Невстреча 111

Слэш — в центре истории романтические и/или сексуальные отношения между мужчинами
Мстители

Пэйринг и персонажи:
Тони Старк, Локи, Локи, Тони Старк
Рейтинг:
G
Размер:
Мини, 3 страницы, 1 часть
Статус:
закончен

Награды от читателей:
 
Пока нет
Описание:
Локи наконец добивается у Совета асов разрешения на вручение Старку золотого яблока.

Посвящение:
Алиса благодарит капитана своей команды, Старскрима, за его слова.

Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика

Примечания автора:
Работа была написана как бонус на конкурс "25 кадр" на Тор-коммьюнити, задание:
- Он не подводил!
- С мужчинами такое случается. Раз из пяти.

Спусковой фразой послужили слова капитана команды, Старскрима (на фикбуке - Berg Katse): "...главное - чтобы Локи не забыл о существовании Старка на каких-нибудь лет 100-150, увлекшись чем-нибудь интересным в другом каком-нибудь мире".
Алиса услышала. Алисе стало страшно.

Алиса открывает комментарии.
2 марта 2013, 14:17
- Скажу честно: ты выбрал не самое удачное время, чтобы меня навестить, Камень Веков. У меня сейчас нет ни возможности, ни настроения тебя развлекать. Так что с тем же успехом мог бы поскучать ещё тысячелетие-два в своём Асгарде… Голос смертного наигранно-весел, сам он отворачивается, тянется за каким-то инструментом, едва не пропадая из поля зрения камеры. Но Локи не обманешь: за показной нахальностью, вызывающе-небрежным шумом уютной мастерской, за скрежетом механизмов и гудением энергетического реактора ас слышит главное: горечь, тоску и немыслимую, невыносимую обиду. Локи молчит. - Тебе, конечно, вряд ли будут интересны последние новости – сам уже наверняка ознакомился со сводками. Поэтому о главном. ЩИТ стоит. Фьюри сменила Хилл, её – Эдди Браун, его – Элиза Бартон. Если будешь навещать девочку, не забудь рассказать про её выдающихся деда с бабкой. Она страсть как любит эту историю, а рассказывать сказки ты мастер… Человек вдруг останавливается на полуслове: его перебивает какой-то звуковой сигнал. Из-за его спины показывается гибкий манипулятор, накладывает манжету повыше локтя и быстро делает инъекцию. Старк морщится, потирая место укола, и продолжает: - Да и вообще, не знаю, кого бы ты мог ещё встретить из старых знакомых. Я старался как мог, но мне не удалось удержать даже Пэппер. Первое время я полагал, что ты задержался специально… Он едва справляется с голосом. Горло смертных не предназначено для того, чтобы передавать настолько сильные эмоции. Впрочем, Локи кажется, что он сейчас тоже не смог бы ответить, если бы ответ был нужен. - …а потом понял, что ты просто нашёл себе новую игрушку. Ну, или тебе нашли, - Старк вдруг печально улыбается – совсем не похоже на его обычные хитрые улыбки и кривые усмешки, в копировании которых Локи не раз за прошедшее время уличал свои зеркала. Оказывается, он может ещё и так… - …так что я тоже собрал тут себе пару игрушек. Правда, они уже несколько меня утомили, - а теперь – снова знакомая ухмылка. – Но если захочешь – найдёшь их в моей башне. Пароль прежний, наш. - Не найду, - впервые подаёт голос Локи. На удивление, это даётся ему легко. – Твоя башня разрушена. - Впрочем, я снова не о том. Ты вот только не обижайся, Камень Веков, но ты сам себе враг. То все эти разговоры о вере, поклонении и любви, которые асам якобы нужны позарез, а тебе – нужнее всего, то, когда тебе уже всё подносят на блюдечке, вдруг теряешь к этому интерес. Ты же сам себе мешаешь жить так, как тебе хочется! Старк говорит с убедительной укоризной. Ни дать ни взять – родитель, отчитывающий капризного ребёнка. Потом вдруг замолкает, вздыхает и поднимает руку к лицу. Устало трёт веки. - А, не принимай эти глупости всерьёз, Камень Веков. Правду сказать, мы теперь с тобой коллеги – меня уже тоже последние лет двадцать так называют. И они правы, в общем-то. Я сам себе кажусь древним, как лунные кратеры. И, похоже, остаюсь единственным, у кого темпора-сыворотка не вызвала побочных реакций. Видишь, и у меня случаются промахи – раз из пяти, как обычно. Думал вот в анабиоз, как Капитан когда-то, да что-то сомневаюсь. Беспокойно у нас становится, так что я опять нужен. Чёртова слава, из-под земли достанут поклонники… Он долго смеётся, прикрывая глаза рукой. Потом замирает, переводя дух и глядя куда-то в сторону. - Твои новости устарели, - сообщает ему Локи. Буднично, словно о погоде. Равнодушно отмечая, как разливается по грудной клетке жидкое пламя. – Глава ЩИТа уже лет восемь как Кристофер Луук, он же по совместительству – глава новых Мстителей. Твоя протеже Элиза недолго продержалась на своей должности без твоих советов. Полагаю, лаборатория темпора-сыворотки была разрушена вместе с твоей башней. У вас, мидгардцев, всегда было принято правило: не себе – так никому. Что же до «беспокойства»… ваш мир и создан был, чтобы быть беспокойным. Таким он являлся тысячелетия назад, и сейчас таков. Ты ведь не мог не понимать этого, Тони? - …если честно, то мне даже немного жаль, что ты всё-таки пришёл, - голос Старка тихий и, несмотря на резкие слова, - извиняющийся. – Неприятно обнаруживать, что где-то ты слишком опоздал. А если ты это слышишь – значит, опоздал ты конкретно… - Я просто в кои-то веки решил сделать всё правильно. Асы поставили ряд условий. Я спешил как мог. - …почему-то мне кажется, что ничем хорошим моё вмешательство на этот раз не обернётся. Хочется сделать вид, что занят, и остаться в стороне. Никак, старею? - Ты и не должен был вмешиваться. Ты же обещал мне. Ты же обещал дождаться. Два голоса звучат одновременно – и одновременно угасают. - Я решил оставить эту запись, чтобы хоть так проститься, - негромко и проникновенно говорит Старк, поднимая наконец глаза. – Если всё будет хорошо – сотру её к чертям. Но чтобы - если действительно что-то стрясётся, а ты всё же явишься – тебя не ждала вместо меня пустота. Чтобы ты знал – я в тебя верил. Кажется, по-настоящему. Локи медленно качает головой. - Если бы ты в меня по-настоящему верил, ты был бы сейчас здесь, со мной. Всё равно Мидгард разобрался с Пожирателями Душ без тебя. И ещё с десятком напастей! – гнев его можно черпать и пить вместо хмельного мёда: густой, осязаемый, пьянящий. – Если бы ты действительно хотел меня снова увидеть – ты мог бы попасть в Вальхаллу. Путь был тебе известен. Или хотя бы в Хель. Почему, ответь мне, тебе потребовалось отдать свою жизнь именно этим чужакам?! - Воспроизвести послание повторно, сэр? – вежливый безликий механический голос над парящей в полуметре над землёй виртуальной «могильной плитой». Два века прошло, в Мидгарде совсем отказались от кладбищ, но Старк не был бы Старком, не оставь он о себе яркую памятку. Его надгробие больше походит на сверкающий всеми огнями высокий рекламный щит. Только прославляются не сомнительного качества товары и продукты, а жизнь гениального изобретателя, приводятся его бесчисленные цитаты, список научных премий, мировых открытий и перечень побед. Локи рассеянно вглядывается, пытаясь найти своё имя. - Воспроизвести послание повторно, сэр? – вновь спрашивает у него Джарвис, последней функцией которого стала забота о посмертных делах его хозяина. Именно благодаря ему информация на «памятнике» не утрачивает актуальности, пополняясь новыми анекдотами, информационными статьями о Старке «пера» видных современных журналистов, старыми историями - и всегда соответствует интересам решившего ознакомиться с ней. Джарвис подключён к всемирной Сети и знает всё обо всех, но это знание не даёт ему ничего. Он почти разумен, и Локи может поклясться, что механическое создание ощущает себя потерянным со времени гибели Старка и пытается сделать его живым – по-своему. А ещё, как оказалось, хранит послания тем, с кем Тони не успел, но хотел поговорить. Например, для него, Локи. - Воспроизвести?.. – снова начинает Джарвис, но ас отрицательно качает головой. Старк на голограмме почти реален, и эта иллюзия – из тех, в которые сложно не поверить даже мастеру иллюзий. Незачем ещё раз слушать слова смертного – они и так навсегда останутся в памяти. Ему долго предстоит смаковать их коричную горечь – целую вечность. Асы не забывают. - Ты был нужен мне, - сообщает Локи, не глядя на проекцию, с которой Джарвис наблюдает за ним через зрачки фотографий Старка. Локи смотрит на честно добытое золотое яблоко в своей руке. Бесполезное яблоко.