L'alba di domani

      В голове словно звучал колокол, и, казалось, она вот-вот разорвется.       Жозе с трудом разлепил веки и несколько долгих секунд пытался понять, что произошло, где он находится и почему ему так плохо. С последним было разобраться проще всего — вчера он явно не рассчитал с выпивкой. И, судя по тому, что сейчас с трудом восстанавливал ход событий, сильно не рассчитал.       Комната, в которой он сейчас находился, явно была ему незнакома. Значит, ни к какой старой подружке он не отправился — что уже хорошо. Но, с трудом сев в постели и оглядевшись, он понял, что спальня, в которой он находился — женская.       Следующее, что он осознал — он был в одежде. Жозе облегченно вздохнул — это означало, что глупостей он не натворил.       Медленно покачав головой туда-сюда и убедившись, что она не расколется от головной боли, Жозе поднялся с постели с одним вопросом. Чья же это квартира?       Откуда-то справа донеслась трель телефонного звонка, но тут же затихла — кто-то поднял трубку. Жозе приоткрыл дверь и впился взглядом в стоявшую к нему спиной девушку. Она что-то тихо говорила по телефону, и голос расслышать не получалось. Она стояла к нему спиной, и силуэт был очень знакомым.       Девушка была высокой и стройной. Темные джинсы, выгодно подчеркивающие ее длинные ноги, и светло-бежевый свитер. Темные волосы едва доставали плеч.       Поговорив еще минуту по телефону, она, наконец, отложила трубку в сторону. Жозе негромко прочистил горло, привлекая ее внимание. А когда она обернулась — решил, что у него галлюцинации. — Проснулся? — мягко улыбнулась девушка, и сердце Жозе сделало кульбит. — Аньес? — Как видишь, — она с улыбкой развела руками. — Аньес собственной персоной… Договорить Жозе ей не дал, сделал три больших шага и заключил в объятия. Головную боль как рукой сняло. Аньес рассмеялась, с удовольствием обнимая его в ответ. — Я понятия не имел, что ты в Париже! — Жозе отстранился, рассматривая ее лицо. Она, несомненно, стала еще красивее. Не зря он когда-то потерял от нее голову… — Я не так давно здесь, — Аньес кивнула ему на стул, а сама присела напротив. — Я жила в Лондоне. Но мне предложили контракт на год в Парижском агентстве, и вот я здесь. — И я так рад тебя увидеть, — Жозе искренне улыбнулся. — Но меня сейчас интересует еще один вопрос: как здесь оказался я? Аньес улыбнулась: — По чистой случайности. Вчера у моей подруги был день рождения, и мы решили сходить в бар. Но нашим планам не суждено было сбыться, потому что когда мы зашли, то я случайно увидела тебя. Ты спал, положив руки и голову на барную стойку, а бармен собирался вышвырнуть тебя на улицу… — Кошмар… — Жозе накрыла волна стыда. Пора было завязывать со спиртным. — Я тебя сразу узнала, — продолжила Аньес. — И не смогла оставить просто так. Поэтому мы с подругами решили привезти тебя ко мне, так как разбудить тебя оказалось бессмысленным занятием. Особенно весело было затаскивать тебя на третий этаж, — девушка усмехнулась. — Виола обещала свернуть мне голову. Из-за тебя она сломала два ногтя. — По-моему, мне еще никогда не было так стыдно, — пробормотал Жозе, и в подтверждение этих слов, его лицо сильно покраснело. — Ничего страшного, — Аньес притронулась к его руке. — У тебя какие-то проблемы с Бене? — Откуда ты знаешь? — Ты во сне несколько раз звал ее по имени.       Жозе понуро опустил голову. Тяжесть в груди, так сильно беспокоившая его вчера, вернулась. — Да. Мы расстались. — О. Мне очень жаль, — в голосе Аньес звучало искреннее сочувствие. — Давно? — Вчера… Но я не хочу об этом говорить. Расскажи лучше о себе. В последний раз я видел тебя с Джоном…       Жозе тут же пожалел о сказанном, увидев, как погрустнела девушка. — Мы с ним расстались год назад, — сказала она, отвернувшись. — Точнее, он меня оставил. Мы слишком долго находились порознь. Я в постоянных разъездах, он — то месяцами жил в Нью-Йорке, то в Лондоне, то в Париже. Поэтому, он принял решение, что мы не можем быть вместе. И я с ним согласилась. — Но ты его любишь? — проницательно заметил Жозе. Аньес кивнула: — Люблю. Но такова жизнь. Мне почему-то не везет в любви.       Жозе вдруг остро захотелось обнять ее, и он поддался этому порыву. Они оба сейчас были несчастны: он по своей собственной вине, она — по воле судьбы. Аньес крепко прижалась к нему. Так странно, они не были знакомы слишком близко, не виделись два года, и с момента их нормальной встречи прошло едва ли полчаса, а он уже чувствовал, что между ними возникла какая-то особая близость, и от этого на сердце почему-то стало намного легче.