L'alba di domani

      Лали сидела и смотрела на спящего Себастьена. Со вчерашнего дня она находилась в его квартире, не отходя от него ни на минуту. Единственный раз, когда она оставила его — это поход в аптеку за лекарствами, выписанными доктором. Она вызвала его вчера, не обращая внимания на протесты Себастьена. После принятия лекарств, парню стало лучше, но температура поднималась еще дважды за ночь. Все это время она старалась быть рядом с ним, и лишь под утро, убедившись, что жар спал, Лали позволила себе лечь спать в его комнате       Было так странно и одновременно так правильно быть рядом с ним. Засыпая в его постели, вдыхая такой знакомый аромат его парфюма, ей было слишком уютно. Словно между ними не было никакой размолвки. Словно он не бросал ее, ради другой. Словно она не проводила ночи в объятиях другого.       Лали отогнала от себя эти мысли. Все было в прошлом. Нельзя войти в одну реку дважды. Это неправильно. И, быть может, ее бы не преследовало желание попробовать все сначала, если бы не то, как отчаянно он звал ее во сне.       Она спала в соседней комнате, когда ранним утром услышала его голос. Вскочив с кровати и бросившись к нему, она поняла, что он звал ее, сам этого не осознавая. Погладив его по жестким от пота волосам, она тихо прошептала, что все хорошо, и его дыхание тут же выровнялось. Он вновь погрузился в глубокий сон, а Лали уже целый час сидела рядом и пыталась привести мысли в порядок. Может быть, нужно было вызвать сюда ребят, чтобы они позаботились о нем, а самой сбежать подальше. Уехать куда-нибудь. Например, навестить Элен в Австралии. Или наведаться в Нью-Йорк к Джоанне. Или, в конце концов, отправиться прямиком к бабушке в Бразилию.       Предрассветную тишину разрезал звонок телефона. Выругавшись про себя и мельком взглянув на спящего Себастьена, проверяя, не проснулся ли он, Лали подняла трубку.       Звонила Бенедикт, и Лали едва не хлопнула себя по лбу: она совсем забыла предупредить девочек, что останется с Себастьеном. Если Бенедикт и удивилась, услышав ее голос, то совсем не подала виду. Лишь поинтересовалась, не нужна ли помощь. Лали заверила, что справится сама, мысленно поблагодарив подругу, за то, что она не задает лишних вопросов.       Положив трубку, Лали обернулась и столкнулась с удивленным взглядом голубых глаз. — Привет, — хрипло произнес Себастьен, — я думал, что ты ушла. — Ты этого хотел? — поддразнила Лали, и присела на край дивана. — Как ты себя чувствуешь? — Надо бы сказать, что хорошо, но на самом деле довольно паршиво.       Лали усмехнулась: — Ты хотя бы перестал строить из себя героя, это уже прогресс. Ты голоден? — Я ничего не ел со вчерашнего утра, — припомнил Себастьен. — Но ты совершенно не должна… — Иди в ванную и приведи себя в порядок, — заявила Лали тоном, не терпящим никаких возражений. — Я приготовлю завтрак.       Себастьен послушно отправился в ванную. Когда он вернулся, на столе уже стояли омлет и горячий чай. — Я больше ничего не нашла на твоей кухне, поэтому придется довольствоваться этим, — Лали дождалась, пока он устроится за столом и присела напротив. — Это просто невероятно, Лали, — выдохнул Себастьен, заставляя ее смущенно опустить глаза, словно она действительно сделала что-то из ряда вон выходящее.       Они позавтракали довольно быстро, а затем переместились в гостиную. — Доктор сказал, что ты должен больше лежать, — заявила Лали, увидев, что Себастьен намеревается прибраться. — Но… — Никаких «но», — Лали подошла к нему и заставила сесть на диван. От неожиданности, Себастьен едва не сел мимо. — Я что, зря караулила тебя всю ночь? Ложись и отдыхай. И даже не думай, что можешь меня ослушаться.       Себастьен покорно улегся на диван, позволяя укрыть себя одеялом. Лали же, взяв книгу, демонстративно устроилась у его ног, и принялась читать. Книга оказалась ужасно скучной, и бессонная ночь тоже дала о себе знать, поэтому Лали задремала. Сквозь сон она почувствовала, как Себастьен встал, и поднял ее на руки. Его запах кружил голову. Он медленно опустил ее на свою постель, но Лали не дала ему этого сделать. Она обвила руками его шею и притянула к себе. — Не уходи! — прошептала она, и в ответ прозвучало: — Никогда!       Его губы быстро нашли ее, и принялись неистово целовать. Сердце вот-вот готово было выскочить из груди. Она нашла пуговицы на его рубашке и принялась их расстегивать, стремясь быть к нему как можно ближе, чувствовать его… — Лали! — его губы скользили по ее шее, по ключицам, — я люблю тебя, Лали! Я так люблю тебя!       Рубашка оказалась на полу, и ее руки заскользили по его обнаженному торсу. — Ты нужен мне, Себастьен… — Я твой, Лали! Ты так нужна мне! Моя Лали… Лали… — ЛАЛИ!       Она распахнула глаза. Себастьен улыбнулся: — Прости. Ты заснула и во сне принялась метаться. Я решил, что тебе снится кошмар… Что случилось?       Лали рывком вскочила на ноги и принялась лихорадочно собираться. — Лали, что происходит? — Себастьен тоже вскочил и схватил ее за запястье. — Я только что вспомнила, что у меня сегодня очень важная лекция… — Лали, сегодня суббота. Занятий нет. — У меня есть! Это… лекция вне расписания. Дополнительное занятие. — Лали, — Себастьен остановил ее и взял за плечи, заставляя посмотреть в глаза. — Объясни мне, что происходит. — Себастьен, я правда должна идти. А ты отдыхай, выполняй все, что сказал доктор. Я позвоню позже.       И она покинула его дом, оставляя Себастьена размышлять над переменами в ее поведении.