Back to the Past

      Чета Ву собралась достаточно быстро. Но по дороге Тао начал немного нервничать. Нет, он не боялся встречи с потерявшимися друзьями, не боялся их реакции. Его напрягало одно — лицо мужа, которое впервые выглядело таким взволнованным.       — Ты в порядке? — негромко спросил Тао у своего альфы.       — Мм? — тот повернулся к нему и постарался улыбнулся. — Да, конечно. А ты?       — Нормально, — кивнул Тао с улыбкой. Хотя в ответ Ифаня верилось в трудом. Омега тряхнул головой, отгоняя глупые мысли. Они с Ифанем давно вместе, волноваться не о чем.       Заехав в ресторан, вскоре все четверо оказались перед дверью квартиры Паков. Троим из них это всё было очень знакомо.       — Так, — Сехун решил устроить предкам невероятную встряску, а поэтому выстроил гостей так, чтобы их не было видно, когда дверь откроется. — Ох, как же я нервничаю, — омега нажал на звонок.       Бэкхен, мурлыкая себе под нос какую-то веселую песенку, открыл дверь и охнул.       — Се?! — омега, кажется, не ожидал увидеть сына посреди недели. — Проходи, — тут же заулыбался он, отступая, чтобы пропустить омегу в квартиру. — У нас ужин скоро будет готов.       — Папа, подожди, — серьезно сказал Сехун. Из комнаты вышел Чанель, протирающий очки краем домашней майки.       — О, сыночек, — улыбнулся альфа. — Какими судьбами?       — Я не один, — Сехун взял Ханя за руку и подтащил к себе. — Это моя истинная любовь. Ву Хань.       — В-Ву? — Бэкхен замер на пороге, хлопая глазами. Сердце нырнуло в пропасть. — Хань? — он затаил дыхание и сглотнул. — А отец не...?       Чан приобнял мужа за плечи, готовый в любой момент подхватить. Но сынок, видимо, решил выпустить контрольный в голову.       — А это его родители, — Се улыбнулся и кивком попросил родителей Ханя подойти.       Ифань почувствовал, как сердце пропускает удар и начинает биться в бешеном темпе. Бэкхен с годами совсем не изменился. Стал лишь краше и нежнее. Не изменился и Чанель — все так же рядом, как верный пёс.       — Ифань? — едва слышно выдохнул Бэк. — Ифань... — он бросился к бывшему альфе, начиная рыдать и бить его кулаками по груди. — Куда вы пропали?! Почему не звонили?! Я же ждал! Искал вас всё это время! Я тут с ума сходил, уже такого себе надумал! Почему? Почему?! — он зарыдал сильнее, сжав в пальцах рубашку Ифаня.       Тао сглотнул, наблюдая за такой странной реакцией. Сердце больно кольнуло, но он постарался натянуть на лицо улыбку.       Ифань крепко прижал бывшего мужа к себе, вдыхая его запах и стараясь насытиться им. Прошлые чувства вспыхнули мгновенно и становились все ярче с каждой секундой.       — Тао, — к омеге с широченной улыбкой подошёл Чанель и крепко обнял, — ты совсем не меняешься.       — Как и вы оба, — Тао обнял его в ответ, роняя слезы на одежду. Но были ли это слезы радости от встречи? Скорее это было отчаяние. От того, что он увидел, от того, как крепко его альфа сейчас обнимал своего бывшего.       — Папа Фань?... — из дальней комнаты вышла молодая и безумно красивая омега.       Ифань почувствовал, как наворачиваются слезы. Его малышка стала такой прекрасной. Сколько же всего он упустил...       — Привет, принцесса, — альфа протянул ей руку.       — Папочка, — голос Миян дрогнул, и она бросилась к альфе. — Папа!       Бэк чуть отступил, пропуская дочь в объятия к отцу. Да-да, он до сих пор считал отцом именно Ифаня. Ведь это он воспитал омежку такой умницей.       Теперь и Чанель слегка ощутил себя лишним. Но лишь минутно — в конце концов, Ифаня дочь любила так же, как и родного отца.       — Моя девочка, — Ву все же не сдержал слез и поцеловал девушку в макушку. Так вот чем был так мучителен разрыв — он не мог видеть своего второго ребенка.       У кое-кого тем временем появились вопросы. Сехун, до этого с улыбкой обнимавший Ханя, вдруг дернулся, когда сестра назвала папой чужого альфу.       — В смысле «папа»? — этот же вопрос появился и у Ханя, но он, в отличие от возлюбленного, озвучил его. — Отец?       На пару обернулись все присутствующие. Им же ничего не рассказывали — не считали нужным. Думали, связь утеряна навсегда.       — Давайте-ка пройдем в комнату, — улыбнулся Чанель, взяв за руку мужа. — Это довольно долгая история.       Бэк нехотя отстранился от бывшего альфы и пошел вслед за Паком. Миян же наоборот вцепилась в Ифаня и, похоже, не собиралась отходить.       — Ну, — сглотнул Тао, ощущая себя немного лишним, — идемте, — он вымученно улыбнулся Ханю и Се и обнял их за плечи. Почему сейчас Ифань даже не обернулся на них?       Ву самозабвенно обнимал дочь, шепча ей на ухо что-то бессмысленное и приятное. К остальным они вернулись несколько позже. Се и Хань были в недоумении. Не терпелось узнать, чья же Миян сестра на самом деле.       Бэк тут же позвал всех на кухню и поставил чайник. Выдвинув стол, все уселись по местам в ожидании объяснений.       Рассказ начал Ифань. Он глубоко вздохнул и потер переносицу, собираясь с мыслями. Рассказать обо всем было так же тяжело, как признаться в массовом убийстве.       — В общем. Тао — мой второй муж. Мы с Бэкхеном были женаты шесть лет, — выдохнул альфа, ломая пальцы. — И развелись...       «Потому что появился этот мудак и увел у меня омегу», — продолжил мозг, и альфа еле удержался от того, чтобы не озвучить эту версию.       — До нашего знакомства Бэк встречался с Чанелем. Они должны были пожениться, но родители Бэка увезли его в Китай, а Чанель занялся заработками. За это время его омега в Китае родил дочь, для которой я стал отцом. Хотя на деле им не являлся.       «Я ее единственный отец. Он просто украл у меня то, чем я жил».       — Ты всё равно мой папочка, — Миян, севшая рядом с Ифанем, положила голову ему на плечо. — Я помню, как ты буквально носил меня на руках. Ругал, но тут же говорил что-то такое, что я начинала улыбаться.       Бэк едва сдержал слезы, глядя на бывшего мужа. Щелкнул чайник, и он налил всем чай и поставил на стол то самое печенье. С абрикосовым джемом.       В голове Чанеля тем временем звучали слова маленькой Миян о том, что она его ненавидит. Стало так же больно, как и тогда, девятнадцать лет назад. Интересно, что бы это значило?       — Потом вернулся Чанель, — продолжил Ифань. — И я отпустил Бэкхена с дочерью к нему.       «Потому что я мягкотелый идиот», — корил себя альфа. Он правда чувствовал вину за то, что не удержал своё счастье.       — А вскоре я встретил Тао. И мы зажили своими жизнями.       Тао улыбнулся, глядя на мужа, но как-то неуверенно. Он видел. Видел, как Ифань смотрит на Бэкхена. Это взгляд... Они словно разговаривали глазами.       — Когда появился Хань, — продолжил Тао, стараясь не нервничать, — мы приняли решение переехать в Китай. Ифаню предложили там хорошую работу, да и мы оба были оттуда... Поэтому решили вернуться.       — Мы долгое время поддерживали связь, пока не утопили свои мобильники на отдыхе, — поддержал его альфа. — И потеряли все номера.       — И только?! — Бэкхен всплеснул руками. — Боже, я столько всего успел надумать! Я так плакал первое время... — он всхлипнул.       — Папуль, а может, принесешь фотографии? А я пока помогу накрыть, — предложила Миян.       — Отличная идея, малышка, — Бэк улыбнулся и вышел из кухни.       — Я пойду, посмотрю комнату, — Ифань поднялся следом и улыбнулся присутствующим.       — Хорошо. Хань, поможешь мне поставить стол? — Чанель улыбнулся молодому альфе.       — Да, конечно, дядя Чанель, — кивнул тот.       А вот Тао занервничал. Причем весьма сильно. Какое к черту «посмотрю комнату»?       — Я сейчас вымою руки и помогу вам, — под этим предлогом омега тихонько отправился вслед за Ифанем.       Бэк стоял перед шкафом, приподнявшись на носочки, и пытался достать альбом.       — Опять эта шпала сунула его на верхнюю полку, — проворчал он в шутку, кончиками пальцев зацепившись за корешок.       Ифань, незаметно вошедший следом, улыбнулся и помог Бэку достать альбом.       — Счастливая жизнь кончилась, раз он уже шпала?       Омега вздрогнул и резко обернулся, оказавшись лицом к лицу (насколько это было возможно из-за разницы в росте) с бывшим мужем.       — Н-Нет... Нет, что ты, — отмахнулся Бэкхен, прижимая альбом к груди, — это я в шутку, — он сглотнул, понимая, что не в силах оторвать взгляд от глаз альфы. — Вы же оба такие... высокие...       «И красивые...»       Ифань не выдержал и накрыл его губы страстным поцелуем. Он прекрасно осознавал, что поступает ужасно, но слишком чесались губы. Слишком привлекательным сейчас был бывший омега: трогательно-растерянный и невероятно прекрасный.       Бэк опешил в первые секунды и хотел оттолкнуть, но мозг словно отключился, уступая сердцу. Он с жадностью ответил, будто этот поцелуй был долгожданным глотком воздуха, а омега никак не мог насытиться им. Перехватив альбом в одну руку, он прильнул к Ифаню, стиснув в длинных пальцах его рубашку.       Пара была так увлечена друг другом, что зайди сейчас кто-то из их половинок, то на них вряд ли бы обратили внимание.       Хотя заходить не понадобилось. Тао, украдкой наблюдающий из-за двери, едва не всхлипнул, но вовремя успел зажать себе рот. Значит, Ифань не смог забыть Бэка? Через почти двадцать лет они всё ещё что-то чувствуют?       Омега поспешно вернулся в кухню, но слез в глазах было не скрыть.       — Пап? — Хань взволнованно положил руку ему на плечо. — Что с тобой? Почему ты плачешь? — услышав вопрос, Чанель с Сехуном тоже обернулись.       — Да всё хорошо, — шмыгнул носом Тао, — я просто... никак не поверю, что мы нашлись, — постарался улыбнуться он. Взгляд упал на Чанеля. Сказать или нет? Если скажет, семья из четырех человек может развалиться. Омега взглянул на Се и Миян — они такие красивые и счастливые, что...       «Точно! Дети!» — мысль мелькнула в голове, как разряд молнии. Дети — вот, что делает счастливыми. Нужно отвлечь Ифаня. Нужно срочно завести ребенка.       Ифань тем временем завершил поцелуй и начал осыпать короткими ласками лицо бывшего омеги.       — Боже, — выдыхал он между ласками. — Как ты прекрасен. Как я скучал по тебе...       Бэкхен едва дышал, снова прижимая к себе альбом. Альбом с их воспоминаниями. Там были счастливые совместные фото. По щекам покатились слезы, и он всхлипнул, понимая, что не в силах оттолкнуть бывшего мужа. Тело дрожало и сходило с ума даже от таких легких ласк. Но почему? Бэкхен ведь был так счастлив уйти к любви всей своей жизни, а сейчас... Сердце в бешеной агонии металось в груди, разрываясь пополам.       — Ифань, — прошептал он, — что мы делаем?...       — То, чего мы действительно хотим, — выдохнул альфа, погладив его по щеке. — Ты счастлив с ним? Одно твоё слово, и я готов все бросить.       — Ифань, — едва слышно повторил омега, глотая слезы, — мы не можем... Что будет с Тао?... И с нашими детьми?... Боже, почему мое сердце до сих пор так реагирует на тебя? — он всхлипнул и опустил голову.       — Потому что я не должен был отпускать тебя к нему, — альфа крепко обнял его. — Дети уже выросли. А Тао... — он крепко зажмурился. Тао. Муж так любит его и дорожит им. После всего предательства, которое пережил раньше, ещё одного раза он не выдержит. Но сердцу ведь не прикажешь. — Он поймет.       — Нет, Ифань... Так нельзя, — качнул головой Бэк, всё ещё не поднимая взгляда на альфу. — Это нечестно. Неправильно... Это всего лишь порывы сердца. Воспоминания. Ты любишь Тао, а я Чанеля, — неизвестно, кого он сейчас уговаривал больше. — Давай... Оставим, как есть? — сглотнув, омега поднял взгляд на Ву. — Прошу. Не заставляй меня выбирать... Это и так было слишком тяжело в первый раз, — по щекам вновь покатились слезы.       Ифань стёр с его лица соленые капельки и улыбнулся, стараясь ободрить бывшего мужа.       — Разве в первый раз ты выбирал? Хорошо, — кивнул он. — Давай забудем. Только будь уверен, что все делаешь правильно.       — Прости, — Бэк с отчаянием взглянул на альфу. — Я... Не знаю, — он вздохнул и покачал головой. — Я был не готов увидеть вас так внезапно... Мы же останемся друзьями, да? Пожалуйста, скажи, что ты не пропадешь снова, — омега схватил Ифаня за запястье.       — Нет, — альфа поцеловал его пальцы и покачал головой. — Больше не пропаду.       «Ещё одной разлуки я попросту не вынесу».       Бэкхен нежно коснулся кончиками пальцев лица Ву. На языке вертелись три заветных слова, но омега не мог их сказать. Это бы не было правдой, но и ложью тоже.       — Идем? Нас, наверное, уже заждались, — омега улыбнулся, но как-то неуверенно. Сердце с бешеной силой стучало в груди.       — Идём, — согласился Ифань, мотнув головой. Надо прийти в себя, иначе Тао и остальные почувствуют подвох.       В кухню они вернулись порознь.       — Ну как вы тут? — Бэкхен постарался выглядеть невозмутимо. — Чанни, еще раз сунешь так высоко альбом, получишь им по голове, — мурлыкнул омега.       — Так позвал бы меня, — альфа чмокнул его в щеку. — Моя маленькая врединка.       Ифань теперь смотрел на Чанеля с ненавистью. Его жесты такие слащавые и раздражающие. Неужели Бэкхену это и правда нравится?       Тао едва сдерживался, чтобы не зарыдать от обиды и отчаяния. Как Ифань может так поступать? Неужели тот, кто помог ему, теперь охладел.       — Всё в порядке? — омега переплел их пальцы, хотя сердце кричало от истерики.       — Да, — альфа удостоил мужа короткой улыбки. — Все в полном порядке.       Ифань теперь совсем не замечал своего мужа. Даже если тот полностью сменил бы имидж, вряд ли бы альфа что-то заметил. Поэтому красные глаза и боль во взгляде не привлекли внимания Ву.       Стиснув зубы, Тао проглотил обиду.       — О, я совсем забыл, — он поднялся из-за стола. — Мы же купили вино, соджу и сок, — омега улыбнулся. — Милый, поможешь мне? — он с надеждой взглянул на мужа.       — Конечно, — кивнул Ифань. Он будто снова привыкал к своему мужу. К тому, что Тао — не Бэкхен.       Вскоре пара вернулась в кухню с огромными пакетами еды и спиртного. Они не обмолвились ни словом, пока были в прихожей.       — Ооо, — Бэк рассмеялся, увидев пакеты, — да тут чаем не обойдется. Чанни, доставай тарелки. Се, Мими, помогите, пожалуйста, дяде Ифаню и дяде Тао вытащить всё. А я пока найду бокалы и рюмки.       — Я помогу тебе, — кивнул Сехун. А остальным поможет Ханни, — омега чмокнул свою пару в щеку.       — Конечно, Се, — молодой альфа встал из-за стола и прошел к Миян, начиная вместе с ней разгребать пакеты. Но напряжение родителей он чувствовал достаточно сильно. Хотя, причину пока не понял.       Ифань старался вести себя, как ни в чем не бывало. Но взгляд то и дело падал на омегу. На любимого омегу. И речь, увы, о его бывшем муже.       Да и Бэк периодически поглядывал на бывшего альфу, хотя и старался побыстрее отвести глаза. Было отчего-то стыдно. Да и на Тао он сейчас боялся взглянуть, словно знал, что тот видел их.       — Ну что? За долгожданную встречу или сначала за нашу пару? — Тао поднял бокал.       — Сначала встреча, — покачал головой Сехун, переплетая пальцы Ханя со своими. — Наша встреча — не такое уж и событие.       — Если учесть, что вы были вместе с рождения, но не знали об этом, вполне себе событие, — улыбнулся Чанель.       — А еще и истинными оказались, — добавил Хань. — Вот же судьба...       — Тогда за встречу, — Тао протянул бокал к центру стола.       — Слава богу, вы нашлись, — Бэкхен протянул свой.       — Такой глупый разрыв получился, — усмехнулся Ифань, касаясь своим каждого протянутого бокала. — Но хорошо, что в итоге мы нашлись.       — Наконец-то Бэкки перестанет плакать, — улыбнулся Чанель, обнимая любимого за плечи и тоже протягивая бокал. — Он жутко скучал без вас.       — И я, — кивнула Миян, протягивая стакан с соком. — Папочка Фань и Панда вернулись, — она нежно улыбнулась Тао.       — Надо было хоть подарки купить, — усмехнулся Ифань. — А то заявились такие через тринадцать лет с выпивкой и «здравствуйте».       — Вы сами стали одним большим подарком, — хихикнул Бэк, делая глоток вина. — О, это же мое любимое, — омега довольно улыбнулся.       — Фань выбирал... — Тао едва удержался, чтобы не стиснуть бокал в руке. Краем глаза он проследил, выпил ли муж свою порцию соджу.       Ифань осушил бокал и уже приготовился наполнить его снова. Алкоголь приглушал боль в сердце. Сейчас хотелось напиться.       — Ну, — Чанель улыбнулся, — теперь можно и о малышах поговорить.       — Твои малыши уже пара и скоро своих заделают, — фыркнул Бэк, глядя на Ханя с Се. — Как вы познакомились? Или что, природа сделала своё и все? — хихикнул он. — Без романтики и прочего?       — Природа сначала была бессильна, — усмехнулся Сехун. — Мы встретились, когда у Ханя был насморк.       — Насморк... Ну-ну, — фыркнул молодой альфа. — Он сшиб меня в коридоре общаги, когда я возвращался домой с пар.       — Се? — Бэк вылупился на него. — Ты вроде не на спортивный поступал...       — Я опаздывал на то, куда поступал, — возразил омега.       — И как было дальше? — улыбнулся глава семейства Ву.       — Оттащил его к себе в комнату и стал лечить, — пожал плечами юный Пак.       — Я очнулся в его постели, — Хань поиграл бровями, за что тут же в шутку получил по руке от Тао.       — Ханни, веди себя поприличнее.       — Да ладно, Тао. Как будто тут все дети малые, — усмехнулся Чанель, хлопнув по столу. У альфы была дурацкая привычка: от смеха колотить все подряд и кусаться от счастья.       — Все нормально, — отмахнулся Сехун. — Просто у Ханя своеобразное чувство юмора. Которое не головой генерируется.       Младший Ву сложил руки на груди и надулся.       — Сам ты не головой. В общем, если опустить все подробности, мы доболтались до того, что я пригласил его погулять. А когда зашел через недельку, то очень сильно прозрел. Потому что насморк на тот момент прошел. А этот, — он ткнул Сехуна в бок, — молчал, как партизан, в первую встречу.       — Ну что ж ты так, сынок, — Чанель хлопнул себя по коленке. — За свою любовь надо бороться!       «И сам ты пришел на все готовое, — рыкнул про себя Ифань. — Пропустил схватку».       — Но теперь-то мы вместе, — усмехнулся омега.       — За любовь должны бороться альфы, — улыбнулся Хань, чмокнув Сехуна в щеку.       — Ой, братик покраснел, — умилилась Миян.       — Он постоянно вгоняет меня в краску. Даже на той старой фотографии я краснючий, когда он укусить меня хотел.       — Да я может твои пальчики поцеловать хотел! — возмутился Хань. — Укусить… Сейчас вот возьму и укушу, — он схватил руку Сехуна.       — Покусал уже, — рассмеялся омега, показав сидящим за столом метку на шее. Все дружно загалдели — детки уже выросли.       Тао улыбнулся, глядя на детей. Может, хотя бы они будут счастливы?       — Тогда за наших истинных малышей? — предложил Бэкхен. — Кто-то сверху очень постарался для нас.       — За нашу парочку, — Тао потрепал сына за руку. — Береги своего омегу. И что бы не случилось, не сдавайся... — голос едва не дрогнул. Ведь собственный альфа, похоже, отступился от него.       — Ой, ну мы будто на свадьбе, — рассмеялся Хань.       — Можно начинать отсчет на поцелуй? — Миян подмигнула им и подняла стакан с соком.       — А давайте, — улыбнулся Ифань, хлопнув в ладони. — Горько!       — Э... Отец? — Хань покосился на него. — Тебе может это...       Сехун, как и говорил Чанель, вмиг стал решительнее — схватил альфу за грудки и поцеловал.       Хань от удивления сначала даже замахал руками, но тут же стиснул ими в объятиях своего истинного, отвечая на поцелуй.       — Один, два, — начала считать Миян.       — Три, — ее поддержал Бэк.       — Четыре, — улыбнулся Тао.       — Пять, шесть, — Чанель отбивал счёт аплодисментами.       — Семь, восемь, — почти выкрикнул Ифань.       Миян подперла щечку рукой, и когда счет дошел до двенадцати, повернулась к родителям и подняла стакан с соком.       — По-моему, с ними всё ясно, — она махнула рукой на парочку. — Давайте уже просто выпьем за них.       — Да, — усмехнулся Ифань, поднимая бокал. — За истинную пару.       — За истинную, — кивнул Тао, на мгновение помрачнев. — Пусть они будут счастливы.       — Как мы, — улыбнулся Бэк, уложив голову на плечо Чанеля, хотя взгляд скользнул по лицу Ифаня, на мгновение задержавшись в его глазах.       Тот взгляда не отводил, хотя в глазах Бэкхена читался прямой намек на то, что он Чанеля не оставит. И не надо ждать.       — И мы, — ответил Ву, взяв мужа за руку.       Тао вздрогнул, едва не уронив поднятый бокал, и покосился на альфу.       — Очень, — кивнул он. — Как же тесно переплелись наши судьбы...       — Да! — Хань наконец оторвался от омеги, поднимая стакан с соком. — За нас, — довольно улыбнулся он, незаметно ущипнув за ягодицу Сехуна.       Тот в отместку сжал его бедро, пряча улыбку в стакане с соком. Было бы здорово, если бы они пронесли свою любовь через года, как и их родители.