После войны

      Все время, пока Кингсли зачитывал страницы обвинения, приводя доказательства, факты, свидетельства преступлений обвиняемых, Гарри пристально наблюдал за тройкой подсудимых. Корнелиус Фадж, съежившись, сидел в кресле. Он, казалось, сдулся по сравнению с тем важным человеком, каким был находясь на посту министра. С лица исчезли краски, взгляд выдавал глубоко затравленного человека.       Пий Толстоватый, которого Гарри до этого видел только один раз во время вылазки в Министерство с Роном и Гермионой, выглядел ничем не лучше Фаджа. Несмотря на то, что у Ордена Феникса имелась агентурная информация, что он, возможно, находился под заклятием Империус, обвинение все же склонялось, что большую часть времени Толстоватый действовал по собственной инициативе.       Вот кто кардинально отличался от Фаджа и Толстоватого так это Долорес Амбридж. Она восседала на стуле, прикованная цепями, и ее короткие ножки не доставали даже до пола. Полинялая розовая кофточка и грязноватый вечный бантик на голове не красили Долорес, однако даже в таком состоянии она умудрялась приторно улыбаться, заискивающе глядя на членов Визенгамота и полностью игнорируя вперенный в нее взгляд Гарри Поттера.       "Жаба перед броском", подумал Гарри с отвращением и отвел глаза на Кинсли, продолжавшего зачитывать сухие, но от этого не менее жуткие факты обвинения. -... кроме того подсудимым вменяется в вину перманентное сотрудничество с выявленным Пожирателем смерти Корбаном Яксли в период расцвета террора, активное участие в травле магглорожденных. По свидетельствам очевидцев, Корнелиус Освальд Фадж принимал непосредственное деятельное участие в составлении списка подлежащих проверке, неблагожелательных лиц и, так называемых "предателей крови". Доподлинно известно, что исключительно благодаря Корнелиусу Фаджу пожиратели смерти объявили охоту на бывшего члена Визенгамота и ВЭК Тиберия Огдена и убили министра магии Руфуса Скримджера.       Гарри бросил взгляд на сжавшегося на стуле Фаджа. Тот жалобно оглядывал зал суда. -... Толстоватый, несмотря на предоставленные Орденом Феникса некоторые данные относительно применяемого к нему заклятья Империус, действовал по собственной воле, сдав на расправу Пожирателям смерти семерых сотрудников Министерства магии вместе с их семьями. Доказательством данных действий является прямое свидетельство сотрудничающих со следствием бывших сторонников Темного лорда - Визенгамот может ознакомиться с показаниями в материалах дела.       Гарри наклонился к уху Перси, сидящего от него на ярус ниже и строчащего протокол. - Кто сотрудничает?, - коротко шепотом спросил он. - Малфои, - едва слышно прошипел Перси.       Гарри кивнул. Давно ходили такие слухи, почти с самого начала следствия после второй войны. -... Долорес Амбридж, кроме непосредственного участия в терроре и травле более сотни маглорожденных, обвиняется также в пособничестве в убийстве министра магии Руфуса Скримджера, мракоборца Эрика Стоквелла, главы Отдела обеспечения магического правопорядка Амелии Сьюзен Боунс и еще десятка волшебников, в том числе двух детей-первокурсников из числа маглорожденных. Свидетельства относительно участия Долорес Джейн Амбридж в подготовке нападения Темного лорда на Амелию Боунс говорят о том, что сотрудничать с Пожирателями смерти обвиняемая начала почти за год до становления режива террора лорда Волан-де-Морта.       Гарри передернулся и, как заметил, не только он. При упоминании участия Амбридж в подготовке нападения на Амелию Боунс, по рядам членов Визенгамота прошла рябь негодования и отвращения. Гарри видел как побледнел отец Сьюзен Роберт Боунс, потерявший из-за Волан-де-Морта не только сестру Амелия, но и брата Эдгара и его жену еще в Первой войне. - Обвиняемым, а также свидетелю защиты предостаялется возможность высказаться, - промолвил Кингсли, - мадам Эджком? - Невысокая кудрявая женщина средних лет, в котрой Гарри признал мать шкоольной подружки Чжоу Мариэтты Эджком, поднялась со своего места. - Защита просит принять во внимание свидетельства представителей администрации Руфуса Скримджера в защиту Корнелиуса Фаджа, где говорится о том, что мистер Фадж вместе с несколькими из них подвергся нападению Пожирателей смерти, которые преследовали цель убить министра. Также защита настоятельно просит Визенгамот уделить больше внимания свидетельствам Ордена Феникса относительно примененного в отношении Пия Толстоватого непростительного заклятья, - одним духом выпалила мадам Эджком, по мнению Гарри оказавшаяся никудышным свидетелем защиты - он вспомнил когда эту же функцию в слушании по его делу выполнял Дамблдор. Гарри отметил про себя, что мадам Эджком ничего не сказала в защиту Амбридж. -Спасибо, мадам Эджком, Визенгамот внимательно изучит и примет во внимание любые свидетельсва защиты и смягчающие обстоятельства, такие как шантаж, угрозы и прочая, - кивнул Кингсли., - Обвиняемым есть что сказать?       Фадж едва покачал головой, он уже был в таком состоянии, что вряд ли мог говорить или вещать. Толстоватый проигнорировал вопрос, невидящим взглядом уставившись в доски пола. - Кхе-кхе... Если позволите, - прошелестел голос Амбридж. Гарри еще на ее притворном кашле ощутил чувствительный рвотный позыв, - уважаемый Визенгамот и господин обвинитель должны принять во внимание мои прежние заслуги перед волшебным обществом. Я много лет честно служила министерству, верой и правдой исполняла свой долг перед волшебным обществом. Ясно же, что все то, что я якобы совершила, по свидетельству тех, кто показал на меня, я могла совершить только под заклятием Империус...       У Гарри зашумело в ушах от приторного голоска и тошнотворной лжи, которая выливалась из рта этой женщины. Он скосил глаза на Визенгамот - некоторые из них все также с отвращение смотрели на Амбридж, другие хмурились, слушая ее елейную речь. Гарри почувствовал жуткую злость, поднимающую в нем свою голову. - Гарри, - наклонившись к нему, прошептал Кингсли под прикрытием продолжающей говорить Амбридж, - тебе нужно сказать слово. Она посеяла в некоторых из них сомнения, а нам нужен единогласный приговор, иначе никак.       Гарри кивнул, не сводя взгляда с жабьей физиономии Амбридж.       Наконец она закончила и кротко смотрела на Визенгамот. - Слово предоставляется свидетелю обвинения Гарри Джеймсу Поттеру, - объявил Кингсли.       Гарри подался вперед. Единственный раз он выступал в суде на своем слушании о неправомерном использовании волшебства несовершеннолетним. Тогда он боялся, что у него отберут волшебную палочку, горячился. Сейчас он был просто жутко зол. Но он знал, что говорить и как говорить. - Я начну издалека. Почти четыре года назад, бладгодаря интригам администрации Корнелиуса Фаджа, состоявшего тогда на должности министра магии, Долорес Амбридж получила место преподавателя Защиты от темных искусств в Хогвартсе. Я не буду упоминать о ряде некрасивых выпадов министерства и Ежедневного пророка в адрес Альбуса Дамблдора и меня, в конце концов Визенгамоту это все прекрасно известно. Но я упомяну для тех из вас, кого не было в Визенгамоте тогда - в августе того года я был вызван на слушанье в этот самый зал суда по делу о неправомерном использовании волшебства несовершеннолетними. Я использовал магию чтобы вызвать патронуса и отогнать дементоров от себя и своего кузена-магла. Тогда Дамблдор предположил в перепалке с Корнелиусом Фаджем на слушании, что дементоров послал в тот проулок Волан-де-Морт. К счастью, Дамблдору удалось разбить нелепые обвинения, однако я вернусь к этому эпизоду позже. Итак, в начале моего пятого года обучения в Хогвартсе появилась Долорес Амбридж. Уже тогда она показала всю свою натуру, оставляя неугодных учеников после уроков и заставляя писать строчки... острым лезвием пера на собственной плоти, взрезая ее до крови. Дальше больше. В конце года, движимая желанием найти сбежавшего к тому времени Дамблдора, эта женщина была готова применить непростительное заклятье Круциатус на мне и моих друзьях. Как же она сказала? "Что Корнелиус не знает, не может ему повредить". Я полагаю, не о всех делах этой женщины мистер Фадж знал, но многому потворствовал. Именно тогда Долорес Амбридж призналась, что именно она натравила тогда дементоров на меня и моего кузена, стремясь сыгарть на руку Фаджу. Я полагаю, Визенгамоту решать, насколько правомерны были действия администрации Фаджа и Долорес Амбридж.       Гарри заметил, что чародеи Визенгамота переглядываются, у некоторых на лицах читалось отвращение. "Пока не убеждены. Во всяком случае не все", подумал он, сделав паузу. "Надо действовать ее же методами. Приврать". Он взглянул не Амбридж, выжидающе смотряющую на него с подобостарстной миной и обозлился еще больше. -... я... с самого первого нападения на меня Волан-де-Морта был эмоционально связан на уровне окклюменции с его мыслями и чувствами. Именно ьлагодаря этому на первом курсе я почувствовал его в Квирреле, именно из-за этого направился в Отдел тайн в Зал пророчеств. Я не чувствовал влияния Волан-де-Морта в Долорес Амбридж ни тогда, в Хогвартсе, ни позже, когда проник в Министерство два года назад. Уже тогда она была главой комиссии по учету магловских выродков, выдавая старинный медальон Салазара Слизерина за доказательство своего родства с родом Слевин. На самом деле этот медальон она получила в качестве взятки от мелкого воришки Наземникуса Флетчера. И повторюсь, никаких признаков ее принужденной связи с волей Волан-де-Мортом я не чувствовал. Только ее волю, только ее гнусную душу!       Гарри не сразу заметил, что стоит на ногах и его голос вибрирует яростью. Он не смотрел на Визенгамот, он сверлил взглядом Амбридж, которая, о да!, сжалась в своем кресле. - Сейчас я не позволю вам остаться на свободе Долорес, - понизил он голос почти до шепота, - слышите? Отвечать за свои действия вам придется.       Краем сознания он почувствовал волнения на трибунах Визенгамота. Кто-то не усидел на месте также как он, кто-то взволновано говорил во весь голос. Гарри заставил себя успокоиться и глубоко втянул воздух в легкие и выдохнул. Переведя горящий взгляд на Визенгамот, он продолжил. - Сегодня в вашей власти совершить правосудие. Я не могу утверждать виновность или невиновность двух других подсудимых, поскольку я не всеведущ. Но я утверждаю лично полную вину во всех предъявленных обвинениях Долорес Амбридж. Сегодня в вашей власти дать немного справедливости семьям тех, кто был убит по ее вине.       Гарри осторожно сел. От волнения и ненависти у него сильно дрожали колени. Чародеи Визенгамота еще долго не отрывали взглядов от него, пока Кингсли не объявил короткий перерыв на обсуждение. -Выйдем, Гарри, - предложил Кингсли, - проветримся.       Гарри кивнул и поднялся. Вслед за Кингсли прошел до выхода в пустынный холодный коридор. - Сильная речь, - заметил новый министр магии. - Я обозлился, - просто ответил Гарри, прислонившись спиной к прохладной мраморной стене, - хуже открытого зла только вот это. - Я думаю, ты убедил многих. Теперь дело за мистером Саламандером. Он целиком за обвинение. - А Фадж и Толстоватый? - Думаю, с ними обойдутся малой кровью. В время террора Фаджу пришлось не сладко - по большей части потому, что страх у него возобладал над честью и совестью. С Толстоватым все еще сложнее. ***       Перерыв заканчивался и присуствующие занимали свои места. Гарри занял свое место рядом с Кингсли. - Визенгамот готов голосовать?, - спросил Кингсли - Готов, господин обвинитель, - кивнул Ньютон Саламандер - Напоминаю присуствующим, что приговор назначается абсолютным "за". Итак, Визенгамот принял и разобрал обвинения и свидетельства защиты в отношении Корнелиуса Освальда Фаджа и предлагает рассмотреть наказание в виде трех лет лишения свободы в тюрьме Азкабан и конфискации наград. Кто за обвинение, прошу поднять руки.       Все чародеи Визенгамота подняли руки в согласии. - Благодарю вас, приговор принят.       Кингсли прошелестел пергаментными свитками и достал следующий. - Визенгамот принял и разобрал обвинения и свидетельства защиты в отношении Пия Толстоватого и предлагает наказание в виде лишения свободы сроком на пять лет с возможностью пересмотра дела в случае обнаружения новых свидетельств. Прошу голосовать.       Снова все проголосовали за. - Визенгамот принял и разобрал обвинения и свидетельства защиты в отношении Долорес Джейн Амбридж и предлагает наказание в виде лишения свободы сроком на пятьдесят лет в тюрьме Азкабан с возможностью пересмотра срока до пожизненного в случае появления новых свидетельств обвинения. Прошу поднять руки тех, кто согласен.        Гарри взглянул на Визенгамот. Чародеи поспешно, с остервенением поднимали руки, кто-то низенький с дальних рядов даже привстал. - Приговор единогласно принят, - резюмировал Кингсли, заглушив истеричный писк Амбридж, - прошу проводить обвиняемых на выход. Заседание окончено.