Снег в измерении Икс

Андроид, повинуясь хозяину, развил максимальную скорость, пробегая по гулким коридорам Технодрома. Сначала — к комнате Бибопа и Рокстеди. Бухнув кулаком по двери, механический человек грозно ухнул. Кренг перевёл: — Помогайте, бездельники! Мутанты живо соскочили с коек, побросав комиксы, и устремились вслед за Кренгом в лабораторию. В святая святых Технодрома, место рождения всех зловещих изобретений, мутантов допускали крайне редко и потому они тут же с любопытством принялись озираться по сторонам, рассматривая непонятные приборы и склянки. — Нечего рот разевать! — прикрикнул повелитель. — Живо за работу, если хотите спасти своего босса! — А чего мы будем делать? А, Кренг? — рискнул пристать любознательный Рокстеди. — Чего-чего! — передразнил говорящий мозг, но всё же ответил. — Устроим снегопад в измерении Икс! — В измерении И-икс?! Мутанты удивлённо зашептались и започёсывали затылки. В их скудные познания о климате чужого измерения с красным небом входил один факт — температура здесь всегда выше нуля. А, чтобы получился снег, она должна быть минусовой. Кажется, в начальной школе говорили так, или ещё где-то… неважно. Кренгу виднее. Наивным мутантам он казался всесильным, и они опасались лезть с расспросами. Мозги и так уж кипели от обилия информации. Размышления о климате поглотили последние интеллектуальные ресурсы, и друзья, не рассуждая, принялись за привычную работу — следуя указаниям Кренга перетаскивать тяжести и подключать кабели. Всё внимание слизистого изобретателя сконцентрировалось на сферическом приборе, оснащённом шкалой. Давнее изобретение — синтезатор погоды — должно заработать на полную мощность. Вся энергия Технодрома направлена на его заряд. Вернее, почти вся. Отдав последнюю команду компьютеру, Кренг, сияя, повернулся к Бибопу и Рокстеди: — Можете попрощаться со своими видеоиграми. Вам нескоро удастся включить приставку. И читать комиксы вы тоже не сможете. Сейчас на Технодроме настанет полный мрак. Бибоп и Рокстеди не поняли, каким образом вызов снега связан с комиксами, играми и тьмой, но ради спасения босса согласились на всё. — Теперь несите все свечи со склада. Они нам пригодятся. Электрическое освещение погаснет, как только Кренг перенаправит энергию на синтезатор, тогда свечи придутся как раз кстати. Ненадёжно, но иного выхода нет. Глупые мутанты вряд ли смогут вскоре самостоятельно раздобыть аккумуляторы. У самого же повелителя даже компьютера, способного вычислить очередной артефакт, не будет. А Шреддер, если поправится, может не захотеть остаться на Технодроме. Говорящий мозг не вправе его удерживать. Но повелитель, как всегда, всё предусмотрел и, если Саки решит вернуться на Землю, он сможет сделать это беспрепятственно. Когда с наладкой самого что ни на есть аварийного освещения было покончено, Кренг приступил к зарядке синтезатора. Всего одно нажатие на кнопку — и большая часть энергии титановой крепости уйдёт на сказочное шоу для Ороку Саки. Как распорядиться остатком энергии — пусть ниндзя решает сам. — Давай же… — прошептал говорящий мозг. Андроид толстым, похожим на сардельку пальцем, нажал на кнопку. Синтезатор, вбирая в себя драгоценную энергию, замерцал. Зарядка шла без проблем. Лампы погасли. Раздалось монотонное гудение, словно кто-то потревожил гигантский улей. Кренг с волнением смотрел на синтезатор. Обратного пути нет, операцию отменить нельзя. Восстановить утраченное удастся… неизвестно, когда. Если удастся вообще. Повелитель пожертвовал для Шреддера самым дорогим и, как неожиданно осознал, совершенно не жалел об этом. Видимо, от человека он перенял дурацкую привычку — прикипать сердцем к живым существам. Ведь сердце, пусть и рудиментарное, у повелителя всё-таки имелось. Гудение прекратилось. Компьютер слабо пискнул и отключился. Синтезатор зарядился полностью и ждал команды. Гигантская титановая крепость всё равно что умерла, погрузившись во тьму, кое-как рассеиваемую равнодушным огнём свечей в тяжёлых канделябрах. — Ну вот и всё, — вполголоса произнёс повелитель, приказав андроиду взять прибор на руки. Обернувшись, Кренг увидел в дверях Бибопа и Рокстеди, с любопытством и страхом наблюдавших за его действиями. — Эта… хру… штуковина устроит снегопад? — осведомился Бибоп, указывая на синтезатор. Гигантская тень скользнула по стене. — Именно! — гордо ответил Кренг. Носорог и кабан недоверчиво косились на синтезатор. Вот этот чёрный мячик, меньше волейбольного, заморозит их астероид? Да тут пушка нужна, не меньше! Но раз Кренг сказал, стало быть, нет оснований не верить. — А теперь ступайте к Шреддеру и помогите ему выйти наружу, — приказал говорящий мозг. — Оденьте потеплее. Скажите ему, что сейчас он увидит свой снег. — Будет сделано! — козырнули мутанты. — И действуйте осторожно! — крикнул Кренг вдогонку удаляющимся друзьям. — Не забудьте, чему я вас учил! Когда-то мутантам читали курс лекций по выживанию в чрезвычайных ситуациях, в том числе и способы переноски раненых. Возможно, что-то в их головах всё же отложилось. Бибоп с подсвечником в руке шёл впереди, за ним тяжело топал Рокстеди. Их суровые сердца были наполнены надеждой на чудо. Они, как и босс, хотели увидеть снег. Искренне желали помочь Шреддеру, благоговейный страх перед которым давно перемешался в их душах с верностью и почтением. Саки встретил подчинённых приветливой улыбкой. Не привыкшие к подобному обращению мутанты замялись, не зная, что сказать. А Шреддер к тому же был и без привычной маски. Приготовленные загодя слова комом застряли в горле. — Этта… босс… — запыхтел Рокстеди, — нужно идти… — Кренг сказал… — протянул Бибоп. — Кренг велел вам… помочь мне выйти наружу? — помог Шреддер. — Весьма кстати… кхрр… сам бы я… не справился. Друзья согласно кивнули. Свернувшийся под плащом босс выглядел совсем не грозным. В его глазах появился прежде не виданный влажный блеск. Бибоп и Рокстеди едва не вскрикнули от удивления, сообразив, что это — невыплаканные слёзы. — Что уставились? — проворчал японец. — Помогите же мне! А Кренг тем временем выбрался из Технодрома. Над измерением Икс разгоралось раннее утро. Шёл дождь, омывая обшивку гигантского танка, собираясь в лужи на поверхности одинокого астероида, оставляя круги на водной глади безымянного озерца. Капли застучали по телу робота. Механический человек зевнул. Кренг поморщился и взглянул на затянутое низкими клочковатыми тучами небо. Дождь — то, что сейчас нужно. Синтезатор заморозит его, превратит в снег. Первый снег в измерении Икс. — Дай синтезатор! — приказал повелитель. Робот послушно отдал прибор. Кренг защёлкал переключателем, выбирая режим. «Лёгкая облачность», «Проливные дожди», «Гроза». Не то… А, вот и оно — «Снегопад»! Настроив программу, несостоявшийся правитель подбросил синтезатор вверх, и тот уже сам поднялся в небо и скрылся за тучами. Достигнув наивысшей точки, шарообразный прибор завис, испуская холодные лучи. Кренг и андроид ждали, с нетерпением поглядывая на небо. Скоро среди нитей дождя появились первые робкие снежинки. Они кружились, легко падали и тут же таяли, но на смену им приходили другие, снежинок становилось всё больше и больше, вот уже всё видимое пространство затянуло, как занавесом, лёгкими белыми хлопьями. Повелитель поёжился от холода. Посмотрев вниз, он увидел под ногами верного робота сугроб, который уже не таял. Счастье, что ниша в животе андроида оснащена обогревателем! А вот когда рядом появился Ороку Саки, Кренг даже и не заметил. Ниндзя по-прежнему верен себе — даже раненый старается двигаться бесшумно. Сейчас это был совсем не тот Шреддер, которого привыкли видеть друзья и враги. Воинственный японец превратился в давно пропавшего в водовороте времени Саки-тяна, с колотящимся от радости сердцем встречающего первый в году снег. Протянув здоровую руку, ниндзя ловил и рассматривал снежинки, и только раны и опасение уронить себя в глазах подчинённых удерживали его от стремления побежать навстречу ветру по белоснежному морю. Хотелось как в детстве лечь и следить за движением облаков. — Красота… — заворожённо произнёс Шреддер. — Тебе правда нравится, Саки? — с надеждой спросил повелитель. — Хай! * — прошептал японец. — Да! Поддерживаемый Бибопом и Рокстеди, Шреддер, не чувствуя холода, неотрывно смотрел в красное небо, откуда летели вниз, на астероид, мириады снежинок. Мутанты восторженно пыхтели, обмениваясь многозначительными взглядами. Зрелище, представившееся их взорам, и в самом деле было красивейшее. К тому же имело практическую сторону. Кабан и носорог вопросительно взглянули на босса. — Валяйте! — кивнул Саки и отпустил помощников, тут же занявшихся игрой в снежки. Скоро и Технодром, и камни, и деревья украсились белыми шапками, небольшое озерцо покрылось ледяной коркой. По всей округе стояла праздничная, блаженная тишина, нарушаемая лишь боевыми выкриками неугомонных Рокстеди и Бибопа. Все окрестные обитатели измерения Икс, кто не спал в ранний час, поёживаясь от непривычного холода, тоже любовались необычайной картиной, память о которой отныне будет жить в их сердцах. Возможно, они и догадаются, кто сотворил невероятный погодный катаклизм, но зачем — о том будут знать лишь двое на всём свете: говорящий мозг с лиловыми глазами и смуглый человек-японец. Собачья тоска, терзавшая душу Ороку Саки, растворилась без следа. Давнее детское воспоминание, вселяющее надежду, исцеляющее раны, снова ожило в нём, наполняя благодарным теплом. На краткое время великолепный мастер ниндзю-цу стал обычным человеком, не умеющим прятать чувства. — Ты… сделал это… для меня! — неожиданно всхлипнул Шреддер, шагнул к компаньону и сжал ладонями его щупальца. — О, Кренг! — Ну-ну, телячьи нежности! — наигранно проворчал повелитель, освобождая конечности. На самом деле порыв человека глубоко тронул его. Саки радостно хохотнул. — Пойдём внутрь, — предложил Кренг. — Ещё простудиться не хватало. — Подожди… Японец переводил задумчивый взгляд то на небо, то на Технодром, то на компаньона. Ему-то не нужно было объяснять, откуда взялись ресурсы для изменения погоды. А он ещё злился на Кренга, обзывал мозгляком! Обвинял в бесчувственности! Горло перехватил спазм и Шреддер с трудом выдавил: — Скажи-ка, Кренг… ты… ведь ты… — Что, Саки? — поднял на него глаза склизкий союзник. — Ты исполь… арх… использовал всю энергию Технодрома? — Не всю, Шреддер, — потупился повелитель. Вот человек и спросил! Сейчас Кренг ответит ему и, возможно, навсегда лишится напарника. Может быть, Шреддер останется. Но как ни поступит землянин — совесть его компаньона будет спокойна и чиста. — Часть энергии я приберёг. Её хватит для открытия портала на Землю. Лишь на одно перемещение, — решившись, признался говорящий мозг. — Если ты захочешь вернуться на родную планету, я… я… не буду тебя удерживать… Шреддер застыл. Кренг пытался прочесть хоть что-нибудь в его расширившихся глазах. Пальцы на правой руке японца судорожно сжались. Ноздри в волнении раздувались. Человек тяжело дышал, стиснув зубы, и дрожал — но не от холода. Каждая секунда камнем ложилась на сердце повелителя. Весь он трепетал, и жаждая слов Саки, и боясь их. Говори же, человек! Что бы ты ни решил! Японец опустился на колени рядом с андроидом. Раскосые глаза его оказались как раз напротив лиловых очей повелителя. Несколько секунд они смотрели прямо в души друг другу. Кренг едва не завопил от радости, когда Шреддер произнёс: — Потерпи с перемещением, Кренг! Когда… когда ко мне… вернутся силы, мы с Бибопом и Рокстеди… арх… отправимся… найдём источник энергии. И тогда… — Ты не оставишь меня, Саки? — прошептал Кренг. — После всего? За кого ты меня принимаешь?! Кренг подался вперёд и обнял человека щупальцами за шею. Японец склонил голову и прикрыл глаза. Так они и замерли, не замечая ничего вокруг, забыв обо всём на свете, и весь мир перестал существовать для них. Их засыпал снег, первый снег в измерении Икс. *Да! (яп.)