НЕБЕСА, ЗЕМЛЯ И ЛЮДИ

Ксинг Лэй недоуменно уставился на пару Теней занявших позицию у дверей его покоев. - Хм. Чем обязан, уважаемые? - Распоряжение Глав нашего Клана, - мягко и вкрадчиво сообщил один из них – Советник Лэй, вам надлежит оставаться в своих покоях, пока Его Величество не прикажет обратного. - Что произошло?! Тени переглянулись. Потом напарник чуть склонил голову к плечу и, внимательно наблюдая за реакцией советника, поставил того в известность. - На Императора совершено покушение этой ночью. - Что?!? Он в порядке?! Виновника поймали? – советник требовательно уставился на Тень. - Император жив. А виновник … Он задержан. - Кто это? Личность известна? - Предположительно - да. Это советник Луна Тай. - Как … так ?.. – севшим голосом выдавил Ксинг Лэй – Луна ?.. *** У Ксинг Лэя – одного из ближайших советников и помощников Императора была довольно необычная жизнь. Как сын провинциального аристократа, он получил неплохое образование и воспитание в детстве. Разбирался в политике, литературе, искусстве, экономике, этикете, математике и многих других вещах, необходимых будущему Лорду. А телохранители отца – тогдашнего Главы Клана научили владеть мечом и кинжалами. Маленький Ксинг обладал светлой головой и легко схватывал полезную и не очень информацию. Однако, Глава считал свой отцовский долг полностью выполненным, обеспечив образование и материальное содержание своего чада. Не то, чтобы Ксинг осуждал отца за это … но и особой любви не питал. Впрочем такое поведение понятно, учитывая его семью. Глава был строгим, но при этом очень «любвеобильным» человеком. Помимо разрешенных законами Дэлун – Элэй' Мун одного равного и двух младших супругов, он имел десятка три наложников из разных частей страны и соседних государств, которые часто менялись. Не отказывал себе нанимать симпатичных молодых слуг, которых тоже регулярно вызывал. А уж сколько «любовников на час» и куртизанов промелькнуло за его жизнь никто вовсе не мог сосчитать. Благо материальное положение позволяло содержать такую армию партнеров. Глава много работал и редко бывал дома. А в гареме кипела дикая конкуренция за внимание знатного господина. Каждый наложник стремился укрепиться в его постели, получив небольшой доступ к власти. В ход шли в том числе и дети. Но безуспешно. Глава хвалил и поздравлял новоиспеченного родителя, честно учил и содержал ребенка, но тут же кувыркался с новым избранником. Залетевшие слуги, после четкого определения срока, снабжались тугим кошельком и по-тихому сплавлялись в маленькие уютные домики в город или деревню подальше от родового поместья. Законных супругов бесила и немного пугала такая ситуация и такое количество потенциальных наследников. Ведь у Главы уже было четыре сына от них самих. Ксинг, насмотревшись на этот, работающий много лет живой конвейер, с некоторым интересом вглядывался в лица крестьянских детей и молодых подмастерий в городах родной провинции. Не промелькнут ли в них знакомые отцовские черты? Сам Лэй, к счастью, оказался точной копией родителя, фамилию которого и носил. Глава дал свою фамилию только сыновьям от супругов. Остальных детей даже не ввел в свой Клан. Глава детей ни от супругов, ни от наложников не навещал и не выказывал к ним хоть какого-то интереса и не общался. Хотя и не обижал никогда. Отпрыски не звали его по имени, обращаясь как к Главе Клана, и видели пару раз в месяц. В основном просто здороваясь в коридорах и садах поместья, либо видя издали за праздничным столом несколько раз в году. В такой обстановке ни о какой теплоте и семейной близости речи не шло. На людях или перед Главой, они изображали большую дружную семью, а на самом деле готовы были вцепиться друг другу в глотки за место под солнцем и благосклонность Главы. Лэй не любил бывать в кругу такой семьи с ее фальшивым благополучием, бесконечными ссорами и соперничеством. Его братья, лишенные любви и ласки, были довольно жестоки и циничны. Да и сам Ксинг добродушием не выделялся. Однажды терпение равного супруга и второго полноправного Главы лопнуло. Он собрал вещи и с сыном покинул родовой особняк. А потом вышел из брака и из Клана, отхапнув значительную часть его богатств. Как потом узнал Ксинг, он основал новый Клан и надежно утвердился в провинции. Лэй иногда навещал этого не молодого, но очень приятного и ухоженного мужчину. А в то время уход единственного, кто поддерживал порядок в семье обернулся для Ксинг Лэя настоящим адом. Не выдержав, он собрал немного пожиток и денег, и сбежал из дома в день своего десятилетия. Ничем хорошим это не закончилось бы … если бы его из жалости не подобрал караван торговцев. Там мальчик провел еще десять лет. Научился сносно и во многом хорошо владеть почти всеми видами оружия. Побывал во многих странах. Изучил дороги и лазейки. Однако, неугомонный характер шилом сидел в одном месте, и Ксинг подался в наемники. А еще через несколько лет состоялась самая судьбоносная встреча в его жизни. Отряд наемников притих в засаде. Работы уже давно не было. И они прочно сидели на мели. Тут разведчик доложил, что по дороге движется небольшой караван: две повозки – одна для знатных особ, вторая для багажа, с десяток охранников на хищных ящерах и несколько заводных травоядных. Они напали слаженно и быстро. Как всегда. И отведали того, что никогда не знали за последние годы – поражения. Дело было даже не в охране. Отряд наемников превосходил их в несколько раз. А в двух всадниках на хищниках, ехавших впереди маленького каравана. Эти двое оказались магами и без особого труда раскидали наемников. В самый жаркий момент схватки Ксинг выпустил своего Духа – Тигра, готовясь обратить противников в бегство. Но Тигр оказался разбит крупным неведомым Духом, а самого Лэя огрел рассерженный Феникс. Он с трудом пытался отдышаться, распластанный на земле. Тигр рухнул рядом. Раненный отряд наемников отступил в лес под натиском охраны каравана. К нему подъехал темноволосый аристократ в легком доспехе и демонстративно стер кровь с глубокой царапины на шее, которую сумел нанести Лэй. Наемник ухмыльнулся. Аристократ спрыгнул, опершись на лапу ящера, подошел к нему. Ухмыльнулся в ответ. И дал такую затрещину нежной точеной ручкой, что из разбившейся губы брызнула кровь, а перед глазами запрыгали цветные круги. «Уходи!» - мысленно сказал он Духу. « Я не могу …» - простонал в ответ Тигр. « Почему?! Беги отсюда! Ты же можешь встать» «Ты не понимаешь хозяин. Это господин. Мой и твой» «Что? Я действительно не понимаю» «Это Кирин! Кирин!!! Значит тот воин в белоснежных доспехах – Император! Хозяин, мы влипли …» Ксинг перевел взгляд на высокого стройного мужчину в белоснежных, покрытых черненым серебром, доспехах и шлеме, который венчал шикарный гребень. Из под шлема выбилась на грудь длинная серая прядь. Лицо – словно совершенная, высеченная лучшим скульптором в мире, маска. А глаза – раскосые, абсолютно холодные и равнодушные, серо-зеленые бездны. Лэя передернуло от этого зрелища. - Твои товарищи тебя бросили. - Нет. Не рисковать отрядом ради одного человека – одно из главных правил наемников. Все честно. Мужчина на ящере задумчиво глянул в след ушедшему отряду. - И что вы со мной сделаете?.. Ваше Величество? - А что победитель делает со своим трофеем? – усмехнулся тот. Кирин взял его зубами и закинул на жесткий круп ящера своего хозяина. Ксинг повис мешком и погрузился в беспамятство. Сил не осталось. Тигр рассеялся, вернувшись в форму рисунка на его спине. *** С тех пор жизнь кардинально изменилась. Во-первых, она больше не принадлежала ему. Теперь ею распоряжался победитель. Император. Он не стал отыгрываться за нападение на обоз, а впряг Лэя в работу, разглядев немалый потенциал в молодом человеке. Ксингу пришлось влиться в водоворот дворцовой жизни. Детство, проведенное в непрекращающихся интригах отцовского гарема, в этом помогало. А навыки наемника и торговца давали широкий и гибкий взгляд. Эти черты не стерлись и по сей день как внутри, так и снаружи, выливаясь в небрежную прическу с одной ленточкой и скромные «походные» одежды, даже на официальных приемах. Лэй – теперь советник Императора – иногда тосковал по прошлой жизни, и Его Величество старался поручать ему «не кабинетные» дела, связанные с посещением сомнительных заведений и долгими разъездами. О! как же его бродячая неугомонная натура отличалась от ближайшего коллеги – советника Луна Тая. Единственного ребенка, любимца и баловня семьи, утонченного аристократа. Высокомерный, умный стервец и отталкивал, и невыносимо притягивал. Особенно, когда удавалась застать его тихим и задумчивым у себя в кабинете. Ксинг даже пытался ухаживать за ним. Но быстро бросил это неблагодарное и опасное для здоровья занятие. Ибо советник Тай от романтики был далек словно небеса от земли. *** Ксинг Лэй метался по кабинету в своих покоях, вновь и вновь прокручивая эти воспоминания. Честолюбивый, амбициозный, высокородный Луна Тай. Мог ли он предать Императора? Первый друг, поддержка и опора, советник и помощник. Мог ли он предать? *** Дверь отворилась, и в камеру вошли трое. Луна поднял голову: Его Величество и оба Главы Клана Хрустального Черепа. Советник недоуменно моргнул. Появление Императора и заключение – понятны. Но что здесь делают эти двое? Потом он вгляделся в мертвенно бледное с запавшими глазами и обострившимися скулами лицо правителя и чуть не свалился с лежака. - Ваше Величество !.. Что с вами произошло?! - Очень надеюсь, что ты действительно не в курсе, Луна. - На Его Величество несколько часов назад было совершено покушение. Его пытались отравить, - любезно пояснил Глава – Но, как видишь, наш правитель смог выжить. А вот, что самое интересное, последним к еде притрагивались вы, господин советник. Луна после этих слов стал похож на потерявшегося щенка. Он встал напротив Императора, заглядывая в измученные глаза. - Ваше Величество … Я не делал этого. - Значит, вы ничего не подливали в чай? – с интересом осведомился второй Глава. - Подливал … Но это не яд! - А что же? Советник отвел глаза. Сглотнул. И сцепил пальцы в замок. - Это настойка без вкуса и запаха. На основе афродизиака. Я заказал ее у надежного человека, негласно готовящего деликатные и запрещенные препараты. Мой Император и его фаворит не торопятся с наследником. Несколько секунд все в шоке молчали. - Луна … - правитель стиснул кулаки – Глава проверит твои слова. И если это правда, все обвинения с тебя тут же снимут. Но ты поступил просто отвратительно! И как мой подданный и как мой друг. Убирайся из столицы и не смей показываться мне на глаза, пока не разрешу вернуться! - Я полностью признаю свою вину и повинуюсь Ваше Величество. Но вам не кажется, что вы забываете о своем долге правителя ради любовника, даже не ставшего еще официальным фаворитом? Или он готов принять лишь Хао – таинственного незнакомца, а не Хао – Императора? Глава поморщился. Нельзя же так вслух, не наедине называть имя правителя! Путь даже все присутствующие его знают. А вот эту проблему действительно придется решать. Пока за нее не взялась оппозиция. *** В тени колонны стройная фигура облегченно вздохнула. Император жив и похоже цел! Слава Духам! Но подступившее горе мигом перехватило горло. Значит, будет и следующее покушение, в котором ему снова придется участвовать. Порой жить было так тошно, что хотелось удавиться. Но гордость и клятва не позволяли сделать этого. И она же не позволяла сдаться Теням. Остается только надеяться на чудо, которое положит конец его мучениям.