Оно не стоило и галлеона

Люциус стар и знает об этом, но, несмотря на свой преклонный возраст, все так же горд и самовлюблен. Нарцисса от него устала и уже давно перебралась во Францию к родственникам, иногда все же приезжая, чтобы напомнить мужу и сыну, что все еще жива и даже какой-то частью себя любит их. Вообще же Малфой-старший живет с сыном, ведет дела и торгует черномагическими артефактами. С высоты своих лет он наблюдает за Драко и с удовольствием замечает, что вырастил несомненного эгоиста. Малфой-младший популярен как у женщин, так и мужчин, но, вдоволь наигравшись, бросает и тех, и других — на любовь парень не способен. Бывшие пассии же приходят к Люциусу, чтобы поутешаться. Ох, а уж утешать он умеет. Он молодым да брошенным его сыном и обеды в ресторанах, и театры, магазины, и кровать в половину его гостиной, и страстный секс — его учить не нужно, с его опытом самому учить впору. Иногда, по вечерам, уставший и разбитый, к отцу приходит сын, снимает белоснежную рубаху с накрахмаленным воротничком, садится к нему спиной, и Люциус делает парню массаж, про себя восхищаясь тем, как идеален его ребенок. Драко, слабо постанывая, закрывает глаза и начинает рассказывать отцу, как он устал и как надоели ему пустые, глупые игрушки. -Мне ведь даже делать ничего не нужно. Я у них лишь прошу сигарету, лишь ослабить галстук, а они мне уже разденься, останься. Папа, эти люди сделают из меня мерзавца, сами же лакают из моего блюдца и так расстраиваются из-за моего ухода, — говорит он ему, и Малфой-старший довольно ухмыляется. О, да, и в кого его сын такой невозмутимый подонок? Впрочем, мужчина догадывается, что в него, но не подает вида, соблюдая какие-то одному ему известные правила. Однажды, сидя на званом ужине, Люциус замечает своего сына в компании Поттера, и правая бровь его непроизвольно ползет вверх — признаться, Золотого мальчика мужчина увидеть не ожидал. Герой мало отличается от Драко. Ему, как и Малфою-младшему, не стоит никаких усилий затащить в кровать любого, потому что в руках его красота, молодость, деньги и власть, что так волнует дешевых и искушенных. И Люциус уже заключает с собой пари — придет ли Герой через неделю или того раньше... Поттер не стоил Драко и галлеона, ни одного ужина, ни разговора по душам. Глаза встретились, и вот они уже в туалетной кабине. Срывают друг с друга одежду, отчего-то смеются и целуются, словно впервые в своей жизни... Драко не успел и опомниться, как уже прижат к стенке и стонет, стонет, чувствуя себя заполненным, кому-то принадлежащим... Проходит неделя, другая, и Малфою становится скучно. Поттер ему все "я же, я же...", но он не любит его и вряд ли когда-нибудь будет. От него Малфою только хуже. Герой такой весь положительный, такой добрый, наивный, хороший, что Драко становится тошно, обидно и даже немного страшно... Он уходит от Поттера на рассвете, и никаких «прощай» и «прости». Без Героя дни тянутся неимоверно долго, а Люциус все ждет, когда же Гарри придет к нему жаловаться на Драко и позволит себе быть успокоенным. Драко просыпается среди ночи, его бьет дрожь, да так, что зуб на зуб не попадает — ему приснилось, что Поттера нашли мертвым, в ванной, кажется вены себе перерезал, и блондина душит такой отчаянный страх, что он тут же снимает трубку и набирает Гарри. На том конце ему отвечают сонным голосом: -Алло. И сердце пропускает пару ударов и затем начинает биться медленно, разбавлено. — Алло! Алло, Драко? — шепчет Поттер. — Привет, соскучился? — Малфой-младший улыбается так, как уже давно не улыбался. — Нет, — отвечает Гарри, но Драко-то слышит, что он лукавит. — Ну и правильно, я тоже. Поэтому-то и звоню, — легкий смешок. — Можно мне пожить у тебя? — с надеждой внутри "можно я поживу с тобой", отголоском "можно я поживу в тебе?". — Конечно, — просто и без изысков. И Драко вдруг чувствует, что вот оно — счастье, не стоившее и галлеона, ни жалкого ужина или разговора... Малфой-старший не дожидается Гарри на обед...