Это и будет моим ответом

      Когда он узнаёт, что в честь него открыли музей, в первый момент он теряется. Удивление, смущение, благодарность — всё это смешивается в одно целое, и Стиву, на самом деле, приятно. Любопытства ради он решает посетить свой собственный музей — кто ещё среди ныне живущих может похвастаться таким достижением? — но сделать это как можно незаметней.       Его маскировка далека от шпионских идеалов, но тем не менее её оказывается достаточно. Людей в музее немного, и едва ли им всем есть дело до какого-то парня в кепке, так что Стив может не беспокоиться о излишнем внимании к своей скромной персоне.       В первый момент он чувствует себя неловко. Впрочем, неловкость быстро сменяется яркой гаммой других чувств, и Стив отстранённо улыбается, разглядывая экспонаты. Кое-что из общих предметов, дабы передать атмосферу того времени, когда жил знаменитый Стив Роджерс, кое-что из действительно его личных вещей — всё это словно маленькие звоночки из такого далёкого и в то же время близкого прошлого. Стив внимательно рассматривает каждую деталь, и каждая деталь поднимает внутри него ворох воспоминаний.       Вот погнутая кружка Родригеса — парня-мексиканца, воевавшего вместе со Стивом. Помнится, он тогда поспорил с Льюисом, ещё одним боевым товарищем, что не сможет согнуть эту чашку. Льюис, конечно, проиграл, а Родригесу пришлось несколько недель пить из испорченной посуды. А вот простреленный револьвер Карла, в который во время неожиданного обстрела угодила вражеская пуля. Оружие, конечно, ремонту не подлежало, но Карл продолжал гордо носить револьвер с собой, при любом удобном случае рассказывая, как тот спас ему жизнь. А вот…       Стив переходил от одного стенда к другому, с восторгом вспоминая все те весёлые и грустные истории, которые были связаны со знакомыми ему предметами. Так незаметно он передвигался по залам музея, пока не вышел в самый большой и просторный, где располагался экран, на котором демонстрировали обрывки хроник, а на стену было спроектировано несколько больших фотографий, на одной из которых был Он…       Сердце Стива болезненно сжимается, стоит ему увидеть Его портрет. На нём он, его лучший друг Джеймс Бьюкенен Барнс, улыбается своей обаятельной с лёгкой хитрецой улыбкой. Рядом же мелким шрифтом написаны какие-то факты его биографии, и Стиву не нужно читать их, чтобы узнать что-то новое. Перед глазами тотчас всплыл поезд над обрывом, Баки, держащийся за перила, и он, Стив, который не успел поймать его. Не смог.       Стив отчаянно зажмурил глаза, и в ушах его стоял крик его срывающегося и улетающего в снежную бездну друга. — Этот зал посвящен боевым товарищам капитана Роджерса и сержанту Баки Барнсу, который был лучшим другом Стивена. К сожалению, судьба его сложилась печально, однако сержант погиб как настоящий герой, — за спиной Стива раздался женский голос, и тот вздрогнул от неожиданности.       Как оказалось, это была всего лишь экскурсовод, заканчивающая экскурсию, однако легче от этого всё равно не становилось. Горькая тоска переполнила Стива до краёв, и он усмехнулся. «Да что вы знаете…» — так и хотелось спросить, но вместо этого он лишь импульсивно дёрнулся, разворачиваясь, и быстрым шагом покинул помещение, а вместе с ним и музей.       Ещё раз он сюда вряд ли когда-нибудь придёт.