Воспитанная небом

      — Амэ-химэ, руку нужно держать выше, когда кидаете кунай. Плечи расправлены, предплечье и запястье двигаются свободно и вместе с тем твердо. Пробуйте еще, и все получится, — Юкито подошел ко мне, поправляя стойку, на что я вздохнула. Размахнувшись, я метнула очередной кунай в сторону мишени, наконец-то попав в центр. Мужчина удовлетворенно кивнул, и знаком отправил меня на перерыв. Пользуясь случаем, я присела под одно из деревьев, которые росли по краю полигона возле нашего дома. Все-таки, отсутствие хорошей практики показало, что с метательным оружием я почти разучилась обращаться. Вернее, мозг механически помнил, как это делать, но рефлексы тела не позволяли как следует размахнуться или применить нужную для броска силу. Поэтому приходилось буквально переучиваться заново.       На самом деле, прошла уже неделя с того момента, как Юкито решением Изао-доно был назначен моим учителем. С позволения отца и матери соклановец теперь жил в нашем доме, занимая одну из свободных комнат на втором этаже. Я к новому соседству относилась с видимым безразличием — все равно было одиноко занимать целый этаж, так еще и без брата. Сперва, когда я только услышала про то, что у меня теперь есть личный сенсей, то обрадовалась, счастливо пропустив мимо ушей слово про «личного телохранителя». А потом поняла, какую свинью мне подложили. Потому что без надзора я теперь почти не оставалась. Если я шла умываться с утра, то после выхода из ванной неизменно находила Юкито маячившим возле лестницы. Шла спать — твердо знала, что он поставил сигнальную печать на окно моей комнаты на случай вторжения. Пока что привыкнуть не получилось, но и времени прошло всего ничего. Так что в глубине души я надеялась лишь на то, что со временем станет легче воспринимать мою новую «тень». Благо, хоть каа-сан стала значительно спокойнее относиться к моей идее фикс, и появление в доме Юкито восприняла с радостью, мол, здорово, что я под присмотром. К слову, Юкито было всего лишь двадцать лет, так что никакой он оказался не мужчина, а довольно молодой парень с темно-медными волосами, бликующими на солнце рыжиной, и серыми глазами. Имел, кстати, ранг «токудзё», что было довольно весомым аргументом в пользу того, почему же ему отдали распоряжение присматривать за мной. Видимо, в клане боялись повторения похищения, а может просто надеялись, что это отобьет мое желание учиться.       — Юкито-сан, скажите, как долго продлится ваше наставничество? — Спросила я, жуя онигири с тунцом, заботливо уложенные матушкой в мою новую тренировочную сумку. Наставник от угощения отказался, предпочитая смочить горло прохладным чаем из маленького термоса.       — Не знаю точно, Амэ-химэ, до отмены распоряжения, наверное. А что, вам так не терпится избавиться от меня? — Юкито хмыкнул вроде бы весело, а глаза смотрели с настороженностью. Ага, избавишься от тебя, как же. Не-е-ет, дорогой мой. Ты мне нужен, и даже не представляешь, насколько.       — Не избавиться, Юкито-сан, а за время тренировок понять, что мне требуется больше всего. Мы с вами занимаемся всего ничего, и вам нужно понимать мои слабые места, чтобы понять, на что можно воздействовать, — сообщила я, закончив наконец с перекусом, — тем более, что в скором времени мне может потребоваться партнер для спаррингов. И, пожалуйста, не называйте меня «Амэ-химэ». Это все слишком официально. Давайте хотя бы на «Амэ-чан» сойдемся?       Наставник завис, увидев, как я сложила руки в молитвенном жесте, действительно упрашивая не титуловать меня. Да уж, он-то наверное думал, что его приставили «пасти» мелкую избалованную пигалицу, а тут я, с маниакальной радостью посматривающая в сторону макивар и мишеней. Ничего не знаю, я дорвалась до возможного источника силы, значит я вцеплюсь в него руками, ногами, зубами и по возможности даже ушами. Всем, чем можно вцепиться, короче. Хрен вы Юкито у меня отберете. Да уж, наверное, я со стороны звучу, как Орочимару в его лучшие годы.       — Думаю, для спаррингов пока что рановато. Мы, конечно, можем спросить у Акихико-сана, разрешит ли он пригласить кого-то из ваших приятелей, чтобы можно было потренироваться. Но это потом, а сейчас у нас закончилось время на перерыв. Вставайте, Амэ-хи… Амэ-сама.       Ну, хоть не раздражающее «химэ». Вздохнув, я встала, разминая ноги и руки, чтоб разогнать кровь. Да уж, не видать мне в ближайшее время возможности с кем-то потренироваться, как своих ушей. Обидно, ксо, но ничего не поделать — любой ребенок из клановых, каким, к примеру, считался Саске, размазал бы меня по земле тонким слоем. Поэтому оставалось лишь заниматься отработкой метательного оружия, бесконечными разминками и приемами. Я наклонилась, стараясь дотянуться руками до земли, и подумала о том, что если тренировки систематизировать, то достигается гораздо больший эффект. Либо это Юкито так нещадно меня гонял, либо что-то другое способствовало, но результат уже был. Я переставала задыхаться после первого круга разминки и постепенно наращивала темп бега. Тряхнув волосами, я вновь встала напротив мишени, выуживая из одолженного подсумка несколько сюрикенов. Встав, как учил наставник, я размахнулась и пустила сразу два сюрикена в мишень. С глухим ударом оба воткнулись в мишень недалеко от середины. Прогресс. Раньше было либо мимо, либо неудовлетворяющее меня «в край». Юкито, удовлетворенно кивнув, двинулся в сторону, в которой, как я помнила, располагалось домашнее додзё. Вернувшись через пару минут, он протянул мне посмотреть один из деревянных мечей — боккенов, который был значительно короче, чем тот, что был в руках у Юкито.       — Это танто, — кивнул он, заметив мой вопрос, готовый сорваться с губ, — а в моих руках — вакидзаси. Вместе они образуют пару. Вообще, более стандартной парой является связка из вакидзаси и катаны. И нет, мы не будем с ними тренироваться. Пока что. Я просто хочу кое-что показать вам, Амэ-сама.       Юкито сделал пару шагов вперед, перехватывая вакидзаси поудобнее, и встал в новую для меня стойку. Я затаила дыхание — судя по всему, сейчас должно было произойти что-то поинтереснее всего того, чем я была занята до этого. И мои ожидания оправдались. Наставник, размахнувшись, наискось повел меч, одним ударом разрубив манекен, перед которым стоял. Я успела заметить неясный голубоватый отблеск на клинке, но большего увидеть не получилось из-за слишком большой скорости, на которой был парень. Восхищенно вздохнув, я захлопала в ладоши.       — Юкито-сан, это было так круто! Только я не совсем поняла, у вас что, меч светился? — Наставник удовлетворенно кивнул, довольный моей реакцией.       — Да, перед ударом я пропустил через лезвие своего танто чакру, чтобы удар был сильнее. Это и помогло перерубить манекен. Вообще, принято использовать чакру нейтрального типа, но некоторые шиноби используют для своих ударов чакру молнии, к примеру, или ветра, который оставляет очень сильные раны на телах противников.       — А я так смогу, наставник? — Включила я ребенка. Помнится мне, в каноне как-то определяли предрасположенность к той или иной стихии. То ли с помощью каких-то бумажек, то ли еще как-то.       — Сможете, Амэ-сама. В целом, именно для этого я и показал вам данный прием. Но, прежде, чем учиться насыщать чакрой оружие, следует научиться ей управлять, а первее всего — почувствовать. Вы уже чувствуете свою чакру, Амэ-сама? — Ух, какие-то сложные вопросы ты задаешь, Юкито. Пожав плечами, я неопределенно качнула головой.       — Вроде бы что-то чувствую, вроде бы и нет. Я не знаю, какие ощущения будут правильными, чтобы сказать о том, что это действительно чакра, — задумчиво потерев подбородок, наставник присел на землю, кивая рядом с собой. Я плюхнулась рядом, усаживаясь поудобнее, и приготовилась слушать.       — Ну, тогда у нас с вами лишь один выход. Вам нужно понять, как именно сконцентрироваться на чакре. Очаг находится примерно вот в этой области, — Юкито накрыл ладонью область солнечного сплетения, медленно перемещая пальцы чуть выше. Я кивнула, сосредоточившись, а наставник продолжил, — у кого-то первое ощущение чакры отзывается всплеском тепла, кого-то обжигает огнем, кто-то чувствует в этот момент высшую одухотворенность. Ваша задача, Амэ-сама, почувствовать, как внутри вас есть, скажем, шарик тепла, который циркулирует по вашему телу чакру, и понять, каике ощущения у вас это вызывает. Попробуйте.       Я закрыла глаза, отключая разум. Почувствовать, значит. Ла-а-адно. Представим, что в груди, ближе к солнечному сплетению у меня собирается теплый шар, защищающий меня, и подумаем о том, как от него во все стороны разбегается тонкая золотистая сеть каналов чакры. Сосредоточиться на ощущениях того, как по моим рукам и ногам бежит что-то, посылающее импульсы по всему телу. А теперь представить, как чакра медленно выходит из шара и собирается в левой ладони.       — Амэ-сама, откройте глаза. Похоже, у вас получилось. — Распахнув глаза, я увидела, что мою левую ладонь действительно обволакивает… нечто, по цвету напоминающее светло-голубое небо. Значит, так и выглядит чакра? Внезапно осознав, что сейчас случилось, я уставилась на свою руку в немом шоке. У меня получилось! Я чувствую чакру, действительно чувствую. Встряхнув рукой, я почувствовала, как вся чакра словно уходит в меня обратно. Странное ощущение, но достаточно приятное.       — Юкито-сан, вы видели? — Наставник кивнул, явно довольный моим успехом, и даже позволил себе улыбнуться. Я вскочила на ноги, забывшись на миг, и, подлетев к ошарашенному моим поведением Юкито, от души обняла его, прижимаясь щекой к плечу.       — Спасибо вам, Юкито-сан! Вы замечательный наставник, самый лучший.

***

      Юкито, явно смущенный моим проявлением чувств, отпустил меня с утренней тренировки пораньше, позволив отдохнуть до вечера. Чем я и воспользовалась. Забежав домой и сменив тренировочную одежду — бриджи и новая футболка с клановым моном — на что-то более презентабельное, я побежала к Наруто. В прошлую нашу встречу он мельком показал где живет, поэтому дорогу я вспоминала на ходу. Правда, мое освобождение от тренировки не означало, что Юкито не будет меня охранять, так что наставник следовал за мной по крышам, стараясь держать меня в поле зрения. Смотря на то, как легко Юкито передвигался с крыши на крышу, я едва сдерживала завистливый вздох. Я тоже так хочу!       Путь до дома Узумаки занял у меня около пятнадцати минут, поэтому, поднявшись к нему, я вежливо постучала в деревянную дверь. За дверью что-то ощутимо грохнулось об пол, а потом послышались торопливые шаги. Открыв дверь на пару сантиметров, Узумаки недоуменно высунулся наружу и обомлел, когда увидел за дверью меня в компании Юкито.       — Йо, Наруто-кун. Познакомься, это Юкито-сан, он мой наставник. Юкито-сан, это Наруто Узумаки, мой самый первый друг в Конохе, — приветственно вскинула я ладонь, улыбаясь. Да, ошарашенный Узумаки, это, конечно, сильно. Да и Юкито как-то подсобрался сразу. Эй, нет-нет, только не говори мне, что это из-за Узумаки, ксо. — Я надеюсь, что вы позаботитесь о нем так же, как и обо мне, наставник.       — Приятно познакомиться, Юкито-сан, — приветливо кивнул Наруто, а мне солнечно улыбнулся, — рад видеть тебя, Амэ-чан! Ты решила навестить меня? Простите, что не приглашаю, у меня просто немного… не прибрано, — Узумаки смущенно почесал затылок, отводя взгляд. Я хмыкнула. Кажется мне, что там не «немного», хах. Но смущать этим наблюдением Узумаки не хотелось.       — Не переживай так, мы не в гости. Как ты смотришь на то, чтобы погулять по деревне? Юкито-сан побудет с нами, у него сверхважное задание, он должен меня охранять, — сделала страшные глаза я, понижая голос до трагического шепота. За спиной послышался неопределенный хмык. Ну, извините, наставник, мальчишке пока рано знать, что вы априори его ненавидите, впрочем, как и вся деревня. Хотя, непонятно, почему меня еще не отлучили от джинчуурики. Видимо, одна встреча показалась отцу и брату одинаково не стоящей внимания, мало ли, что бы потом изменилось.       — Эм, да, я согласен. Вы не могли бы подождать меня на улице? — Вихрастая голова скрылась за дверью, и вскоре там что-то зашуршало. Видать, Узумаки на своей сверхскорости пытался убраться в квартире. Ухмыльнувшись, я пошла вниз по лестнице. Юкито молчаливой тенью двинулся вслед за мной.       — Амэ-сама, вам бы не следовало с ним общаться. Этот мальчик очень опасен, — о, а вот и то самое «отлучение» началось. Я медленно повернулась к Юкито, который почтительно склонил голову.       — Юкито-сан, этот мальчик— мой друг. По крайней мере, пытается стать им, прикладывая для этого все усилия. Если я и буду следовать чьим-то запретам, то только если эти запреты будут исходить от моих родных. Акихико-отоо-сама и Азуми-окаа-сама не высказывались против общения с этим мальчиком, поэтому, я думаю, все будет в порядке, если я немного с ним погуляю. Если вас так пугает мое нахождение рядом с ним, вы можете сообщить обо всем моему отцу.       Я отвернулась в сторону, скрестив руки на груди, и краем глаза посмотрела на Юкито. Черт, наверное, я все-таки перегнула с пафосом. Как бы реально отцу не пожаловался. Наставник, поджав губы, только кивнул на мои слова. Что, к Акихико не пойдешь? Ну и отлично. Присев на скамейку, я занялась тем, что вновь попыталась нащупать свою чакру. Хотелось попробовать, смогу ли я «учуять» чакру Юкито, который с видом оскорбленной невинности отошел подальше. Сложив печать концентрации, которую я обычно использовала, чтобы было легче медитировать, я представила, как моя чакра, выходя из тела, равномерно распределяется вокруг. Достигнув Юкито, чакра словно накрыла его, а потом вернулась обратно, принося с собой ощущение прохлады и свежей земли. Ого, так вот, как ощущается чужая чакра? Интересно.       — Амэ-сама, что вы делаете? — поинтересовался наставник, поежившись, видимо, почувствовал мою чакру. Я хихикнула, открывая глаза. Странные ощущения, конечно — я будто видела со стороны и улицу, и Юкито, но как-то размыто, что ли.       — Проверяю, могу ли почувствовать вашу чакру, наставник. О, Наруто, ты быстро, — встрепенулась я, заметив выходящего к нам Узумаки. Джинчуурики улыбнулся, поравнявшись с нами, и мы выдвинулись в сторону рынка — Юкито кровь из носу потребовалось купить себе расходники, которые поставляла интендантская служба Конохи. В производстве у интендантов обычно было все, чем пользовались шиноби на миссиях — кунаи, сюрикены, взрывные печати и много-много всего. По пути мы с Наруто завернули в раменную старика Теучи, на радость вечно голодному Узумаки. Честно говоря, одними онигири во время тренировки я не наелась, поэтому съесть порцию-другую рамена не отказалась бы. Юкито взял с меня клятвенное обещание, что я никуда не сбегу из Ичираку вместе с Узумаки, поэтому пришлось сидеть смирно.       — О, Амэ-чан, Наруто, здравствуйте. Наруто, тебе как обычно? — Поинтересовалась у нас Аяме, дочка повара. Вежливо кивнув, я сделала заказ и выложила деньги за стойку. Наруто тоже достал кошелёк, и я умилилась — в ладони мальчика лежала зеленая лягушка, с которой Наруто не расставался в каноне. Правда, сейчас зеленая любимица джинчуурики выглядела поновее, хоть и достаточно худой — с деньгами у паренька было туго. Хотя, финансовую помощь предлагать было бессмысленно, я была в этом уверена.       — Здравствуйте, Теучи-сан, Аяме-чан, — поздоровались позади нас, и за стойку рядом со мной присела Аяко. Знаете, у меня начинает складываться ощущение, что Коноха это действительно… деревня. В плане того, что я столько знакомых постоянно встречаю, что невольно начинает казаться, что Коноха буквально состоит из двух улиц, рынка и башни Хокаге. Если к Узумаки я шла целенаправленно, то встреча с Аяко предусмотрена не была. В конце концов я решила не забивать эти голову, просто дожидаясь свой рамен с курицей.       — Привет, сестренка Аяко! — громко поздоровался Наруто, втягивая лапшу в рот. Узумаки буквально лучился счастьем, так, что пробирало даже меня. Да уж, на такого шиноби ни один канчинин не позарится — чакрой и эмоциями прошибет так, что мозги сварятся. Ну, это мне так думается, возможно в реальности все наоборот.       — Всем здравствуйте. О, Амэ, я вижу, что и ты здесь, — мягко улыбнулась Учиха, перекидывая длинные черные волосы за спину. Интересно, а на миссии ходить с распущенными волосами удобно? Они же, наверное, путаются вечно, и схватить легче. Но, спорить с тем, что Аяко не шли длинные волосы, обрамляющие лицо и стекающие по спине водопадом, смысла не было. Дождавшись наконец свою порцию, я разломала палочки, и, пробормотав ставшее уже привычным «итадакимас», принялась за еду. Смотреть на радостного Наруто, находившегося в компании тех, кто относился ему если не с дружелюбием, то хотя бы с маленькой долей тепла, было здорово. Но осознание, кем является этот солнечный мальчишка, заставляло внутренности скручиваться тугим узлом. Если про наше общение прознает клан и Хокаге, не думаю, что мне позволят с ним общаться. Скорее всего нет. Верхушке же нужен джинчуурики, доверяющий лишь избранным и заботливо вскормленный рукой Старой Обезьяны. Ксо, как же все трудно. Я поморщилась, медленно пережевывая рамен, у которого даже не ощущала вкуса. Настроение незаметно снизилось до какой-то паршивой отметки.

***

      После еды мы с Наруто пошли на общий полигон, где нас нагнал Юкито. Выслушав нотацию от наставника о том, что я обещала никуда не сбегать, я молча подошла к макиварам, вкопанным в ряд на краю тренировочной площадки. Хотелось крушить все на свете, благо, что возможности не было — я чакру-то едва-едва почувствовала. Поэтому, со злостью бросив сумку в траву, я принялась кружить вокруг манекена, хаотично нанося удары руками и ногами. Наруто тем временем с опаской застыл на краю площадки, глядя на меня широко открытыми глазами. Ну да, я бы тоже удивилась, если бы девчонка, которая еще недавно задыхалась от простой разминки, вдруг со всей дури стала бы лупить беззащитное бревно, обернутое соломой.       — Амэ-сама, руку ровнее. Локоть должен идти параллельно земле, когда вы наносите удар. Ногу поднимайте выше, иначе рискуете вывихнуть себе лодыжку. Наруто, ты не хочешь присоединиться к Амэ-химэ? — Вздохнул Юкито, а меня передернуло от того, что он снова использовал титул. Видимо, наставник если не понял точно, то хотя бы догадывался, в чем причина моего плохого настроения. А, может, просто хотел занять делом и Наруто тоже. Узумаки, просияв, как новенький рьё, вприпрыжку кинулся к макиваре по соседству.       Я молча продолжила вымещать злость на учебном столбе, злясь на себя, на то, что мое тело было таким слабым, на то, что Наруто так легко предложил мне свою дружбу, а я ее приняла. Задумавшись, я сама не заметила, как случайно выпустила чакру. Хрясь!       — Твою мать, что это было?! — Завопил удивленный Наруто, отвлекаясь от своей макивары, пока я потирала ушибленный кулак. Манекен, на котором я отрабатывала удары, теперь сиротливо стоял, блистая внушительной вмятиной, но все же не развалился.       — Наруто, не выражайся. Это была моя чакра. Я случайно сосредоточила ее в кулаке в момент удара, и получилось вот это, — кивнула я на разгром, который учинила. Повернувшись в сторону Юкито, я увидела, как наставник вздернул бровь, взъерошивая волосы. Заметив, что я смотрю, парень двинулся к нам, остановившись рядом со мной.       — Да уж, Амэ-сама, вы определенно делаете успехи. Неплохая концентрация чакры, да еще так быстро после нахождения очага. Видимо, вскоре нам с вами предстоит начать тренировки на концентрацию… — задумчиво пробормотал Юкито, потерев лоб. Наруто, подпрыгнув, потряс меня за руку.       — Ух ты, Амэ-чан, ты такая крутая! Научи меня так же, ну пожалуйста-пожалуйста! — У Наруто даже заблестели от предвкушения глаза. Я хмыкнула, поворачиваясь к Юкито всем телом, и сложила руки на груди. Наставник, заметив мой спрашивающий взгляд, обреченно опустил плечи. Видимо, понял, что просто так с него уже не слезут.       — Хорошо. Наруто, Амэ-сама, начальная позиция. Сперва нужно почувствовать свой Очаг чакры… — начал Юкито рассказывать, когда мы с Наруто послушно встали перед ним. Что ж, поехали.

***

      Мы шли по дороге в клановый квартал, и настроение у меня было куда лучше, чем днем. Рядом расстроенно сопел Узумаки, поддерживающий меня под руку, пока я хромала. В целом, несанкционированная тренировка прошла плодотворно. Юкито-сан показал Наруто, как правильно чувствовать чакру, и в целом, если не считать напряженного начала, в котором Юкито не мог определиться, как общаться с джинчуурики, то в целом все было даже хорошо. Мы вместе проделали несколько упражнений, показали парочку стоек, за которые Наруто отдельно досталось, так как делал он их изначально неправильно. Как мне казалось, в здешнем мире Наруто был куда сильнее, чем был в каноне. Но, возможно, это было потому, что тогда я лишь наблюдала за выдуманным персонажем, а не являлась прямой частью его окружения. А потом я уломала наставника на спарринг с Узумаки. То ли я так сильно в себя поверила, то ли приятель слишком увлекся, но по итогу одной из подсечек Наруто скинул меня на пыльную землю, заставив больно удариться коленом об выступающий камень. Ох, и больших усилий мне стоило успокоить разбушевавшегося наставника, когда он начал орать на джинчуурики. После того, как первая волна злости прошла, наставник хотел на спине утащить меня в госпиталь, и едва не бросился заматывать бинтами всю мою ногу. Конечно, по итогу мне удалось отобрать у него «перевязочные» и самой обмотать опухшее колено, но сама ситуация меня начинала подбешивать. Поэтому было решено свернуть всю полевую деятельность и пойти по домам. Правда, Наруто все равно решил проводить меня до самых ворот дома, ни в какую не соглашаясь оставлять меня на попечение наставника.       — Я поклялся Нобу-сану! Я сказал ему, что пока Амэ рядом со мной, с ней ничего не случится! — Выкрикнул Узумаки, когда Юкито в очередной раз посетовал на взбалмошных детей, и я увидела, что глаза у него подозрительно поблескивают. Приблизившись, я положила руку ему на плечо и несильно сжала, чтобы поддержать. Слегка успокоившись, Узумаки шмыгнул носом и аккуратно, насколько мог, перехватил меня под руку, позволяя опереться на себя.       На входе в клановые ворота нашу делегацию провожали удивленными взглядами. Мало кто из соклановцев знал, что я начала тренировки и вообще решила стать ниндзя. Поэтому, увидев меня, хромающую с помощью Наруто, некоторые не стали воздерживаться от брезгливых взглядов.       Дойдя наконец-то до нашего дома, мы остановились. Я высвободилась от хватки друга, ухватившись рукой за калитку, и покачнулась, зашипев от боли, стоило опереться на травмированную ногу. Почесав шею, Наруто скомкано пробормотал извинения, махнул мне рукой на прощание и быстро ушел.       — Амэ-сама… — начал было Юкито, но я махнула рукой, отказываясь его сейчас слушать. Надоело. Я пошла вперед, стиснув зубы от боли, и, никого не встретив на пути, благополучно добралась до своей комнаты. Захлопнув дверь прямо перед лицом наставника, я села на пол в центре комнаты. Устроившись на новеньком ковре, который мне купили совсем недавно, со всем удобством, я посмотрела на свои руки. К горлу подкатила тошнота, когда я осознала, что совершенно не контролирую свои эмоции. То, что сегодня меня кидало от одной полярности к другой, чередуя грусть-злость-радость по очереди, мне совсем не понравилось. Если с этим не совладать, кто знает, когда в следующий раз мои эмоции «соскочат». Нельзя допускать подобного. Если сейчас действовала отговорка о том, что я еще не полноценный шиноби, то в будущем подобное уже не прокатит.       Сложив печать концентрации — в который раз уже за сегодня — я медленно выдохнула через нос, нащупывая Очаг. Сосредоточилась, начиная потихоньку прогонять чакру через все тело. Что делать дальше, я пока не совсем представляла, поэтому просто гоняла чакру, стараясь расслабиться.       В дверь мягко постучали. Крикнув, чтоб входили, я закончила свое, по сути, бесполезное занятие. В комнату зашла каа-сан с подносом, едва заметно мне улыбнувшись. Правда, заметив мое колено, крепко обмотанное эластичными бинтами, Азуми обеспокоенно опустилась рядом со мной на ковер.       — Что случилось с твоей ногой, Амэ-чан? Позволишь посмотреть? — Я кивнула, вполглаза наблюдая за ее точными действиями. Смотав бинты, каа-сан аккуратно положила их рядом с собой, и принялась за осмотр моего колена. Невесомо пройдясь тонкими пальцами по краю яркого синяка, который расцветал на припухшей коже, матушка вдруг сложила печать, и ее ладонь окутало зеленоватое свечение… иръендзюцу?!       — Техника мистической ладони, — тихо пробормотала она, залечивая мою травму. Прошла какая-то пара минут, и я ошарашенно встала, совершенно не чувствуя боли в ноге. Облегченно выдохнув, каа-сан задорно улыбнулась мне, поправляя подол домашней юкаты, расписанной журавлями.        — Ва-а-ау, какая каа-сан крутая! Ты тоже иръенин, как Нобу-нии-сан, матушка? — Зачастила я, смотря на нее с заметно возросшим уважением. Тихо засмеявшись, каа-сан качнула головой и придвинула ко мне поднос с ужином. Сев за низкий столик, я похлопала рядом с собой, с надеждой смотря на нее. Да, мне действительно хотелось, чтобы кто-то просто посидел рядом со мной, даже если совсем чуть-чуть. Мне, если честно, хотелось иметь близких, которые смогут мне помочь в случае чего, и которых я смогу защитить… хотя бы в этом мире.       — Сперва поешь, а потом все разговоры. За твое колено я потом отдельно спрошу с Юкито-чана, а твоя задача — набраться сил. Совсем загонишь себя со своими тренировками, — матушка хищно сощурила глаза, прикрыв рукавом лицо, и рассеянно потрепала меня по голове. Быстро прикончив тарелку с сукияки — матушка не переставала радовать меня вкуснейшими блюдами — я в ожидании посмотрела на каа-сан.       — Как ты думаешь, благодаря кому твой старший брат так хорошо владеет иръендзюцу? В свое время я тоже являлась шиноби, ходила на миссии… и убивала противников. Потом вышла замуж за твоего отца, родила сперва Нобу-куна, потом тебя, и вскоре о жизни шиноби пришлось забыть. Правда, мое прошлое все равно живет во мне, благодаря вам, моим детям, — матушка, прикрыв глаза, печально вздохнула, а тень мягкой улыбки тронула уголки ее губ. Посидев так пару секунд, она справилась с воспоминаниями и продолжила, как ни в чем не бывало, — Нобу, закончив Академию, сразу пошел в госпиталь оттачивать владение иръендзюцу, и попал под протекторат самой Теруко-сан. Ну, это для вас с Нобу она «Теруко-сан», или даже «Теруко-сама». А для меня она всягда являлась Теру-чан — лучшим в нашей тройке медиков иръенином и моей близкой подругой. Правда, сейчас мы с ней редко видимся, но это ничего.       Слушая каа-сан, я задумалась в очередной раз. Что же, если так рассуждать, то иръендзюцу — это дико полезная штука во владении шиноби. Иръенин даже с помощью «мистической руки» мог, как я помнила, и спасти сокомандника, залечив раны, так и здорово потрепать противника. Наверное, как определюсь с направлением, в котором хочу расти и тренироваться окончательно, поговорю с Нобу о том, чтобы поднатаскал меня хотя бы по азам. Или к каа-сан подойду.       — Каа-сан, а я тоже буду ходить в Академию? Нобу-нии ведь учился там, может, и я тоже смогу? — затаив дыхание, спросила я. Странно, что я не подумала об этом щекотливом моменте сама. С клана бы сталось, к примеру, просто нанять мне штат дополнительных учителей, и оставить меня сидеть в застенках. Юкито же они ко мне приставили, в конце-концов. О воспоминании о том, каким взглядом наставник смотрел на Узумаки всю дорогу до дома, меня передернуло.       — Насчет Академии, я думаю, тебе стоит поговорить или с Изао-доно, или с отцом. Я, как бы не старалась тебя уберечь от того, что было в моем прошлом, сейчас могу лишь поддержать мою любимую дочь. Но я вижу, что сейчас в твоей душе что-то не так, ты чем-то расстроена. Не хочешь поделиться? — Я задумалась. А может, действительно рассказать каа-сан про Наруто?       — Каа-сан, пообещаешь мне, что не будешь на меня ругаться, если расскажу? — Матушка удивленно повернулась ко мне, но кивнула. Я сжала кулаки, собираясь с духом, и начала говорить.       Рассказ вышел достаточно долгим, хоть и скомканным местами. Я рассказала ей о том, как мы с Нобу ходили на рынок, как я познакомилась с Наруто и как он предложил мне свою дружбу, но сейчас я боялась, что мне запретят с ним общаться. Потом о том, что мы встретили Саске и Итачи возле пруда, о том, что до своей травмы я дружила с младшим Учиха и не помню этого сейчас. Рассказала я каа-сан и о том, что в клане мне казалось, будто все относятся ко мне с презрением, включая собственного отца. Последними я рассказала события прошедшего дня, что во время спарринга Наруто стал косвенной причиной моей травмы, и описала то, как повел себя наставник после этого. Когда я наконец закончила, пришло понимание, что мои щеки отчего-то мокрые, а глаза неприятно пощипывает. Каа-сан, заметив, что я замолчала, одним движением подгребла меня в свои объятия, крепко прижимая к себе. Почувствовав подступающие к горлу слезы, я сжала рукав материнской юкаты и наконец-то позволила себе по-настоящему разрыдаться, сжимаясь в маленький комочек и закусывая губы. Почему-то сейчас я не боялась того, что могу потерять над собой контроль — чакра матери ластилась ко мне, убаюкивая и даря привычное ощущение спокойствия. Поэтому я могла просто лежать в крепких объятиях матери и выплакать все, что копилось внутри. Когда я наконец-то начала приходить в себя, то почувствовала едва ощутимый поцелуй на лбу. Сознание медленно уплывало, так что я просто закрыла глаза, проваливаясь в пустоту, которая отдавала привкусом свежей листвы, зеленым чаем и запахом медикаментов.       Так пахло спокойствие. Так пахли мои близкие — Акихико, Азуми и Нобу. Моя семья.

***

      Проснувшись на следующее утро не сильно позже рассвета, я обнаружила, что лежу в своей кровати, укрытая одеялом. Видимо, это каа-сан отнесла меня в кровать, когда я уснула на ней. Согнав с тела остатки сна, поддевающие мою совесть поваляться в кровати еще немного, я выскользнула из-под одеяла, вытягивая руки к потолку. Наскоро проделав разминку, которая понемногу входила в привычку, я облачилась в тренировочную одежду и направилась сразу в сад. Завтракать не хотелось, поэтому, закрепив на поясе и на бедре подсумки с метательным оружием, я приготовилась к пробежке. На Юкито я все еще злилась после вчерашнего, но с другой стороны, у него было четкое задание, которое предусматривало обеспечение моей безопасности. Я могла понять его отношения к Наруто — все более-менее подготовленные шиноби наверняка были посвящены в детали того, кем являлся маленький светловолосый мальчуган. Живое оружие, джинчуурики Девятихвостого Демона-Лиса Кьюби. Я же этого заранее знать не могла в силу своего возраста и отсутствия подготовки. Значит, предстояло «развязать руки» себе и своей возможной дружбе с Наруто. Отрекаться от Узумаки я ни в коем случае не собиралась, поэтому всерьез задумалась о том, как добиться того, чтобы мне рассказали правду. Вполне могло быть, что для этого мне снова нужно было топать в особняк деда. И самым тяжелым здесь было не то, что с дедом я почти не была знакома. Я сомневалась, что мне вот так на чистую руку выложат все то, что, я уверена, хранилось под грифом «строго секретно». Да уж, проблемно. От воспоминаний от взгляда дяди, которым он наградил меня в первую встречу, я, поморщившись, едва не сбилась с шага. Так, это сколько кругов я по полигону навернула? Шесть или семь? Мало.       Развернувшись в сторону калитки, я как следует разбежалась и, оттолкнувшись руками от низкого забора, перемахнула за домашнюю ограду. Вау, а наставник все же не зря меня по полигонам гоняет. Даже на миг почувствовала себя всамделишным шиноби, ха-ха. В клановом квартале было тихо, поэтому, пока я бежала в сторону выхода, никого из соклановцев не встретила. Даже патруль, который обычно выставляли днем, сейчас отсутствовал. Я планировала зайти в библиотеку, но не помнила, во сколько она открывалась, хотя в нашу экскурсию Узумаки заботливо мне ее показал, поэтому бегом отправилась на Скалу Хокаге. Подумала о том, что мне может влететь от семьи за то, что я вот так нагло свалила, но отмахнулась от этой мысли. В конкретике, это была проблема Юкито, что он меня упустил. Если потребуется, потом извинюсь перед ним.       Когда я добралась до вершины монумента, оказалось, что он уже занят. Метнувшись за ближайшее дерево, я с удивлением обнаружила, что там обосновался некий ниндзя в круглых очках. Волосы у него были красивого серебристого цвета, искрясь на солнце. Закусив палец, я подумала о том, что ниндзя кажется мне смутно знакомым, а потом едва сдержала вскрик, ощущая, как на плечо ложится чья-то рука. Развернувший меня ниндзя поправил очки, загадочно сверкнув линзами, и с узнаванием поглядел на меня.       — Амэ-чан? Что ты тут делаешь? — Спросили у меня. Я оторопело взглянула в лицо шиноби, и как можно незаметнее заскользила рукой в бедренные ножны. В следующий миг я взмахнула кунаем наискосок, стараясь оградить себя от неизвестного. Шиноби отпрыгнул от меня, резко разрывая расстояние между нами, и примирительно выкинул руку. — Амэ-чан, что такое? Ты меня не узнала?       — Кто вы такой, шиноби-сан, и откуда меня знаете? — предупредительно выставив вперед руку с кунаем, я замерла. Брови блондина удивленно взметнулись вверх, а потом он тихо рассмеялся.       — Прости меня, Амэ-чан, я забыл, что ты можешь меня не узнать. Меня зовут Кабуто, я вместе с твоим братом работаю в госпитале Конохи, —я удивленно моргнула, оседая под дерево. Кабуто, блять, Якуши, главный любимчик Орочимару и его правая рука, сейчас стоял передо мной и говорил, что он работает в госпитале. Это все-таки действительно деревня. Просто очень большая. Стараясь ничем не выдать того, что мне пиздец как страшно стоять сейчас с Кабуто рядом, я подошла к мишени, которая в прошлый раз послужила нам с Наруто отличным поводом познакомиться поближе. Якуши, тихо хмыкнув на мое молчание, с расслабленной улыбкой скрылся за деревьями. Я выдохнула, только когда его макушка исчезла окончательно, и вытащила метательное оружие, приготовившись к тренировке. У меня, видимо, начинала попросту съезжать крыша оттого, что я видела так много псевдо-знакомых мне людей за такой короткий промежуток. Сперва Наруто, который оказался куда гораздо спокойнее своей канонной версии, потом дуэт из Учих, с одним из которых я дружила в своем бывшем теле, теперь вот… этот.       Следующие три часа прошли для меня как в трансе. Я основательно размялась, тренируя различные связки из тех, которые показал мне наставник, на три раза опустошила все подсумки с кунаями, раз за разом отправляя их в мишень. К концу у меня начало отниматься плечо, но результата я все-таки добилась — семь из десяти кунаев теперь точно достигали центра мишени. Меня начинал радовать подобный рост, который казался достаточно быстрым, но, раздумывая, я старалась не отвлекаться от тренировки. Наверное, стоило бы прогуляться в библиотеку, почитать там что-нибудь про СЦЧ и Очаг чакры, но сперва стоило закончить начатое. Собрав все, что не попало в мишень, и аккуратно рассовав выделенное мне добро по подсумкам, я уселась под дерево, складывая печать концентрации и почти сразу проваливаясь во внутренний мир. Да, если так и дальше пойдет, то я через какое-то время туда-сюда прыгать буду, почти не концентрируясь. Взяв курс к Очагу, я провела руками, создавая до самой каменной площадки удобную тропинку, вымощенную мелким булыжником. Ну, а что, я может быть красоты хочу внутри себя. Снаружи этим похвастаться пока не получалось.       Сфера Очага чакры встретила меня приветливым мерцанием, переливаясь, как и в прошлый раз. Правда, одна из цепей, которые удерживали ее, теперь немного провисла, и я попробовала ее раскачать. Ожидаемо, у меня ничего не вышло, поэтому, немного побродив вокруг, я вернулась в реальность, решив возвращаться домой.

***

      Да уж, чего я никак не ожидала, так это того, что по возвращении в клан меня перехватит незнакомый мне шиноби с хвостиком каштановых волос и сообщит, что меня сейчас же вызывают в Зал Заката. Вежливо кивнув, я отряхнула пыльную после тренировки одежду и побрела в сторону особняка Изао-доно. Желудок скрутило неприятным предчувствием. И только на половине по пути до меня дошло, что, скорее всего, Залом Заката назывался сам особняк, а не то место, в котором в прошлый раз проводилось собрание по мою душу.       — Амэ-чан, здравствуй, — поприветствовал меня дед, когда провожавший меня шиноби привел меня на открытую веранду, выходившую в сад. Осмотревшись, я с удивлением заметила, что именно здесь сидела, практикуясь в медитации, в прошлый раз. И именно здесь я познакомилась с докучливыми «сестрами».       — Доброго здравия вам, Изао-доно, — поклонилась я, выказывая уважение. Дед махнул рукой, подзывая меня поближе, и я увидела, что на веранде возле деда стоял низкий столик, на котором было расставлено несколько тарелок с едой. Аккуратно присев по другую сторону от импровизированного «стола», я покосилась на Изао.       — Амэ, здесь и сейчас мы с тобой разговариваем не как Глава клана и его, хм, подчиненный. Мы с тобой сейчас говорим всего лишь как семья, который ты для меня являешься. Ты дочь моего младшего сына, моя внучка, и я давно хотел с тобой увидеться, — поправив рукав кимоно, дед потянулся к шпажке с данго и пододвинул тарелку ко мне. Кивнув, я приняла угощение, а через пару секунд передо мной поставили чашку зеленого чая. Увидеться, значит? Ла-а-адно, теперь мне интересно, что скрывается под этим «увидеться».       — Изао-дзи-сама, мои родители не знают, что я у вас. Я вообще с утра рано ушла из дома на тренировку, и не думаю, что они в курсе, что со мной. Вы не могли бы предупредить их? А то они, наверное, волнуются… — Я прожевала данго и посмотрела на сад, раскинувшийся перед нами. Да, красиво здесь. И спокойно.       — Не переживай, я предупредил и Акихико, и Азуми-чан. Они в курсе, что с самого ура ты у меня. Кстати, моя невестка только вчера приходила ко мне с просьбой поговорить с тобой. О чем же ты хотела побеседовать, Амэ-чан? — Матушка? Вскинувшись, я удивленно посмотрела на деда.       — Вообще, я действительно хотела поговорить. По поводу моего обучения и… по поводу дружбы с одним мальчиком.       — Узумаки Наруто? — Прояснил дед. Я кивнула. — Да, я знаю, что вы вроде бы подружились, к чему многие могут относиться достаточно неодобрительно. Полагаю, ты хочешь услышать причину, по которой к твоему другу так относятся? — Еще один кивок. — Когда то давно, незадолго после твоего рождения, на нашу Деревню напал Девятихвостый. Огромный демонический Лис, имя которому было Кьюби, является и по сей день секретным оружием нашей деревни. Этот демон вырвался из своего прошлого носителя — джинчуурики — и напал на деревню в попытках ее разрушить. Ценой многих потерь среди шиноби и гражданских Кьюби удалось запечатать в нового джинчуурики.       — Им был Наруто? — «Догадалась» я. Изао кивнул, смотря куда-то вдаль. Я сглотнула, зябко поежившись. Да уж, когда слушаешь это вот так, то становится действительно жутко.       — Всего сразу я рассказать тебе не могу. Но кое-кому выгодно, чтобы Наруто рос в такой негативной обстановке. Скажу лишь только, что, как глава твоего клана, не стану препятствовать твоей с ним дружбе. Этот мальчик в будущем станет самым ярким пламенем из всей Воли Огня, которая есть в шиноби. И ты вполне в силах помочь ему этого добиться, — Чего? Я? Это как это, позвольте спросить? Но, поразмыслив, я решила не спрашивать. Вот так плавно и неспеша мы сошли с темы про Наруто.       — Изао-дзи-сама, скажите, а мне можно будет обучаться в Академии вместе с Наруто? Нобу-нии-сан тоже учился там, и я подумала, может, и мне можно будет? — Ками-сама, пожалуйста-пожалуйста-пожалуйста, пусть он скажет «да». Дед же, задумчиво пригладив волосы, лишь хитро на меня глянул.       — Правильнее будет сказать, Амэ-чан, позволить тебе попасть в один с Наруто и Саске призыв. Да, Наследник Учиха тоже будет учиться в Академии, это нормальная практика. Я поговорю с Хокаге-сама насчет этого, возможно мы с Хирузеном пересмотрим списки, пропустив одно имя в осеннем призыве.

***

      Вернувшись домой, я была довольна, как набивший щеки хомяк, и сразу же полетела в комнату, приплясывая перед дверью в попытке ее открыть — руки были заняты. Скинув свою драгоценную ношу на стол, я счастливо развалилась на полу, раскинув руки. Свитки! Мне дали в пользование начальные свитки, которые объясняли, как пользоваться чакрой и несколько базовых техник. Но от грез о великих свершениях меня отвлек стук. В окно. Вскинувшись, я посмотрела, что за хрень могла издать такой звук.       — М-ма… Юкито-сан, вы чего это вдруг окнами пользоваться начали? Двери нынче не в моде? — Склонив голову, поинтересовалась я у наставника, стоило мне открыть ему окно. Соклановец, проскользнув в комнату, плавно опустился на одно колено, почтительно склоняя голову. Ч-чего?..       — Амэ-сама, прошу меня простить за мое прежнее поведение. Я не думал головой, поступив как наивный сопляк, а не как ваш наставник и телохранитель. Если вы скажете, что моя кандидатура в роли вашего сенсея и наставника вас больше не устраивает, я все приму, — Наставник еще сильнее склонил голову, опуская кулак в пол. Что, видимо, Юкито все-таки попался в «добрые» руки моей каа-сан? А вот нечего было. Сдержав злорадную усмешку, я присела перед наставником на корточки.       — Юкито-сан, от вашего наставничества я не откажусь, тем более, когда мне предстоит разобраться со свитками. Только у меня есть несколько условий. Первое — загнула я палец. — мы с вами работаем сообща в течение года, чтобы вы смогли подогнать меня по силе под Академию шиноби. Второе — с сегодняшнего дня я в курсе, кем является Узумаки Наруто, и имею полное право с ним дружить, с разрешения и протекции Изао-доно, как главы нашего с вами клана. И третье, — я вздохнула, а губы сами собой расплылись в улыбке. — перестаньте, наконец, мне «санкать». И обращаться на «вы» тоже. Нос у меня не дорос слегка, чтобы ко мне взрослые на «вы» подходили.       — Я понял. Все требования я, как твой личный наставник, обязуюсь исполнять с усердием… кохай, — Подняв голову, Юкито озорно сверкнул глазами и мы наконец пожали ладони. Да уж, сплошное веселье, ага. Ох чую я, добром это не кончится. Надо хоть с Наруто повидаться будет, поговорить с ним. А то, что он вчера так внезапно сбежал, меня ощутимо напрягало.       Но ни на следующий день, ни через день, ни через неделю Наруто я так и не нашла. Узумаки словно бы провалился под землю, и, кажется, совершенно не хотел меня видеть.