Во благо будущего

Несколько дней Егор не выходил из спальни и постоянно метался в агонии. Филипп, взявший несколько выходных как себе, так и возлюбленному, не отходил от него ни на шаг. Течка очень странно протекала. Не было удовлетворения после оргазма. Да и вообще эта имитация немного подкосила омегу: у него под глазами появились темные мешки от недосыпа, кожа болезненно побледнела, а само тело ослабло. — Больше ты никогда в рот этой дряни не возьмёшь, — бурчал Филипп, пичкая любимого таблетками для поднятия иммунитета. Ещё Егор посеял серебряную цепочку с крестиком, которую ему подарил папа при поступлении в университет. Если раньше парень не обращал на нее никакого внимания и довольно неосторожно носил, то теперь тосковал по подарку. Перед папой было стыдно, да и Филипп, когда узнал, назвал бестолочью. «Одни минусы от нашей затеи. Я ухожу в убыток!» — омега, позволяя возлюбленному пихать в себя немеренное количество таблеток и еды, все выходные сидел мрачнее тучи. По окончанию псевдотечки Егор все же вышел на работу, хоть и чувствовал себя неважно. В течении дня все падало из рук, и уже сами ученики обеспокоенно на него поглядывали. Коллеги интересовались делами и невольно припоминали, что все самодостаточные омеги проводят время со своими альфами. — Мы с Петей на выходных на природу поехали. Ах, ребята, вы не поверите, какая там красота! Птички поют, солнышко светит, а вода в водоеме такая теплая! Мы палатку поставили и всю ночь с ним… отдыхали! Он сказал, нужно ещё одного малыша заделать. Хотя куда уж там? Третий будет! — хвастался невысокий и чуть полноватый омега, что работал в школе биологом. — Так что я успел за эти дни наработать на новую шубку. Егор, попивая кофе, негромко скрипнул зубами и всеми силами старался скрыть недовольство, мило улыбаясь. Ему нечем было похвастаться. Когда его спрашивали, как прошли выходные, он лишь пожимал плечами и говорил, что сидел дома всей семьёй. Сейчас же, спустя несколько лет работы, его уже ни о чем не спрашивали, прекрасно зная ответ. В какой-то степени омегу это раздражало. Егору не меньше остальных хотелось хвастаться успешной жизнью, в которой его любят и берегут. Но он ведь не мог сказать, что живёт с таким же омегой, и они удовлетворяют друг друга, предпочитая сидеть дома. — А что у тебя? — вопрос, и тишина. Егор поднял голову и по заинтересованным взглядам понял, что спрашивали его спустя столько времени. — Да, ну, как… — парень осекся на полуслове. Он хотел было сказать свою стандартную фразу, которая, наверное, стала коронной за столько лет, но сдержался. Чуть, помявшись и подумав, продолжил: — Хорошо. На выходных отдыхал, как мог. Все… отлично. Коллеги удивлённо вздохнули почти в унисон. Преподаватель по математике — худощавый омега средних лет — восторженно захлопал в ладоши: — А я так и знал, что у нашего Егора кто-то появился! По глазам увидел! У меня чуйка на такие вещи! Ну-ка, дружок, делись информацией! Он матерый и суровый альфа с неплохим кошельком или же молоденький щегол с обаятельной улыбкой? Совсем рядом кто-то охнул, явно представляя эти два типажа, и на щеках парня расцвел румянец. Коллеги уже не отстанут — это однозначно. — И почему вы ещё не попробовали друг друга? — шутливо в возмущенном тоне поинтересовался завуч. С ним у Егора были наиболее близкие отношения. Возможно потому, что оба были одного возраста. — В этом деле тянуть нельзя. Или… или у него не получилось? — Мы и не пытались! — тут же заговорил парень, сильнее покраснев. — Мы, ну, недавно познакомились. И он хороший. — Мысленно он хотел добавить «наверное», но не стал. — Порядочный и приятный молодой человек. Егора спас звонок на урок. Коллеги, ожидавшие подробностей, явно огорчились, но не потеряли рвения все узнать, и омега мысленно застонал, представляя, как в будущем придется из себя что-то выдавливать. Тем более впереди был ещё урок и классный час, а после него на парня налетят, как мухи на мед. Уж своих коллег он знал хорошо. Пройдя в класс и жестом руки попросив всех сесть, Егор поставил кружку с допитым напитком и открыл учебник для седьмого класса. Краем глаза он увидел, что кто-то поднял руку. Взглянув на детей, омега увидел в их глазах ожидание. «Это уже интересно», — парень дал добро поднявшему руку. — Егор Дмитриевич, — тут же залепетал парнишка, — вы не могли бы нас сегодня отпустить? Просто мы хотели пойти на мероприятие в парке. Омега посмотрел на класс и задумался. Он не хотел никого отпускать, но сегодня, когда коллеги были намерены придавить его к стене и допрашивать, парень поддался. Классный час Егор тоже решил отменить, чтобы уже сейчас, во время уроков, по-быстрому пойти домой. Тем более он придет раньше Филиппа и успеет как-то ему помочь. К примеру, приготовит ужин или приберется. Ретировавшись из школы и сев на общественный транспорт, Егор, как обычно, поехал домой, и троллейбус, проехав приличное расстояние до дома омеги, сломался. Парень сильно не расстроился. Оставалось всего несколько кварталов, поэтому он пошел пешком. Тем более погода располагала к прогулкам. Он вновь любовался местными красотами. Несмотря на то, что они жили в этом районе с Филиппом почти десять лет, Егор не переставал подмечать красоту высоких и широколиственных деревьев, создающих теневой коридор с маленькими лучиками света, который всегда проветривался свежим ветерком. Дойдя до знакомого квартала с магазином сантехники, Егор немного повременил, остановившись. Он, как наяву, помнил зелёные глаза и приятный запах альфы, что вместо того, чтобы воспользоваться положением, помог ничего не соображающему омеге успешно добраться до дома. Парень не был уверен, но он, казалось, стоял совсем неподалёку и стерег его, как только довел. Это не могло не подкупать. Егору хотелось как-то поблагодарить его, сделать что-нибудь хорошее, но на ум ничего не приходило. Да и что он мог? Войти в магазин и среди бела дня поблагодарить альфу за то, что тот не тронул, когда была возможность? Омега невольно усмехнулся от абсурдности этой идеи, но и пройти мимо не мог. Остановившись у магазина, парень глядел на закрытую стеклянную дверь, из которой выходили покупатели. «Он за прилавком, а, значит, не увидит меня», — Егор продолжал стоять и делать вид, что просто кого-то ждёт перед прохожими, но краем глаза не переставал пялиться на здание. Ему хотелось его увидеть, невзначай сказать за все «спасибо». Чуть постояв, омега повернулся к дому и уже сделал первый шаг к нему, как услышал позади четкое «подождите». Его встряхнуло, как никогда. Казалось, парень забыл, как дышать. Этого голоса он не хотел слышать. Не тогда, когда омега, как шпион, стоял и смотрел, вместо того, чтобы по-человечески войти в магазин и сказать все, что творится в голове. Но все же Егор, как ни крути, где-то внутри лелеял надежду, что альфа выйдет. Что же, в таком случае нужно бояться собственных желаний. Когда шаги были уже совсем близко, омега обернулся и встретился с чуть прищуренными зелёными глазами, в которых не видел ни злости, ни презрения. На лице ни единой эмоции, зато взгляд… От него хотелось укрыться под чем-нибудь и покорно взирать. Альфа чуть помедлил, и Егор, стараясь скрыть смущение, потупил взгляд. — Привет, — неожиданно выдал он, слегка улыбнувшись. — Как ты? Вопрос был до такой степени обычным и невинным, что парень, удивлённо приподняв брови, не мог не ответить. — Хорошо. А… ты? — Егор до последнего старался, чтобы голос не дрогнул, но сейчас, смотря на своего спасителя, не мог заставить себя взять в руки. Тем более он не знал, как стоит обращаться к альфе. — Я всегда хорошо себя чувствую, — повисло минутное молчание, при котором омега делал вид, что рассматривает близлежащие кусты, чувствуя на себе внимательный взгляд. — Знаешь, часто тебя видел, но все никак не довелось познакомиться. Как зовут? — Егор. — На автомате выдал парень и почувствовал, как руку, коей он теребил ворот рубашки, приподнимают и, смотря прямо в глаза, медленно целуют. Движения альфы были такими осторожными, будто он готов был отпрыгнуть в любой момент. — Его-о-ор, — растянув и при этом хитро улыбнувшись, выдохнул тот. — Очень приятно. Точнее сказать, исключительно приятно. Омега вновь засмущался и поторопился отвести взгляд, коротко кивнув. Он до последнего надеялся, что альфа не видел, как ему неловко. Снова повисла тишина, но на этот раз парень не стал тянуть. — Спасибо. Ну, за тот вечер. Если бы не вы, не знаю, что со мной было бы, — Егор говорил очень быстро, смотря собеседнику на грудь. Молчание стало ему ответом, и омега уже поднял взгляд, чтобы взглянуть на реакцию альфы, как встретился с его улыбкой. — С кем не бывает, — коротко бросил он и, будто о чем-то думая, продолжил: — Позволишь? Егор не понял, о чем тот говорил, но, заметив, как альфа заходит за спину, не шелохнулся, хоть и перестал дышать. Позади послышалось какое-то шевеление, а потом шеи коснулось что-то холодное, отчего омега вздрогнул и инстинктивно схватился за нее правой рукой. Слыша, как с глухим щелчком замочек закрылся, Егор, краснея, смотрел на серебряную цепочку с крестиком. Причем серебро блестело, а, значит, его почистили, прежде чем отдать. От этого омеге стало ещё больше не по себе. — Спасибо, — уже не скрывая румянца, пробормотал парень и, чувствуя позади дыхание альфы, вздрогнул, когда у виска раздалось тихое и безумно томное: — Пожалуйста. Не помня себя, Егор на всех парах побежал домой. Сердце колотилось, как бешенное. В голове было пусто, и омега уже не вспомнил бы, как попрощался с Артуром и даже договорился о следующей встрече, если бы не серебряная цепочка, что покачивалась из стороны в сторону при любом движении. Парень бы ни за что не согласился на повторное рандеву, если бы не совесть, шептавшая, что неправильно было бы отказать этому человеку после всего, что он сделал. Ну, по крайней мере, именно так думал омега. Войдя в квартиру, Егор с удивлением обнаружил ботинки Филиппа, в которых он сегодня пошел на работу. Сняв обувь, парень прошел в гостиную, а потом, никого там не обнаружив, осторожно ступил на кухню, где, чуть склонившись над раковиной, стоял возлюбленный. Он ничего не делал — просто стоял, оперевшись об руки. — Эм, Филипп, — парень негромко подал голос и, не услышав отклика, хотел было подойти, но вовремя себя остановил. Омега вспомнил, что альфа сегодня был слишком близко, а, значит, за время его кросса до дома весь запах мог ещё не выветриться. — Тебе плохо? Некоторое время стояло молчание, и Егор хотел было вновь что-то спросить, но усталый и немного надломленный голос остановил его: — Ты сегодня рано. — Да, одного урока не было, потом я отменил классный час, и, ты не поверишь, троллейбус сломался. Хорошо, что недалеко, и я дошел пешком. А что, собственно, ты здесь делаешь? Разве ты сегодня не работаешь до восьми? — Уже нет, — Филипп, наконец, повернулся. У него были чуть красноватые глаза, и Егор с удивлением понял, что он плакал, хоть и держался сейчас, как настоящий партизан. Его глаза пытливо смотрели на лицо возлюбленного, а на губах была кривая полуулыбка. — Меня уволили, мальчик мой. Этот козёл, мой начальник, начал на меня орать, и я ушел. — О, боже, Филипп, мне так жаль! — парень, быстро преодолев расстояние, заключил любимого в объятиях, вдыхая его запах. — Ты у меня такой хороший! Не расстраивайся по этому поводу. Найдешь работу в сто раз лучше предыдущей, вот увидишь. Филипп молча уткнулся в шею возлюбленного и, чуть поколебавшись, обнял в ответ, сильнее прижимаясь к его телу. Когда Егор успокаивающе погладил того по спине и разомкнул объятия, омега легко улыбался, продолжив смотреть ему в глаза. От этого парню стало немного не по себе. Было видно, что Филипп сильно злился, но пытался это скрыть. Обычно, когда он недоволен, Егор видит, как темнеет его лицо и поджимаются губы, а также сжимаются и разжимаются кулаки от раздражения, но на этот раз было нечто иное. Ярость чистой воды. «Бедняжка — так любил свою работу», — парень не удержался от порыва ещё раз обнять и поцеловать возлюбленного. Только после этого заговорил: — Может, отдохнёшь? А я тут все сделаю. — Не надо, дорогой, я сам, — взгляд Филиппа скользнул на шею Егору. — Ого, — удивления последний не заметил, — ты нашел цепочку. Где? — Да по пути домой. На асфальте валялась, — голос не дрогнул, хотя ложь была откровенной. Ещё один резкий взгляд, и Филипп выдает, чуть качнув головой: — Понятно. Так ты, дорогой, будешь мясные рулетики к ужину? Егор довольно закивал головой и тут же вдрогнул, когда Филипп, не разрывая зрительного контакта, взял большой нож. Чуть помедлив, омега очень медленно развернулся к раковине и включил воду. Не выдержав напряжённой обстановки, Егор, не переодеваясь, направился на балкон, закрывая за собой дверь и вдыхая свежий воздух. Он не хотел видеть любимого в нынешнем состоянии, но ничего сделать не мог. Возможно, должно пройти время, после которого все встанет на свои места. Присев на скамейку, Егор коснулся пальцами крестика, вспоминая Артура. Уж что-что, но если бы ему раньше сказали, что этот крестик в будущем будет напоминать ему какого-то альфу, он бы засмеялся. Теперь же все выглядело намного серьезнее.