Растоптанная роза

      Долгая дорога совсем изнурила Лианну. Обычно собранная и сильная, она, после долгого сидения взаперти, не могла сразу привыкнуть к свежему бодрящему воздуху свободы после многодневного нахождения в душной комнате Красного Замка, ставшей её темницей.       Когда Лианна, впервые за долго время оказалась снаружи, то не смогла сдержать слёз радости. Она едва не бросилась на шею своему спасителю, но взгляд спокойных индиговых глаз принца заставил её словно прирасти к своему месту. Глядя на смутившуюся волчицу, Рейгар слегка улыбнулся своими тонкими выразительными губами и молча протянул ей неприметный безразмерный плащ, в который она закуталась, чтобы не привлекать внимание.       Убедившись, что всё в порядке и проход свободен, принц подал Лианне широкую, огрубевшую от упражнений с мечом и копьём ладонь. Когда она несмело вложила в её свою маленькую руку, то почувствовала удивительную нежность сильных пальцев дракона. Она поразилась тому, насколько сын и отец были непохожи, словно чужие люди.       Воистину, правду говорят, что когда рождается новый Таргариен, боги бросают монету, одна сторона которой ― величие, а другая ― безумие.       Они ехали верхом по Королевскому Лесу, нарочно петляя, чтобы сбить со следа возможную погоню, которую может отправить следом Безумный Король. При мысли об Эйрисе по спине Лианны пробежал холодок, она плотнее запахнулась в плащ, и краешком глаза посмотрела на принца, который ехать чуть в стороне и позади неё.       На плечи Рейгара был наброшен такой же серый плащ, какой был у Старк, а великолепный дублет, с вышитым на нём гербом его дома — изрыгающим пламя трёхглавым драконом, заменял потёртый походный наряд. Серебристые длинные волосы, которые ниспадали на плечи принца подобно водопаду, были собраны в хвост и перевязаны тесьмой.       Перед Лианной снова возник образ принца, который, словно рыцарь из песен, возник на пороге её комнаты, когда она, мучимая обуявшим её отчаянием, бросилась к двери, собственно, ни на что не рассчитывая.

***

      ― Леди Старк, ― голос принца, стоявшего в дверном проёме словно мраморная статуя, лился волшебной музыкой. Давно Лианна не слышала ничего прекрасней. ― С вами всё в порядке? ― Взгляд его лучистых глаз светился участием и какой-то затаённой болью, словно он отчётливо понимал, как нелепо звучат его слова.       — Ваше Высочество! — Лианна, всё ещё сидя на полу, не могла поверить своим глазам. Молнией мелькнула мысль, что вот он — настоящий принц из песни, пришёл спасти её. ― Что вы здесь делаете? ― Она затравленно огляделась, словно ожидая, что из-за угла появится кричащий и брызгающий слюной Безумный Король, и тогда всему конец.       ― Я хочу помочь вам, миледи, ― чётко и ёмко, не останавливаясь на ненужных красивых словах, ответил Рейгар. ― То, что сотворил с вами мой король-отец, это… ― принц на мгновение замолчал, ― чудовищно. Мне жаль, ― казалось, Дракон тихо вздохнул.       ― Он обесчестил меня, ― глухо произнесла Лианна. Голос Рейгара, казалось, долетал до неё из прекрасных далей. Перед глазами плыло. ― Истерзал мои душу и тело, опозорил перед всеми. ― Она сглотнула подкативший к горлу комок и подняла взгляд на принца. ― Что говорят обо мне теперь?       ― Все считают, что похитил вас я, ― губы Рейгара исказила горькая усмешка, ― ваши отец и брат прибыли в Королевскую Гавань, чтобы попросить короля выдать меня для поединка. ― Таргариен на мгновение прикрыл глаза. ― Что с ними стало, я думаю, вам известно.       ― А что Роберт? Мой жених, лорд Баратеон? ― Лианна цеплялась за последнюю надежду. В горле пересохло, а в голове словно звонили тысячи колоколов.       ― Милорд поднял восстание против короны. ― Губы Рейгара сжались в тонкую линию. ― Он заявил, что уничтожит всех Таргариенов.       ― И всё это из-за меня, ― прошептала Лианна, прикрывая глаза. Она почувствовала, как кровь приливает к бледным щекам. Стыд калёным железом жёг её, заставляя сжаться в комок, всё ещё сидя на полу, и рассеяно теребя краешек юбки.       ― Нет, миледи Старк, Лианна, ― когда Рейгар назвал её по имени, тёплая волна прошлась по всему телу Старк, заставляя её сердце биться чаще. ― Вы не виноваты в том, что король, ― он сделал паузу, словно собираясь с духом сказать это вслух, ― безумен. Именно поэтому я здесь. ― Принц тряхнул головой, отчего его серебристо-золотые волосы на миг поднялись лёгким сверкающим облаком. ― Пойдёмте со мной, Лианна, ― он протянул ей руку.       С надеждой и в тоже время со страхом, что это всё обман, злая шутка Безумного Короля, она протянула Рейгару руку. Принц легко поднял её, но от резкого движения у Лианны закружилась голова, в ушах зашумело, а комок, до этого было отступивший, подступил к горлу с новой силой.       Поняв, что её сейчас стошнит, Старк из последних сил выдернула руку из ладони Рейгара, упала на колени и, содрогаясь всем телом, извергла на ковёр остатки завтрака, что ещё задержались в её желудке, перемешанные с желчью.       Когда мир перестал кружиться перед глазами, а сердце колотиться как бешеное, Лианна, вытирая рот краем простыни, осознала, что её стошнило при кронпринце. Чувствуя себя униженной и опозоренной ещё больше, чем раньше, она искоса посмотрела на молчаливого Рейгара и, не в силах больше сдерживаться, залилась слезами обиды и стыда.       Глотая солёные слёзы, Лианна почувствовала осторожное прикосновение к своему плечу. Это заставило её повернуть голову, и увидеть, что принц, склонившись над ней, аккуратно, почти невесомо, гладит её по плечу. В индиговых глазах Рейгара светились обеспокоенность и понимание. Его взгляд скользнул по фигуре Лианны, задержавшись на едва заметной выпуклости живота. Уголок его губ дёрнулся вниз, словно подтвердились самые худшие его опасения.       Лианна, заметив, где именно задержался взгляд Рейгара, вспыхнула от злости и стыда, прикрывая руками предательски выпирающий живот.       ― Да, ― ответила Старк на немой вопрос принца, ― я понесла от короля. Ваше Высочество, ― она особенно подчеркнула обращение. ― Послушайте, ваша милость, — Лианна быстро и часто дыша, накрыла своей ладонью, так и лежащую на её плече руку Рейгара, — если вы так хотите помочь мне, — она на мгновение замолчала, — принесите мне, ради богов, лунный чай! — Её беспокойные серые глаза жадно впились в принца умоляющим взглядом.       — Я не могу, миледи, — Рейгар мягко накрыл руку Лианны своей. — Срок слишком велик, это может быть опасно для вас. — Его взгляд снова скользнул по её животу. — Я читал труды великих мейстеров по врачеванию, так что знаю, о чём говорю.       — Мне всё равно, — лихорадочно проговорила Лианна. — Я не хочу, не могу… — Она опустила голову. — Из-за меня началась война, а когда Нэд и Роберт узнают, что я беременна от Безумного Короля, они проклянут меня!       — Ваш брат — достойный и честный человек, — твёрдо проговорил Рейгар. — Он никогда не отречётся от вас, миледи. К тому же, вашей вины тут нет. Однако, нам некогда сидеть тут и вести беседы. — Решительно и резко произнёс Таргариен, словно перебивая сам себя. — Мы и так потеряли много времени. Вставайте, — он помог Лианне подняться, — нам нужно уходить и чем скорее, тем лучше.

***

      Так началось их путешествие, с быстрой ходьбы, иногда переходящий в бег по коридорам Красного Замка, затем спуск вниз по крутой скале и сумасшедшее скаканье верхом, словно за ними гнался сам Неведомый. Лишь после того, как беглецы, по мнению Рейгара, оторвались от возможных преследователей не меньше, чем на день пути, принц разрешил остановку, за что Лианна молча вознесла хвалу небесам, ибо держалась в седле из последних сил. Она блаженно вытянулась на сооружённой из плаща и листьев постели и тут же обессилено уснула сном без сновидений.       Дальнейший путь слился в череду переходов и ночёвок, с редкими дневными остановками. Рейгар, не жалея ни себя, ни Лианну, гнал коней на юго-запад. По мере продвижения, становилось теплее, воздух временами наполнялся пылью, а вскоре стали видны и горы, к которым направлялись волчица и дракон.       — Мы в Дорне? — в одни из дней пути спросила Лианна у молчавшего и опустившего голову на грудь Рейгара, который был немногословен и недвижим почти всю дорогу. В ответ северянка получила лишь утвердительный еле заметный кивок.       Тогда же в дороге она впервые почувствовала шевеление ребёнка. Это было волнительное, пугающее событие, заставившее Лианну, не шелохнувшись, прислушиваться к себе, к своим ощущениям. Постепенно, она привыкла к тому, что это происходит, но всё равно периодически вздрагивала, когда чувствовала, как внутри неё двигается дитя Эйриса Таргариена.       Она старалась не думать о том, что другой отпрыск Безумного Короля сейчас является её единственной надеждой на будущее. Она послушно ехала за принцем, и через несколько дней после того, как они въехали в предгорья Дорнийских гор, Лианна увидела очертания круглой каменной башни. Вскоре строение приблизилось, стали видны каменная кладка и пересекавшие её кое-где трещины с выбоинами и потёртостями, которые дождь и ветер неумолимо оставляли на лике камня. Когда путники подъехали ближе, то оказались у подножия каменной лестницы, что вела к башне.       Лианна, придерживая, начавший сильнее расти живот, слезла с лошади и, не отнимая руки от чрева, задрала голову, глядя вверх.       — Это Башня Радости, — опережая вопрос Старк, произнёс Рейгар, тоже слезая с лошади и, держа поводья, подходя к Лианне. — Здесь вы будете в безопасности до конца войны. Пока вы находитесь тут, вас будут охранять Королевские Гвардейцы. Не бойтесь, они преданы мне, — снова предупредил вопрос Лианны Таргариен, — а когда война закончится, я за вами вернусь.