Теперь всё не так просто

      Среда — мой любимый день, расписание гласит, что три учителя заболели, и сегодня у нас не будет трёх уроков подряд. Это хорошо, я найду себе интересное увлечение.       — Ах ты больная, охеревшая сука! — меня повалил на пол тот самый легендарный Денис.       — Молодой человек, Вы не могли бы убрать свою тушу с моего тела? Не хочу, чтобы меня раздавили. — хорошо, без единого намёка на испуг, держишься, Настя, молодчина.       — Конечно, мадам, у Вас сегодня нет трёх занятий, я предполагаю, мы отлично проведём время. — меня взяли на ручки, как малышку, но намерения у этого засранца были совсем не детские. — У меня нет резинок, но я думаю ребёнок тебе не помешает. Ведь так, зайка? — глаза злобно сверкнули, в сочетании с оскалом выглядит жутковато.       — Ты, кажется, хотела в мужском туалете, я не стану возражать. — ты кинул меня в угол мужского туалета. Хорошо, что не в раковину.       Я попыталась встать и убежать, но твои планы были гораздо важнее. Ты повалил меня на пол, фу, как же тут грязно, расстегнул пуговицы на рубашке, неожиданный поцелуй заставил заткнуться, поцеловал меня с языком, проникая внутрь, обводя моё нёбо кончиком своего языка.       Поцелуй получился слюнявым, но мне понравился.       Резкая волна возбуждения. Стягиваешь лифчик, ставишь засос на груди, один, второй, всё тем же ёбаным кончиком языка обводишь горошинки сосков, чуть прикусываешь, снова поцелуй, на этот раз грубее, кусаешь нижнюю губу до крови, моя, кажется, тоже прокушена. В поцелуе наша кровь смешивается, во рту остаётся неприятный привкус железа. Поцелуй прерван, спускаешься поцелуями ниже, к пупку, я сдерживаю стоны, нельзя терять лицо холодной королевы.       Снимаешь с себя свитер, расстёгиваешь ремень на брюках, наверное, не очень удобно это делать, сидя на мне. Привстаёшь, чтобы стянуть последнюю штанину, но неловко падаешь на меня, одаривая очередным поцелуем. Попытку вскрикнуть от резко упавшего на меня тела ты воспринимаешь, как ответ на поцелуй, приподнимаешь мою голову, чтобы глубже проникнуть языком в рот.       Снимаешь с меня джинсы, мне уже не нравится, я начинаю ёрзать под тобой, не выходит, ты довольно тяжёлый, килограмм 90 я думаю, но ты и выше меня на две головы. Добрался до трусиков, аккуратно гладишь киску через ткань, я вижу — тебе уже не терпится. Я конечно могу заорать на всю школу, но тогда сюда сбегутся учителя и дети, а это станет унижением для меня на всю жизнь, поэтому, пока что поддамся.       Снимаешь трусики, я только что заметила, как сильно у тебя стоит, видимо, витала в своих мыслях. Снимаешь трусы и с себя — молодец, ты не такой уж тупой. Кстати, у тебя не маленький, светло - розовая головка — наверное, самый красивый член из всех, что я видела. Я сомкнула ноги, но тебя это всё равно не остановит, верно? Поднимаешь мои сомкнутые ноги наверх, и приставляешь головку к половым губам, ещё и до них доебался, аккуратно расставляешь их пальцами, медленно входишь в мою недавно девственную норку, у тебя срывает крышу, а у меня целку.       Вбиваешься в меня очень быстро, грубо, мало чего приятного, приходится закусить ладонь, чтобы никто не услышал моих криков. Внезапно становится очень приятно, и одновременно больно, я начинаю подаваться тебе навстречу, ты ускорился, я содрогаюсь от оргазма, ты изливаешься внутри меня, странное чувство, когда тебя изнутри обволакивает теплая субстанция.       Ложишься на меня, целуешь, теперь я отвечаю, молодец, наказал меня.       — Ещё раз? — смотришь на меня серьезно.       — Ага, щас, слезь с меня, извращуга. — я вылетаю из под тебя, смеясь. Тебе пизда, малыш.       Одеваюсь, ухожу домой.