несмотря на ссору? – теперь уже Ваня внимательно вглядывался в его лицо. – Ну... конечно. Ваня только фыркнул. – Вот видишь? Ты сам только что ответил. – Но я... я просто думал, что ты хочешь жить в комнате один. У тебя был шанс избавиться от меня! Дважды. – добавил Данила уже тише. – Ты серьёзно? Может ты ещё думаешь, что я обрадовался бы, если бы ты умер?! – возмутился Ваня, но не нашёл в глазах Данилы опровержения. – Ты...? Ты ПРАВДА так думаешь? Даня молчал. Он не знал, что сказать, ведь вчера его и вправду посещали такие мысли. – Господи, за кого ты меня принимаешь? – Ваня был уже на грани отчаяния. Он вскочил и направился в сторону дома своими семимильными шагами. – Ваня! Стой! – закричал Данила, тоже вскакивая со скамейки и корчась от боли. Видимо, это подействовало, потому что Ваня остановился и даже сделал несколько неуверенных шагов в его сторону. – Чего? – Я.. аай, ссс! Я так не думаю. – Сядь! – велел Ваня и подошёл к нему. – Не думает он. Ну-ну. Данила порой поражался насколько быстро у Вани меняется настроение - секунду назад он психовал, и вот уже стоит, как ни в чём не бывало с игривой улыбкой на лице. – Дань, не воспринимай мои слова серьёзно, ладно? Ну, то есть, когда мы ссоримся. – Ваня снова сел рядом с ним и уставился на озеро. – Я могу злиться, ругаться, могу наговорить тебе всякого... Но это не значит, что я так думаю. – Ваня перевел взгляд на него, и у Дани ёкнуло сердце. Ну вот, опять эти его щенячьи глазки! – Да... я понимаю. – Я просто... Не всегда могу держать себя в руках, понимаешь? Данила кивнул. – Эмоции. – не вопрос. Утверждение. – Точно. – подтвердил Ваня. – Простишь меня за мои эмоции? – он улыбнулся так искренне, как умел только он. Даня даже сказать ничего не мог. Он тупо терялся от этой улыбки. Поэтому он просто обнял Ваню, так же крепко, как Ваня его обнимал вчера. – Спасибо. – За что? – спросил Иван, отстраняясь. – Ну... ты меня вчера вообще-то спас. Без тебя я бы точно сдох. – Ерунда. На моём месте ты поступил бы так же. – рука как-то сама собой нырнула в карман пиджака и нащупала... Нет! Этому здесь не место! – Данёк... Я бросил курить. – Да ладно? – Даня резко поднял на него глаза. – Когда успел? – Вчера. После твоей истории. Я... не хочу в двадцать лет быть похожим на этих отморозков. Данила улыбнулся. – Уверен, что не купишь сигареты в ближайшем ларьке? – Уверен. – Ваня встал и достал из кармана почти полную пачку сигарет. Он сделал пару шагов и коробочка со всей силы полетела в озеро. Ваня повернулся, и Даня не заметил ни тени сожаления на его лице. – Не жалко? – спросил Данила, словно до сих пор не мог до конца поверить в происходящее. – Нет. – пожал плечами Ваня. – Это же просто понты. – То есть... ты курил из-за понтов? – Ну да. Данила едва заметно улыбнулся. – Дурак. – Да ты задолбал попрекать меня тем, что я тупее тебя! – Ваня шутливо возмутился, или не очень шутливо. Кто его знает? – Да брось. Я ж любя. Зря он это сказал. Как-то неудобно получилось. Ваня самодовольно ухмыльнулся. – Тогда ладно. Они долго так сидели в парке. Очень долго. Что-то сломалось между ними. Словно тонкая стена зависти и недоверия разлетелась на тысячу мелких осколков. Стало проще. И правильнее. Наверное.