В небесах должны парить драконы

Он лихорадочно рылся в снадобьях, кроша сухие листья, и наконец извлёк из бесполезной кучи пузырёк с тёмной маслянистой жидкостью. Зажав противоядие в кулаке, он выскочил на скальную площадку перед пещерой. В клочьях утреннего тумана на камнях билось то, что не было ни человеком, ни драконом. Нежное девичье тело покрывалось твёрдыми наростами. Вот лопнули по швам рукава, вышитые шёлком, и упали, испачканные в крови. Туловище удлинялось, изгибалось, руки искривились и подтянулись к груди. Огромное чешуйчатое тело извивалось, страдая от невыносимой боли первого превращения. Вот оно дёрнулось в последний раз и поднялось на задние лапы. Мощные когти впились в гранит, сияющие янтарём глаза оглядели окрестности, а могучий хвост метнулся по ровной площадке, сбив мужчину с ног. Чудовище расправило крылья, одним мощным взмахом поднялось с площадки и взмыло вверх. В утреннем воздухе раздался её полный отчаянной радости крик: — Свободна! Свободна! Свободна!!! Падая, он выронив пузырёк с противоядием. Густая жидкость нехотя перелилась через осколки, и её выпили камни. Он с трудом поднялся, потирая ушибленный локоть. Крылатое чудовище купалось в ледяном тумане, разгоняя белёсые клочья взмахами сильных крыльев. Натешившись, сделало крутой поворот и приземлилось обратно на площадку. В образе дракона она была прекрасна. Ослепительна. Чешуя горела красным золотом. Тело медленно изгибалось, лапы чертили в камне глубокие борозды. Голова вскинулась, повернулась на гибкой шее. Драконесса оглядывала себя. А налюбовавшись, перевела взгляд янтарных глаз на мужчину, прижавшегося к каменной стене. — Добро пожаловать, спаситель, — хрипло проговорила она. — Ты великолепна, — только и выговорил он. Безгубый рот изогнулся в усмешке: — Пустые слова! Иди ко мне. Научи меня летать так, как ты. Он горько усмехнулся. — Я полюбил тебя в образе женщины. Дракон, полюбивший человека, навсегда утрачивает способность летать. Теперь эта пещера и все её богатства твои. Ты полюбила меня и стала драконом. Я полюбил тебя и стал человеком. В пещере остался меч, которым он пытался вспороть чешую. Теперь человеческое оружие ему по руке, а его сердце больше не защищает броня. Драконесса махнула хвостом. — Пустые слова! Ты можешь обернуться драконом? В последний раз?.. Он огляделся. Разбитый пузырёк с противоядием всё ещё лежал у стены. Снадобье либо вернёт ему истинный облик, либо убьёт. Впрочем, не всё ли равно? Он собрал последние маслянистые капли, застывшие в осколках, слизнул с окровавленных пальцев, и ему повезло. Он принял драконий облик. Но подняться в воздух не смог. — Я не могу летать. Я же полюбил тебя в обличьи человеческой женщины. — Иди ко мне, — прожурчала драконесса. — Иди... Он шагнул к ней, всё ещё не понимая. Она чуть отступила, примерилась и бросилась на него. Он наконец понял, взвыл, ринулся ей навстречу, и два чешуйчатых тела сплелись в одно. Плавились и сгорали заклятья, обещания, чары. Крошились и разлетались исполинские валуны. Два дракона, золотой и алый, размеренно бились о гранитные стены. Они прижались друг к другу животами, сплелись лапами, крепко обхватили друг друга крыльями, а зубами закусили спинные гребни. Огненные тела двигались всё яростнее. Из пастей вырывались языки пламени, из ноздрей — струи пара. Наконец с ликующим рёвом, окутанные обжигающими клубами, драконы последний раз слились в едином движении и бессильно рухнули на камень, не размыкая объятий. Восходящее солнце обливало их тёплым сиянием. В прояснившимся небе круглились пуховые облака, подсвеченные золотистым и розовым. Драконы нежились на оплавленных валунах, тёрлись мордами, блаженно жмуря янтарные глаза и попыхивая паром. Голод, столько лет сжиравший их изнутри, был утолён, а долги — оплачены. — Моя навеки. — Навеки мой. Драконы наслаждались объятиями, пока далеко внизу не потянулись к небесами столбики дыма. Люди в деревне просыпались и топили печи. Из города к горам потянулась длинная процессия всадников, и солнце сияло на остриях их копий. — За нами, — проговорил дракон, глядя на войско. — Глупцы, — сказала драконесса. — Когда они достигнут гор, мы будем уже далеко. — На Север? — полуутвердительно спросил он. — На Север, — подтвердила она. Туда, где никто не побеспокоит влюблённых. Не оскорбит сверкающей сталью их нежной и вечной любви. Они в последний раз сплелись гибкими шеями и разомкнули объятия. Взмах четырёх могучих крыльев поднял и расшвырял валуны. Свод пещеры не выдержал и с грохотом обвалился. Двое крылатых поднялись из облака пыли, окутавшего площадку. Сделали прощальный круг над городом и помчались по направлению к северным горам. Люди с земли глядели из-под ладони, недоумевая, откуда взялся второй дракон. Только король с королевой поняли. Тяжек для них был выбор дочери, но их сердцам достало щедрости и мудрости, чтобы принять его. Не сговариваясь, они подняли руки, благословляя влюблённых. И долго провожали взглядами, любовались крылатыми искрами, пока те не затерялись в сияющем небе. Ведь в небесах должны парить драконы.