Обещание на мизинцах 14

Киока-тян автор
Реклама:
Джен — в центре истории действие или сюжет, без упора на романтическую линию
Uta no Prince-sama

Пэйринг и персонажи:
Рэйджи Котобуки, Аи Миказе, Аине Кисараги
Рейтинг:
G
Размер:
Мини, 8 страниц, 1 часть
Статус:
закончен
Метки: Ангст Драма

Награды от читателей:
 
Описание:
Обещание - не слово на ветер, а действие, однако случаются непредвиденные ситуации, когда не сдерживаешь его и происходит...

Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика
16 января 2018, 23:14
      Яркие солнечные лучи выглядывали из медленно плывущих облаков и ложились на темные силуэты, что доменом приобретали краски. Летний порыв ветра нес свою песнь, и двое на пляже наслаждались прекрасной тишиной природы, пока… — Эй, Рей, обещаешь, что придёшь ко мне в трудную минуту? — мелодичный голос парня с аквамариновами волосами, который бездумно глядел на небо, прервал молчание. — Э-э, — растерянно протянул шатен и с недоумением покосился на друга, — с чего такие вопросы, Айне? Что-то случилось? — Нет. Просто сможешь это пообещать? — всё также непринуждённо спрашивал он. Ответа не было… Парень повернул голову в сторону своего товарища по группе, чтобы проверить: не уснул ли тот под тёплым солнцем, которое с лёгкостью могло вогнать в мир Морфея. Однако встретился он с пристальным взглядом карих глаз. — Я же сказал, что ничего не случилось, — уже с тёплой улыбкой произнёс, пытаясь успокоить встревоженного шатена. Последовал тяжкий вздох со стороны. — Ну, так что? — Мне иногда так хочется понять, что у тебя творится в голове, — честно признался Котобуки. — Ты всегда на весёлой ноте, улыбаешься даже тогда, когда столько препятствий на пути. Постоянно удаётся с лёгкостью замять любой конфликт, возникающий в группе, так ещё провернуть так, чтобы все остались довольны. Уж не говорю о плотном графике знаменитого певца, так ещё с недавних пор актёра!       Тот не смог удержаться и залился смехом, после чего произнёс с привычной улыбкой на лице, склонив голову на бок: — Неужели ты завидуешь мне? — Да, — без промедлений последовал ответ.       Искренний ответ друга удивил Айне, который не мог подобрать слова. Он не мог понять, чему же тут можно завидовать. Нет никакой свободы. Ты будто марионетка, которой умело двигают как захотят, не интересуясь, насколько ей это интересно. Была бы воля лидера группы, тот давно бы взял перерыв от всей этой суматохи, но нет. Нельзя. Нельзя выбиваться из намеченного графика. Он забрался настолько высоко в свои годы, что ему не позволят скрыться в тени. И его это с каждым днём начинало медленно душить. Маленькая тоненькая нить сковывала всё тело, не давая сделать самостоятельное движение.  — Дурак ты, Рей, — последние слова растворяются вместе с песней ветра.       Студенты с нетерпением сверлили взглядом настенные часы и дожидались долгожданного звонка, что оповестит об окончании занятий. Погода как назло стояла прекрасная для прогулки с друзьями, но уж точно не «для посиделок» в душном классе, в котором одинокое приоткрытое окно не давало нужное количество кислорода для сосредоточения над материалом на меловой доске.       Большая стрелка с трудом сдвигается с места. Звучит прекрасная мелодия для ушей всей Академии. Все начинают быстро собирать свои портфели, сумки и выбегать из класса. И где не остановись, все совещаются: куда можно пойти и какое мороженное лучше купить.       Чуть ли не последним из класса выходит Айне, который пытается вспомнить, что у него запланировано на этот день. Сложный график не умещается в его голову, отчего каждый пункт вызывает в нём одно раздражение. Айне завидует обычным студентам, которые обсуждают планы и которые могут провести этот день с приятной пользой, чем его постоянные съёмки и интервью. Его детство закончилось слишком быстро. Ещё больше разочаровывает, что работа ставит огромный барьер между его новыми друзьями и не дает насладиться в компании ребят. — Айне, — послышался знакомый голос позади, заставляя того отвлечься от негативных мыслей насчёт своей профессии. Тот быстро пытается собраться духом и нацепить на лицо непринуждённость, поворачивается к другу, который с уверенностью отчеканивает: «Я обещаю». — А? — Кисараги не сразу понял, о чём шла речь, пока в воспоминаниях не промелькнул тот самый момент. В его аквамариновых глазах светится безумная радость. — Честно? — Угу, — с подтверждением шатен кивает, но тут же замирает, как увидел протянутый мизинчик. — Ты серьёзно? — Более чем. — Боже, Айне, какой же ты ребёнок, — вздохнув с улыбкой Котобуки, ему ничего не оставалось, как совершить клятву на мизинцах. В этот момент Рейдзи показалось, как какой-то неведомый груз спал с плеч его лучшего друга. Стоило просто взглянуть в эти аквамариновые глаза и увидеть огромное облегчение и некую благодарность, кажется, в таком глупом поступке. — Эй, Айне, чего такой кислый? — спрашивает шатен, пододвигая стул к школьной парте, на которой в удручённом состоянии разлёгся его друг.       Парень нехотя отрывает свою голову от парты, на котором валяются исписанные и помятые тетрадные листы. — Агентство отклонило мою написанную музыку, аргументируя тем, что это не то, чего ждут фанаты от меня. Нужно что-то позитивное, вдохновляющее, а ещё лучше, если это вновь будет о любви, от которой меня начинает воротить. Чуть ли не каждая песня о ней, — под конец парень демонстративно плюнул, доказывая своё отвращение к данной тематике. — Отбирают самое последнее, что делала меня личностью — писать песни, — с грустью в словах добавил он, закрывая глаза и опираясь на ладони. В тот же миг он чувствует на своей макушке поддерживающее поглаживание. — Всё будет хорошо, — принялся утешать Рейдзи, а затем с воодушевлением произнёс, — О чём ты хотел спеть? Есть текст той песни? Мне бы хотелось почитать! — Да, конечно.       Кисараги взял свою школьную сумку и начал искать нужные листы, после чего протянул его другу. Тот с радостью принялся читать с лёгкой улыбкой, которая с каждой строчкой меркла. Это действительно кардинально отличалось от того, что пел Айне. Каждая его новая песня наполняла фанатов поддержкой, радостью, но здесь — пережитым и выстраданным глубоким смыслом. Если бы шатен не знал лично друга, могло бы показаться, что это крик души, а может, это он и был? Котобуки осторожно смотрит на него и сталкивается с выжидающим взглядом, что ждало оценку его лирики. Ещё минуту переглядываний и Айне не сдерживается от этой неудобной тишины. — Ну что скажешь? — Это … потрясающе, — пытается подобрать правильные слова, — да. Она таки вызывает множество мурашек по телу, так проникновенно написано… — Вот видишь! — перебывает тот. — А мне отказали в ней, я не понимаю… — но ему не дают договорить. — Но, Айне, это и правда не то, чего ждут фанаты от тебя.       Парень почувствовал, как его словно холодной водой окатило. Он абсолютно не ожидал услышать подобные слова от лучшего друга. Ему казалось, что тот поймёт его… Кулаки невольно сжали от недопонимания со стороны. — Разве не ты говорил, что хочешь дарить улыбки своим фанатом? Но эта песня противоречит твоим словам. Она наполнена грустью и печалью. Хочется свернуться в тёплое одеяло и долго-долго плакать в подушку из-за жестокой жизни, в которой нет выхода. Может, ты просто изменишь конец? Станет намного лучше, мол, даже при самом плохом раскладе есть лучик света. Тогда эта песня превратится в надежду на лучшее.       «Но я не вижу этого света» — с горькой ухмылкой на лице подумал тот, пока слушал товарища. — «Нет света. Нет надежды. Вот почему конец такой трагичный. Никто этого не понимает. Никто не хочет понять меня». — Айне? — лёгкое тормошение по плечу вывело из глубоких раздумий того. — Эй, извини, если я задел тебя. — Нет-нет, всё в порядке, — как-то неестественно засмеялся он и принялся складывать всё под одну стопку. — Да, я думаю, ты прав. Надо всего лишь изменить конец. Агентство будет счастливо и ещё один хит выйдет. Спасибо за помощь. Ну, я пошёл.       Собравшись наспех, Айне быстро покинул классную комнату, оставляя в растерянности шатена.       После последнего инцидента ничего необычного не происходило. Айне последовал совету своего друга и изменил конец текста песни, что не могло не обрадовать агентство и сделать из этого хит. Рейдзи радовался новому успеху друга, но последний как-то натянуто приподнимал уголки губ и принимал похвалы от своих товарищей.       В душе Айне давно творился полный хаос. Он постоянно заглушал свои мрачные мысли. Даже пытался, как можно позднее приходить домой, без задних ног, чтобы просто лечь спать и не думать. Но стоило появиться пару дням выходным, как начинал брать за шиворот или руки участников и устраивал общие походы, дабы, по его словам, сплотить группу. — Айне, как в тебе умещается столько энергий? — удивлялся Хибики. — Мне казалось, мы не увидим его целую неделю, — также не скрывал своего мнения Кей. — Да, ла-а-адно, ребят! Айне же хочет как лучше для нас! — попытался встать на защиту того, вызывая у него улыбку.       Кисараги постоянно устраивал спонтанные вылазки в различные места. Ребята всегда удивлялись его креативности в проведение времени. Когда тому удавалось найти время для подобных размышлений? Никто не мог ответить на этот вопрос. Главное все могли в полной мере насладиться времяпрепровождением и запечатлеть момент на долгие времена, превратив это все в воспоминание.       Время близилось к одиннадцати вечера, но Кисараги всё никак не мог уснуть. Его терзали повторяющие и надоедливые мысли. Мини-отпуск подошёл к концу, а значит, снова придётся работать в бешеном ритме. Конечно, он отлично отдохнул, проводя время с друзьями, но вновь рутина начнёт властвовать над ним. Хотелось бы ему верить, что ни одного у него такие проблемы и что ни один он думает, что слишком мало времени на себя. Другие же тоже стараются изо всех сил, также принимают все предложенные приглашения на различные шоу, мероприятия, фотосессии. Возможно, и они умело скрывают за улыбкой весь тяжкий груз.       Рука рефлекторно потянулась за телефоном, и быстрыми движениями набрался нужный номер.  — Да-да? — послышался энергичный голос друга. На заднем же фоне можно услышать и другие голоса, видимо, тот продолжал торчать на работе. — Рей, сильно занят? — О, нет-нет! У меня перерыв. Ты вовремя позвонил! — Я хотел спросить… м-м, ты счастлив? — Айне не знал как правильно спросить. — Ась? Да, конечно. Что за вопрос? — Тебя не нагнетает весь этот график? Даже сейчас ты торчишь на работе, нежели быть дома … — М-м? Что на тебя нашло, Айне? — на том проводе Котобуки волнительно косился на телефон, не понимая, к чему всё это. — Мне просто стало интересно… Понимаешь, я немного устал от всего этого. — А-а? Тебе мало отпуска? — Кисараги тихо цыкнул на недопонимания товарища. Причём здесь отпуск? Он же говорит обобщённо! — Прости, но ты же знаешь, агентство не продлит его. Как помнится, Хибики принялся сочинять песню для тебя, поэтому снова много работы предстоит, да и совместная песня близится.       Он знает. Он всё это прекрасно знает, чёрт возьми. График обустроен на целый год и попробуй выбиться из него, как в следующие дни двойная, а то и тройная нагрузка настигнет! Бесит. Его неимоверно начинало злить всё это, а слова друга как дрова в огонь. — Я знаю. Просто хочется свободно вздохнуть … — с хрипотой отвечает и, прикрыв ладонью рот, прокашлялся. — Хей, скоро все громозкие проекты пройдут и можно на славу отдохнуть! Возьмём все вместе отдых и улетим на Карибы, — и засмеялся под конец. — Всё образуется, не волнуйся. — Да, ты прав, — с большой неохотой соглашается. — Удачи тебе.       Сбросив звонок, Кисараги остаётся в полной темноте и тишине. Карибы говорит? Хах. Звучит, и правда, забавно, весело. Ему бы хотелось провести с друзьями полноценный отдых, хотя уверен, что всё оборвётся.       Так оно и случилось.       На следующий день агентство преподнесла радостную весть для всех: у группы намечаются концерты после запланированных проектов. Трое из них были счастливы такой возможности: это большой фурор для их группы, и только лидер глядел сквозь людей, рушащих последнюю Его надежду. « Вот тебе и Карибы, Рей», — подумал парень и глянул на сверкающую улыбку шатена, что пылко обсуждал данную новость с Хибики и Кей.       В кромешной темноте слышался безудержный плач, продолжающийся долгое время. Никто не мог его остановить, некому было зайти в эту комнату, включить свет и успокоить его, загнанного в угол. Плач с каждой минутой становился тише, а кашель и шмыгание носа становилось чаще.       Парень уткнулся в обнятую подушку и тупо глядел в стену. Слёзы закончились, но опухшие щёки и красные глаза давали знать о недавней истерике. Сколько ещё терпеть? Сколько можно плясать под чужую дудку? Когда уже агентство хоть немного даст свободы и начнёт спрашивать их мнения? Почему они не могут сменить его? Почему…всё это происходит и никто не может почувствовать его скопившую боль в груди сердца? Возможно, потому что он прирождённый актёр. Или … все такие слепые, а может всем на самом деле наплевать на него?       Сколько же мыслей лезло, что голова начинала раскалываться. Ему хотелось всё это разом прекратить. Но почему-то зарождалась крупица надежды на выход, и те слова про Карибы, хоть такие и глупые, тоже поселили маленькое тепло в его душе, а затем… всё рухнуло. «Сколько это может повторяться? Зачем так жить, если из этого нет выхода?»       Кисараги ещё пару минут мучился над этими двумя последними вопросами, после чего взгляд метнулся к мизинцу, на котором когда-то давно было дано обещание. «Поможет в трудную минуту».       Он должен найти ответы на мучавшие вопросы, поэтому набирает нужный номер и ждёт ответа. Шли надоедливые и длинные гудки, а ответа всё не было. Почему? Что не так? Тот всегда отвечал на его звонки. Неужели это судьба даёт ему замысловатый ответ.       Телефон выключается, а парень горько усмехается. — Вот оно как, — тихо произнёс, начиная вставать с кровати и собираться.       При свете Луны море выглядело завораживающе, а звуки воды, бившие об утёс, придавали погружение в замечательную атмосферу. Лёгкий ветёрок дул в лицо, лохматя аквамариновую шевелюру. Парень молча ходил по песку, глядя себе под ноги и пиная попадающие камушки.       Совсем немного от свежего воздуха стало получше, но от тяготящего чувства, преследовавшего на протяжении долгого времени, так просто не убежать. Оно полностью овладело юношеским разумом. Айне понимал, что для него нет никакого лучика света, нет и выхода из этого повторяющего цикла, и что никто, никто не придёт к нему на помощь, ведь Его не понимают и не хотят понять.       Остановившись, он и не заметил, как ноги довели его до некого обрыва, откуда прекрасно виднелось спокойное море, а как прикрыл глаза, начал наслаждаться звуками воды, которые, по его мнению, начинали подзывать к себе. И ему показалось, что он нашёл выход из этой ситуации, закончив всё разом. Всю боль, что вырвалась наружу, и всю печаль, что вылилась из глаз. Без всяких колебаний Кисараги сделал шаг навстречу к холодной ночной воде.

***

— Ты снова здесь, — послышался холодный голос.       Стоящий парень посреди пляжа вздрогнул и оглянулся назад. Глаза на мгновенья расширились от показавших родных черт старого близкого друга: этот редкий встречающий оттенок аквамариновых глаз и на удивление распущенные того же цвета короткие волосы до плеч. Губы непроизвольно и тихо выговаривают: — Айне.       Собеседник напротив склоняет голову и переспрашивает.       Шатен несколько раз моргает и понимает, что перед ним стоит оный человек — Миказе Ай, участник группы Ночного Квартета, который удивительным образом выглядел как точная копия Кисараги Айне.       Встретившись впервые в кабинете директора для знакомства участников в создании новой группы, Рейдзи как поражённый стоял, когда увидел его. В момент объяснения Саотомэ, шатен часто бросал косые взгляда на мальчишку, долго думая, как такое возможно. Он точно знал, что у того не было никаких братьев, а особенно, близнецов. Но факт остаётся фактом, он выглядел абсолютно идентичным старому лучшему другу, не успевшему придти в трудную минуту. Отличительными их признаками являлись: десять лет разница в возрасте, собранный хвост в резинку и противоположный характер. — Не мог уснуть, — спустя недолгое время непринуждённо ответил тот, возвращаясь к любованию пейзажа и пряча руки в карманы белых брюк. — Заболеешь, если будешь ходить по ночам к морю, да и сегодня прохладный ветер. На, держи, — парень с аквамариновыми волосами протягивает ему пиджак, и тот с ноткой удивления берёт, кивает в знак благодарности и накидывает на плечи.       После этого парень уже хотел уйти, ведь убедился, что его придурковатый товарищ находится на том самом месте, куда любил уединяться, когда группа брала номер отеля недалеко от этого пляжа. Пляж, на котором произошло, по знаниям Рейдзи, исчезновение популярного в те годы айдола — Кисараги Айне. Та новость привела множество эмоций для Котобуки, что понятия не имел, куда себя девать, так ещё все козни и обвинения пали на его плечи. Бывшие участники распавшийся группы Квартета — Хибики и Кей, уверяли с полной уверенностью, что он, и только он являлся виновником случившегося инцидента. И тот, чьё сердце ныло нестерпимой болью по утрате, согласился с ними, ведь нарушил заключенное им обещание. — Слушай, Ай-Ай, — окликнул шатен, не поворачиваясь к тому. — У тебя всё хорошо?       Айдол встал в некий ступор от заданного вопроса. — Всё хорошо, — с некой отрешённостью ответил тот. — Хм-м, — протянул шатен, — давай заключим обещание? Если у тебя что-то случится, обязательно сообщи мне, а я взамен приду на помощь, хорошо? — и в этот момент Котобуки глянул на Ай, который в свою очередь абсолютно запутался в происходящем. — К чему всё это? — Нехорошо, если ты держишь всё в себе, ведь так можно легко сломаться. Мне не хотелось, чтобы ты мучился один в своих мыслях.       Ай продолжал в упор смотреть на своего товарища по группе, который неожиданно принялся философствовать при его то вечно позитивном настрое.       Ответом послужил лишь лёгкое пожимания плеч, ведь проблем таковых у него нет, да и сломаться он может совсем по-иному, а не духовно, поэтому для него вдвойне странно услышать подобное. И казалось, куда ещё странней, так этот придурок протянул ему мизинец с привычной улыбкой на лице. — Что же ещё за детские штучки? — Эй, тебе всего пятнадцать, так что не тебе это говорить! — обиженно надул губы. — А тебе двадцать пять, — сказал, как отрезал. Но увидев эти щенячьи глазки, тяжело вздохнул и сделал то, чего тот хотел.

«На этот раз, я обязательно постараюсь сдержать обещание».

Отношение автора к критике:
Приветствую критику в любой форме, укажите все недостатки моих работ.
Реклама: