Играя в жизнь по-крупному

      Меня зовут Лиза Неред, мне семнадцать, и я учусь в 11 «Б». У меня нет родственников, с которыми я хоть как-то контактирую, если не брать в расчёт моего родного брата Руслана, который ненавидит меня. Именно с момента, как он начал ненавидеть меня, моя жизнь кардинально поменялась. Из-за чего ненавидит, и как поменялась, спросите вы… Всё началось два года назад, когда у него появилась девушка — Диана Аралина. Она мне сразу не понравилась, так как личность просто омерзительная, но Руслан влюбился. Влюбился, как последний дурак. Она просто пользовалась им, выпрашивая деньги, живя в нашей квартире, забирая всё его время. Просто пользовалась, а он не видел этого. Я пыталась ему это сказать, показать, какая же она гнилая внутри, но каждый наш разговор на эту тему заканчивался ссорой. Знаете, я совсем не удивилась, когда услышала разговор Дианы с её подругой по телефону, где она прямым текстом сказала, что просто пользуется моим братом. Лицемерная и лживая сука, вот кто она.       Я сразу же побежала рассказывать ему об этом, но всё пошло не так, как я думала. Эта тварь, чтобы отвести от себя подозрения, сказала, что я просто не хочу, чтобы он был счастлив. Наговорила ему про меня всякого, а он поверил. Не мне, сестре, с которой он жил всю жизнь бок о бок, а ей, лицемерной мрази! Он, в порыве гнева крикнул, что раз я пытаюсь помешать ему жить счастливо, то мне, бесчувственной твари, надо сдохнуть. В тот день он просто выставил меня из дома на улицу. Мой любимый брат, за которого я была всем сердцем и душой, за которого я была готова отдать жизнь, просто послал меня на хуй и выгнал из дома! Вот что делает любовь с людьми. Она просто ослепляет их, затуманивая рассудок. Ебанутое чувство. В тот день я решила, что никогда не полюблю, чтобы сохранять здравое мышление, хотя, теперь меня всё равно с натяжкой можно назвать здравомыслящей… Но об этом потом.       Тогда мне было невыносимо больно. Не физически, морально, но этой боли хватило бы для того, чтобы сдохнуть прямо на той дороге, на тротуаре которой я сидела. Хотелось просто выть от безысходности и боли, от чувств, раздирающих и сжигающих меня изнутри. В тот момент я хотела умереть, тогда ещё не понимая, что уже умерла. Вот только опять же не физически. Я была мертва изнутри. Точнее внутри меня умерла добрая маленькая девочка, у которой есть любящий брат, и у неё всё хорошо. Но уже тогда у меня было трое самых близких друзей — Юлик, Миша и Настя. Они очень любили меня, относясь как к младшей сестре, о чём я прекрасно знала. Они бы страдали, если бы я сдохла, как этого мне пожелал мой любимый братик, так что было принято решение продолжать жить. Я собралась с силами и позвонила Юлику, но не успела ни слова сказать, как почувствовала уже физическую боль и потеряла сознание. Когда я очнулась, то почувствовала, что всё тело жутко болит, а открыв глаза, поняла, что нахожусь в незнакомом мне месте и у меня связаны руки. Да, мне было страшно. Только вот опять же не за себя, а за друзей и брата. Вот с детства я такая. Волнуюсь за других, полностью забивая на себя и вот к чему это меня привело.

Flashback

      Еле сдерживаясь, чтобы не застонать от боли в теле, Лиза распахнула глаза. Изначально в темноте было сложно что-то разглядеть, но когда глаза привыкли, девушка смогла рассмотреть комнату, в которой оказалась. Она была выполнена в тёмных тонах, в левой стороне расположено два больших окна, посредине стояла большая кровать, на которой Лиза и расположилась. Девушка попыталась пошевелить конечностями, что принесло волну неприятных ощущений, но столкнулась с проблемой в виде верёвок, связывающих руки. Внезапно в помещении включили свет, ударивший по глазам, заставляя зажмуриться. Медленно разлепив их, Лиза увидела молодую женщину, вошедшую в комнату, а потом и мужчину, вставшего у самой стенки. — Уже очнулась? — мелодичный голос рыжей женщины эхом оттолкнулся от тёмно-синих каменных стен, заставляя Лизу поморщится. — Кто вы и что я здесь делаю? — выдавила из себя девушка, а слова неприятно царапнули по высохшему горлу. — Артём, принеси воды. Помолчи пока что, я не хочу, чтобы ты сорвала себе голос. — сказала женщина, и села рядом с ней на кровать, внимательно рассматривая девушку. Они просидели в тишине около трёх минут, прежде чем мужчина принёс стакан воды. — Пей и слушай. Елизавета Тушенцова, да? Тебе шестнадцать, ты учишься в девятом классе школы №115, у тебя есть брат… — начала говорить женщина, продолжая всматриваться в лицо русой. — Теперь уже, скорее всего, нет. — тихо, но чётко сказала девушка, вновь вспоминая о самой крупной, и, наверное, последней ссоре с Русланом. — Так даже проще. — себе под нос прошептала женщина, чтобы школьница не услышала, а потом громче продолжила. — Почему у тебя с собой были вещи? Ты куда-то уезжаешь? И почему больше нет брата, он умер? — спрашивала женщина, надеясь завоевать доверие и узнать слабые точки прежде, чем наконец подвести к главной мысли. — Очень интересная идея — рассказывать о своей жизни незнакомым людям, связавшим и привёзшим тебя неизвестно куда. Для приличия могли бы руки что ли развязать. — безэмоционально сказала Лиза. Даже несмотря на то, что внутри неё сейчас пустота, скрывающая за собой невыносимую моральную боль, она продолжает язвить и шутить. Эти слова заставили женщину усмехнуться. — Уж лучше бы он умер, но нет, он пожелал этого мне и выгнал из дома по совету одной стервы. Я осталась без дома и без самого важного и близкого человека в жизни. Ещё я сейчас нахожусь чёрт знает где и с черт знает с кем. А так всё просто охуенно, и я вполне довольна своей жизнью. — усмехнувшись ответила девушка, поняв, что развязывать её никто не собирается, а хуже от этого не станет. — И что, даже без слёз? — Ну, а зачем? — равнодушно спросила девушка, посмотрев женщине в глаза. — Восприимчива к боли? — последовал неожиданный вопрос от мужчины, которого она назвала Артёмом, на что девушка сначала удивлённо посмотрела на него, а потом помотала головой в разные стороны. — Сейчас тебе поступит предложение, на которое ты должна согласиться, поняла? — спрашивает женщина, на что Лиза кивает. — Я — очень крупный, но нелегальный дилер, в данный момент ищущий себе помощницу, которая будет помогать мне с делами. За выполненные специальных заданий, которые я буду часто давать, ты будешь получать деньги и какую-никакую безопасность. Задания лёгкие, наподобие подготовки оружия, его выбора и покупки, а также сложные. Если захочешь, я могу предоставить тебе дом в районе твоей школы, раз тебе негде жить. Согласна? — договорив, рыжая замолчала, давая Лизе обдумать её слова. — Как я понимаю, отказаться у меня нет права? — спустя минуту спрашивает школьница, заранее зная ответ. — Конечно, ты можешь отказаться, но думаю Михаилу, Анастасии, Юлию и Руслану не придутся по душе последствия твоего отрицательного ответа. — опять говорит мужчина, заставляя обратить на себя внимание. Женщина на это лишь хмыкает. — Знаете, мне хватило бы и простого «нет». Тогда у меня лишь один вопрос: почему я? У меня же нет никаких навыков обороны, знаний и прочей херни. Почему вы не возьмёте себе в помощники какого-нибудь прошаренного человека? — Навыкам тебя обучим, знания приобретёшь, а вся «прочая херня» очень быстро к тебе придёт. Потому что мне нужна именно ты, не спрашивай почему, всё равно не узнаешь. Да или нет? — спрашивает рыжая, смотря ей прямо в глаза. — Вы же знаете ответ, зачем спрашивать? — Лиза приподнимает бровь, чуть усмехаясь, на что женщина усмехается в ответ. — Тебе сейчас принесут перекусить. Идём, Лиза, нас ждут. — сказал мужчина, подходя к Лизе и развязывая ей руки. — Пока запомни первое правило: нельзя показывать свои эмоции людям. Тебе предстоит научиться носить маски каждый день, а становиться собой только с самыми близкими и проверенными людьми, которые не вонзят тебе нож в спину, как твой брат. — говорит женщина и выходит из комнаты, закрывая её с обратной стороны на ключ. Лиза же просто лежит, потирая запястья и смотря в потолок. Она ввязалась в крупную игру, заключая договор с дьяволом. И её уже просто так не отпустят, она хорошо это понимает.

***

      С того времени прошло уже чуть больше полутора лет. У меня было много заданий, с которыми я очень успешно справлялась и продолжаю справляться. Со временем они становились сложнее и масштабнее. Последние пять-шесть месяцев Лида часто берёт меня на крупные сделки, а на нескольких из них я даже попадала в перестрелку. На третий раз мне не очень повезло. Тогда мне в руку попала пуля от своих, устроивших стрельбу, а то есть от предателя. Лида и Артём были в бешенстве, а этих людей очень опасно злить, это я знаю на своём опыте. Но это ещё хорошо, что не в голову, а этого не случилось благодаря тем навыкам, которые, по словам Артёма, были должны прийти.       Артём, кстати, киллер. Весело, да? Он строгий и сдержанный, сначала относился ко мне не очень хорошо, но потом мы начали часто выходить на контакт. В последнее время мне даже кажется, что у него начались проблемы с головой, хоть я и стараюсь не думать об этом. Он частенько гоняет меня на тренировках, после которых я чудом остаюсь живой, в точности, как и после тренировок с его женой. Они как раз-таки и помогли прийти большинству «прочей херни», как я тогда выразилась. Сейчас я понимаю, что без этой «херни» могла бы уже лежать под землёй. Я очень хорошо разбираюсь в оружии, знаю как защитить себя с помощью самообороны, у меня полно важных контактов, я научилась стрелять точно по мишеням и ещё очень многое. Также Лида выполнила данные ею обещания. Денег за задания я получаю много, с безопасностью у меня всё ок, как и с местом жительства.       Я поменяла фамилию, как мне приказала Лида, на выбранную ей же. А я не особо-то и сопротивлялась, согласившись почти сразу. В моей жизни до сих пор есть два лучших друга и лучшая подруга, с которыми мы прошли множество испытаний, и которые знают о моей работе. Юлик, Настя и Миша. Первое время все трое были просто в ужасе, узнав, чем мне пришлось заниматься, чтобы они и Тушенцов жили спокойно. А также они были в шоке от того, как со мной поступил Руслан, возненавидев моего брата. Он, кстати, со мной так и не разговаривал, и даже не делал попыток помириться. Ну, наверное, это даже не так плохо, хоть и больно. Ведь в последнее время Лида и Артём начали затягивать меня в свой бизнес всё больше и глубже, а при неповиновении могут начать шантажировать им. Но, думаю, что такого не случится, ведь свою работу я выполняю очень хорошо.       Рядом с Тушенцовым сейчас довольно хорошие и проверенные люди. Жаль только, что это не помешало им ударить мне ножом в спину вместе с ним… Эх, ладно, не важно. А также ещё рядом с Русланом всё ещё эта блондинистая мразь, которая продолжает высасывать из него последние соки, что меня совсем не радует, и с чем я не могу ничего поделать. Пару раз меня даже посещала мысль воспользоваться знаниями, полученными на тренировках Артёма и застрелить её, но я сдерживалась и отгоняла их прочь. Руслан начал издеваться, задевать и унижать меня, а потом под раздачу начали попадать и мои друзья, сразу же вставшие на мою защиту. Интересно, какова была бы реакция этой неблагодарной сволочи, которую я продолжаю любить растоптанным в клочья сердцем, на то, чем я занимаюсь ради спасения его жизни? На самом деле нет, я не жалуюсь. Мне нравится, когда в крови бурлит адреналин, вокруг опасность, а тебя в любую секунду могут убить. Да, может это безумие, но мне нравится, хоть в такой работе есть минусы.       В школе у меня всё идёт как нельзя лучше. Нас с Юликом, Мишей и Настей начали называть компанией «Неприкосновенных», потому что нам всё сходило с рук. Точнее все с рук сходило мне, а они не попадали под наказания из-за моих просьб. Почему меня слушались? Всё просто: наша директриса — подставная личность, которую в нашу школу подослала Лида. Это она сделала, что бы мне не нужно было напрягаться по поводу этой учёбы, которая в жизни мне никак не пригодится. После школы я всё равно целиком и полностью уйду к Лиде и Артёму, что они уже давно решили. Мне-то какая разница, если половина моей жизни всё равно принадлежит не мне? Тем более, половины им становится мало… Да, согласилась я и не только поэтому, а также потому что мне нравилось это. Так, блять, опять я от темы отвлеклась! В школе мы творили всё, что хотели, но не особо пользовались этим правом. Мы не терроризировали и не издевались над учениками, которые этого не заслуживали, не были тиранами по отношению к ним. Наши розыгрыши, приколы и издёвки испытывали на себе плохие учителя, и некоторые мерзкие личности.       Думаю, я вам и так уже много о себе рассказала, поэтому остальное потом. Как говорится, хорошего, а в моём случае не очень, понемножку! Так, пора выходить из дома, ведь я итак опаздываю на эту ебучую линейку уже на пятнадцать минут. А меня там уже ждут мои друзья. Телефон и газовый баллончик я положила в карман джинс, а наушники, ключи и ещё пару нужных вещей в портфель. В потайном кармане, который просто невозможно обнаружить, у меня всегда лежит пистолет, после проверки которого я закинула его на плечо и вышла из здания, идя по направлению к школе. На самом деле мне очень хотелось послушать музыку по дороге, но я помню правило быть всегда начеку, ведь однажды, когда я ослушалась его, чуть не попрощалась с жизнью.       Вот и тёмный переулок, который я так люблю. Дойдя примерно до середины, я услышала тихие шаги, обладатель которых точно был мужского пола. Ага, он это за мной, мне даже интересно кто это. Внезапно, а на самом деле не очень, меня прижали к стене, схватив за горло и одну руку. Это лицо я узнаю из тысячи… Поехавший головой человек, ненавидящий Руслана всей своей гнилой душонкой. Он хочет отомстить ему, убить или же очень жестоко избить. Я же не даю ему сделать этого уже больше полугода, пресекая все попытки. В последний раз я еле успела и спугнула его прежде, чем он совершит то, что хотел. Потому что какой бы не был мразью мой брат по отношению ко мне, я всё ещё наивно люблю его. Ебанутая, что ещё сказать… — Предлагаю тебе сделку: ты прекращаешь мешать мне пришить Тушенцова, а взамен оставляю тебе твою жизнь. — прошипел Никита прямо мне в лицо. Он угрожает смертью, а мне хочется смеяться. Что со мной не так? На самом деле я сейчас с лёгкостью могу вырваться из его хватки, но мне просто интересно, что же будет дальше. Нет, я точно ебнулась с этой работой. — Пошёл на хуй. — в ответ я безмятежно послала его, смотря в мутные глаза. Что это с ним? Накурился что ли? — Ты хочешь сдохнуть?! Почему ты просто не дашь мне закончить начатое?! Он же так отвратительно поступил с тобой, Неред, так почему же ты защищаешь его?! Я в последний раз предлагаю: дашь мне пришить его, и тогда ты не умрёшь от моей руки прямо сейчас! — он больно сжимает мою руку и сдавливает горло, настолько сильно, что у меня начинает заканчиваться воздух. В этот момент мне на несколько секунд становится страшно, но тут же вспоминаю о том, кем являюсь и что умею. Хватит шуток, то, что было нужно, я уже узнала. Быстро вывернув руку и дав поддых, как меня этому учили, и вынимаю баллончик из кармана, распыляя химический состав прямо ему в лицо. Он падает на колени, хватаясь за глаза, но мне кажется, что это неравноценный обмен моему синяку на руке, и я делаю удар ногой. После этого наклоняюсь и на ухо говорю: — При следующей попытке сделать гадость моему брату, ты получишь в два раза больше, на вторую ты будешь лежать в больнице, а на третью заснёшь навсегда. Я ясно выразилась?! — говорю я, и, поправив лямку съехавшего портфеля, продолжаю свой путь. На линейку я теперь точно опоздала. Быстро дохожу до ворот школы, я вижу, как школьники идут за своими преподами в классы. Оглядываюсь в поисках друзей и вижу, как Миша огрызается на очередную издёвку от Руслана и уходит, задев того плечом, а вслед за ним идут и Настя с Юликом. Тушенцов довольный смотрит на Дейдример и Зарыковскую… Погодите, а это ещё кто с ними? Ладно, потом пробью, не до этого рыжего сейчас. Я бегу к друзьям навстречу, перехватывая их почти сразу. — Лизка! — вскрикивает Онешко и бросается меня обнимать, отрывая от земли. Он может успеть соскучиться даже если мы не виделись всего пять минут, хотя всегда старается этого не показывать. Но на это он и Юлик! Мне всегда становится смешно от этого, и этот раз не исключение. — Юлик, ну-ка блять опус­тил ме­ня на зем­лю, за­душишь же! — в шутку говорю я, отстраняясь от друга. Спиной чувствую, что меня прожигают несколько взглядов, но пропускаю это мимо себя. Привыкла. — Мы уж думали, что ты сегодня не появишься. Что-то случилось? — спрашивает Настя, выпуская меня из плена своих объятий. — Случился Никита, и его желание прибить Руслана. Пойдем на лестницу началки, мелюзга в классах, не помешают. — тихо отвечаю я, заходя в школьное заведение и идя по направлению правого коридора. — Рассказывай. — говорит Миша, облокачиваясь на стенку, на что я автоматически закатываю рукава кофты, как делаю это обычно, тем самым открывая вид на свежий синяк. Блять! — Ну, и что это? — тихо спрашивает Юлик. Он всегда старается оберегать меня от всего, чего только сможет, потому что любит, как сестру, и я об этом прекрасно знаю, но вот только ничего не могу с этим поделать. На самом же деле просто когда я рискую собой по пустякам, у него включается режим строгой «няньки». Хотя в жизни и он сам частенько рискует собой, о чём я напоминаю ему в такие моменты. — Никита предложил сделку: я не мешаю ему пришить Руслана, а он в ответ оставляет мне мою жизнь. — отвечаю я, ловя на себе взволнованные взгляды. — Я спрашиваю: что это такое? Ты не смогла защититься или что? — опять спрашивает Юлик, сверля меня недовольным и обеспокоенным взглядом. Я ненавижу, когда мои друзья со мной нянчатся, но всё равно позволяю это этим троим, стараясь не показывать недовольства. Он, как и Настя с Мишей, ненавидит, когда я по пустякам рискую собой в обычной жизни, ссылаясь на то, что мне и на работе этого хватает. Но самое смешное то, что он чаще всего старается этого не показывать. Так сказать, держит образ плохого мальчика. — Мне нужно было узнать, что он задумал. Юлик, блять, пожалуйста, только не кричи. Со мной всё в полном порядке, и я могу себя защитить, просто сначала не было надобности. — видя, что он собирается начать читать мне нотации, говорю я и подхожу к нему, немного приобнимая. Это всегда срабатывает и он успокаивается, как и сейчас, так что друг обнял меня в ответ. — Как так получилось? — спрашивает Настя, сидящая на ступеньке лестницы, обхватив одну ногу руками и опираясь на перила спиной. — Этот еблан перех­ва­тил ме­ня се­год­ня ут­ром и ска­зал, что ес­ли я бу­ду лезть, отом­стит мне за это, убь­ёт. Зна­ете, мне на нес­коль­ко се­кунд ста­ло страш­но, а по­том я вспом­ни­ла, кто пе­редо мной и ус­по­ко­илась. Он же не из на­ших кру­гов, так что вряд ли что смо­жет мне сде­лать. — отвечаю на её вопрос и слышу шорох с нижнего этажа. Хм, может показалось? — Лиз, ну ты всё же будь поосторожней, а то ма­ло ли. — нет, вроде не показалось. — Да лад­но те­бе, Нас­тя, хуй с ним, не да­дим на­шу Лиз­ку в оби­ду! Да и на­ши не да­дут, ес­ли вы по­нима­ете о ком я. — говорит Миша, а Онешко одобрительно кивает, вновь входя в привычный для нас образ. — И всё же, Лиза, мы о нем не так много знаем. Он может оказаться весьма опасным человеком, способным на это! Под рукой может не ока… — теперь я отчётливо слышу шорохи. Нас подслушивают, но вот долго ли и кто? — Погоди, нас кто-то подслушивает, — тихо говорю я друзьям и тут же слышу топот убегающих слонов, неизвестным образом попавших в нашу школу. Быстро спустившись на одну лестничную площадку вниз, я упираюсь руками на перила, наблюдая за нарушителями нашего спокойствия. Руслан, Дейдример и Зарыковская добегают и почти скрываются за поворотом, а их новый рыжий друг, чьего имени я не знаю, замедляет бег, и оглядывается на меня, смотря мне прямо в глаза, от чего на моём лице расплывается усмешка. Хм, довольно интересный и красивый цвет глаз. Я такой встречала всего пару раз за всю жизнь. Он, видимо поняв свою ошибку, разворачивается и тоже скрывается за поворотом. — Надо будет объяснить нашим любимым одноклассникам, что подслушивать плохо. — отвечаю на вопросительные взгляды, обращённые на меня, когда я вернулась на наш этаж. — Кто? — спрашивает Юлик с привычной ухмылкой. — Придётся учить хорошим манерам моего братца, Светлану Дейдример, Дарью Зарыковскую и их нового рыжего друга. Настя, сходи, пожалуйста, за расписанием. Мы будем ждать тебя у кабинета химии. — говорю я и моя подруга согласно кивает, после чего берёт сумку и идёт к нашему кабинету, где наш препод обычно раздаёт расписания. — Лиз, ты завтра придёшь? — спрашивает Миша, когда мы почти доходим до назначенного нами же места. — Знаешь, мне эта школа вообще нахуй не нужна, а приходить сюда можно всего раз в неделю, но я и так по три-четыре дня на неделе прогуливаю или просто пропускаю. А у меня столько шалостей в мыслях, да и вас одних не очень хочется оставлять. Домашку я всё равно не делаю. Приду, тем более у меня идейка есть. — открывая окно настежь, я взглядом прошу Юлика вынуть из него сетку. Ну, а для чего ещё он, по-вашему, ходит в свои качалки? Конечно же для того, чтобы мне сетки из окон вынимать! Он тут же выполняет мою немую просьбу, и я сажусь на подоконник, свешивая вниз одну ногу, а вторую вытягиваю во всю длину. — Смотри не ебнись, никто ловить тебя не будет. — смеётся он, но я-то прекрасно знаю, что каждый из них сразу побежит ловить меня. — Да ну? — наигранно недоверчиво спрашиваю я, на что он кивает, вновь упираясь на противоположную окну стенку, находящуюся прямо рядом с дверью. Я же решаю доказать ему, что это совершенно не так. Со мной твой образ не сработает, Юлик, как бы ты не надеялся. Миша, кажется понявший, что я хочу сделать, еле сдерживает улыбку. Я незаметно подмигиваю ему, мол «не мешай, пусть сам», на что он чуть кивает. — Ой, падаю! — имитируя падение, вскрикиваю я. Юлик тут же срывается с места и в ту же секунду оказывается рядом со мной, испуганно хватая за руку, чтобы я не упала. Совергон и наблюдавшая за всем этим Настя начинают громко смеяться. — Никто меня ловить не будет, да, Юлик? — смотря на ничего не понимающего парня, теперь уже не сдерживаюсь и смеюсь я. — Очень смешно, Лиза. — напущено недовольно говорит он, но уже в следующую секунду и сам не сдерживает улыбку. Шпагина подходит к нам и отдаёт листы с расписанием. — Ну, всё не так хуёво, как предполагалось, жить можно. — медленно, растягивая буквы проговаривает Миша, сворачивая листок в трубочку и засовывая её в карман джинс. Я перевела взгляд на улицу, оглядывая территорию школы. — …лько вы уже не общаетесь?! Боль…утора года?! Тебя не может не волновать то, что твоей сестре угрожают смертью, пусть по тво­им рас­сужде­ни­ям да­же шу­точ­ной! Хотя бы объясни на причину вашей ссоры, чт… — донёсся до меня голос моей одноклассницы. Мои друзья также начали прислушиваться, а я посмотрела в сторону звуков и наткнулась глазами на Руслана с его компанией. Хм, он даже не рассказал им причину? Весело. Где-то в глубине моей души теплилась надежда, что он скажет, что его это хоть немного волнует, но нет, я всё такая же наивная дура. — Нет, совершенно не волнует! Мне похуй! Всё! Тема закр…! — слова больно полоснули по сердцу, по той надежде, которая сейчас умерла. Ничего не поменялось, и он всё также продолжает меня ненавидеть. Я бы заплакала сейчас, вот только разучилась, знаете ли. — Неблагодарная свинья. — тихо сказала Настя парням, наверное, увидев, как я поникла, а Юлик и Миша кивнули, подумав, что я не увижу. Рыжий, заметив мой взгляд, обращённый на них, тут же сообщил им об этом. Сообразительный, блять, нашёлся. Все четверо поднялись с земли и поспешили к воротам. Я же наблюдала за всем этим с хитрой усмешкой, как и мои друзья, вставшие у меня за спиной скрестив руки. Паренёк опять замедлил шаг, как и тогда в коридоре, а после повернулся, взглядом столкнувшись с моим. Моя усмешка стала ещё шире, а он, посмотрев мне в глаза пару секунд, развернулся и догнал друзей, скрываясь вместе с ними за поворотом. — Ой, чуть не забыла, Лиз, тебя к себе зовёт Ульяна. — сказала Настя, на что я тут же слезла с подоконника, подбирая портфель с пола. — Интересно, зачем? — задумчиво спросил Миша, наблюдая за моими действиями. — Скорее всего Лида или Артём что-то передать хотят. Давайте я звякну, как освобожусь, на связи. — сказала я, отсалютовав рукой, и пошла в сторону лестницы, чтобы спуститься на два этажа ниже. Быстро дойдя до кабинета директора, я постучала в дверь и вошла. — Привет, Лиза. Лида попросила тебе передать, что завтра вечером в половине девятого за тобой зайдут и вы поедете в другой город для сделки. Вся нужная для тебя в данный момент информация здесь. — отрываясь от бумаг, Ульяна протянула мне чёрную флешку. — Уль, а что это за рыжий пацан с Русланом? — падая в кресло, задала интересующий меня вопрос я. — Это твой новый одноклассник. Данила Кашин, восемнадцать лет, учится неплохо, привлечений, судимостей и прочего нет. Остальное, если захочешь, можешь сама найти. — протараторила она, уже заранее зная к чему я задаю вопрос. — Ладно, мне пока большего не нужно. Так что же я хотела спросить… Лида больше ничего не просила передать? — вспомнив о недавнем происшествии с нашими, спросила я. — А, точно, прости, я совсем загонялась этими бумагами. Все живы, хоть и несколько человек получили ранения, но они несерьёзные. Саше еле удалось остановить кровь у Зениной, а вот зашивать пришлось мне, как и обрабатывать остальные раны. Неудивительно, что это произошло, такие деньги крутились. Хорошо, что они в конце концов достались нам. — рассмеялась Ульяна, на что я ухмыльнулась. — Блять, уже одиннадцать! Мне надо ещё успеть до вечера кое-куда заглянуть и информацию просмотреть! Давай, скоро увидимся, если повезёт, пока! — схватив рюкзак и закинув его на плечо, я махнула рукой на прощанье и выскочила из кабинета. По дороге домой я набрала Юлика, в данный момент гуляющего с Настей и Мишей, для того, чтобы сообщить им последние новости.