Это и будет моим ответом

      Чего-то определённо не хватает. Сюра — сильная, независимая женщина, привыкшая ни к кому не привязываться и рассчитывать исключительно на саму себя. Сюра — экзорцист со стажем, один из самых опытных и сильных в японском отделении. Сюра — это просто Сюра, такая, какая есть, со всеми своими недостатками и отчаянно спрятанными слабостями. И сейчас она чувствует, что ей чего-то не хватает.       Ей нельзя привязываться к мужчинам. Сюра знает слишком хорошо, к чему это может привести. Любовь, совместные планы, рождение ребёнка… и смерть. Горе и страдания возлюбленного и дитя, что никогда не знало матери. Это условия её — не её — контракта, и едва ли они могут кого-то устроить. Поэтому Сюра держит дистанцию со всеми знакомыми мужчинами. Но сейчас ей всё-таки чего-то не хватает.       Она скрипит зубами, и её глаз нервно дёргается — этот противный демон сведёт её в могилу раньше времени. Сердце в груди, однако, предательски замирает, и странное тепло разливается по всему телу. Сюра мысленно грязно ругается — почему из всех знакомых мужчин её угораздило влюбиться именно в этого?! — и пытается убедить себя, что Мефисто её раздражает, бесит, что она его терпит только потому, что это её работа, а так она уже давно перерезала бы ему глотку. Не получается. Она тяжело вздыхает, прикрывая глаза. Ей по-прежнему чего-то не хватает. Однако теперь это «что-то» начинает приобретать определённые черты.       Момент, когда она оказывается в постели Мефисто, проходит как-то мимо Сюры. Единственное, о чём она в принципе сейчас способна думать, что демон — превосходный любовник. Он лежит рядом с ней в тишине несколько мгновений, а затем медленно поднимается, собираясь уходить. Сюра ловит его за худое запястье быстрее, чем успевает подумать, зачем она это делает. Мефисто смотрит удивлённо, вскидывая бровь, в то время как женщина наконец-то понимает, чего же именно ей не хватает. — Обними меня, — просит тихо и смущённо, не глядя на демона. Мысленно костерит себя за слабость — нашла перед кем раскисать!       Мефисто, однако, на удивление, язвить не спешит. Удивление на его лице плавно сменяется снисхождением, а губы искривляются в неком подобии ласковой улыбки (Сюра мысленно отмечает, что выглядит это жутко). Он возвращается обратно, поворачиваясь к опирающейся на локоть любовнице, и привлекает её к себе, одной рукой обнимая за плечи, а второй за талию. Сама Сюра с готовностью обнимает Мефисто за шею и улыбается при этом довольно, как ребёнок. Понимает, что это имеет значение только для неё, что она сама — влюблённая дура, полюбившая того, кого не следовало, что для Самаэля всё это не более чем очередная игра, что….       А впрочем, всё это было неважно. Расслабившись в сильных мужских руках, чувствуя тепло родного и чужого одновременно тела, наслаждаясь той близостью, о которой в её случае можно только мечтать, Сюра не хотела ни о чём думать. Не хотела терзать себя осознанием и понимаем. Она хотела верить в хрупкую иллюзию, хотела сохранить в памяти этот краткий миг простых, но таких интимных объятий, от которых сердце её переполнялось теплом и любовью, которые она не сможет подарить ни одному мужчине.       Сюра закрыла глаза, блаженно улыбаясь. Свои глаза закрыл и Мефисто. Поддаваясь внезапному даже для самого себя порыву, он неожиданно нежно поцеловал в лоб женщину в своих руках. Сюра в ответ на это действие лишь сильнее прижалась к худой груди, утыкаясь носом в основание мужской шеи. Она наконец-то нашла то, чего ей так сильно не хватало.