Блуждая во снах

Сто подлецов и двести трусов мой тревожат покой, Но быть врагом, однако, надо уметь! А ваши кости просто хрустнут под моею ногой, Вам принеся вполне бесславную смерть! (Канцлер Ги) Она и не заметила, как задремала с книгой в руках, вздрогнув от негромкого стука в дверь. — Гермиона! Это я! — доносился с улицы голос Гарри. Быстрый взмах палочки — и распахнувшаяся дверь впустила мокрого и счастливого друга, от которого веяло дождем и прохладой. Конец декабря был так похож на позднюю осень. — Ой, извини, что потревожил, — смущенно произнес Гарри, увидев рассеянный сонный взгляд подруги. — Я только хотел спросить, как думаешь, Джинни это понравится? — Конечно! — Гермиона с восторгом смотрела на изящную сверкающую ромашку, будто выполненную из чистого золота. — Освободился раньше, посидел, поколдовал — и, вроде, неплохо вышло, — объяснил друг. — Ну, а учитывая тот факт, что отдохнуть я тебе не дал, держи свежие номера газет и сладости к чаю. Он поставил на стол огромную коробку с бисквитом необыкновенной красоты, что вдохновило Гермиону тут же подняться с уютного местечка и поставить чайник на плиту. Всё-таки Гарри удивительным образом мог подарить радость и хорошее настроение. Через пару минут она уже с удовольствием откусывала значительный кусок от своей порции бисквита, по привычке разворачивая «Ежедневный Пророк». — Чай, приготовленный магловским способом, намного вкуснее волшебного! — Гарри блаженно отпил из своей чашки ароматный напиток. — Ты это замечала? — Ну конечно, — улыбнулась Гермиона. — Я ведь не просто так живу именно в магловских кварталах пригорода. Хотя, думаю, Малфой нас не понял бы. — Малфой? — Гарри удивлённо замер на месте, уставившись на неё. Гермиона лениво отмахнулась, указывая на статью в свежем номере газеты, занимавшую практически половину полосы.

«НАКАЗАНИЕ ПОСТИГАЕТ ВИНОВНЫХ: ПРОКЛЯТИЕ ВОЛДЕМОРТА? Уже на протяжении месяца череда странных самоубийств и несчастных случаев происходит в Лондоне. Как стало известно, жертвами суицида или бытовых трагедий стали 8 граждан Магической Британии. Министерство Магии отказывается комментировать эти происшествия, однако, как утверждают некоторые источники, все жертвы трагических событий являлись активными пособниками Волдеморта. Интересным фактом остаётся то, что доказательств в базе отдела расследований явно против этих людей не было, ведь в ином случае, исходя из логических соображений, мы давно увидели бы их на судебных процессах. Только у одного из погибших имелась Чёрная Метка, а значит, с точностью утверждать, что это — Пожиратели Смерти, нельзя. Тем не менее, факты говорят сами за себя, и 8 смертей уже стали известны широкой общественности. Возможно, именно так действует проклятие Волдеморта, который забирает к себе своих приемников?.. Следите за нашими новостями. Постоянный корреспондент „Ежедневного Пророка“ Рита Скитер»

— Это действительно так? — с сомнением спросила Гермиона, вспоминая, насколько «достоверными» могут быть сведения Скитер. — Частично — да, — уклончиво ответил Гарри. — Относительно «проклятия Волдеморта» — чистая пропаганда, запугивание его бывших сторонников. А вот насчет самоубийств и несчастных случаев — верно. И эти люди… имели определенное отношение к нему. — Пожиратели? — спросила Гермиона. — Не совсем. Только один из них. Но, судя по найденным в их квартирах вещам, документам, можно сказать, хотя неточно, что они тоже помогали ему и занимались грязными делами. — Может, просто сошли с ума, совесть замучила? — предположила она. Гарри невесело рассмеялся: — Совесть? Вряд ли. Если бы у нас были веские доказательства против них, они были бы приговорены к смертной казни. Таких совесть точно не мучит. Знаешь, что лично я думаю по этому поводу? Мне кажется, их кто-то убивает. — Убийца убийц? — с сомнением переспросила девушка. — Не знаю, — покачал головой Гарри, снимая очки и протирая их стеклышки платком. — Всё очень тонко и умно подстроено. Если их устраняют, то действует гений. Если нет, то у меня паранойя. — А кто тот погибший Пожиратель? — вдруг настороженно спросила Гермиона. — Генри Бексли, просто одна из пешек Волдеморта, — со вздохом ответил Гарри. — Я просто подумала, что Малфой ведь тоже имел к этому отношение… — объяснила она. Удивлённые глаза изумрудного цвета внимательно посмотрели на неё. — Ну, во-первых, Малфой по сравнению с ними — просто ангел. А во-вторых… Гермиона, мне кажется, или ты чаще, чем раньше, стала его вспоминать? Она неуверенно пожал плечами. Да, она иногда вспоминала тот странный дождливый вечер, когда ждала Гарри и вдруг увидела Малфоя на пороге Министерства Магии. Пожалуй, это действительно было на неё не похоже. И Гарри чувствовал это. И именно Гарри, только Гарри, она никогда не боялась полностью открыться: — Месяц назад, — решившись, начала она, — помнишь, когда мы ужинали у тебя с Джинни, а Рон так и не пришёл? — он кивнул, не сводя с неё внимательных зелёных глаз, а Гермиона продолжила. — Перед встречей с тобой я увидела Малфоя, он выходил из Министерства. И в нём было что-то такое… Гарри, я не знаю, как это описать, но это глаза человека на грани гибели. Потом ты рассказал мне о судебном разбирательстве и его налогах. И в тот вечер я впервые задумалась: а что мы о нём знаем, кроме того, что он наш школьный враг? Гарри изумлённо покачал головой, ласково улыбнувшись: — Иногда ты меня просто шокируешь, Гермиона. Конечно, случай интересный, но ты за него не переживай. Этот скользкий тип заплатил налог на своё поместье на десять лет вперёд почти месяц назад. Он выкрутится из любой ситуации, ты же знаешь. Мы о нём действительно очень мало знаем, но лично мне хватает и этой информации. Он меньше остальных Пожирателей пособничал Волдеморту — это уже делает ему честь. И он не убийца по своей натуре — это я знаю лично. Гермиона кивнула, убирая пустые чашки со столика: — Понимаешь, Гарри, в тот вечер, когда он вышел под дождь и, кажется, плакал, я увидела, что он… он… как человек. Мы же привыкли считать его холодным монстром и пакостником. — Тогда ты сделала открытие, — рассмеялся Гарри. — Малфой тоже человек, и ничто человеческое ему не чуждо. Она хотела было ещё что-то сказать, но раздался требовательный стук в дверь. — Это Рон, — объяснила Гермиона, направляясь ко входу. — Тогда не буду вам мешать, — улыбнулся Гарри, но в уголках родных зелёных глаз она всё-таки заметила грусть. — Надеюсь, Джинни понравится подарок. — Непременно, — Гермиона чмокнула его в щеку на прощание, выпуская из двери одного гостя и пропуская в дом второго. — И как это назвать? — деловито спросил Рон, как только за Гарри она закрыла дверь. — Что? — недоуменно посмотрела на него Гермиона. — Чем вы занимались в моё отсутствие? Я и понятия не имел, что у нас гости. — Ты что, с ума сошёл? — потрясённо произнесла она. — Это же Гарри! — Герой вне подозрений? — цинично осклабился Рон. — Ты идиот! — крикнула она, и тут же обоняние подсказало ей причину такого поведения. — Ты пьян? Да, Рон, ты пьян. И позволь узнать, какого чёрта ты припёрся ко мне домой в таком виде да ещё и проводишь расспросы?! Я ничего не буду объяснять! — Да кому ты нужна, — глумливо засмеялся он. — Скучная, неинтересная, никому не нужная. Книги, книги… Сказок не бывает, Гермиона. Не-бы-ва-ет. Тебя любить просто невозможно. Это было последней каплей. Она сама не поняла, откуда взялась невероятная сила, с которой она едва ли не вышвырнула Рона за порог: — Мне твоя любовь и не нужна! — крикнула она ему вдогонку. — Убирайся прочь! — Ты еще назад приползёшь ко мне! — заорал Рон в ответ и, пошатываясь, побрёл к калитке. — Идиот! — яростно сказала она самой себе, захлопывая дверь. «Книги, книги», «сказок не бывает», «тебя любить невозможно»… Уже заходя в гостиную, она почувствовала, как мутнеют очертания комнаты из-за навернувшихся на глаза слёз. Не соображая, что делает, она схватила шарф и, набросив куртку, выскочила на улицу. Бежать в никуда — просто не разбирая дороги. Несмотря на дождь, хлещущий по лицу, и порывы холодного ветра. Как в тот самый вечер, когда на крыльце Министерства она увидела Малфоя. Теперь она хорошо знает, что он чувствовал тогда. И дело совсем не в Роне. Её растоптали, унизили, смешали с грязью. Отчаянно плача, она чувствовала, как ледяной дождь смешивается с каплями слёз, падающими на ткань промокшей куртки и тёмный глянцевый асфальт. Сейчас даже смерть была не страшна…

***

Он лениво потянулся, поднимаясь с неудобной скамьи в беседке. Наверное, летом этот скверик в одном из живописных магловских кварталов был привлекателен, а сейчас сложно было найти не то что парочку влюбленных, но и одного безумца, желающего прогуливаться здесь под промозглым дождём. Впрочем, это было несомненно на руку ему. Даже в вечерних сумерках, скрытый тьмой и тенью уютной беседки с крышей, он видел, как в один из дворов вошёл Эрнест Билтон — еще один духовный последователь Тёмного Лорда, на счету которого было немало смертей, в том числе и детей до 15 лет. Ну что ж, уважаемый, маскировался ты под магла очень хорошо, за что дома тебя уже ждёт сюрприз… Драко прекрасно помнил своё первое задание. Самди только показал ему фотографию «клиента», и он уже сам мог рассказать, кто это и за какие «заслуги» его нужно устранить. Ему не было жаль этих выродков, оставшихся безнаказанными, — он только вершил своё правосудие. Но, несмотря на такую позицию, убивать, глядя в глаза, он так и не научился. Зато его почерком стала организация несчастных случаев или «самоубийств». «Ювелирная работа — не ожидал», — искренне восхитился Самди после его первого задания. Его самолюбие было восстановлено, ведь Дух Смерти вряд ли догадывался, что при виде автокатастрофы и её последствий, а именно — кровавого месива на асфальте, Драко стошнило буквально на месте преступления. Сейчас он был сильнее — восемь удачно выполненных заданий дали необходимый опыт — но по-прежнему чувствовалось скрытое внутреннее напряжение, и глаза до боли вглядывались в окно второго этажа высокого частного дома напротив. Он должен был убедиться в том, что достиг результата. Оглушительный взрыв и пламя, вырвавшееся на волю через разбитое стекло. Да, всё рассчитано верно. Ни больше, ни меньше — так, чтобы убить наверняка, но чтобы не пострадали другие. Маглы назовут причиной этого «утечку газа», а мракоборцы безуспешно разведут руками. Уже уверенно ориентируясь в поднявшейся суматохе, Драко надвинул капюшон мантии и поспешил по тротуару к другому кварталу. Трансгрессия оставляет слишком много следов, как и любая магия, а рисковать было нельзя. Если улица, где произошло происшествие, буквально мгновенно наполнилась людьми и магловскими машинами, то остальные на удивление были пусты. Он наслаждался темнотой и тишиной, нарушаемой лишь отдалённым воем сирен, идя всё дальше и дальше. Возможно, сейчас он обрёл покой в самом себе, понимая, что чувствует любой человек после прекрасно выполненного дела. Громко хлопнувшая дверь заставила его обернуться. Прямо из дома, находящегося по ту сторону дороги, выбежала девушка и, не замечая ничего вокруг, поспешила из двора дома. Даже сквозь негромкий шум дождя он отчётливо слышал всхлипы, а она, кажется, не обращая внимания ни на что вокруг, бежала прямо по центру дороги. Он неприязненно скривился, напряженно наблюдая за столь не вовремя появившейся истеричкой, как вдруг заметил яркий свет фар, резанувший по глазам. Он видел её темный силуэт, освещенный автомобилем, в голове пронеслась молнией мысль — если она погибнет, мракоборцы точно просто так не уйдут, два убийства за пять минут — это слишком. Мгновенная реакция ловца в квиддиче, скорость и глухой удар. Ослепляющий свет, визг тормозов, сильный удар куда-то в левое предплечье и неприятный хруст. Потом выскочил водитель, которого он тут же послал к чёрту. Отброшенный в сторону, Драко полулежал на мокром асфальте дороги, закрывая собой девушку, которая от неожиданного удара, кажется, потеряла сознание. С трудом превозмогая боль в левой руке, он поднял её на руки, уже не находя в себе сил выругаться на извиняющегося водителя. Уже подходя к тому дому, из которого выбежала эта неудачница, он услышал её слабый стон. Он чувствовал, что серьёзных повреждений у неё нет, но, видимо, ударилась головой она неслабо — к счастью, капюшон дурацкой куртки частично облегчил падение. А самое главное — кончиками пальцев он ясно улавливал магию. Приходилось только догадываться, что делала волшебница в такой магловской глуши. Он внёс её во двор, на ходу ногой захлопнув калитку, поднялся на невысокое крыльцо и вошёл в дом, дверь которого так и была распахнута. Драко настолько сосредоточился на дороге к дому и концентрации сил в руке, которая уже просто чудовищно разрывалась от боли, что даже не подумал опустить взгляд на спасённую. Финальным пунктом была гостиная, на диван в которой он осторожно положил оглушенную девушку, втайне искренне радуясь, что больше груз нести не придётся. И тут же внезапно он забыл обо всём, что произошло, даже о собственной боли. Широко раскрытыми от удивления и шока глазами он смотрел на спасённую им юную волшебницу, безвольно лежащую на диване. Это была чёртова Гермиона Грейнджер…