Его рыцарь, Её принц

How Can I Say — Day6 How Can I Say — Day6 How Can I Say — Day6

— Сто лет голос Кихёна не слышал… — Сказал Минхёк, прислоняясь ухом к двери. — Помнишь, когда он пел нам, чтобы уложить в постель? — Спросил Чжухон. — Да. Как только в комнате стало тихо, парни предположили, что Чангюн уснул. Ну, или Кихён задушил его подушкой. Никто точно сказать не мог. За дверью Кихён поглаживал волосы маленькому тихо плачущему принцу. — Не плачь. Расскажи мне, что произошло. — Почему тебя это волнует? — Спросил Им, не желая отступать. — Ты должен быть вне себя от счастья из-за того, что кто-то действительно хочет послушать тебя. Не пытайся выглядеть грубым. Чангюн сел лицом к Ю, облокотившись на изголовье кровати. Кихён подложил подушку под спину и терпеливо ждал, когда парень начнёт говорить. — У меня был сон. Он был об отце. Там и мать была, но её лицо было плохо видно. Она не хотела меня. Она пыталась убить меня. Мой отец остановил и выгнал её, чтобы оставить меня. — И ты ревёшь, потому что всегда думал об отце, как о плохом и холодном человеке. Типичный сценарий… — Усмехнулся Кихён. Проигнорировав замечание Ю, Им продолжил: — Но почему отец не может просто жениться ещё раз? — Это не так просто. Он, должно быть, очень сильно любил её, но не смог позволить забрать тебя. Ну, я имею в виду, ты первый ребёнок. К тому же, он уже стар, это просто к слову. Видимо, он думает, что его роль короля намного важнее. Любовь, вероятно, отодвинута на задний план, а может и вовсе вычеркнута. Чангюн хотел, чтобы лицо матери было яснее. Ему было любопытно узнать, как она выглядела. Но больше всего он хотел знать ответ на вопрос: «Почему она не хотела его?» — Я удивляюсь, почему твоя мать так не хотела тебя… — Словно прочитав мысли, сказал Кихён. — Я тоже…

***

Ты зашла в замок, потирая руки, пытаясь согреться. К сожаления, Эвана тоже вернулась. Венер шёл позади неё, как телохранитель. Посмотрев на лестницу, ты увидела, как они оба ухмылялись тебе. — Что-то надо? — Раздражённо спросила ты. — Да, надо. Чтобы ты ушла. Эвана спустилась вниз, а Венер остался стоять наверху, не проявляя никаких эмоций. — Зачем ты вообще появилась? Если бы не ты, то Чангюн был бы полностью моим. Может, если бы ты осталась с Кихёном, я бы о тебе ничего не знала! А знаешь, что было бы лучше всего? Чтобы ты сдохла также, как и твои мать с отцом! Или просто не рождаться! Эвана кричала и распиналась, глядя тебе в лицо и безумно улыбаясь. Она накручивала твои волосы на руку с такой силой, что чуть было не вырвала с корнем. Ты ничего не делала в ответ, не желая подливать масла в огонь, который уже горел в Эване. Ты просто мило улыбалась, решив подкосить её своей уверенностью. — Знаешь что? Может ты и права. Я не должна была вообще рождаться. Я не должна была встречаться с Кихёном или Чангюном. Я не заслуживаю Кихёна да и вообще любого! Ты обошла Эвану вокруг, также безумно улыбаясь, а потом схватила её запястье. — Ты такая красивая, изящная и совершенная. Удивляюсь, как Чангюн тебя может не любить, — прокричала ты. Эвана тихо стояла, пока не почувствовала, что твои ногти впиваются ей в вены. — Ты такая прекрасная снаружи, может это твой мир такой уродливый и не привлекательный? Ты пнула её коленом, уронив на пол. Она утянула тебя с собой, схватившись за волосы. Боковым зрением ты увидела, как Венер куда-то ушёл. — Чангюн мой! Она перевернула тебя и села сверху. Волосы Эваны падали ей на лицо и закрывали глаза. Она вцепилась ногтями в твою шею, что заставило появиться несколько слезинок в уголках твоих глаз. Ты ничего не делала. Твоё тело не хотело бороться. Ты не хотела быть сильной. Ты хотела сдаться. — Да, Чангюн полностью твой. В этот момент ты увидела отваливающуюся люстру, которая падала прямо на тебя.

***

Кихён выдохнул, когда Чангюн забрался на его спину. Так как они должны были вернуться в замок, то единственным способом было только то, если Кихён донесёт Има. — Я не могу… Сев на твёрдый бетон, он отпустил принца, потому что сильно болела спина. — Давай же. Чем быстрее придём — тем лучше. — Слушай, принц. Ты просто сидишь на мне, когда я несу тебя. В следующий раз сам попробуешь. Встав на колени, Кихён подхватил бёдра Чангюна. С каким же облегчением выдохнул Ю, когда увидел, что замок приближается. Но было неприятно увидеть Жакинду, выбегающую из замка и молящую о жизни. Встретившись глазами, она сначала застыла, а потом побежала навстречу так быстро, как только могла. — Что случилось? — Это [твоё имя]! — Кричала она. Её глаза были красными и она не могла перестать дрожать. — Что случилось с [твоё имя]? — Спросил Кихён, пытаясь не паниковать. — О-она… Она… Чангюн поднял свои тяжёлые веки и хриплым низким голосом сказал женщине успокоиться. — Сделайте глубокий вдох, Жакинда. — Пошлите сначала в замок, — сказал Кихён. Жакинда опять заплакала, а тело продолжило содрогаться. Её руки стали холодными, когда она поднималась по лестнице за Кихёном. Ю застыл и вдохнул. Появился запах свежей крови. Руки Жакинды тряслись, когда она открывала дверь. — Ай! Но Кихён не обратил внимание на вскрик Има, когда уронил его. Он не мог поверить своим глазам. Разбитое стекло, брызги крови, злые улыбки и усмешки. Потолок, который когда-то был выложен красивым стеклом, теперь был ободранным и с трещиной, которая переходила на стену. Там была ты. Твоё неподвижно лежащее тело с кровью, которая непрерывно лилась из ран.