Это и будет моим ответом

      Как они дошли до такой критической ситуации, Какаши решительно не понимал. Их семья никогда не бедствовала, ведь он, Копирующий ниндзя Конохи, несмотря на потерю своего Шарингана, по-прежнему оставался одним из сильнейших шиноби Листа и за свою работу получал соответствующую плату. То же самое касалось и Сакуры: она была первоклассным медиком, заведующим одного из отделений госпиталя, к тому же нередко принимала участие в различных миссиях, за что ей, естественно, также щедро доплачивали. Кроме того, свои первые деньги начала зарабатывать и Ханна: успешно сдав экзамен на чуунина, она часто ходила на различные задания. Конечно, собственноручно заработанные деньги девочка чаще всего тратила на свои личные расходы, однако часть из них всё же пополняла и семейный бюджет. Таким образом, семья Хатаке вовсе не бедствовала, хотя и не жила в роскоши, а потому Какаши решительно не понимает, как они докатились до такого.       «Надо срочно идти на миссию», — мрачно размышляет мужчина, тоскливо глядя на несколько сиротливых купюр семейного бюджета. — Па-а-ап! — в комнату запыхавшись влетает Широ, тормозя и врезаясь в отцовское бедро. Какаши тут же хватает сына за плечо, чтоб тот не упал, и вопросительно вскидывает бровь. Щёки мальчика покрываются румянцем, и он, набрав полную грудь воздуха, на одном дыхании выпаливает: — Пап, дай, пожалуйста, немного денег! — Зачем? — Какаши скрещивает руки на груди, глядя на сына сверху-вниз. Широ краснеет ещё сильнее и неловко бормочет: — Понимаешь, у Харуки-чан завтра день рождения — я случайно узнал об этом сегодня! — и я должен купить ей подарок. — Это та девочка, которая тебе нравится, да? — в таком важном и деликатном вопросе Хатаке, конечно, отказать сыну не может. — Она мне не нравится! — вспыльчиво воскликнул Широ. — Ну, точнее, не не нравится… — уши мальчишки буквально горели от смущения, выдавая его с потрохами.       Какаши весело хмыкнул, пробормотав под нос «ну-ну», и дал сыну одну из купюр помельче. Лицо парня тут же просияло, и он, бросив смазанное «спасибо», умчался туда, откуда прибежал. Его отец же снова повернулся к шкафчику, намереваясь закрыть его. — Привет, пап, — за спиной послышался голос Ханны, и Какаши резко развернулся к ней лицом. — Сколько раз повторять тебе, не появляйся так внезапно, — проворчал он, с ног до головы осматривая дочь, которая была одета в свою чуунинскую форму.  — Ты говоришь сейчас как мама, — Ханна тихо хихикнула — на самом деле ей нравилось пугать родителей недавно освоенной техникой. — Ладно. Я к тебе по делу, — девочка серьёзно глянула на отца тёмными, как и у него, глазами. — Я весь во внимании, — Какаши скрестил руки на груди. — Я ухожу на миссию, — Ханна сразу перешла к делу. — Ты не мог бы одолжить мне немного денег? Потому что свои сбережения с прошлого задания я, э, потратила, — она неловко почесала заднюю часть шеи. — Обещаю, я всё верну, — тут же поспешно добавила — с тех пор, как она сама начала зарабатывать деньги на миссиях, просить их у родителей ей было несколько неловко. — В этом нет необходимости, — необходимость, конечно, была, но тринадцатилетнему подростку знать об этом было необязательно. — В конце концов, ты моя дочь, — Какаши ласково потрепал девочку по волосам, спонсируя её. — Спасибо, — смущённо пробормотала она, обнимая отца, а затем исчезая и оставляя после себя облачко дыма. — Наша девочка так быстро выросла, — со стороны двери в комнату раздался голос Сакуры. — И не говори, — Какаши под маской усмехнулся себе под нос. — Любимый, раз уж ты сегодня главный казначей, то дай и мне немного денег, м-м? — Сакура подошла к мужу, протягивая руку и хитро сверкая зелёными глазами.       Какаши бросил мимолётный взгляд через плечо в шкафчик, замечая там последнюю бумажку. «Определённо, срочно нужно идти на миссию», — мысленно произнёс он, лихорадочно соображая, как безопасней отказать любимой супруге в её просьбе.