Это и будет моим ответом

      Амаргарима любит Гаро́льда и его предложение жить вместе. Когда смущённый и заикающийся личный секретарь Амальгамы (перед этим получив хорошенький нагоняй от начальницы, чтоб думал быстрее) подошёл к молодой практикантке, с которой он, вообще-то, и так уже полгода встречался, и предложил ей переехать к себе. Амаргарима улыбается во все тридцать два и не колеблется ни мгновения.       Гаро́льд любит Амаргариму и её привычку по утрам подпевать радио. У неё, конечно, нет ни слуха, ни голоса, отчего это подпевание больше напоминает изощрённые пытки, но Гаро́льд на это закрывает глаза. На самом деле он такой же безголосый непризнанный певец, являющий миру свой талант лишь дома, когда никто не слышит. Амаргарима на это широко улыбается, и радио по утрам они подпевают дуэтом.       Амаргарима любит Гаро́льда и его нестандартные решения в любой ситуации. Начальница Амальгама ворчит, что надо спланировать столь долгожданный отпуск, придумать, куда поехать, и как рационально провести время, а её практикантка и секретарь удивлённо переглядываются между собой. «Точно, отпуск!» — думают одновременно оба, и Гаро́льд покупает билет на первый попавшийся поезд. Который ведёт в холодные угрюмые заснеженные горы, потому что поезд — специальный одиночный маршрут, везущий из столицы с переговоров с правительством работников-металлургов.       Гаро́льд любит Амаргариму и то, как она мило дуется. Он победоносно ухмыляется и смеётся, когда в очередном импровизированном соревновании «кто кого перефотографирует» одерживает безоговорочную победу, сумев раздобыть уникальные кадры уснувшего от усталости за рабочим столом Говарда и случайно пущенный Амальгаме преисполненный нежности взгляд начальника конкурирующей фирмы, на который суровая начальница ответила мягкой улыбкой. Амаргарима смешно надувает щёки, хохлится и ворчит, что в следующий раз точно победит. Гаро́льд не спорит с ней.       Амаргарима любит Гаро́льда и его умение получать от других то, что ему нужно. Особенно, когда эти другие — его друзья, а у них в доме уже четвёртую неделю отваливающаяся полочка держится только на честном слове, а протекающий кран лишь чудом не затапливает соседей снизу. Зато у Эрувэ оказываются золотые руки в плане починки мебели, а у Говарда — в плане сантехники.       Гаро́льд любит Амаргариму и её умение по-детски искренно радоваться всяким мелочам. Особенно, если это случайно услышанная по офисному радио рождественская песенка, которую Амаргарима потом напевает целый день. И не просто напевает, а уже мечтает об уютном празднике, который они в этом году проведут вместе. И плевать, что на улице стоит середина октября.       Амаргарима любит Гаро́льда и то, как он иногда ревнует её. Особенно, если повод к этому даёт Говард, а его дурачество поддерживает Маинали. Амаргарима весело смеётся, а Гаро́льд ворчит, что сестра с братом — одного поля ягоды.       Гаро́льд любит Амаргариму, а ещё он любит маленькую жизнь, что зарождается внутри неё. И хотя о детях никто из них не думает — это получается совершенно случайно, — он широко и придурковато улыбается, когда Амаргарима, бледная как смерть, показывает ему положительный тест. Он едва сдерживает слёзы радости, когда его девушка плачет у него на груди, и на следующий же день орёт счастливым голосом на весь офис, что скоро станет отцом. Амаргарима смеётся от облегчения, а Гаро́льд считает себя счастливчиком.       Амаргарима просто любит Гаро́льда, а Гаро́льд просто любит Амаргариму.