То, что так дорого

       За последнее время в моей жизни случилось много всякого. Мы с ребятами наконец смогли узнать, кто же стоит за убийством Джейсона Блоссома. Но появилась новая проблема — это «Чёрный Капюшон».       Мои отношения с Джагом сошли на нет в тот момент, когда парня перевели в «Старшую школу Саутсайда». Баклан обещал мне, что всё будет как прежде, что мы так же будем вместе, и когда Эф-Пи выйдет из тюрьмы, он снова вернётся. Но, его слова не подтвердились. Его отец до сих пор в тюрьме, а Джаг продолжил обучение в этой отвратительной школе. Если в первое время мы с ним разговаривали, встречались после школы, то сейчас же, всё поменялось в худшую сторону. Джаг вступил в ряды к Змеям, и перестал вообще связываться со мной. Он перестал писать, звонить, и я теперь даже не знаю, всё ли с ним в порядке. Я пыталась узнать у Арчи и других знакомых с Джагом ребят о его местонахождении, но они лишь в незнании вели бровью и советовали не искать парня, они говорили, что когда всё наладится, он вернётся.        Я решила послушать их, и подождать. Ведь, я знала, что Джагу сейчас не легко, я всегда пыталась как-то помочь или поддержать его, но выходило обратное. Спустя два месяца ничего нового не произошло, только отец Баклана вышел из тюрьмы, каким образом, мне честно непонятно. Я ждала, что теперь то, Джаг захочет поговорить со мной, но нет, в школе он так и не объявился. Я решила, что мне стоит самой наведаться в «Старшую школу Саутсайда» и найти парня. Я пешком подходила к этому жуткому месту, разбитые окна, разрисованные стены, ужасный вид этого места не предвещал ничего хорошего, я знала, что мне не стоит идти, но сердце выло от боли, от понятия того, что возможно я больше никогда не услышу громкого стука в окно, и его тихого и прекрасного: « Эй, Джульетта!». От этого хотелось только умереть, хотелось стереть все воспоминания о Джагхеде Джонсе и обо всём, что связано с ним. У входа в школу, сидящих на ступеньках крыльца, я увидела несколько змеев. Они с удивлением смотрели на меня, изучали меня. Один из них, змей под интересным прозвищем «Горошек» встал, и подошёл ко мне. Он вопросительно повёл бровью и спросил: — Тебе сюда нельзя. Зачем пришла? — Я знаю, просто… Джаг, он не появляется, перестал писать и звонить. Что случилось, может ты знаешь? Он вдруг стал смеяться, после чего вытер со лба испарину, и сказал: — Чего ты за ним бегаешь? Разве не ясно, ты ему не нужна. К твоему сведению, у него уже есть девушка, и ему плевать на тебя. У него есть проблемы и поважнее тебя. Так что, слушай, уходи, и если я тебя ещё раз здесь увижу, пеняй на себя…       На этом, он развернулся и потопал к своей компании. А я закрыла лицо руками тщетно пытаясь скрыть слёзы и побежала домой. Пока я бежала пошёл дождь. В итоге, я упала в лужу, промокла, проплакала всю дорогу и решила для себя, что больше никогда не подумаю о Джагхеде Джонсе, что теперь, я точно перестану его искать.

24 октября

      Вернувшись домой, у двери меня встретила мама, она с диким волнением в глазах бросилась ко мне, я обняла её и положила голову ей на плечо. Мама успокаивала меня гладя по спине и приговаривая: « Тихо милая, всё будет хорошо, успокойся». Когда наконец слёзы отступили, я отпустила маму и рассказала ей обо всём. Она как обычно поворчала и сказала, что мои действия совсем ненужные. Она сказала, что с самого начала не доверяла этому Форсайту, и что она знала, что когда-нибудь он предаст меня, и сделает мне больно. Я поднялась к себе в комнату, сняла грязную одежду, переоделась в пижаму и укутавшись в плед села на стул перед окном. Перед моим взором открылось окно соседа Арчибальда Эндрюса. С Арчи я давно не общалась, я знаю, что это плохо. Он всегда поддерживал меня вот в такие моменты. А что с Вероникой? Да, ничего хорошего. С той вечеринки прошёл всего лишь один день, но с Вероникой я так и не решила поговорить. Я ей столько всего наговорила тогда, что она такая же как и Шерил, что она плохая, и никогда подругой мне не станет. Поэтому обращаться к ней за душевной помощью я уж точно не должна. Я увидела как в комнату ввалились двое. Арчи и Вероника, они целовались и обнимали друг друга, я наблюдала за ними, пока меня не застали за этим делом. Ребята посмотрели на меня, с грязными, слипшимися волосами, с размазанной тушью и алой помадой на лице. Они на миг, застыли, будто пытались понять что же меня так задело, и какова причина. Мне же, было настолько противно от всего происходящего, что я лишь нервно задёрнула штору, и продолжила сидеть укутавшись в плед, но моё тихое времяпровождение разрушило громкое «динь» на телефоне. Я протянула руку к тумбе на которой лежал телефон и взяла его. Включив, на экране высветилось уведомление. Сообщение от Шерил Блоссом. Я зашла в почту, и прочитала смс: «Посмотри-ка, Бетти, твой милый Джагхед кажется целует другую, неужели тебе на это наплевать, сделай что-нибудь, или у тебя украдут парня!»       К смс было приложено фото, на котором было две фигуры. Первая фигура, очень знакомая, такая любимая и близкая сердцу, а вторая совсем незнакомая. Джагхед на этой фотографии обнимал незнакомую мне девушку за талию, и целовал её. Самая бросающаяся часть, это чёрные кожаные куртки с вышитой эмблемой змеи и с надписью «SOUTH SIDE SERPENTS».       Эти куртки были одеты на обоих. Сейчас, моё настроение оставляло желать лучшего, да и к тому же, это смс и фото, только подлили масла в огонь. Меня брал гнев. Я положила телефон на тумбу, и подошла к зеркалу. Я вырвала фотографию, на которой я и Джаг вместе. Я порвала её в клочья, и только маленькие кусочки такой желанной памяти остались лежать на ковролине. На одной фотографии я не остановилась. Я подошла к полкам на которых были книги, и достала большой фотоальбом, в котором я хранила фотографии связанные с Вероникой, Арчи и Джагом. Я взяла альбом в руки, и спустилась на первый этаж. Пройдя на кухню, я взяла в руки смесь для розжига и спички. Как хорошо, мама сейчас с папой уехали в кино, они не увидят, как я крушу комнату и уничтожаю последние частички воспоминаний которые связывают меня, и близких мне людей. Я пошла на задний двор. Найдя железную бочку, в которой папа хранил всякий мусор, я бросила туда альбом, и залила его жидкостью для розжига, а потом… чирикнула спичкой о спичечный коробок, и бросила спичку в бочку. Пока обложка альбома загоралась, я сходила в свою комнату и взяла телефон. Вернувшись, я увидела что альбом почернел, но обложку с фоткой где я, Вероника, Арчи и Джаг можно было разглядеть. Я сфотографировала бочку с горящим альбомом, оставлю это для соц.сетей. Я стояла у бочки до того момента, пока от альбома не осталось ничего кроме маленького выжженного кусочка от фотографии. На этом кусочке я и Джаг. Я достала этот кусочек и приложила к груди. Это всё что осталось, больше ничего…       Я вернулась к себе в комнату держа в руке телефон и обугленную фотографию. Подойдя к зеркалу и вставив в края деревянной рамки фотографию, я снова села на стул перед этим злосчастным окном. Я отдёрнула штору, и к моему счастью, в комнате Эндрюса было пусто. Я взяла телефон в руки, и посмотрела на фотографию. На ней отчётливо видно обугленные края, и моих бывших друзей, и самого горящего альбома. Я выложила это фото во все социальные сети и поставила запись на закреп, с подписью:

«Всему когда-то приходит конец»

      Теперь пути назад нет, я перешла ту самую черту, которую не следовало бы пересекать. Эту фотографию, да и запись теперь может увидеть и Джаг, и Арчи с Вероникой, да что там, вся школа.       Ближе к вечеру родители вернулись домой, к счастью, мою атмосферу тихого ужаса, слёз и грусти почти никто не нарушил, только если мама заходила в комнату с вопросом буду ли я ужинать, на что я кидала сухое «нет» и продолжала сидеть. В итоге я просидела в плоть до глубокой ночи, а заснуть мне удалось только в четыре утра, да и то, ворочаясь.

25 октября

      Прозвенел будильник ровно в семь. Мне очень хотелось спать, да и вообще остаться дома, ведь встречи с Арчи и Вероникой мне бы хотелось избежать. Я встала, и сонно протёрла глаза ото сна. Я подошла к зеркалу, и взглянула на своё отражение. Сонная, с большими подглазинами, с растрёпанными волосами я выглядела ужасно, да уж. Я сходила в ванную, наконец привела себя в порядок, и уже стала выглядеть не так ужасно, как было, и спустилась на первый этаж. Я взяла расчёску с тумбы, и расчесав блондинистую шевелюру, сделала высокий конский хвост. Зайдя на кухню, мама с папой уже сидели за столом. Мама кушала блинчики с творогом, параллельно, правой рукой наносила тени на глаза. А папа пил кофе смачно причмокивая и читал новую газету которую принёс нам почтальон.        Я села рядом с мамой и взяла блин в правую руку, откусив я заметила на себе удивлённые взгляды обоих родителей. Прожевав, я спросила: — Что-то не так? — Да нет милая, просто со вчерашнего вечера ты совсем ничего не съела. Вчера ты себя плохо чувствовала, это из-за Джагхеда? — Да мам, это из-за него. Но всё в порядке, поверь. Больше ты не услышишь о нём, — спокойно ответила я. — Тебя отвезти в школу? — спросила мама. — Нет, спасибо, я пройдусь, — улыбнувшись ответила я.       Закончив трапезу я поблагодарила маму и пошла собираться в школу. Подойдя к шкафу я долго выбирала, что надеть. Я остановилась на белой рубашке с принтом птиц, джинсах кремового цвета и чёрных балетках. Поверх рубашки, лёгкая кофта такого же цвета, что и джинсы. Собравшись полностью, взяв сумку в руки, я попрощалась с родителями и вышла из дома. Погода была довольно хорошая. Хоть это уже и конец октября. Вокруг сновали люди, все куда-то спешили, куда-то шли. Проходя мимо автобусной остановки я увидела знакомую фигуру в кожаной куртке. Я остановилась, и присмотрелась. Это была Тони Топаз. Она стояла убрав руки в карманы куртки и качала головой в такт видимо какой-то песни. Она смотрела по сторонам и заметила меня. Мои отношения с этой особой оставляли желать лучшего, она ненавидит меня за то, что я недолюбливаю змеев, и что считаю эту банду отвратительной. Я показала ей жестом «Иди сюда» и подождала. Через пару минут, она соизволила прийти. Вытащив наушник из правого уха, она с недоумением уставилась на меня. Я раньше ревновала Джага к Тони, но потом Баклан рассказал, что она по части девушек, и меня отпустило. Я думала, что раз Баклан и Тони так хорошо общаются, может быть она знает что-нибудь. В плохом случае, она знает, но не скажет. Вздохнув, я спросила: — Слушай, Тони. Ты случайно не знаешь, где Баклан? Он перестал звонить и писать, может что-то случилось? — Кажется, тебе уже говорили, что не стоит бегать за ним. Прекрати. Он уже тебя забыл, у него другая.Ты.Ему.Не.Нужна.Вообще…       Её слова ранили похуже любого лезвия от ножа, или иголки. Она с гордым видом направилась к остановке, а я осталась стоять. Я никогда не думала, что Джаг правда сможет меня забыть. Я заметила, как подъехал автобус, и Тони зашла в него. Через минуту он тронулся с места, а я лишь смотрела ему в след. Мне ничего не оставалось, как отправиться в школу. Мне, как примерной ученице, Бетти Купер, не хотелось опаздывать, так что я пошла в класс химии. Зайдя, я сразу же словила на себе взгляды многих людей. Например, Шерил и её компании, а так же Арчи и Вероники. Я села на последнюю парту первого ряда, достала учебник и тетрадь по химии. Уткнувшись в книгу, я стала повторять материал домашнего параграфа. Вскоре прозвенел звонок. В класс вошёл преподаватель и записал на доске число и тему урока. Я люблю химию, поэтому этот урок, как всегда, проходит быстро и интересно. Когда прозвенел звонок, я решила, что мне стоит подождать, пока все уйдут, включая Шерил, Арчи и Веронику. Я настолько задумалась об этом, что не заметила как из класса вышли все, только Арчи спокойно сидел на своём месте и наблюдал за мной. Мне особо не хотелось с ним разговаривать, ведь раскрывать душу не было никакого желания, да и настроения особо не было. Я взяла сумку и направилась к выходу из класса, но Арчи окликнул меня. — Бетти, стой.       Я не стала его слушать и продолжила идти к выходу из класса. Но Арчи был настойчивее. Он схватил меня за запястье и повернул лицом к себе. Я смотрела на него в ожидании. — Что случилось? Ты вчера была не в лучшем состоянии, — спросил Арчи. — Какая разница? — спросила я. — И что это за запись, а? — спросил Арчи крутя телефоном перед моим носом. — Отстань, у меня нет настроения Арчи, — я попыталась выдернуть руку из его клешни.       В этот момент в класс зашла Вероника, она застала меня и Арчи за разговором. Самое смешное то, что я её даже не заметила, это произошло чуть позже. — Арчи, отстань. Вы все меня достали, ты — Вероника и Джаг, вы все отворачиваетесь от меня в нужный момент, даже сейчас вас нет рядом, так что пожалуйста, отпусти меня! — крикнула я, и вырвала руку.       Развернувшись я заметила Веронику в гневе, проходя мимо я толкнула Рони плечом, на что та чуть не упала, Арчи успел её подхватить. Я выбежала на улицу в слезах. Я села на лавочку и закрыла лицо руками. Я сидела одна совсем не долго и почувствовала как кто-то положил ладонь мне на плечо, я открыла глаза и увидела перед собой Кевина. Я не успела ничего спросить, как он притянул меня к себе, и заключил в медвежьих объятиях. Это меня хоть не много, но успокоило. Когда он отпустил меня, я сказала: — Спасибо, Кев. Ты как всегда рядом, — улыбнувшись ответила я. — Ну естественно, я же не должен оставлять Нэнси Дрю в беде! — Спасибо, — повторила я. — Что случилось? Ты какая-то бледная. — Слушай, не хочешь уйти с уроков? Скажем, что плохо себя чувствовали. Сходим в Попс, там я тебе всё расскажу. — Эх… Конечно, мой папа будет ворчать, но я должен поддержать тебя, так что я согласен!       Мы сходили за вещами и ушли из школы. Идя в Попс мы смеялись, болтали о всякой всячине, и мне было хорошо. Хоть и многие отвернулись от меня, но Кев всегда рядом, и это главное. Вскоре, мы пришли в Попс. Зайдя в забегаловку, мы сели за столик напротив друг друга и позвали официанта. Я заказала себе клубничный молочный коктейль и яблочный штрудель, а Кевин заказал огромный бургер и содовую. Когда мы принялись за трапезу, я наблюдала за Кевином. Его манеры, его хоть и небольшая любовь к фастфуду напоминала мне Джага. Из пелены раздумий меня пробудил Кевин, который уже съел свою еду и преспокойно пил колу из трубочки. — Ну, я слушаю. Что произошло? — Эх, как бы начать… — Давай как есть, расскажи ещё о той записи в соц.сетях. Что ты сделала с альбомом? Зачем? — Ты же знаешь, что у Джага были проблемы, отец был в тюрьме… — Ну, и? Продолжай. — Ну, он прекратил со мной общаться с того момента, когда стал учиться в «Старшей школе Саутсайда». Просто, он перестал звонить и писать, я не знаю что делать. Я уже общалась с некоторыми змеями, они все говорят, что он нашёл себе другую, и я ему больше не нужна. Я поругалась со всеми, с Вероникой и Арчи, а альбом сожгла, потому что отвратительно себя чувствовала. Да, и я решила, что больше вообще не буду общаться с Вероникой и Арчи. Попытаюсь забыть о Джаге. — Ого, вот это история! Эй, не сжигай мосты так быстро, тебе не стоит прекращать общаться с Вероникой и Арчи, они ведь ничего плохого не сделали. Помирись с ними. — С ними то ладно, помирюсь и все дела, но что с Джагом делать? Он как будто пропал, исчез из моей жизни, я не знаю где его искать. — Всё будет хорошо, вот увидишь, тебе правда стоит подождать. — Окей, возможно ты прав, — ответила я, хоть и не была уверена в своих словах.       После того, как со штруделем и коктейлем было покончено, мы с другом собрались и, поблагодарив Попа за прекрасное времяпровождение, вышли из забегаловки.