Неизбежное избежно (Куджин/Готай)
7 мая 2018 г., 10:34
Танцуют языки пламени, и шаманка гадает. Дуют ветра, и шаманка говорит с предками. Плачут небеса горькими слезами, и шаманка зрит прошлое и будущее. Мать-Земля порождает новую жизнь, и шаманка речёт предначертанное. Готай слушает внимательно, Готай внимает гласу предков, Готай ждёт. А вместе с ним ждёт и племя.
Куджин видит погибель мира; Куджин видит осквернённого мессию, что не человек, но и не демон. Зачатый и рождённый в насилии и боли, он принесёт их вместе с собой. Готай знает, что этого не должно произойти.
Куджин приходит к нему в шатёр и долго рассказывает то, что видит. Глас предков неутешителен и однозначен: мир должен быть уничтожен. И лишь когда транс рассеивается, а видение медленно проходит, Куджин слышит тихое «но надежда ещё есть».
— Найти и уничтожить надобно этого ребёнка, — задумчиво произносит Готай. — Хоть Мать-Земля будет страдать, что орки убивают детей, но другого выхода нет.
— Он есть, — вкрадчиво возражает Куджин. — Есть те, кто ищут ребёнка; есть те, кто ищут реликвию, что нужна Повелителю демонов дабы разрушить стены своей темницы; мы же должны найти их всех и объединить. Мы должны обхитрить их всех, обхитрить Кха-Белеха и нанести свой удар — не силой, но хитростью, — Куджин видит, как недовольно хмурится Готай, и усмехается, продолжая: — Знаю я, хан, что хочешь сказать мне: орки не маги и не тёмные эльфы, чтобы хитрить. Орки исполняют волю Отца-Неба мечом и кровью. Я не говорю тебе предать заветы орков, я прошу тебя довериться мне и тем, кто когда-то были нашими союзниками.
Готай молчит, молчит долго, но в конце концов, соглашается. Куджин говорит с предками, Куджин мудра — и она одна, кому хан действительно может доверять. Заветы пророчества Сар-Шаззара медленно начинают трещать по швам.
