Паучья лилия

Девушка со светлыми кудрявыми волосами лежала на кровати под мягким одеялом. Грязь в перемешку с кровью запеклась на её лице и руках. Никто из братьев не смел переодевать или мыть её, несмотря на состояние. Серо-голубые глаза распахнулись. — Шу… Нацуми поднялась на локтях, но сразу упала обратно в кровать от нахлынувшего бессилия. Из-за вчерашних приключений и игры " Тянем-потянем» ужасно болели мышцы, а в теле гуляла усталость. " Шу…». Все мысли были заняты им, только им. Девушка провела рукой по лицу. Малейшая мысль о его страданиях заставляла девушку вздрогнуть. Вчера, услышав его крики, Нацуми готова была лезть на стенку, вырвать уши, лишь бы не слышать. Рейджи… Нацуми хотела узнать причину. В какой-то степени она злилась на него. Но больше всего на саму судьбу, что так к ней несправедлива. Пересилив боль, Нацуми встала с кровати. Тяжесть тут же отозвалась в ногах. Девушка заковыляла к зеркалу и посмотрела на отражение. — Я великолепна, как всегда. Нацуми отправилась в ванную. Скинув грязную и разорванную одежду, девушка залезла в душевую кабину, из душа полилась теплая вода. Быстрые струйки стекали по волосам, затем спускались на округлые бёдра и стремились к нежным ступням. Сейчас душ стал для девушки чем-то на подобии успокоительного. Вода от макушки растекалась по черепу и уходила в низины. То чувство, когда успокаивающе журчащая вода, щекотя нежную кожу, стекает к подбородку нельзя спутать ни с чем. Капельки соединяются в одну струю, а струи в одно полотно, они закрывают человека от всего мира и затаскивая в свои объятья, успокаивая. Вскоре водные процедуры были закончены и девушка с легкой усталостью вернулась в комнату. Надев расклешонную белую юбку и обтягивающую майку с кожанной желеткой, оставив распущенные волосы, Нацуми покинула комнату и быстро направилась в лабороторию. Раздался стук. После банального " Войдите», дверь открылась. — Рейджи… — Нацуми, как ты себя чувствуешь? — Моё самочувствие сейчас не важно. Где Шу? При упоминании старшего брата Рейджи недовольно отвернулся. — Рейджи, я понимаю, что вы с братом не особо дружны, но помоги ему… — Я сделал всё что смог. Сейчас его жизнь на плечах времени, — перебил Рейджи. Нацуми мрачно взглянула на вампира. — Почему он вчера так кричал? — Мне нужно было вырезать повреждённую плоть, — как на духу ответил вампир. — Ты… Ты серьёзно резал его вживую?! Ты с ума сошёл? — Нацуми повысила голос, — За что ты так с ним?!!! — Не кричи. Из-за серебра и яда на него не действовали никакие средства, я… — Ты! Резал! Его! В живую!!! — Я пытался использовать наркоз, но не вышло. — А может ты хотел отомстить ему?! Вот только я не понимаю, за что! — Успокойся и выслушай меня! — повысил голос Рейджи. Нацуми немного остудила свой пыл и решила выслушать вампира, который не так часто повышает голос. — Из-за нанесенного на пулю яда, на его тело не действуют никакие лекарства и из-за яда у него началась лихорадка. Температура очень высокая для вампира. Ему ещё повезло. — Повезло? Это ты называешь повезло? — Ты промывала рану водой? — Да, — тут же ответила девушка. — Ты смыла большую часть яда, благодаря этому он ещё жив. И я не хотел ему ни за что мстить! Нацуми села на ближайшее кресло и взялась руками за голову. Новости потрясли девушку, а больше всего информация о вырезаной плоти. Когда она вытаскивала пулю, то видила огромную боль и, казалось, даже чувствовала. Но тут… тут всё намного серьёзнее. Вырезать плоть так ещё и в сознании, это же настоящий ужас. Как бы вы себя чувствовали, если бы вам плёчо резали, так ещё и у вас на глазах! Нацуми молча размышляла. " Зря я на него накричала… может, у него не было другого выхода…» — Что нужно сделать, чтобы его спасти? — Ждать. — Рейджи, я серьезно… — А заметно, что я шучу? — Прости, я сейчас на нервах… Где он? — В своей комнате, он без сознания. Нацуми поднялась с кресла и подошла к Рейджи, который стоял к ней спиной. Невеста почувствовала укол совести и груз вины. Девушка положила свою тонкую руку ему на плечо. Может ей показалось, но вампир вздрогнул. — Рейджи, спасибо тебе. Ты не представляешь, как помог… мне и Шу. Извини, что накричала. Я очень боюсь за него. Спасибо, — девушка улыбнулась и покинула комнату, оставляя вампира в облаке раздумий. Нацуми быстро шла по лабиринту знакомых каридоров. Она прекрасно знала, где находится комната Шу и быстро двигалась туда. Заветная дверь. Рядом никого не было, и стояла гробовая тишина. Послышался щелчёк, Нацуми зашла в комнату. Перед девушкой стояла большая кровать, под голубоватым одеялом лежал раненый вампир. Его глаза были закрыты, руки лежали по сторонам, бледное лицо выдавало нестерпимую боль, пережитую днем раньше. На лбу выступали капельки пота из-за температуры. Нацуми боялась сдвинуться с места и даже вздохнуть. Такой смертельный облик возлюбленного пугал до глубины сердца и заставлял содрогаться под натиском и весом горя. Нацуми подошла ближе к кровати и села на её край. Девушка смотрела на лицо Шу. Её руки подрагивали и желали прикоснуться к бледному лицу. Страх, молчаливый и холодный страх вновь обуял сознание. Сейчас Шу был похож на дымку. Казалось, что при малейшем прикосновении он растаит словно первый снег или робкий сон. Наконец, Нацуми осмелилась поднять руку и кончиками пальцев коснуться лица. " Очень горячий». Нацуми большим пальцем провела по идеально ровной и бархотистой коже. Девушка вышла из комнаты и вернулась через несколько минут. Она принесла небольшое блюдо с холодной водой и маленькое полотенце. Нацуми поставила тазик на пол и кинула туда полотенце. Спугивая последний воздух, вода поглащала ткань и топила в себе. Нацуми выжала полотенце и, осторожно сложив его, положила на горячий лоб вампира. Отдача не заставила себя долго ждать. Его тело тут же затряслось и вампир начал кашлять. — Тише… Тише, — начала шептать девушка, гладя руками по щекам. Нацуми вытащила из-под одеяла руки Шу и обмакнула холодным полотенцем. Холод побежал по горячему телу, и оно ещё сильнее затряслось. Вампир начал тяжело дышать, он хватал ртом воздух, как будто находился под водой. Постепенно и медленно Шу успокаивался, возвращался в недвижимость и тишину. Осмотреть рану Нацуми не решилась, она боялась причинить хоть малейшую боль. Она сидела молча и просто смотрела на возлюбленного, иногда обмакивая полотенце в холодную воду и прикладывая ко лбу. Так прошла неделя. Акитоши была предупреждена о случившемся. Тогда же она прислала вещи девушки, Мияко, но сама приехать не решилась. В чемодане Нацуми нашла письмо, но пока не прочитала. Ей было не до этого. Всю неделю девушка не выходила из комнаты Шу. Там она засыпала и просыпалась. Рейджи позволил Нацуми не приходить в столовую, и теперь Мияко приносила еду в комнату вампира. Вот только поднос отправлялся обратно почти в том же виде. Дверь в комнату открылась. — Нацуми, сегодня твои любимые блины, — Мияко попыталась улыбнуться. Невеста сидела на кровати и смотрела на любимого. " За эту неделю она очень изменилась… Почти всегда молчит, ничего не ест, а только смотрит и ждёт. Порой, мне кажется, что если господин Шу перестанет дышать, то то же самое случится и с Нацуми. Они как сиамские близнецы — умрёт один, тут же умрет второй. Как же это печально. Я пыталась как-то поддержать и успокоить подругу, но быстро поняла, что мои слова не сыграют даже роли капюшона под дождем». — Нацуми, поешь пожалуйста, иначе мне влетит от Рейджи-самы. — Мияко, — голос как с кладбища, — как долго вампир может продержаться без крови? Служанка задумалась. — Все по разному… вообще вампир может достаточно долго продержаться, но как это повлияет на его здоровье… Если мы не пьём кровь, то становимся очень слабыми, иногда даже слабее человека. — Я никогда не спрашивала тебя, а как ты питаешься здесь? — Слугам иногда привозят донорскую кровь. Последний раз это было три дня назад. Нацуми долго что-то обдумовала, а потом посмотрела на Мияко глазами полными надежды. — Мияко, принеси мне бынты и вату. — Что? Зачем? — Побыстрее, — отвернулась девушка. Служанка покинула комнату. Нацуми подсела ближе к изголовью кровати и осторожно провела рукой по бледному лицу. Её пальцы нежно касались лба, носа, а потом лаского обрамили щеку. Лихорадка прошла, рана медленно затягивалась, но девушка этого не замечала, потому что глаза так и оставались закрытыми. Вернулась Мияко. — Нацуми, вот то, что ты просила, — служанка положила на тумбочку бинты и вату. — Спасибо, Мияко. А теперь иди и закрой за собой дверь, как можно плотнее. — Зачем? — Мияко, сейчас не до вопросов. Иди. Служанка уважительно поклонилась и ушла. Как только дверь захлопнулась Нацуми схватила бинты и вату. Девушка оторвала большой кусок ваты и приложила на запястье. Потом взяла бинт и не очень крепко перевязала руку, так чтобы эта повязка могла двигаться. А теперь началось самое интересное. Нацуми отодвинула повязку и оголила запястье. Она посмотрела на Шу. Девушка взяла несколько подушек и притягивая его к себе подложила за спину. Теперь Шу находился в полуседячем состоянии. " Так будет легче… Шу, потерпи ещё немного и я тебя вытащу… не знаю поможет тебе то, что я сделала, но я верю, что скоро ты вернёшься». Нацуми достала из-за спины подарок вампира. Серебро и эбонит в одном сплаве. Эта вещь была и прекрасна и пугающа одновременно. Одна её сторона говорила о спасениии, надежде, жизни, а другая твердила о крови, смерти, пустоте и отчаянии. Вдруг Нацуми резко резанула кинжалом себе по венам. Девичья кровь вырвалась наружу, но не успела ни одна капля упасть на пол. Нацуми подобно вампиру ртом обхватила свою же рану и плоть. Её мягкие губы коснулись повреждения и вскоре обогрились алой кровью. Девушка начала набирать в рот жидкость, при этом сдерживая рвотные позывы. Нацуми старалась не часто выдыхать носом, чтобы запах металла не стал ей слишком противным. Когда места не осталось, девушка закрыла рану повязкой и крепко прижала рукой. Затем Нацуми приблизилась к лицу вампира. Она осторожно обхватила руками его лицо и приблизилась к его губам. Робкое касание перерастало в что-то на подобии поцелуя, это скорее всего он и был, но служил другой цели. Нацуми начала медленно проталкивать алую жидкость в рот вампира. На ум сразу пришло воспоминание их первого» поцелуя», когда Нацуми заболела из-за холодильника. Шу тогда воспользовался таким же способом, чтобы дать лекарство. Нацуми вспомнила, как тогда металась от сопротивления до полного согласия и осторожно улыбнулся своим мыслям. Кровь закончилась и тогда невеста осторожно отстранилась от вампира. Она сидела и ждала с замиранием сердца, но ничего не изменилось. Нацуми напористо выдохнула и отодвинула повязку из которой всё ещё шла кровь. Девушка обхватила губами рану и начала снова набирать кровь в рот. Всё снова повторилось, но когда девушка отстранилась от вампира он начал легко кашлить. Маленькая струйка крови скатилась на подбородок. Нацуми смыла лишнюю кровь и снова начала ждать. Прошло пять, десять минут и ничего не менялось, только надежда по крупица разваливалась и крошилась. Нацуми хотела все повторить. Она сняла повязку и хотела резануть руку, но её остановили. — Как же это трогательно…