L'alba di domani

— Лали, прекрати есть клубнику в таких количествах, — Линда отобрала у подруги блюдо со спелыми ягодами. — Ты опять забыла, что у тебя аллергия? — Ну, я же не виновата, что люблю клубнику, — надула губы Лали, а затем обернулась к Лорану, сидевшему на одном из пуфов. — Видишь, какие мучения мне приходится терпеть? Лоран усмехнулся: — Бедняжка. Может быть, я смогу сделать что-то, что облегчит твои мучения? — Нет, — Лали улыбнулась. — Я буду терпеливо выносить их. Кстати, ты не очень расстроился, что наше свидание проходит здесь? — Нисколько, — Лоран взял ее за руку и нежно поцеловал тыльную сторону ладони. — Главное, что я могу тебя видеть. К тому же, я рад был снова встретиться с твоими друзьями. — О, какой он милый, твой Лоран, — рассмеялась Линда, слышавшая весь разговор. — Да, он очень милый, — Лали улыбнулась своим мыслям. — А где Аделина? — Я здесь, — подала с лестницы голос Аделина. Она, слегка прихрамывая, спустилась с последней ступеньки. Оливье тут же засуетился, освобождая для нее самое удобное место. — Когда уже приедут Джоанна и Джон? Я жутко голодна. — Джоанна звонила полчаса назад, и сказала, что они выезжают. С минуты на минуту будут здесь. — Я уверена, что вы говорили обо мне, — врываясь в дом в своей старой манере, произнесла Джоанна. Следом за ней вошел Джон, держа в руках бутылку дорогого шампанского. — Наконец-то! — обрадовалась Аделина. — Теперь мы можем приступить к ужину? — Вообще-то, должен приехать Жозе, — Бенедикт озабоченно посмотрела на часы. — Но раз уж все уже собрались, думаю, он не обидится, что мы начнем без него. — Согласна, — воскликнула Лали, хватая со стола бутерброд. — Эй, Лали, притормози немного, — рассмеялась Линда. — Сначала нужно открыть шампанское и отметить удачное завершение этой неприятной истории!       С громким хлопком Джон открыл бутылку, и шампанское разлили по бокалам. — За наших отважных мальчиков! — произнесла Джоанна, подняв бокал. — И за Джона, который оказал нам такую помощь в наказании мерзавцев! — И за встречу! — произнес Джон, в свою очередь, поднимая свой бокал. — Я очень рад видеть всех вас, и вновь стать частью вашей дружной компании! — Поддерживаю! За встречу! — подал голос Лоран.       Бокалы звонко стукнулись, и все сделали по глотку игристого напитка. В этот момент в дверь постучали. — Наверняка, это Жозе! — Линда пошла открывать. На пороге действительно стоял Жозе. И он был не один. — Посмотрите, кого я вам привел! — улыбнулся он, и Линда не сдержала радостного вскрика: — Аньес? Глазам своим не верю! — она крепко обняла старую приятельницу. — Как давно мы не виделись? — Очень давно, — Аньес смущенно улыбнулась. Отвечая на объятия девочек, она явно чувствовала неловкость. Все-таки, прошло немало времени, да и она никогда не была слишком близка с ними. А потом замерла, увидев любимые черты лица. Эмоции на его лице она не смогла понять, но Джон тоже подошел к ней. — Привет, Аньес. Очень рад тебя видеть, — и Джон обнял ее. Коротко. Обычно. По-дружески. Но сердце на мгновение остановилось. Он почти сразу же отстранился, и сделал шаг назад, позволив Джоанне тоже обнять ее. Девушке показалось, что в глазах Джоанны была настороженность. Это почему-то пугало. — А теперь, когда все поздоровались и наобнимались, — прозвучал голос Жозе, — у меня есть еще один сюрприз!             Все обернулись к парню. Он стоял в дверях, держа в руках огромный букет цветов. Бенедикт тихо ахнула, понимая, для кого этот букет. — Бенедикт! — сказал он, приблизившись к ней. — Я знаю, что недостоин тебя. И знаю, что часто причиняю тебе боль. Но я не могу без тебя, Бенедикт. Даже сейчас, всего за несколько дней, когда мы не вместе, я чувствую, словно у меня вырвали кусок сердца. Я люблю тебя, Бенедикт. Давай попробуем все сначала? — и он протянул ей букет. Друзья вокруг одобрительно загудели. Она кивнула, даже не успев обдумать свой ответ. Жозе поставил ее в тупик, как часто делал это и раньше. Жозе воспринял ее жест как согласие, и крепко обнял. Все вокруг зааплодировали, но Бенедикт сейчас видела перед собой лишь один взгляд, в котором было столько тоски, что по спине пробежал холодок. — Я так счастлив, что ты простила меня! — прошептал Жозе, нежно целуя ее. И Бенедикт подчинилась, словно пластмассовая кукла. А перед глазами все еще стоял взгляд Оливье. … — Какой чудесный сегодня вечер! — произнесла Лали. — Вечер сюрпризов!       Они с девочками сидели на диванах в гостиной, в то время как мальчики, столпившись вокруг Джона, что-то обсуждали. Аньес с Линдой тоже находились в стороне, видимо, говорили о чем-то, связанном с модельным бизнесом. — А почему сегодня нет Джимми? — спросила вдруг Аделина. — Вы его не пригласили? — Пригласили. Он пообещал заехать, если успеет вернуться от друзей, — ответила Лали, наблюдая за мужской компанией. — Никак не могу понять, что там с ними делает Лоран. Он же печатник! — Ну, а что ему весь вечер сидеть с нами? — усмехнулась Джоанна. — Кстати, он милый, твой Лоран. — Да, очень милый, — согласно кивнула Лали. — Я рада, что встретила его. Но я совсем не рада, что он торчит с ребятами весь вечер. Я вообще хочу потанцевать!       С этими словами она подошла к музыкальной установке, включила медленную песню и прибавила звук, громко объявив: — А теперь танцы!       Лоран, не став ждать намеков, подошел к ней и тут же прижал к себе, начав танцевать. Его примеру последовал Жозе, взяв за руку Бенедикт. Джоанна посмотрела на Джона, ожидая, что он проигнорирует объявление Лали, но он уверенно подошел к ней и вытащил ее на середину комнаты.       Аделина с улыбкой наблюдала за танцующими парами. Они были такими милыми, и совсем не выглядели нелепо, покачиваясь в такт мелодии. — Не хочешь потанцевать? — раздался сверху голос Кристофа. — Ты же знаешь, у меня болит нога, — она грустно улыбнулась, но Кристоф подал ей руку. — Я буду крепко держать тебя.       Аделина закусила губу, думая над его предложением, а затем решительно приняла его руку. — Умница, — шепнул он, прижимая ее к себе и начиная осторожно вести в танце, и Аделина не сдержала счастливой улыбки. Она поймала радостный взгляд Линды, которая подмигнула ей, и уткнулась в плечо Кристофа, сдерживая смешок.       И лишь двое в этой комнате были сейчас несчастны.