Это и будет моим ответом

      В ушах продолжает звенеть шёпот, преисполненный отчаянной мольбы. Сюра нервно смеётся — это кажется чем-то абсолютно нереальным. Мефисто абсолютно точно не то существо, которое способно так искренне о чём-то просить. Сюра знает это слишком хорошо. Внутри неё, однако, всё сжимается, и она скрипит зубами, лихорадочно мотая головой в поиске какой бы то ни было двери.       Интересно, какое же сокровище так тщательно прячет этот паяц, что оно ни в коем случае не должно попасть в руки Люцифера? Что же это такое, что сам Мефисто с таким отчаянием просит её защитить его? И почему именно её? Сюра недовольно фыркает себе под нос и наконец находит дверь.       Ключ открывает её с тихим щелчком, и на мгновение Киригакуре замирает. Сейчас ей откроется одна из величайших тайн Мефисто — женщина почему-то совершенно не сомневается в этом. Почему же она медлит? Разве она не должна желать этого всем сердцем? Желать обладать знанием, с помощью которого можно будет попытаться шантажировать этого мерзавца? Сюра качает головой, отгоняя наваждение — внутри неё бушует настоящая буря, и это явно не к добру.       Она осторожно приоткрывает дверь, толкая её внутрь, и делает несколько коротких шагов. Настораживается, внимательно осматриваясь по сторонам — кто знает, что этот шут задумал на самом деле? Ничего, однако, не происходит, и женщина более решительно заходит вглубь помещения.       Она оказывается в небольшой, но тем не менее просторной комнатке, и в первое мгновение она вызывает у Сюры стойкую ассоциацию с детской. Киригакуре недоверчиво хмурится и мотает головой — быть того не может, что за глупости! — и делает ещё несколько шагов. И в изумлении замирает.       Она видит маленькую рыженькую девочку, лет пяти-шести, сидящую на ковре и складывающую пазл. Малышка сидит к ней спиной и, кажется, совершенно не замечает. Сюра, однако, сразу же понимает, что это не так: детская спина напрягается, и девочка медленно оборачивается, впиваясь в лицо Киригакуре удивлённым внимательным взглядом ярко-синих глаз.       Изумлению Сюры нет предела. Девочка абсолютно точно имеет прямое кровное отношение к Мефисто — несмотря на отличающийся цвет волос и глаз, во всём остальном она его маленькая копия. «Не может быть… — она всё ещё не может поверить в реальность происходящего. — Величайшим сокровищем Мефисто является… его дитя?!» — от этого открытия голова идёт кругом, однако особенно долго размышлять времени нет — необходимо бежать и бежать как можно скорее.       Теперь же, глядя на уснувшего на её коленях ребёнка, Сюра снова позволяет себе вернуться к своим мыслям. У неё не укладывается в голове, что у Феля есть маленький ребёнок, о котором он заботится и которого… любит? Сюра потрясённо качает головой — в этом нет никаких сомнений. Она снова вспоминает ту отчаянную мольбу, вспоминает и беспокойство ребёнка, которого, похоже, впервые в жизни отлучили от своего родителя, и это… всё равно не укладывается в голове.       Сюра тяжело вздыхает, прикрывая глаза. Чем дольше она думает об этом, тем сильнее запутывается. Ситуация и без того непростая, поэтому она решает не усложнять её ещё больше. Отгоняет назойливые мысли и опускает взгляд на малышку. Аккуратно гладит её по рыжим волосам и внезапно ловит себя на решительном обещании, всплывающем в голове.       «Я защищу твоё дитя, чего бы мне это ни стоило. Я обещаю тебе, Мефисто»