В небесах должны парить драконы

От очага тянет теплом. Свет дрожит на стенах, отражается от вкраплений кварца, играет искорками в янтарных глазах. Вход пещеры то мутнеет, затягивается серой пеленой, то сияет красным золотом. Восход, закат, восход… В королевстве траур. Все оплакивают принцессу Астрид. Верный рыцарь до крови стёр колени, умоляя короля собрать войско и отбить у чудовища возлюбленную. А что король? Король ждёт подкрепления из соседних государств. Слишком много его воинов полегли в горах, тщась победить чудовище в поединке. Принцесса Астрид лежит на мягком ложе, раскинув руки по шёлковым покрывалам. Нежится спросонья у жарко натопленного очага, встречает пылающие рассветы, смотрит, как горят на восходе шпили на дворцовых башнях. — Почему ты ничего не сказал мне? — Что было говорить? Ты бы не поверила или сочла бы безумцем. — Расскажи сейчас. — Там, где я жил раньше, на меня объявили охоту. Как всегда — унёс пару девок... или пару десятков... Явились дураки-рыцари с копьями, в сияющих латах... Всё это было довольно забавно, пока в дело не вмешался колдун. Он-то знал, что драконов не взять простым оружием. Он долго плёл заклинания и в конце концов сплёл такое, что крылья отказались мне служить. Не удивлюсь, если тот колдун нашёл себе могущественного помощника или заплатил за эти чары жизнью, очень уж сильны они были. Я с трудом добрался до гор. Поначалу надеялся забраться в какую-нибудь нору и отлежаться, но действие чар на этом не закончилось. Пока я искал убежище, мой облик изменился, и я потерял сознание. — А почему не говорил со мной? — А что было говорить? Думал, ты приведёшь людей, и меня с позором казнят, как человеческого преступника. — Глупый… Ушёл, не сказав ни слова... — Я потом вернулся, но не нашёл тебя. — А зачем уходил? Остался бы. — В человеческом-то обличье? Людские дары — никчемные, мелкие. Мне пришлось отлёживаться в горах, пока ко мне вернулась вся моя сила. Иначе как бы я тебя отблагодарил? — Ты ничего мне не должен. — Ты спасла меня. — А ты — меня. — Не спорь. Его рука лежит под её затылком, пальцы перебирают густые волосы. — Отчего ты не прикасаешься ко мне, как к жене? — А ты знаешь… знаешь, как это? — Видела. В лесу. Много раз. Тянет жаром от очага, от руки в изголовье. Печально лицо принцессы. — Для чего ты забрал меня? — Хотел сделать своей женой. Хотел, чтобы ты принесла мне дитя. Но я не прикоснусь к своей спасительнице. Тебе нечего бояться. — Я не боюсь. — Ты не знаешь, о чём говоришь. Человеческому телу не выдержать драконьей страсти. Ты сгоришь живьём, и из твоего пепла я достану своего новорождённого сына. Дракона. Потупилась принцесса, опустила глаза. — Ты даже не увидишь его. Не будешь гладить округляющийся живот, слушать, как толкаются изнутри крошечные ножки. Не узнаешь, как раскрывается тело, жаждущее выпустить новую жизнь. Не вскормишь его молоком, не увидишь, как он растёт, делает первые шаги, произносит первые слова. Не утешишь его, когда он разобьёт себе нос… когда другая разобьёт ему сердце... По бархатистым щекам катятся слёзы, качаются на изогнутых ресницах. Умён дракон, много странствовал среди людей, знает, что сказать. — Если такова цена, то я готова. Я принесу тебе дитя, и моя жизнь будет не напрасной. — Нет. — Я… — Я сказал — нет. У тебя будет другая судьба. — Какая же? — Это мне решать. *** Три дня дракон где-то пропадал. На четвёртый день вернулся довольный и сразу увлёк принцессу вглубь пещеры. Провёл её извилистыми коридорами, пока на стенах не заиграли тёплые отблески. Завязал девушке глаза, вывел на высокий уступ и сдёрнул повязку. Внизу простиралось золотое море. На грудах монет валялась драгоценная посуда, богато отделанное оружие, украшения немыслимой красоты. — Я собирал эти сокровища много лет. Теперь они твои. Все до последней монеты. Отвернулась принцесса. — Зачем мне это? — Люди любят золото. Вернёшься к людям, построишь себе самый красивый в мире дворец, будешь есть с золотых тарелок, носить тончайшие шелка… — И бояться потерять своё богатство? Люди убивают друг друга за медяки. В мире людей богатство ведёт за собой страх и жестокость. Нет, мне не нужно золота. Прости, я не приму этот дар. Нахмурился дракон, но ничего не сказал. *** Спустя ещё три дня дракон посадил принцессу себе на спину и унёс далеко от родных гор, в заморское царство. Они кружили над прекраснейшим городом. Шпили башен сияли, покрытые золотом и увенчаные изумрудами. Улицы были замощены мрамором. Дома были богато украшены резьбой. Рыночная площадь была запружена народом. Крепостная стена щетинилась сотнями копий. В порту стояли десятки торговых и боевых кораблей — Орзорум, — произнёс дракон. — Красивейшее и сильнейшее из людских государств. Хочешь, оно будет твоим? Я разгоню воинов, убью халифа, и ты будешь править здесь. Все государи мира придут к тебе на поклон. Отвернулась принцесса. — Чем больше власти, тем труднее её удержать. Я не хочу вздрагивать от малейшего шороха. Не хочу видеть, как мои друзья предают меня в надежде забрать власть себе. Я не приму этот дар. Прости. Рассердился дракон, но снова промолчал. *** Той ночью дракон не остался на нагретом ложе рядом с невестой. Он долго летал, яростно разбивая крыльями лунный свет. Неоплатный долг мучил его и лишал сна. К утру усталый дракон присел отдохнуть на валун, одиноко стоящий в поле. Деревня просыпалась. Женщины гнали скот на пастбище. Дракон вполглаза следил за ними. Вот прошла молодая девушка. За спиной у неё был примотан тряпкой младенец. Девушка вела на верёвке корову и, не умолкая, болтала с малышом, а он агукал и сосал палец. Вот прошла с вёдрами женщина постарше. За ней вприпрыжку бежал малыш. Вот он споткнулся, шлёпнулся в тележную колею и отчаянно разревелся. Мать кинулась к нему, вытерла испачканный носик, чмокнула, и малыш, смеясь сквозь слёзы, побежал дальше. А вот прошла пожилая женщина. Её вели под руки двое — то ли сын и дочь, то ли дочь с зятем. Женщина вышла собрать целебные травы по утренней росе, и молодые люди заботливо и почтительно поддерживали её, срывали указанные растения и складывали в большую корзину. Дракон стремительно поднялся. Вернулся в пещеру, подхватил принцессу и распростёр крылья над просыпающейся деревней. — Хочешь жить обычной людской жизнью? — спросил он. — Хочешь выйти за обычного парня, родить ребёнка, жить простыми радостями? Выращивать хлеб, пасти скот, растить детей? Горько рассмеялась принцесса. — Посмотрел бы ты поближе на простую жизнь! Увидел бы голод, несчастья, страх. Можно ли выдумать участь хуже, чем участь матери, видящей несчастья своих детей! Нет, мне не нужен такой дар. Нет для меня места в мире. Я хочу принести тебе сына и погибнуть в пламени. Сделай меня своей женой. Ничего больше я не хочу. Разгневанный дракон хлопнул крыльями так, что девушка едва удержалась у него на спине. Он отнёс её обратно в пещеру, а сам вернулся к селению. Хотел было спалить его, но вспомнил печальные глаза принцессы. Умчался в лес и до вечера жёг и ломал неохватные стволы. И понадобилось же девчонке спасать его! Долг неоплаченный висел на шее, как тяжёлый жернов. Не забудешь, не сбросишь. Могучие деревья трещали под ударами хвоста. Бился дракон сам с собой. Не шли у него из головы невестины слова. Угораздило же его взять в невесты королевскую дочь! Вся в отца. Упряма, горда, бесстрашна. Другая бы в ногах валялась, лишь бы избежать драконьего гнева. А эта — голову отвернула и молчит. Ох и горда! Какого сына бы принесла последнему из драконьего племени! Какого сына! Летят щепки, вихрем кружатся обездоленные листья. Яростно бьётся дракон со своей страстью. Руки у принцессы тонки и бледны. Простёрлись бы они к нему в немой мольбе, охваченные пламенем? Взвыл дракон и покатился по разбросанным стволам. Не подарит она крылатому сына. Долг неоплаченный, неоплатный... *** К вечеру дракон вернулся к пещере. Сунул голову в тёплое логово и бросил принцессе: — Садись на спину. Меч возьми. На закате они приземлились у небольшого горного озерца. Даже не озерца, а так — большой лужи, набранной дождями и горными стоками. Одним долгим выдохом дракон осушил водоём и, когда клубы пара рассеялись, осторожно ссадил принцессу на край, а сам склонил голову над опустевшей чашей. — Я предлагал тебе богатство, власть и семью. Ты от всего отказалась. Больше мне нечего тебе дать. Кроме одного — своей собственной жизни. Драконья кровь дарует бессмертие. Выкупайся в ней и обретёшь вечную жизнь. Приблизился к невесте и изогнул шею так, чтобы пластины чешуи слегла разошлись. — Бей сильно. Если пробьёшься с первого удара, дальше будет легче. Отвернулась принцесса. — Ни за какие блага я не отниму чужую жизнь. Скорее отдам свою. — Мне лучше знать! Выкупайся в крови. Затем вырежи сердце, изжарь его и съешь. Обретёшь мудрость. Только изжарь хорошо. Если проглотишь хоть каплю свежей драконьей крови, утратишь свой облик. Станешь чудовищем. Поспеши, пока не стемнело. Смотрит принцесса как на несмышлёного младенца. Янтарные глаза мечут молнии, когти впились в гранит, хвост яростно бьёт по земле. Тяжёл неоплаченный долг! Совсем извёлся дракон. Не принимает упрямая девица его даров, не видит, что о ней же радеет крылатый!.. Какого сына бы подарила… — Бери меч. Каждое слово — как камень. Страшен гнев дракона. Меч зазвенел по каменному дну. Отвернулась принцесса и пошла прочь. Яростно фыркнул дракон, обдав пламенем бесполезную чашу. Задымился и оплавился клинок. Подхватил крылатый принцессу и помчался в пещеру.