Нежданное дитя

Жанна проснулась от витавших вокруг запахов. Пахло свежим, еще горячим, хлебом, жареным мясом и чем-то неуловимо-приятным. Девушка зарылась носом в подушку, от которой исходил последний из восхитительных ароматов, и сжала в пальцах ткань наволочки. В тот же момент она почувствовала ласковые прикосновения к волосам, а ее пальцы накрыла большая теплая ладонь. От таких неожиданных ощущений глаза Жанны распахнулись, и девушка судорожно попыталась понять, где она находится. Ее взгляду предстала небольшая жаровня, рядом с которой стояло четыре кресла, на одном из которых висела ее одежда. Несмотря на отсутствие источников света, в помещении было довольно светло, так как свет, явно утренний, пропускали светлые стенки и потолок шатра. — Доброе утро, милая Жанна, — раздался негромкий голос над ее головой. Девушка повернула голову и посмотрела в черные глаза давешнего знакомого, Эмиля, который, к удивлению Жанны, лежал с ней в одной постели. Более того, сама Жанна едва ни не полностью забралась на мужчину и сейчас лежала на его груди. — Эмиль? — голос девушки со сна получился сиплым. — Что вы…? — Жанна неожиданно для себя замялась. — Что я делаю с Вами в одной постели? — закончил за нее Савиньяк и, дождавшись кивка девушки, продолжил: — Вы очень беспокойно спали, вскрикивали и так метались, что я испугался, как бы Вы не упали с кровати. Поэтому я взял на себя смелость прилечь рядом с Вами, надеясь успокоить Ваш сон. — И… как? — Жанна повела плечами, пытаясь поглубже влезть в теплый кокон из одеял. — Сработало? — Да, — мужчина улыбнулся и натянул одеяла на девичьи плечи. — Оставшуюся часть ночи Вы спали спокойно. И не беспокойтесь, на Вашу честь я не покушался. — Угу, — отозвалась девушка и зевнула, спрятав лицо на мужской груди. После того, как интересующие ее в данный момент непонятки были прояснены, Жанну снова потянуло в сон. Некоторое время она дремала, совершенно забыв, что роль подушки выполняет Эмиль, и едва не мурлыкала от его ласковых ненавязчивых поглаживаний по голове и плечам. Хотелось пролежать так, как можно дольше. Однако спустя совсем недолгое, как показалось Жанне, время тихий голос Савиньяка нарушил ее едва начавший появляться сон. — Мне очень жаль Вас будить, дорогая, — сказал он, чуть сжав ее ладонь, которую все еще накрывал своей рукой. — Но нам уже пора собираться. Сегодня армия выступает в сторону Олларии, путь предстоит неблизкий. Девушка протестующе замычала. — Нууу, еще чуть-чуууть, — Жанна заерзала, потерлась щекой о грудь мужчины, и повернулась на другой бок, сползя с Эмиля. Рядом послышался глубокий протяжный вздох. — Боюсь, на еще чуть-чуть времени тоже нет, — несколько печально произнес Савиньяк, и от его дыхания у Жанны зашевелились волоски на виске. — Если Вы хотите успеть спокойно привести себя в порядок и позавтракать, то вставать нужно сейчас. Девушка подавила порыв засунуть голову под подушку, открыла глаза и перевернулась на спину, чтобы увидеть мягко улыбающегося Эмиля. — Судя по тому, как Вас тяжело разбудить ранним утром, Вы принадлежите к почтенному племени сов, — заметил он. — Дааа, — Жанна прикрыла зевок ладонью и потянулась. — Ненавижу рано вставать. — Ну ничего, — хмыкнул мужчина. — Сейчас я Вам помогу. И в тот же момент девушка взвизгнула, так как по ее ребрам прошлись, ужасно щекоча, длинные ловкие пальцы Савиньяка. Уворачиваясь от прикосновений и почти задыхаясь от хохота, Жанна извивалась на кровати, пытаясь отбиваться. Через пару минут, девушка не выдержала. — Всё, не надо, я встаю!!! — Жанна вильнула в сторону от чужих пальцев и практически впечаталась в лежащего рядом Эмиля. — Отрадно это слышать, — мурлыкнул он, и многострадальный бок девушки успокаивающе погладила теплая ладонь. — В таком случае я Вас ненадолго покидаю. Вода для умывания в кувшине, — Эмиль поднялся одним движением и обулся. — Я вернусь через четверть часа. Девушка, все еще пытаясь отдышаться, кивнула, и в тот же момент осталась одна, отделенная от всего остального тонкими стенками шатра. Жанна села на постели и еще раз огляделась. При свете дня шатер выглядел больше, чем накануне. Слева, в изголовье кровати стоял большой сундук с металлическими уголками. Почти рядом с ним — небольшой круглый столик, на котором примостились медный начищенный тазик и пузатый кувшин с какой-то гравировкой. Напротив кровати устроилась жаровня, под которой стояли сапожки девушки, и кресла. Справа обнаружился довольно большой стол, заваленный бумагами, свитками и какими-то книгами. Пол устилали ковры и шкуры с длинной шерстью. Еще раз потянувшись, Жанна спустила ноги с кровати и с удовольствием ощутила под ступнями пушистый густой мех. Но насладиться этим приятным ощущением в полной мере ей помешал холод. Эмиль был прав. К утру воздух в шатре довольно сильно остыл. Собрав волю в кулак, девушка решительно встала и подошла к креслу, на котором накануне она развесила свою одежду. Как ни странно, одежда была сухая. Даже тяжелая шерстяная юбка и ботинки. Быстро переодевшись, Жанна с некоторым сожалением положила на сидение рубашку Эмиля. Ткань рубашки была похожа на тонкий хлопок и мягко льнула к телу. После такого одеяния собственная одежда показалась девушке грубым рубищем. Следующим на очереди было умывание. Жанна подошла к столику с тазом и кувшином, на котором, как оказалось, был выгравирован олень, замерший в прыжке. Полюбовавшись на прекрасно изображенное животное, девушка подняла кувшин, оказавшийся довольно тяжелым, и вылила часть воды в таз. Полотенца обнаружились на полочке под тазом и оказались из льна. Хмыкнув такой предусмотрительности, Жанна опустила пальцы в воду и тихо пискнула: вода оказалась ледяной. С минуту девушка смотрела на воду, уговаривая себя ополоснуть лицо. Умываться такой водой не очень-то хотелось, но показываться перед людьми неумытой не хотелось еще больше. Поэтому Жанна, сжав зубы, чтобы не верещать, быстро набрала в ладони воды и плеснула в лицо. Пискнув еще раз и пару раз кашельнув, девушка все же умылась и с удовольствием опустила лицо в полотенце, которое, хоть и было холодным, но все же не настолько холодным, как вода. Вытираясь, Жанна услышала, как зашуршал полог шатра, который, уходя, задернул за собой Эмиль, и сзади раздались тихие шаги. Девушка про себя порадовалась, что оделась она прежде, чем умылась, иначе вошедший мог бы застать ее в одном белье и колготах, и, отняв от лица полотенце, обернулась, ожидая увидеть Эмиля. Но вошедший красивый черноволосый мужчина был ей не знаком.