Это и будет моим ответом

      В пограничной таверне было как всегда шумно и многолюдно. Лаксус сидел в самом дальнем углу, молча пил крепкий эль и ел похлёбку, заедая её свежим мягким хлебом. Он был наёмником, одним из лучших в Гильдии, и возвращался домой из Царства Снов, где понадобились его услуги, однако ночь настигла его в дороге, вынуждая искать приют в этой таверне.       Лаксус почти закончил свой скромный ужин и собирался уже подняться на второй этаж, в свою на эту ночь комнату, как к нему за столик неожиданно подсела молодая девушка. Стройная, с пышными формами, длинными, волнистыми, густыми каштановыми волосами и лукавыми, томно прищуренными синими глазами. Она была одета как цыганка, а в руке держала колоду карт Таро. Она хитро улыбалась Лаксусу пока тот недоверчиво осматривал её с ног до головы. — Привет тебе, храбрый воин! — она подалась чуть вперёд, и Лаксус отшатнулся назад, упираясь спиной в стену. — Дай я тебе погадаю, м? — Денег у меня нет, — грубо отозвался наёмник, хмурясь. Конечно, тут он приврал, однако связываться с цыганкой не было никакого желания.       Губы последней растянулись в ещё более хитрой улыбке. — Ничего, — просто отозвалась она. — Ты понравился мне: вижу я, что судьба у тебя непростая. Поэтому погадаю тебе за просто так. — Да? — Лаксус вскинул бровь, а цыганка придвинулась ещё ближе. Путей к отступлению больше не было, и мужчина неохотно сдался: — Ну раз уж ты так хочешь, то погадай.       Синие глаза вспыхнули странным огнём и тут же погасли, цыганка ловко разложила карты на столе, а после взяла руку наёмника, стягивая с неё перчатку. — Вижу я, доблестный рыцарь, войну, — заговорила она. — Большую войну, и ты пойдёшь на неё. Богатства и славу она будет сулить тебе, — Лаксус нахмурился, держась второй рукой за подбородок и не замечая, как гадалка заглядывает ему в глаза. — Но не получишь ты того, что обещано тебе, — она водила тонким пальчиком по широкой ладони. — Встретишь Смерть на поле боя, словно старую подругу свою. Попытаешься обмануть её, соблазнённый речами потустороннего генерала, с коим и будешь воевать ты. Однако обманет он тебя, рыцарь. Остерегайся его, ибо станешь безмолвным и безвольным рабом его, если послушаешь ядовитые речи его. Но если сумеешь побороть свои сомнения и страсти, сможешь избежать этой страшной участи, и Смерть сама отступит от тебя — помощь придёт к тебе от неожиданного союзника, от союзника, которого ты будешь ждать в самый последний момент…       Голос цыганки становился всё тише и начал доноситься как будто откуда-то издалека. Её предсказание встряхнуло разум, а сердце бешеной птицей заколотилось в груди. Взор Лаксуса было затуманился, а теперь прояснился, и наёмник тряхнул головой, отгоняя наваждение. Резко обернулся по сторонам, однако гадалки нигде не было. Казалось, будто и вовсе не было её только что рядом.       «Привиделось?» — растерянно подумал Лаксус и устало провёл рукой по лицу. Он никогда не верил в знаки судьбы и всё, что с этим было связано, однако произошедшее только что здорово потрясло его. «Возможно, я был не прав, — в конце концов, решил он, растягиваясь на кровати. — Однако в любом случае утро вечера мудренее», — и с этими мыслями погрузился в сон.       Кана, та самая цыганка, сидела на крыше соседнего дома, ухмыляясь. Очаровательная суккуба, пленённая человеком, в самую последнюю очередь была настроена делить свою добычу с мерзкими тварями потустороннего мира. — Ты будешь моим, Лаксус, и никто и ничто не сможет забрать тебя у меня, — хвост её властно ударил по крыше дома, а сама Кана расхохоталась.