Глава 19.
21 декабря 2017 г., 13:15
Рокэ Алва нервничал. Он, как и обещал, после завтрака отправил Жанну прогуляться по торговым лавкам в сопровождении Окделла и кэналлийцев, а сам теперь мучился неизвестностью. За время их отсутствия герцог успел просмотреть все бумаги, которые ему предоставил Леонард Манрик, славившийся своей педантичностью в ведении документов, провести завершающий в этой военной кампании совет с подведением итогов, поговорить с Бонифацием и адуанами, остающимися приглядывать за порядком в Варасте, поболтать с Эмилем и проведать Моро в конюшне.
И теперь маршал стоял у окна библиотеки, вглядываясь в давно легшие сумерки. По его подсчетам Джасилита, Окделл и сопровождающие их Хосе и Ансельмо уже должны были вернуться, но их все не было. Конечно, герцог понимал, что дочь вряд ли быстро управится с покупками, но в глубине души надеялся, что она вернется вскоре после обеда.
— Господин Первый маршал, — пропел от двери слащавый голосок свояченицы губернатора, от которого Рокэ поморщился. — Наконец-то я Вас застала в одиночестве.
Женщина подошла к нему со спины и обхватила за пояс, чего Алва терпеть не мог.
— Чем обязан такому вниманию, сударыня? — стараясь сохранять спокойствие ответил герцог, размыкая объятья бывшей любовницы и поворачиваясь к ней лицом.
— Рокэ, — произнесла она с придыханием, глядя на маршала сальным взглядом. — Я так долго думала о Вас, когда Вы уехали…
— Не понимаю, о чем Вы, — усмехнулся мужчина.
— Но как же?.. — Казалось, Тубероза сейчас расплачется с досады.
Внезапно дверь библиотеки распахнулась, и в нее вошла Жанна.
— Я не вовремя? — спросила она, остановившись на пороге и переводя взгляд с герцога на женщину.
— Ты очень вовремя, милая, — улыбнулся ей мужчина и услышал, как Тубероза скрипнула зубами. — Ты припозднилась, — заметил он, подходя к дочери. — Неужто решила меня разорить и скупила весь городок?
На щёчках девушки вспыхнул румянец.
— Я купила только необходимое, — ответила она, потупившись. — К сожалению, найти это оказалось непросто.
Рокэ обнял ее за плечи и вывел из библиотеки.
— Снова свояченица губернатора? — прошептала Жанна едва слышно.
— Да, — так же тихо ответил маршал и заговорил уже громче, услышав, как на пороге оставленной позади библиотеки зашуршали юбки: — Надеюсь, ты не забыла купить те шелковые чулки, которые я так жажду увидеть на твоих восхитительных ножках?
Дочь посмотрела на него совершенно растеряно, и мужчине пришлось ей намекнуть взглядом, что за ними следят.
— Я забыла, — ахнула Джасинта, прикрыв ладошкой рот. — Но, я думаю, мне найдется, чем Вас порадовать, — тут же добавила она, и в ее голосе послышалась игривость. — Рубашка со шнуровкой, я надеюсь, Вас удовлетворит?
— На тебе меня удовлетворит и не такое, — хмыкнул Алва, глядя, как щечки девушки, едва приняв свою обычную бледность, снова начинают краснеть. — Ты же прекрасно знаешь, что даже форма моей армии сводит меня с ума, когда она надета на тебя. А уж когда я ее с тебя снимаю и подавно.
Жанна хихикнула, и они вошли в предоставленную им спальню. Рокэ запер дверь на ключ и вздохнул, оглядывая комнату. Мужчина ожидал увидеть большое количество разных свертков и коробок, разложенных по всей комнате, но его взгляду предстал только один сверток, правда, довольно объемный, и мужская напоясная сумка, судя по всему, уже чем-то наполненная.
— И это все? — маршал приподнял бровь и посмотрел на девушку, которая уже ощипывала гроздь позднего, но все еще сладкого винограда.
— А Вы чего ожидали? — насмешливо посмотрела на него Джасинта. — Неужели действительно того, что я скуплю все, что плохо лежит?
— Нет, конечно, — Рокэ титаническим усилием удержал на месте свою норовящую отвалиться челюсть. — Но мне казалось, что свертков должно быть больше, чем один.
Дочь пожала плечами.
— Так получилось, что он один, — она отправила в рот очередную виноградину и добавила: — Но все необходимое я купила. Даже про перчатки вспомнила.
Маршал опустился в кресло у горящего камина и вытянул ноги.
— Надеюсь, проблем с нашими доблестными воинами не возникло? — поинтересовался он, глядя на устроившуюся в другом кресле девушку.
— С воинами — нет, — Жанна зевнула, прикрыв рот рукой. — А вот с торговцами пришлось сложнее. Они все, как один, свято уверены, что их посетила некая маркиза Алвасете.
Мужчина от неожиданности хлопнул глазами.
— Прямо так и уверены? — вопросил он.
— Ну, — дочь улыбнулась. — По крайней мере именно это поименование я слышала каждый раз, как переступала порог очередной лавки.
— Потрясающе, — Рокэ тихо засмеялся. — Даже Милле ни сном, ни духом о нашем родстве, зато все торговцы в курсе.
Джасинта взглянула на него с укоризной.
— Кажется, мы договаривались об этом до Вашего дома и Вашего домоправителя не разговаривать, — буркнула она, очаровательно надув губки. — А то, что меня так называют здесь, я скорее припишу своей чернокудрой копне волос и плащу с Вашим гербом.
— Хорошо, — маршал согласно кивнул. — Пусть будут волосы и плащ с моим гербом. А сейчас я предлагаю отправиться почивать, чтобы ты могла отдохнуть перед следующими днями в дороге.
— Да, — дочь снова зевнула. — Поспать было бы самое оно, — протянула она, потягиваясь и вставая с кресла.
Алва едва удержал выползающую на лицо улыбку. Чтобы там Жанна не думала, маршал все больше находил в ней своих черт.
— Кстати, дорогая, — Рокэ тоже поднялся с кресла. — А как ты оказалась в доме? Я смотрел на подъездную дорогу, но ни тебя, ни твое сопровождение не заметил.
— Через другой вход, — ответила ему девушка из-за ширмы.
— Другой? — мужчина вскинул бровь.
— Да, — Джасинта выглянула из-за своего лакированного укрытия. — Тот, который рядом с кухней.
Маршал чуть не поперхнулся воздухом.
— Жанна, тебе не следует пользоваться ходами прислуги, — как можно мягче заметил он.
— Да знаю я, — буркнула девушка, выходя из-за ширмы в своем ночном облачении и забираясь в постель. — Ричард мне все мозги проел. Просто в обход идти не хотелось.
Алва скинул мундир и сапоги и пошел по комнате, задувая пламя свечей.
— Ну хоть какая-то польза от Окделла, — вздохнул он над очередным канделябром. — Милая, чтобы это был первый и последний раз.
— Ага, — совсем уж сонно раздалось с кровати.
Рокэ улыбнулся, задул последнюю свечу и тоже забрался на ложе. До Олларии и особняка на улице Мимоз осталось совсем немного.
