Сага про сближения и замечательных котов

Ваня не то чтобы следил за другим Ваней. Но он был подписан на него в Твиттере. А ещё в Инстаграме. Да и уведомления на него стояли. Так что, возможно, Ваня и следил за другим Ваней. Совсем немного. Евстигнеев подписался сначала по приколу. Ему показалось, что будет забавно наблюдать за жизнью одного из представителей Антихайпа. По крайней мере, Инстаграм-стори были весёлыми, и там часто мелькал прекрасный фантастический великолепный толстенький котик, которого звали Гриша. Ваня оправдывал себя тем, что к сталкерству он пришёл именно из-за котика. Уж больно замечательным он был! Кстати, его хозяин тоже был замечательным, но к осознанию этого факта Евстигнеев пришёл немного позднее. Первую половину января Светло активно занимался самой настоящей хернёй, и Ваня решил, что это из-за скуки: всё-таки Гнойный улетел в Тайланд, а Замай готовился к релизу. Развлекать Фаллена было некому, и поэтому он маялся и от безделья творил всякую дичь. Ваня откровенно забавлялся, когда наблюдал это, хотя и понимал, что если Светло так продолжит, то все его фанаты пошлют его далеко и надолго. Сейчас сам Ваня уже дома. Они пару дней назад вернулись из Омска, и теперь можно было уйти в заслуженный отпуск. Правда, Ваня не уверен, сколько он сможет сидеть без дела. Возможно, месяц или чуть больше. Тур был трудным и изматывающим, но по его окончанию Евстигнеев ощущал себя счастливым, пусть в последнее время отношения с Мироном стали прохладнее. Это расстраивало, и Ваня спрашивал себя, долго ли они ещё будут поддерживать общение. Возможно, Мирон опять сорвётся, и биполярное расстройство обострится. Ваня хотел бы, чтобы болезнь прошла, но, увы, так не будет, и он знает, что как только другу станет плохо, они всей командой сорвутся к нему домой и будут выхаживать. Всё-таки они больше, чем семья. Но сейчас Ваня валяется в своей постели и лениво листает ленту в Твиттере, думая о том, что надо встретиться с Храмовым и засесть в баре перетереть за жизнь. Они давно не виделись всё же. Ваня откидывает телефон и трёт закрытые глаза. Они болят от постоянного ношения линз, и, наверное, надо пойти проверить зрение и заказать нормальные очки, потому что старые он разбил во время тура. Сплошные траты, да ещё и с магазином необходимо разобраться, так как количество товаров совсем не соответствует количеству покупателей. Это, конечно, радует, но лишних телодвижений не хочется совершать от слова совсем.  Телефон выдаёт мерзкий звук приходящего уведомления, и Ваня раздражённо берёт его в руки. Twitter: АДМИНИСТРАЦИЯ СНА @for_fallen_mc «СРОЧНО НУЖЕН МЕРЧ С ГРИШЕЙ» 3:31 pm, 24 Jan 2018 Интересно. Неужели Светло правда что-то сделает? Ваня бы даже купил себе что-нибудь с Гришей. Всё-таки он замечательный, да и кто не любит толстеньких котов? Только варвары и монстры, но даже Охра любил иной раз почесунькать котика за ушком. Ваня честно послушал альбом Фаллена, но только потому, что там была манящая строчка «при участии Гриши», и он, как дурак, повёлся. Ваня не понимает творчество Светло, хотя некоторые треки из других релизов ему зашли, пусть бит был однообразный, но атмосфера в целом была располагающей. Евстигнеев громко ржал с «Шиппер-тауна» и, как выразился однажды Мирон, тщательно изучил данный феномен. Стыдно признать, не просто изучил, а даже вник сильнее, чем стоило было. Посохранял некоторые арты и почитал фанфики, и не мог не признать, что некоторые могли бы стать чем-то большим и даже печататься и публиковаться, только если там, конечно, были не «рэпер Охра, который ебёт в рот рэпера Фаллена эм си». Ему казалось это забавным, и, если честно, Евстигнеев откровенно не догонял, почему Ваня был так недоволен, да ещё и сам подливал масла в огонь. Самому Ване в лицо никто не тыкал этим, даже не кидали арты и всё такое, поэтому в том, что Светло доставали, был виноват только он сам. Ваня бесцельно шлялся по квартире, не зная, чем себя занять, пока не привезут его пиццу. Есть хотелось, но готовить было лень. Да и талантов особых у него не было. Нет, ну макаронами недоваренными он вас, конечно, угостит, если уж так хочется. Звук уведомления раздаётся снова, и Евстигнеев лениво тянется за телефоном. Twitter: АДМИНИСТРАЦИЯ СНА @for_fallen_mc «КТО НАРИСУЕТ\ОФОРМИТ \СПИЗДИТ\СФОТОГРАФИРУЕТ ЛУЧШИЙ АРТ К МЕРЧУ С ГРИШЕЙ, ТОТ ЗАЯЦ-РУСАК» 4:09 pm, 24 Jan 2018 Ваня смеётся и просматривает скинутые рисунки и фотографии. Сохраняет себе парочку и подписывается на фан-аккаунт Гриши. Вдруг он понимает, что у бедного котика и правда нет хороших фото, сделанных на профессиональную камеру. У него даже сердечко удар пропустило, когда он это осознал. А Иван — человек простой, поэтому тут же было принято решение устроить фотосессию для Гриши. Осталось напроситься Ване в гости. Евстигнеев жуёт пиццу и думает над ВПДАГ — «Великим Планом по Добыванию Адреса Гришеньки». Самым лёгким вариантом было бы просто предложить Светло пофоткать его кота. Но что-то он сомневался, что тот согласится. Ваня был человеком честным, поэтому недолгих раздумий взял себя в руки и просто написал Фаллену с фейкового аккаунта, что он может устроить фотосессию для Гриши. Новое уведомление из Твиттера гласило: АДМИНИСТРАЦИЯ СНА @for_fallen_mc «ЕБИТЕС!» 4:31 pm, 24 Jan 2018 Так что Ваня решил надеяться на удачу. Сегодня она повернулась к нему лицом, поэтому буквально через несколько минут ему ответил Светло и попросил скинуть фотографии, так сказать, портфолио, чтобы проверить, насколько он хорош для Гриши. Рудбой с этого посмеялся, но честно отправил несколько фото. Он искал старые фотографии, чтобы не спалиться и заранее не открыть, кто он, а то ни фотосессии, ни Гришеньки, ни самого Светло ему не видать. Ваня не хотел признавать, но у него тряслись руки, когда Светло прочитал сообщение и долго не отвечал. Евстигнеев хотел, чтобы Ване понравились фотографии и он согласился на фотосессию. Ваня не хотел признавать, но когда Фаллен сказал, что «ЭТО СУПЕР КРУУТО ДЯДЬ ПРИХОДИ ХОТЬ СЕЙЧАС», он заорал от радости и подпрыгнул на стуле. Евстигнеев попросил адрес и, когда его скинули вместе с угрозой, достаточно явной и страшной, что если адрес пустят по сети, то его съест Гриша, уже спускался по ступенькам. Ваня улыбнулся на это, поправил сумку на плече и отправил лаконичное «хорошо, буду через час». Как оказалось, Гриша проживал недалеко. Две остановки на метро, но погода была хорошая, поэтому Ваня решил прогуляться пешком, по пути продумывая, как устроить фотосессию, если его не выгонят, как только увидят. Евстигнеев надеялся на благоразумие Фаллена и его желание выпустить мерч с котиком, поэтому не сильно волновался. Хотя он врёт сам себе, ведь боится он до усрачки. Да, он хотел устроить фотосессию для Гришеньки, потому что он был безумно красивым и толстеньким, а такие коты, как известно, самые лучшие. Но ещё он хотел выйти на контакт с самим Ваней. Если не подружиться с ним, то хотя бы стать хорошими знакомыми и иногда выпивать в баре. Посчитав, что приходить в гости без подарка некрасиво, по дороге Ваня свернул в зоомагазин и купил Грише мышку, ярко-красную с какой-то гремушкой внутри, и самый дорогой корм, который только нашёл. Попросил завернуть всё это в красивый пакет, а в ближайшем продуктовом купил себе и Светло несколько бутылок пива. Ведь если его пустят в квартиру, то надо будет расположить к себе её хозяина и самого котика. Он стоит перед дверью парадной и мнётся, боится звонить в домофон, как какой-то школьник, который впервые пришёл за девчонкой, чтобы пойти вместе в кино. Убеждая себя, что он смелый и вообще «самостоятельный монстр», он уверенно жмёт на цифры, понимая, что домофон не работает. Он легко толкает дверь и поднимается на пятый этаж старого здания. Внутри на удивление чисто и даже недавно покрашенные стены. Ваня смотрит на цифры на двери, та грязная и с явными следами ботинок внизу. Надо будет узнать, кто так сильно хотел попасть в квартиру, что колотил ногами дверь. Что-то подсказывает Ване, что это могли быть сами Слава со Светло. Кстати, о Гнойном. Евстигнеев точно не знал, вернулся он или нет, но не хотелось бы, чтобы сейчас ему дверь открыл не Ваня. Ваня вдруг подумал, что адрес фейковый. Но было уже поздно, ведь он нажал на кнопку звонка и раздался неприятный короткий звук. За дверью послышалось шуршание, а затем и приглушённый мат. Ваня волнуется так, что у него потеют ладони, и он неловко вытирает их о джинсы. Когда ему открывают дверь и на пороге немного помятый Фаллен с Гришей на руках, Евстигнеев замирает и в голове одна мысль: «Какие они красивые».  — ТЫ? — восклицает Фаллен и смотрит на него возмущённо и даже зло. — Я, — тихо отвечает Ваня и переминается с ноги на ногу. — Пустишь или мне сразу уходить? Они стоят в молчании несколько минут. Ваня смотрит в пол и крепче сжимает сумку с фотоаппаратом, украдкой поглядывая то на кота, то на самого Светло. Тот же недовольно пыхтит и что-то шепчет Грише на ухо, от чего тот пинает его лапкой прямо в подбородок, и Евстигнеев смеётся. Фаллен снова кидает на него злой взгляд, тяжело вздыхает и бросает «Проходи». Рудбой от радости хочет запеть, но спокойно кивает и благодарит. Он заходит в квартиру и неловко стягивает куртку, а затем, наклонившись, и обувь. Пакет с подарком и сумку он заранее аккуратно ставит рядом. — Точно! — вспомнив про подарок, он разгибается и случайно ударяется головой о вешалку. Светло смеётся над ним и отпускает кота на пол. Тот подходит к кроссовкам Вани, обнюхивает их, кусает за шнурок, важно кивает и уже уверенно идёт к Рудбою. Нюхает порозовевшие носки, ведь только такой дурак, как Ваня, носит белые носки под цветную обувь, касается лапкой стопы и поднимает мордочку вверх. Сердце Вани тает, и он присаживается рядом с Гришей. Он не трогает его, лишь протягивает раскрытую ладонь навстречу носику кота. Тот нюхает пальцы, проводит лапкой по татуировке, а затем устраивает на ладони мордочку и закрывает глаза. Ваня очарован. Первое касание — прекрасное. В жизни Гриша ещё красивее, чем на фотографии. Евстигнеев аккуратно чешет его за ушком, слышит тихое мурчание и ликует, улыбаясь. Шерсть у Гриши — мягкая, длинная и немного остаётся на ладони, но на это как-то наплевать. У него пушистые щёчки, большое пузико и замечательный хвост. Гриша забирается на колени к Ване, устраивается там, и обвивает хвост вокруг его запястья. Евстигнеев гладит кота по голове, ведёт по спинке, и Гриша выгибается навстречу прикосновению, довольно мурча. Переворачивается на спинку, и Ваня с удовольствием чешет ему животик, а другой рукой касается лапок. Они такие же мягкие и тёплые, на них длинные коготки, которые Гриша демонстративно показывает, хитро щурясь из-под приоткрытых глаз. — Кто это у нас тут такой замечательный? — воркует Ваня, смотря на кота. Он хотел бы выйти замуж за Гришу — настолько он прекрасен. Гриша довольно мурчит и снова важно кивает, словно понимая, что речь о нём, ведь в этой квартире есть только одно замечательное существо — он сам. — Да, это ты. Ты такой прекрасный, Гришенька. И откуда ты только такой взялся? — Гриша, ты предатель! — рядом с Евстигнеевым на колени опускается Ваня и тоже чешет коту животик. — Обычно он не такой ласковый. Он Славе все руки искусал, пока привыкал к нему, — случайно коснувшись пальцами ладони Вани, он краснеет и прячет взгляд за очками, неловко сползшими на кончик носа. Евстигнеев думает, что он очень милый, но решает промолчать. — Думаю, он просто понял, что теперь нас двое таких замечательных. Я его новая мама, — на этих словах Гриша открывает глаза и, Ваня готов поспорить, осуждающе качает головой. — Размечтался. Гриша — мой ребёнок, — важно заявляет Светло, и Гриша кусает его за палец: предупреждающее, больно, но не до крови. — Мне кажется, это ты его ребёнок, — смеётся Ваня и тянется к пакету с подарком. — Ну и что думает господин Кот о маленьком подарке? — Гриша заинтересованно мяукает и слезает с колен, гордо усевшись рядом и выставив лапку вперёд. Ваня думает, что в случае ядерной атаки первым делом побежит спасать этого кота. Он достаёт из пакета банки с пивом и отдаёт их владельцу квартиры. Светло усмехается и говорит, что этим его не подкупить, но принимает подарок. Евстигнеев поворачивается к Грише лицом и вытаскивает сначала корм, а затем мышку, ставя все это перед котом. Тот обнюхивает корм, словно сквозь упаковку может почуять запах еды. Но одобрительно кивает, подталкивает пакет к Светло, и Рудбой громко смеётся с этого, понимая, что главный в этом доме — Гриша. Кот тем временем обращает внимание на мышку. Трогает её лапкой, кусает за хвост и тело, жуёт, одобрительно мурчит и в зубах уносит мышку куда-то вглубь квартиры, важно виляя хвостом и бёдрами. Пока Гриши нет, Ваня разглядывает Светло. Лицо расслабленное, но поза всё же какая-то скованная, и Ваня понимает, что ему неуютно. Он поднимается, бурчит извинения под нос и хочет уйти, но Фаллен хватает его за руку. — Оставайся, дядь. Всё в порядке. Если уж Гриша принял тебя, то мы как-нибудь найдём общий язык, — Ваня смотрит снизу вверх и всё ещё держится за его ладонь. Евстигнеев сглатывает, но кивает, помогает Светло подняться и идёт за ним на кухню. — Чай будешь? Пиво потом откроем, как снимешь Гришу. Отпразднуем, так сказать, — ему неловко, и у него немного трясутся руки. — Да, пожалуйста. Если тебе несложно, Ваня, — тот вздрагивает, услышав своё имя, но кивает и ставит чайник. Евстигнеев садится за стол, когда возвращается Гриша. Он важно ступает лапками по линолеуму и затем запрыгивает прямо на стол. Гриша ластится к Ване, тычется мордочкой в его щёку, лезет под руку. Рудбой смеётся и вновь запускает пальцы в тёплую мягкую шерсть. Гриша тут же громко мурчит и довольно жмурится. — Гриша, — доверительно шепчет Ваня коту на ухо. — Твой хозяин очень красивый, — кот, этот невозможный и прекрасный кот, фыркает и кивает. Конечно, Светло красивый. А как иначе? — Ну и где мы будем тебя снимать, мой пушистый друг? — уже громче говорит Ваня. — У меня есть пара идей, но, возможно, ты хочешь что-то своё. Как вы считаете, господин Кот? — перед Ваней опускается чашка с чаем. Он приглядывается к надписи и смеётся. Светло усмехается и садится напротив. На чашке написано символичное «мирон лох». — Ну и кто это придумал? — Слава заказал. Хотел показать, как ему не всё равно, — у него запотевают очки, когда он подносит чашку ко рту, и Евстигнеев думает, что Ваня правда очень милый. — Так Мирону и надо, — фыркает Ваня и уже потом понимает, что сболтнул лишнего. Но Светло ничего не говорит, молча пьёт чай, но даёт понять, что услышал и принял к сведению. Они чаёвничают в молчании, нарушаемом убаюкивающим мурчанием Гриши. Они не пытаются начать говорить и как-то взаимодействовать, и Ване даже немного обидно, но он все же понимает: он пришёл сюда фотографировать кота, а не болтать. — Ну, что, господин Кот. Вы готовы? — Ваня чешет кота за ушком и идёт в коридор забирать камеру и атрибут. По пути он достаёт её из сумки и регулирует настройки. Когда он возвращается на кухню, Светло стоит возле окна, держа на руках Гришу, и смотрит на улицу. Он в одной футболке и немного ёжится: видимо, отопление правда плохое или они не заплатили за него. Рудбой знает, что богатство идёт вразрез с принципами, которые проповедует Антихайп, но всё равно возникает мысль, что это не из-за принципов в квартире дубарь, а у Вани тупо нет бабла на оплату счётов. Как бы то ни было, всё же это Слава тащит всю их тусовку после нашумевшего баттла с Мироном. Ваня аккуратно наводит объектив, и раздаётся тихий щелчок. Светло тут же поворачивается на звук, и его щёки окрашены румянцем. — Ну и зачем? — У каждого должна быть фотография с их любимцем, — философски изрекает Ваня, важно подняв палец вверх, и Фаллен смеётся, пропуская момент, когда его снова фотографируют. «Ваня очень красивый» — эта мысль заседает очень прочно. — Где ты хочешь, чтобы я поснимал Гришу? Какое у вас самое приличное место в квартире? — интересуется Ваня, и Светло удивленно смотрит на него. — Если честно, я не знаю. Мэн, ты же фотограф, ты и ищи место. Только поаккуратнее там! — возмущается Фаллен, но ведёт его в свою комнату, по пути закрыв дверь в комнату Славы. Гриша уже слез с его рук и важно ступает впереди них. У Вани в комнате стол с компьютером и заваленными на нем книгами и бумажками, рядом шкаф и темно-зелёный диван с небрежно раскинутыми одеялом и множеством подушек. Свет приглушен, и плакаты на стенах почти не видны. Ваня садится в кресло и включает какую-то музыку на фоне. Он вертится туда-сюда на стуле, поглядывая на Евстигнеева, замершего посреди комнаты и рассматривающего её. Гриша запрыгивает на диван и устраивается в гнезде из подушек и взбитого одеяла, обнимая лапками подаренную ему мышку. Свернувшись в клубочек, он похож на пшеничную булочку, чем вновь очаровывает Евстигнеева. — Нет, мой дорогой кот, — воркует Ваня и поднимает его на руки. — Пока совсем не стемнело, мы фотографируемся у окна. Там идёт снег, и ты будешь самым красивым котом на фоне падающих снежинок, — он смотрит на него со всем своим скептицизмом, но не вырывается и позволяет укладывать себя на подоконнике так, как того хочется глупому человеку, который не понимает, что вообще-то Гриша красивый везде. «Люди глупые, » — важно заключает Гриша, но разрешает себя фотографировать, выгибая спинку, и даже ходит по карнизу, ступая лапками на холодный снег. Снежинки падают ему на пушистые щёки, на хвост, на усы. Одна даже падает на нос, и Гриша чихает. У Евстигнеева тут же страшные глаза, и он затаскивает кота в дом, снимает с себя свитер, оставаясь в одной футболке, и укутывает его, приговаривая, что такому хорошему котику нельзя болеть. Светло украдкой делает фото. На нём Рудбой держит укутанного в свитер Гришу и качает его, прикрыв глаза. Решив, что кот согрелся, Ваня отпускает его на пол и просматривает получившиеся фотографии. Удовлетворенно хмыкает и улыбается. После чего начинает носиться по всей комнате, укладывая Гришу там, где на стены красиво падает свет. Делает пару фото в «гнезде», на столе, на мягком ковре. На нём Гриша получается особенно красивым: он лежит на спинке, жмурится и подставляет животик для почесунек. — Что думаешь насчёт неона, господин Кот? — интересуется Ваня и шелестит пакетом, вываливая его содержимое на диван. Светло садится на пол и рассматривает то, что принёс Рудбой. Это светящиеся палочки, чёрная ткань, очки, какая-то цепочка и ещё много всякой ерунды. Первым делом Ваня просит у Фаллена кнопки или что-то такое, чтобы можно было повесить ткань на стену. Светло разводит руками, и поэтому чёрная ткань висит, закреплённая ножами. Это ой как не понравится Славе, но искусство требует жертв! По крайней мере, Гриша в восторге от неоновых палочек и, украв одну, невозмутимо грызёт её, катаясь на спинке по полу. Ваня укладывает кота перед тканью и бросает палочки на пол рядом с ним. Шерстка Гриши окрашивается в розовый, синий, фиолетовый цвета, и Евстигнеев чуть ли не скачет от восторга. Фотографий «неонового» Гриши больше сотни: то он лежит на боку и смотрит в камеру, то чинно сидит на пушистой попе, то прогибается в спинке, задирая хвостик. Есть несколько кадров, где Ваня сидит вместе с Гришей в обнимку. Евстигнеев даже делает фото себе на телефон, потому что розовые блики идеально сочетаются с бледной кожей Светло. Затем они включают весь свет, и у Гриши появляются фото в золотых цепях и темных очках. Светло думает, что именно с подобными фотографиями и выпустит мерч. Евстигнеев снимает ещё около часа, и даже просит сделать фото на память с Гришей. Тот ластится ему в руки и лениво грызёт большой палец. Гриша вымотанный и уставший, но находит в себе силы устроить праздничный ужин после фотосессии. Ваня сам кормит его, говоря ему комплименты и благодарности и гладя по голове и холке. Гриша засыпает прямо возле миски, и Светло смеётся с этого вместе с Ваней. Последний поднимает кота на руки и, баюкая, несёт обратно в комнату. Там он укладывает его на диван, вручает в лапки мышку и укрывает одеялом. Он тихо скользит по комнате, забирая принесённые вещи, стараясь не шуметь и не разбудить ребёнка. Собрав всё, он возвращается на кухню и передаёт фотоаппарат Ване посмотреть на получившиеся снимки, а сам относит пакет в коридор. Время на телефоне показывает 12:41 am, и даже не верится, что они снимали почти пять с половиной часов. Он понимает, что должен уже уходить и что для пива уже поздно, ведь ещё ехать домой. Он немного устал, но был счастлив, ведь за время, проведённое за съемками, Светло немного разговорился и стал больше касаться его, после чего краснел как первоклассник. Он что-то говорил ему про будущие проекты, поинтересовался, как прошёл последний концерт, и вообще был вежливым, что шло в резонанс с тем, каким он был на баттлах. Поведал историю о том, как обрёл Гришу, и Ваня узнал, что совсем скоро у него день рождения, и дал обещание, что подарит что-нибудь. Вернувшись на кухню, он хочет сказать, что ему уже пора, но вдруг понимает, что сейчас Ваня сидит в его свитере, просматривая фотографии, и выглядит таким милым, уютным и домашним, что уходить никуда не хочется. Евстигнеев ставит телефон на беззвучный и делает несколько снимков, пока его не замечают. Щёки Светло опять розового оттенка, и Ваня улыбается ему, понимая, что вообще-то и сам смущён. — Ты опять меня фотографируешь, дядь, — бурчит Фаллен, скрещивая руки на груди. — Извини. Ты просто красивый. Я люблю красивых людей, — выдаёт Ваня, совершенно не подумав. Светло ещё сильнее вспыхивает румянцем, и Евстигнеев понимает, что хочет видеть такую картину каждый день, ведь осознание, что Ваня Светло замечательный давно уже пришло к нему. Он медленно двигается к нему, садится на стол и наклоняется к его лицу. Он может рассмотреть каждую чёрную точку и морщинку даже без очков — настолько они близко. Ваня хочет поцеловать Светло, но не уверен, что его за это не ударят по лицу. Благо, другой Ваня таким ссыклом не был. Он, всё ещё покрытый румянцем, неловко целует Евстигнеева куда-то в уголок губ, прижимаясь буквально на секунду и тут же отстраняясь. Они не закрывали глаз и сейчас внимательно смотрят друг на друга. Ваня обхватывает за шею мужчину и тянет к себе, на этот раз увереннее целуя его губы. Рудбой тут же обнимает его. Они целуются некоторое время, не углубляя поцелуй — просто касание губ. Отстранившись, они соприкасаются лбами и тяжело дышат. Светло утыкается подбородком Ване в место, где шея переходит в плечо, и шумно сопит носом, щекоча бородкой кожу, не закрытую футболкой. Они ничего не говорят. Молчание уютное и домашнее. Евстигнеев разрывает объятия и достаёт из холодильника пиво, умело открывая его без всякой открывашки. Ваня смеётся и называет его позёром, принимая бутылку. Они чокаются и пьют сначала за Гришеньку, потом за каждого из них. Когда пива остаётся совсем чуть-чуть, Евстигнеев предлагает «третий тост — за любовь», и Светло снова смеётся, говоря, что третий тост уже был. Ване же всё равно: в данный момент он счастлив, и больше ему ничего не надо. Часы показывают полвторого ночи, и Ваня подрывается ехать домой. — Ты сегодня ночуешь здесь. Всё равно уже поздно, метро не работает. Пешком идти холодно и страшно, — заплетающимся языком вещает Светло, которого развезло от двух с половиной бутылок. — Плюс вся твоя одежда в шерсти Гришеньки, и её надо постирать. Да и твой свитер я тебе просто так не отдам. Евстигнеев смеётся, но соглашается, говоря, что всё-таки стирать ничего не надо, и пусть ему Ваня одолжит толстовку. Тот с умным видом кивает, а затем отправляет в ванную, заявляя, что в его постель он грязным не пойдёт. Ему торжественно вручают полотенце и новую зубную щётку, и даже комплект нижнего белья с носками, потому что «только попробуй на мой чистый диван в своих грязных трусах, я натяну их тебе на голову потом». Минут через пятнадцать они уже лежат, переплетаясь ногами, на разложенном диване, а Гриша довольно сопит со своей мышкой между ними. Светло накрывает их одеялами и тянется за поцелуем. Он снова недолгий, неловкий, но от этого не менее прекрасный. Утром Евстигнеев просыпается от того, что ему жарко. В ногах лежит Гриша, довольно мурча и щекоча ему пятки. Светло улёгся прямо на него, и они оба погребены под двумя одеялами. — Доброе утро, дядь, — шепчет Ваня, скатываясь с мужчины и ложась под бок. Одной рукой нашарив телефон под подушкой, он лениво просматривает ленту. Откликов за ночи на удивление много, и это странно, ведь всё-таки обычно только днём и вечером в Твиттере наибольшая активность. У него даже висит сообщение от Славы. Но прочитав его, ничего хорошего он там не находит и хмурится. — Ваш Колбастер, или как его там, блять, испоганил наш мерч. Ублюдок, — выплёвывает Ваня и тут же видит недоуменное и даже расстроенное лицо Евстигнеева. Он мотает головой, и, чёрт, конечно, Ваня не мог знать об этом, ведь он всё время был с ним. — Извини. У него вчера была встреча с фанатами в семнашке. Кто-то подогнал ему наш мерч, и он просто растоптал его, — зло поясняет Ваня, откидывая телефон в сторону. Евстигнеев вздыхает и гладит его по плечам. — У меня одна идея. В ней ничего хорошего, но это точно поразит Твиттер, а Мирон вообще разозлится и будет, наверное, кричать, — после некоторого молчания выдаёт Рудбой, и Светло странно на него косится, но кивает. — Тогда тащи свою толстовку и захвати мою камеру, пожалуйста. Ваня подозрительно смотрит на него, но всё приносит и тяжело сглатывает, когда Евстигнеев потягивается и затем надевает кофту. Он берёт камеру, что-то настраивает на ней, наводит на различные предметы в комнате, пока удовлетворенно не хмыкает и не передаёт Ване. — Сфотографируй меня с Гришей. Выложим в наши инстаграмы с какой-нибудь провокационной подписью типа «несите ваш мерч рудбою, я, в отличие от башира, найду ему применение» или «чесунькаю лучшего кота в мире». И обязательно отметим друг друга. Это, конечно, не очень хорошо по отношению к твоим и моим фанатам играть на их чувствах, так как они отчаянно хотят нашего взаимодействия. Но я понимаю, что такое собственный мерч, и как обидно, когда с ним так поступают, — улыбаясь, Ваня говорит всё это и берёт Гришу на руки. Он обнимает его и смотрит в камеру, и Светло перестаёт дышать: Гриша с Ваней выглядят настолько по-домашнему, что не улыбаться невозможно. Ваня послушно делает несколько снимков, а потом откладывает фотоаппарат и лезет целоваться. — Подожди, Ваня. Надо-то выложить, — смеётся Евстигнеев ему в губы. Они переносят фото себе на телефоны и тут же выкладывают их. Ваня даже снимает коротенькую стори, где пристаёт к Грише, говоря, что к нему вчера ходили в гости, переводя камеру на Рудбоя. Тот лишь улыбается. Минут через десять после публикации их телефоны разрываются от входящих звонков, но они уже не слышат, так как Светло решил, что совместный душ по утрам — обязательная часть подтверждения начала отношений. Гриша, будучи благодарным и благородным котом, видя входящие звонки, проводит лапкой по экранам, сбрасывая их. Всё-таки он очень умный кот и понимает, что иногда надо давать своим непутёвым детям побыть одним: без него самого и без странных людей, звонящих в такой утренний час — двенадцать дня. Телефоны стоят на беззвучном режиме и периодически жужжат, поэтому Гриша ложится на них сверху, придавливая к дивану своей пушистой попой, и засыпает.