Эти Неуместные Фейерверки

✖ На часах 6 утра, когда Луи просыпается и обнаруживает Герцогиню, лежащую на его шее. Это первый день семестра, а он просыпается раньше положенного из-за попытки собственной кошки его придушить. Неплохое начало. Он перекладывает Герцогиню на противоположную сторону кровати. Она шипит на него, но он достаточно быстрый, чтоб она не успела впиться в него когтями. Быстрая и она, но Луи, знаете ли, достаточно долго с ней живет, так что он знает, как избежать её расправы. Когда ему удается встать, он кое-как добирается, спотыкаясь, до кухни и включает чайник. Он начинает подпрыгивать и сам удивляется тому, сколько в нем энергии. Он так рад, правда. Заниматься с детьми летом было здорово, но он хочет вернуться к настоящей работе. Он любит свою работу, он скучал по ней. Допив первую чашку чая и немного обжигая при этом свой язык, он начинает свои утренние сборы. В ванной он сам себе ободряюще кивает, прежде чем умыться. Выше нос, солдат, думает он , ты - мастер своего дела. У него хорошее настроение; ощущение, будто это один из лучших дней, но он всё равно тратит половину времени, чтобы накрутить себя. Он не может сделать это сегодня; как минимум, он не может появиться сегодня перед своими учениками. Душ, крутой наряд и два тоста напоследок; он уходит, помахав абсолютно незаинтересованной Герцогине и прихватив свою сумку. Держа в одной руке термос с чаем, он прибывает на пять минут раньше, чем рассчитывал. Паркуется на привычном месте и замечает машину Зейна, припаркованную несколько дальше. Он видит его, когда сам оказывается внутри здания. Брюнет как раз выходит из учительской с чашками чая в руках. ─ Ну не прекрасный ли день, а, мистер Малик? - пропевает Луи, наслаждаясь реакцией Зейна - тот щурит глаза, строя недовольную мину. Некоторые вещи не меняются никогда. ─ Просто потому, что я еще никого не убивал прежде, не значит, что я не могу сделать это прямо сейчас, ─ огрызается брюнет и проходит мимо. Однако, он всё же оборачивается и призывает Луи сделать то же самое. ─ Удачи, Томмо! Увидимся на обеде! ─ Да, некоторые вещи не меняются никогда. А день обещает быть хорошим. Он сидит в своем кабинете в ожидании первой группы первокурсников, когда слышит шум в коридоре. Не то чтобы это является чем-то необычным для детей, только что вернувшихся с летних каникул и взволнованных первым днем учебы, но есть нечто особенное в сцене, развернувшейся перед его глазами, когда Луи выглядывает в коридор. Да, здесь всё еще стоит шум от закрывающихся шкафчиков, но дело не только в них. Он понимает, в чем дело, когда видит идущих по коридору Майка Кендалла, рыжая макушка которого выделяется из общей толпы, и Стюарта Стэндхилла рядом с ним. Держащихся за руки. Глядя на происходящее, Томлинсон задерживает дыхание. Вид Стюарта говорит, что тот будто готов взорваться - то ли от распирающей гордости, то ли он нервов. Майк, в свою очередь, явно доволен происходящим. И Луи не собирается из-за этого плакать, нет. Ни за что. Стюарт поднимает голову и встречается взглядом с Томмо, тот, в свою очередь, дарит ему свою самую ободряющую улыбку и пытается не сорваться, не подбежать и не обнять обоих парней, и уж тем более не зарыдать, словно гордящаяся мамочка. Студент возвращает ему улыбку и несильно кивает, прежде чем пройти дальше. Как только Стюарт и Майк скрываются, а Луи остается один в коридоре, наполненном шумными студентами, он замечает, только что произошедшее событие не всех взволновало в положительном ключе, как его самого. Поэтому он делает себе мысленную пометку: если услышит какие-то язвительные комментарии, то обязательно переговорит с этими учениками. Блять, да он даже своих друзей-учителей попросит сделать то же самое. Он говорит об этом Найлу и Зейну во время обеда, а те согласно кивают. У Стюарта есть лекция по английской литературе после обеда, и Малик обещает за ним присмотреть. У Хорана на занятиях нет ни Стюарта, ни Майка, но тот с важным видом выдает, что "накажет мудаков, которые посмеют как-то оскорбить парней", так что вот. Луи грызет яблоко и чувствует некое спокойствие, от того, что его окружают такие крутые люди. Этого почти достаточно, чтобы не замечать пустующий четвертый стул рядом. Первый день проходит в каком-то тумане, и Луи осознает, он любит свою работу, как никогда раньше. Он может судить это по ощущению легкости на души, по необъяснимому желанию улыбаться, стоя напротив своего класса. Может, он еще не совсем отошел от расставания, но сейчас ему лучше, чем когда-либо. Его мама звонит ему на неделе, проверяет его состояние, потому что знает: начало года - это всегда огромный стресс для Луи. Он наконец-то рассказывает ей о своих недавних отношениях и о том, как плохо всё закончилось, о потраченных на восстановление месяцах. Она вытягивает из него имя Гарри и его местонахождение, обещает лично прописать ему пару пинков про коленным чашечкам, а Луи смеется и просит ее не беспокоиться, ведь он больше на него не злится и вообще во всем случившимся есть и его вина. Луи интересно, слышит ли она по тону его голоса, как сильно он скучает по Стайлсу. Он всё еще по нему скучает. Безумно скучает. Он надеялся, со временем это просто пройдет, но нет. Это терпимо, но Луи уже начинает думать, что это чувство останется с ним навсегда. Оно никуда не исчезнет. Сейчас, когда злость и негатив отошли на второй план, он вспоминает Гарри с нежностью. Стайлс не был идеален, в чем-то он и вовсе был ужасен, но всё-таки он был замечательным и милым, забавным и добрым, он был красивым, и, к слову, он делал Луи очень-очень счастливым. Если ему и придется скучать по кому-то целую вечность, что ж, кандидатура Гарри кажется неплохим для этого вариантом.