L'alba di domani

      Оливье было паршиво. Он не мог понять, как в один миг в его жизни все встало с ног на голову.       Еще вчера, казалось, все было ясно. Он играл в группе, проводил время с друзьями, втайне любил девушку своего лучшего друга и даже не смел надеяться на взаимность. Но теперь все изменилось. Группа развалилась окончательно, как только их покинул Себастьен. Жозе, у которого был сейчас не самый радужный период в жизни, было не до поисков нового басиста. Если бы здесь был Кристоф, все бы было намного проще. Оливье мог бы временно взять бас-гитару — не зря ведь он когда-то закончил курсы в музыкальной школе. Но увы — Кристоф сейчас находился в другой стране, за тысячи километров, и не мог прийти на помощь.       Среди друзей тоже было не все гладко. В их компании больше не чувствовалась та непринужденная атмосфера, что была раньше. Теперь между ними всеми царило какое-то напряжение. С Лали было все понятно — ей было нелегко пережить потерю Себастьена. Но и с остальными было ничуть не лучше… Джоанна была очень милой и веселой, но то и дело уходила в свои мысли. Аделина и Джимми старались всячески избегать контакта друг с другом. Жозе был мрачен, и от былого весельчака не осталось и следа. Только Линда старалась вести себя как раньше, но было видно, что и ее тревожит происходящее.       Но больше всего, разумеется, Оливье волновала Бенедикт. Он не находил себе места, понимая, что она стала избегать его. Он ругал себя за то, что позволил своим нерациональным чувствам вырваться наружу. Поэтому он не выдержал, и решил поговорить с ней. Убедить ее, что не требует от нее взаимности. Но после этого разговора все стало еще запутаннее.       Ее поцелуй выбил его из колеи. Она не любила его — он был в этом уверен. Но зачем же она целовала его так требовательно, так страстно?       Он терялся, пытаясь понять ее. Каких же трудов стоило ему остановиться вчера, когда она сама подталкивала его к решительным действиям. И как же он жалел, что послушался голоса разума!       Срочно захотелось выпить чего-нибудь покрепче, но Оливье знал, что это плохая мысль. Ему нельзя было пить в одиночестве, потому что он мог натворить глупостей. Например, заявиться к Бенедикт и признаться ей в любви при всех. А этого допустить было никак нельзя.       Хотя быть может, одна бутылка пива не даст ему потерять контроль? С этими мыслями Оливье открыл холодильник и достал бутылку, которая хранилась у него еще с тех времен, когда вместе с ним жил Кристоф. Однако он даже не успел открыть ее, как в дверь громко постучали.       Оливье с сожалением поставил бутылку на журнальный столик и поплелся открывать, мимоходом взглянув на часы. Они показывали девять вечера. — Ну, ты долго еще будешь держать меня за дверью? — послышался знакомый голос, в котором слышались задорные нотки. — Не может быть! — воскликнул Оливье, поспешно распахивая дверь. На пороге, широко улыбаясь, стоял его лучший друг. — Надеюсь, я ничего не прервал, — Кристоф взял в руки две дорожные сумки и занес в квартиру. Поставив их в прихожей, он обернулся к Оливье, который, закрыв дверь, подошел к другу. — Как же мне тебя не хватало, дружище! — произнес он, обнимая Кристофа. — И мне тебя, — Кристоф усмехнулся, похлопывая его по спине. — Поэтому я и решил вернуться. К друзьям и к музыке. Ужасно соскучился по своей установке. — Да. Только боюсь, с музыкой придётся повременить… — Почему? — нахмурился Кристоф. — Идем. Я все тебе расскажу, — и Оливье показал на кухню.       … Чтобы полностью ввести Кристофа в курс дела, ушло не меньше двух часов и почти три бутылки пива, за которыми пришлось срочно бежать в магазин неподалеку. — У меня ощущение, что меня с вами не было лет десять, — покачал головой Кристоф, когда Оливье закончил рассказ. — Поверить не могу, что Себ поступил так с Лали. — Увы, это суровая реальность, — Оливье сделал небольшой глоток пива. — Как и в случае с Бене. — Никогда бы не подумал, что Бенедикт сможет решиться на такое… — Она и не смогла, — грустно усмехнулся Оливье. Кристоф внимательно посмотрел на друга: — Извини, что спрашиваю… но… между вами что-то есть? Я прав? — Что? Нет! С чего ты взял?.. — Потому что ты давно в нее влюблен, — Кристоф мягко улыбнулся, увидев удивленный взгляд Оливье. — Откуда ты знаешь? — спросил тот, понимая, что отрицать бессмысленно. Кристоф пожал плечами: — Я слишком хорошо тебя знаю, и у меня неплохая наблюдательность. Ну, так ты ответишь на мой вопрос? — Между нами ничего нет, — спокойно ответил Оливье. — Но мы целовались… пару раз… Только, Кристоф, давай не будем об этом? — Хорошо, — Кристоф понимающе кивнул. — А как там Аделина? — Вот он, тот вопрос, которого я ждал, — довольно улыбнулся Оливье. — Насколько я знаю, с ней все в порядке. И, кстати, она по-прежнему одна…       От Оливье не укрылось, как буквально просветлело лицо друга от этой фразы, но он постарался скрыть свою радость за другим вопросом: — Вы уже обсуждали, что делать с группой? — Нет, — Оливье разлил по стаканам остатки пива и выбросил бутылку в мусорное ведро. — Я тут как раз думал об этом до твоего прихода. Я бы мог заменить басиста, но у нас не было ударника. А теперь вернулся ты, и все должно отлично сложиться. — Неплохая мысль, — Кристоф одобрительно покивал. — Почему бы не попробовать? — Только я не уверен, что все ещё хорош в игре…- добавил Оливье. — Прекрати! Это как езда на велосипеде, — Кристоф вышел из-за стола и похлопал Оливье по плечу. — Слушай, а пошли в гараж? Поиграем немного? Я тысячу лет не держал палочки в руках. — В такое время? — Оливье взглянул на настенные часы. Стрелки приближались к полуночи. — Я думал, ты устал с дороги? — Ерунда, — Кристоф усмехнулся, беря в руки куртку. — Я неплохо выспался в самолете. Пойдем, проветримся.       Дорога до гаража составила не менее сорока минут. Мотоцикл ребята благоразумно решили оставить дома, учитывая выпитые три бутылки пива. Оливье ворчал, что простудится, то и дело стряхивая с волос мелкие капли — на улице моросил дождь, Кристоф же только посмеивался над другом. Ему очень не хватало их словесных перепалок. — Хмм… странно. Я был в гараже сегодня после обеда, и совершенно точно выключал электричество, — пробормотал Оливье, указывая на узкую полоску света под дверью. — Там кто-то есть, — нахмурился Кристоф, прислушиваясь. — И, судя по звукам, там явно не свидание.       Оливье тоже напряг слух. Внезапно, раздался звук падающей установки. Тарелки с громким звоном ударились о бетонный пол, и Кристоф ударом ноги вышиб дверь. Увиденное, заставило его почувствовать слепую ярость…